Хотела увидеть воочию? Вот и мучайся теперь!

      Вчера мы припасли друг для друга гранаты       И завтра могли уже просто не встать.       Но сегодня такой светлый день —       Давай всё начнём с пустого листа…       Наступил июль. Дикая жара не спадала уже неделю, и я бы отдала всё, чтобы стать мороженкой и спрятаться в холодильник. Моё желание кажется вам странным? Отнюдь. Духота в агентстве, филиал пустыни Сахара в кафе. Теперь-то вы меня понимаете?       Дела шли медленно — что у Данте, что на нашей работе посетителей было мало. Оно, я думаю, и так ясно, почему. Ну какой нормальный человек или демон выползет под знойное летнее солнце?       Вот и подошла к концу очередная наша смена. Мы с Ленкой, измученные в конец жарой и духотой, аморфными лужицами расползлись по стойке. А Вергилию хоть бы что — сидит в своём плаще весь день и не чешется.       После того, как это чудо смылось в Нижний Мир и было возвращено назад совместными усилиями ударного трио, мы с него глаз не спускали, передавая его с рук на руки. Даже ночью он не оставался один. Так как первую неделю он провалялся в постели, усиленно восстанавливаясь, испытательный срок неопределённой продолжительности, который ему установил Данте, был урезан ровно на семь дней.       - Устали, девочки? — поинтересовался Майкл, наш бармен.       Мы с Ленкой лишь устало качнули головами. И тут по волшебному взмаху руки парня перед нами опустились три стакана сока со льдом. — За счёт заведения, красавицы, — лучезарно улыбнулся парень.       - Майк, ты — лучший! — безапелляционно заявила я под немое согласие Ленки. Верджи лишь учтиво качнул головой, выражая, как я думаю, свою благодарность.       Меня беспокоило его молчание. За все дни мы слышали от него едва ли десяток слов. Порой он замирал на месте, смотря в одну точку. Думаю, если бы мы не трогали его, он бы стоял так часами — напряжённая спина, сжатые кулаки и пустой, отсутствующий взгляд. Меня пугало такое его состояние, но что я могла поделать? Не спрашивать же у него: «Верджи, что тебя беспокоит?» Хорошо если не ответит, а ведь может и тактично послать куда подальше.       - Вот теперь мне стало легче, — облегчённо выдохнула я, опустошив свой бокал. — Ну что, камраден, по домам?       - Не, мне тут по делам надо, — виновато улыбнулся Майк. — В агентство одно заглянуть.       - А что за агентство? — мне почему-то сразу подумалось о нашем агентстве. Но…       - Да тут на Овьен — стрит открылось новое туристическое агентство, - ну, промахнулась я, да. глупо даже предполагать, что Майкл как-то связан с демонами и иже подобными. — Подумываю рвануть куда-нибудь к морю. Ну, солнце, пляж, девочки… А вы куда-нибудь собираетесь?       - Данте давно положил глаз на одно бунгало на побережье, а Неро всех тащит в Фортуну, так что пока не определились. Ещё плеснёшь? — я протянула бармену пустой стакан.       - Угу, — кивнул Майкл. — Кстати, Лио, Лена, я уже не первый раз слышу от вас про некоего загадочного Данте, не менее загадочного Вергилия и Неро. Вообще-то я рад, что хоть одного увидел, — Вергилий бледно улыбнулся Майклу, от чего тот зябко передёрнул плечами. — Вы ведь про них почти не рассказываете.       - Да рассказывать особо нечего, — ответила я. — Живём всей честной компанией более-менее дружно, почти не дерёмся, — на последних словах Ленка поперхнулась соком, а Вергилий посмотрел на меня, будто говоря: «Не дерёмся, ага, как же…» - Ну, вообще-то лаемся мы часто, можем и шороху на округу навести, — я улыбнулась. видя в глазах Майкла явное непонимание того, как две хорошие девочки могли оказаться в таком месте. – Ну, мы пойдём, пожалуй. И пока мы будем переодеваться, — обратилась я к Вергилию, — сиди тихо и смирно. Шаг в лево, шаг в право — попытка побега, прыжок на месте — попытка улететь. Всё понял, Верджи?       Тот лишь фыркнул, но после взгляда, брошенного в его сторону, просто кивнул. Ох, я просто не знаю, как теперь с ним разговаривать… Как раньше у меня уже не получается, а грубить ему я просто не могу. Даже не потому, что он, не задумываясь, разберёт меня на атомы… Я просто не хочу ему грубить. После разговора с Данте, Вергилий не сказал мне ни слова, так что его мнения по поводу нас троих я не слышала да и не пыталась его узнать. Со временем всё встанет на свои места. Я уверена.       Со всеми этими треволнениями, я так и не рассказала братику и отцу о… о матери. Я всё откладывала этот разговор на потом, подбирала слова, но… Чёрт, надо сегодня рассказать им… Рассказать… Мать умерла от передозировки героина, следствием чего стала остановка дыхания. Она уже давно употребляла наркотики вместе со своими «друзьями», и с каждым разом ей хотелось всё больше и больше. Поэтому я не была удивлена, когда мне позвонили из больницы и сообщили о её смерти. Я спокойно позвонила в похоронное бюро, заказала всё необходимое, всё устроила. Я даже не плакала на похоронах.       Мама… Она хоть и была не самой лучшей матерью, да что там, херовой она была матерью, но я… Думаю, что любила её, хотя тогда мне так не казалось. Я ненавидела её до глубины души. Я не любила, когда она выпивала, а это она делала очень часто после ухода отца. Нам с Темой перепадало тогда на орехи. Я до сих пор помню, как он прижимал меня к себе, стараясь защитить от хлёстких ударов, как мы жались к холодной стене в тщетных попытках спрятаться от боли. Мама всегда била так, чтобы не оставлять следов. Всегда била в живот или по спине, иногда по голове…       А потом… Я никому не рассказывала о том, что произошло, когда мне было пятнадцать… Артем в тот день задержался на тренировке, и я спряталась в своей комнате от матери и её собутыльников, которые опять буянили на кухне. Я до сих пор помню ту задачу по алгебре, которую пыталась решить, когда в мою комнату ввалился один из подвыпивших мужиков… Мне было больно и противно, я кричала, звала маму, просила о помощи, но слышала лишь пьяный смех… Когда всё это закончилось, я пулей вылетела из дома, даже не удосужившись одеться по-человечески. Уже в подъезде я трясущимися руками натягивала на себя джинсы и порванную кофту, думая о том, что это конец. Мою жизнь сломал пьяный урод… Я бродила по улице до темноты и, уже лишившись сил от боли, скручивающей внутренности, упала в сугроб. Я лежала и плакала. Я была разбитой, униженной, изнасилованной, сломанной… Такой меня и нашёл Тема. Он возвращался домой вместе со своим другом, которого мы за вьющиеся волосы и большие печальные глаза прозвали Джексоном. Они вдвоём разогнали всю шайку во главе с моей матерью, да ещё и наваляли тому мужику. Потом я подхватила воспаление лёгких и…       - Лио, блин, — Ленка ущипнула меня за руку. — Выйди из нирваны! Пойдём уже, — она буквально потащила меня за собой.       - Ну, наконец-то, — ехидно улыбнулся Майкл. — Я уж думал, что вы там…       - Цыц, — Ленка грозно посмотрела на него. — Ничего подобного, ты, маленький грязный извращенец. Просто Лио… Лиона! — на ухо мне гаркнула Ленка.       - Лена, блядь, хватит! — я вырвалась из её цепкой хватки и зло двинулась к двери, провожаемая недоуменными взглядами. — Вы идёте или как? — крикнула я.       О чём я только думаю? Почему я вспомнила всё это именно сейчас? Нужно собраться, а иначе опять ничего не выйдет. На ходу выуживая из сумки наушники, я кивнула в ответ на прощание Майкла, и мы двинулись к агентству. А там всё было как обычно, что даже как-то успокоило меня. Данте откровенно маялся хернёй, листая журналы с обнажёнными девочками, Тема с Неро горячо обсуждали последний альбом какой-то группы, Себа торчал на кухне, где ему постоянно мешался Рыжий, получивший за свою наглость лопаткой по голове, отец сидел в кресле, читая очередную книгу, нагло спёртую из моей комнаты, и наблюдал за всем этим балаганом поверх очков.       - Мы дома, — с порога объявила Ленка, деловито направляясь на кухню — спасать Себа, а заодно и наш ужин, от настырного Рыжика.       - Привет, — разноголосо пробубнило население конторы.       - Уже вернулись? Что-то быстро вы, — Данте сердито хмурился, раздражённо стуча пальцами по столешнице.       - Вернулись, милый, — улыбнулась я. — Тебя что-то не устраивает? Почесать тебе пузико? — Я устало плюхнулась на диван. Вергилий, фыркнув, протопал по лестнице наверх, громко хлопнув дверью в комнату. Ну, и что это могло значить?       - Меня всё устраивает, милая, — проворковал Данте, хлопнув журналом по столу. — Но только не то, как Верг на тебя смотрит, — Данте устало выдохнул, как-будто сразу уменьшившись в росте. — Мне кажется, он что-то задумал, — уже тише произнёс он. — И это касается тебя, понимаешь?       - Тебе просто кажется, Данте.       Охотник, что-то пробурчав себе под нос, скрылся на кухне, прихватив с собой Неро. Эх, была не была!       - Родственники мои, — обратилась я к отцу и Теме. — Мне надо кое-что вам сказать.       - Говори, — отец отложил книгу. — А потом я о многом хотел бы вас расспросить. О матери, например…       - Вот об этом я и хотела поговорить… Мама… Она умерла год назад. Передозировка героина. Остановка дыхания…       - Почему ты сразу не сказала? — Артем был немало удивлён. Да что там, он был в шоке. Конечно, он ведь не видел, во что превратилась мать после его ухода.       - Не надо, сын, — отец покачал головой. — Лио просто не хотела причинить тебе боль.       - Ты так спокойно об этом говоришь, отец! — вспыхнул Тема. — Неужели тебе всё равно?       - Нет, мне не всё равно, — твёрдо произнёс отец. — Или ты думаешь, что я не присматривал за вами? То, что я видел… Ваша мама стала другой… Она уже не была той девушкой, которую я полюбил…       - Ужинать! — громогласно объявил Себа, спасая меня от дальнейшего продолжения тягостного разговора.       Эта ночь была ужасной. Мне снились кошмары, меня преследовал ужас. То, чего я всегда боялась… То, о чём я старательно пыталась не думать… Ужасный сон который мучил меня…