Часть 3. Озеро любви
25 августа 2022 г., 18:11
Машина двинулась с парковки бара навстречу ночи. Мерцающие огни уличных фонарей освещали мокрый асфальт, а шелест листвы вторил тревожному безмолвию.
Робин быстро смекнула, что разряжать обстановку придётся именно ей. Двое парней спереди не стремились идти на контакт. Стив вцепился в руль и смотрел чётко на дорогу через лобовое стекло, что выдавало разгоревшийся в нём панический ужас. Эдди мешком валялся на сиденье и бесстрастно смотрел куда-то вбок, машинально скребя ногтем стекло.
— Два парня, с которыми вы бы остались в комнате, — сказала Робин.
Её голос звучал приглушённо для людей, сидящих спереди, но она прекрасно это знала, и поэтому произнесла фразу рублено и громко. Стив и Эдди переглянулись, телепатически силясь понять, не послышалось ли им.
— Что ты сказала? – Спросил Мансон, не отрывая взгляда карих глаз от водителя, который вновь вперился в дорогу.
— Назовите двух парней, оказавшись с которыми в одной комнате, вы бы чувствовали себя в безопасности и полном комфорте, — разжевала Робин, закинув одну ногу на другую. Эдди перегнулся через сиденье и уставился на неё, ожидая более логичного обоснования её вопроса. Девушка тяжело выдохнула и поднялась на локтях.
— Ну же! — Требовательно настаивала Робин. — Не может быть, что у вас таких нет. Я, например, назвала бы вас двоих.
Эдди шмыгнул носом и вернулся в исходное положение, чтобы Робин не увидела растянувшуюся на его лице идиотскую улыбку. Стив посмотрел в зеркало заднего вида и ухмыльнулся, не увидев девушку в поле зрения.
— Приятно слышать, — уняв внутренний всплеск щенячьей радости, признался Эдди. — Но такой вопрос, скорее, актуален для девушек, так как парни довольно часто представляют для них опасность. Я бы, вероятно, чувствовал себя комфортно в любой компании.
— Даже с Джейсоном? — Робин села и стала сверлить Эдди глазами сквозь бурую обивку кресла, из-за которой торчали лишь пряди чернеющих в слабом освещении волос. Мансона тут же передёрнуло.
— О нет, я бы не хотел оказаться с Карвером даже в одном торговом центре на разных этажах, — решительно отметил Эдди. Стив и Робин прыснули со смеху. Эдди замолк, и все в машине ощутили, как в его голове, точно в старом кинотеатре, на плёнке проносился остросюжетный фильм, повествующий о всех непродолжительных, но крайне запоминающихся встречах музыканта и баскетболиста.
— Вот видишь, а говорил, что будет комфортно с любым, — победно заявила Робин.
— Давайте сменим тему, — недовольно произнёс Эдди, голос которого словно доносился из глубин памяти, в чьи скрытые тайники он стремительно нырнул. Но внезапно Мансон оживился. — А куда мы подвозим тебя, Робин?
— В каком это смысле? — С интересом спросила Бакли, положив голову на переднее сиденье.
— К тебе домой или, может быть, к Уилерам? — Эдди неспешно повернул голову и подмигнул глядящей на него сверху Робин. Она цокнула в ответ и скорчила ехидную мину.
— Даже если и к Уилерам, что такого? — С напускным раздражением спросила она. Из груди Мансона вырвался довольный скрипящий смешок, прорвавшийся через кордон напряжённых связок. Гитарист не удостоил подругу полноценным ответом.
— Когда будешь лезть в окно, сразу подтянись на выступе крыши. Не пытайся закинуть ногу наверх — не получится, — неожиданно отозвался Стив. Почувствовав на себе недоумевающие взгляды пассажиров, Харрингтон добавил, — по опыту говорю.
— О да, король Стив опытен в таких делах, — не без злорадства отметил Мансон. Он ещё ниже скатился вниз по сиденью, погрузившись в уютные объятья собственных волос. Кожаная куртка не сдвинулась с места и плотно обтянула руки Эдди.
— Спасибо за совет, — иронично произнесла Робин. Розовый запах поселился в ноздрях приторной плёнкой, и Бакли уже не могла его выносить. Девушка приспустила заднее стекло и часто задышала. С правой стороны дороги показался дом Уилеров, жавшийся к деревьям с бордовой листвой в надежде спрятаться от заплутавших искателей приключений. Стив не стал подъезжать близко и съехал на обочину.
— Долго не гуляйте, ведите себя хорошо, — напутствовала Робин, поправляя одежду и растрепавшуюся причёску. После она быстро обняла Стива за плечи через кресло и чмокнула Эдди в макушку, до которой было не так просто дотянуться, учитывая его почти лежачее положение. — Спасибо, Эд, это был отличный вечер. Завтра украду у тебя парочку кассет, сам виноват. А у тебя, Харрингтон, завтра работа, не забудь!
Дверь распахнулась, и Робин, мельтеша, устремилась к дому Нэнси, укрытая темнотой надвигающейся ночи. Парни никак не успели отреагировать на её прощание. В звенящей тишине Стив завёл двигатель и поехал вперёд, по размеченной дороге.
— Трейлерный парк? — Наконец спросил Стив, не поворачивая головы, точно задавал вопрос призраку, вставшему на пути. Эдди отвлёкся от размышлений и, нормально усевшись, на выдохе ответил:
— Он самый.
— Какие планы на остаток дня? — Поинтересовался Харрингтон. Вопрос прозвучал непринуждённо, будто заданный из вежливости. Эдди был не в состоянии читать интонации – тело ломило от приятной усталости, а в голове сновал какой-то сумбур, который усугублялся остатками запаха роз.
— Завалиться домой, упасть на кровать и вырубиться без задних ног. Может быть, выпить банку пива перед этим. И покурить, — безучастно произнёс Мансон. А после спросил, уже неубедительно имитируя равнодушие, — А ты что планируешь делать?
Стив хмыкнул и пожал плечами.
— Не знаю. В багажнике ящик пива. Я думал поехать на озеро и посидеть там, отдохнуть. Но Робин меня кинула, а без компании как-то это всё бессмысленно.
Эдди выпалил несуразное «ага» и оборвал разговор. Стив едва слышно настукивал что-то по рулю, явно не понимая, чем ещё заполнить эту давящую тишину. Рядом с дорогой проскочил кот и вмиг скрылся в жухлой траве. Чёрный, лоснящийся в свете фар, он занял мысли Харрингтона.
— В принципе не самый плохой вариант, — начал Эдди, откашлявшись, — я, конечно, не Робин Бакли. О, я абсолютно точно хотел бы ей быть, ну да ладно. Разделить с товарищем ящик пива я всегда рад.
— Знал, что ты не устоишь перед ящиком пива, — самодовольно сказал Стив и взглянул на Мансона. Оба рассмеялись, позабыв о напряжении.
— Да уж, всё дело в пиве.
***
Продираться через колючий осенний лес в космической темноте оказалось довольно изматывающим занятием. Стив и Эдди не подумали захватить с собой фонарик и шли практически на ощупь. Перед вылазкой на природу парни всё-таки заехали в трейлерный парк, потому что Эдди наотрез отказался двигаться места без нескольких забитых косяков. Харрингтон даже спорить не стал: то ли оттого, что не хотел лишиться последнего товарища по пивным посиделкам у воды, то ли из-за личной заинтересованности в содержимом жестяного ящика Мансона. В любом случае, им пришлось задержаться, так как Эдди перевернул весь дом в поисках нужных компонентов. А на город тем временем полновесно осела ночь. И вот они, Стив Харрингтон, гремящий бутылками прохладного пива, и Эдди Мансон, шаркающий в такт собственным сумасбродным мыслям, шли теперь навстречу своей цели. — Будешь так греметь — кто-то точно примчится на этот манящий клич, — пробурчал Эдди, зацепившись за ветку и едва не рухнув. Харрингтон проигнорировал очередной выпад и набрал воздух в лёгкие. — Мы уже близко. — Грёбанный следопыт. Хочешь сказать, ты понял, что озеро рядом, по запаху? — Едко выпалил Мансон. Стив безмолвно схватил его за предплечье и потянул за собой. Не прошло и минуты, как странники очутились на пустынном подобии пляжа у озера любви. Растущая луна набирала свет и разливала его по поверхности, перемешивая с водами озера. Гладь воды почти не дёргалась. Ветер, казалось, уснул в ветвях красно—коричневых клёнов на другом берегу. Эдди швырнул жестяной ящик в сторону и плюхнулся на землю, сразу ощутив холод в ногах. — Ужасная идея, — заключил он, вскакивая с места. Стив был занят нехитрой забавой – он открывал первую пивную бутылку ключами от BMW. — Конечно, днём же дождь был, — бесхитростно ответил Харрингтон, борясь со стеклянным врагом. Мансон снял с себя кожаную куртку и аккуратно положил её наземь. — А как же ты? Твоя светлая джинсовка потом во всяком говне будет, — спросил Эдди. Стив никак не мог одолеть плотно севшую крышку и был так увлечён процессом, что не услышал вопроса. Через пару мгновений Мансон подошёл к нему, резко выхватил из рук Стива бутылку с орудием пыток, которым парень её истязал, и крышка в два счёта отскочила в сторону. Всё произошло молниеносно. Стив замер на месте, наблюдая, как Эдди, вручивший ему открытую бутылку без лишних церемоний, уже пил из другой. Мансон сделал несколько плотных глотков и громко выдохнул. — Жажда замучила, — будто оправдываясь произнёс Эдди, глядя на поражённого Стива. — Как ты… откуда… получается, ты не только тачки без ключа заводить умеешь? — Залепетал Харрингтон. Восхищение в его тоне перемежалось с какой-то опаской. Эдди невозмутимо ответил: — Ага, предоставляю широкий ассортимент услуг: вскрываю и завожу любые тачки, могу открыть пивную бутылку ногтем левого мизинца, выйти из непонятной ситуации с минимальными потерями для образа, — он намеренно тянул слова, чтобы иронично впечатлить Стива, — могу взяться за сбыт вашей травы в ста метрах от школы, может, даже ближе, и невообразимо круто сыграть на гитаре на вашей свадьбе. А ещё иногда оптом скупаю человеческие души, так что товар всегда есть в наличии… — Всё, достаточно, я понял, — смеясь, взмолился Стив, после чего отпил немного из бутылки. — Эдди Изгнанник — мастер на все руки. — Напишу так на вывеске, — ответил Мансон, улыбаясь уголком рта. Харринтон скинул с себя джинсовку свободной рукой и положил её рядом с курткой товарища. Эдди возмущённо фыркнул, но не стал тратить силы на нотации. Оба присели и уставились на мерцающее отражение луны в водах озера, отхлёбывая пиво и рассказывая глупые истории. В лесу время от времени сновали мелкие зверьки, тормоша опавшие листья маленькими лапками. Звезды томились в вечном безмолвии. Природа, сама Вселенная источала умиротворение. — Да ладно тебе, заливаешь! — Истерически смеясь протестовал Эдди. — Нет, я серьёзно! Синие шорты и красный галстук – прям полноценный костюм стереотипного гея-морячка, — увлечённо убеждал собеседника Стив, прорываясь сквозь громогласный смех, — чёрт, да даже у Робин шорты длиннее были! И в этом я должен был как-то цеплять девчонок. Ещё эта дурацкая шапка… — Боже, не продолжай, прекрати, — не унимался Эдди. Он сложился напополам и бесконтрольно хохотал в ладонь. — Я должен это увидеть! — Ни за что на свете, — безапелляционно заявил Харрингтон. Рядом валялись восемь опустошённых бутылок, и парни не собирались останавливаться на достигнутом. Они окончательно потеряли чувство времени. — Не не не, ты обязан показать мне этот прикид. Даже не представляешь, какие картинки сейчас крутятся у меня в голове, — немного успокоившись ответил Эдди. Он потянулся к жестяному ящику, достал содержимое и начал скручивать косяк, отложив полупустую бутылку в сторону. — Мне тоже скрути, будь другом, — попросил Стив, после чего вылил на язык последние капли алкоголя. Мансон ехидно прищурился. — Не вопрос, но в следующий раз ты наденешь свой костюм гомоморячка. — Ладно, хрен с тобой, — покорно согласился Стив и плавно откинулся назад, приземлившись на локти. Прохлада, исходящая из земли, не отозвалась в его разгорячённом теле. Харрингтон вскинул голову и посмотрел на небо. Огоньки звёзд заплыли по иссиня-чёрному полотну ночи, превращаясь в тонкие хвосты комет. Неизвестно, сколько Стив просидел так, мысленно бороздя просторы бескрайнего космоса на одной из этих светящихся штук, но через какое-то время Эдди вернул его на землю, вставив косяк меж его раскрытых губ и протянув новую бутылку пива. — Только поосторожнее, — напутствовал Мансон, — это сильная вещь. — Не парься, опыт у меня есть, — надменно произнёс Стив, и огонёк на кончике его самокрутки ярко замигал. Эдди внимательно следил за Харрингтоном и хотел было его остановить, но быстро осознал бессмысленность затеи. Через мгновение Харрингтон глухо закашлялся, его глаза заслезились. — А я предупреждал, — наставническим тоном провозгласил Эдди, поджигая свой косяк. — Но у нас же тут сам король Стив. Запей, легче будет. Харрингтон отхлебнул из бутылки, пытаясь остановить подступившие слёзы. Мансон зажал косяк во рту и положил ладонь на спину товарищу. — Дыши, сейчас пройдёт. А потом будет вообще хорошо, — приговаривал Эдди, поглаживая Стива по спине. Харрингтон содрогался под его рукой, каждый спазм отдавался барабанной дробью. Кашель Стива постепенно перешёл в безостановочный смех, и парень завалился на землю, потянув за собой музыканта. — Твою ж мать! — От неожиданности воскликнул Мансон, пока Стив беспечно елозил жёлтым джемпером по влажной земле. — Угомонись уже! Харрингтон послушно выполнил просьбу. Голос его затих, а на лице застыла блаженная улыбка. — Действительно забористая штука, — непринуждённо сказал Стив, глядя на танцующие звёзды. Несколько минут парни лежали, устремляя взоры в бесконечность. Эдди периодически затягивался, пуская струйки дыма над собой, и размышлял о самых разных вещах. Мысли теперь не скакали, точно диковинные обезьяны по лианам, а текли, плавно сменяя друг друга. В такие моменты Мансон ощущал что-то вроде гармонии. Всё становилось просто и ясно. — Ты когда-нибудь любил? Короткий вопрос, раздавшийся справа, полоснул Эдди, словно стальное лезвие. Он слегка повернул голову и взглянул на Стива, который всё также смотрел в небеса. Он не смеялся и не юлил, лицо парня застыло в ступоре. — Это как-то громко звучит, — начал Мансон, — но мне кое-кто нравился, было дело. — Кто же? — Бесстрастно продолжил Стив и приложил самокрутку к губам, на этот раз затянувшись слегка. — Крисси Каннингем, - Эдди выдержал паузу, подбирая слова, — она была мила со мной. Для остальных я всегда был дьяволом Хоукинса, демоном из преисподней, заманивающим детей в свой культ. Но она мне и слова плохого не сказала. Никогда не смотрела косо. Стив повернулся набок, чтобы лучше видеть собеседника. Это практически не помогало — образ Эдди размывался перед ним, и Стив силился собрать его по крупицам из видимых частей и собственных воспоминаний. — Но она была с Джейсоном. А кто я такой, чтобы конкурировать со звёздным игроком школьной команды по бросанию мяча в корзину для белья? Парни ухмыльнулись. Эдди отзеркалил позу Стива и подложил ладонь под щёку, чтобы не испачкать лицо. — Да уж, девчонки любят западать на полных придурков, — отметил Стив, понимающе кивнув. Шикарная причёска растрепалась, светлые кончики волос стали чёрными от почвы, но, казалось, его это совсем не волнует. — Брось, не стоит быть таким самокритичным, — подразнил его Эдди. Выражение лица Харрингтона не изменилось, но глаза потускнели. Эдди это смутило. Он испугался, что вновь выпалил что-то дурацкое, однако Стив вдруг продолжил: — Это правда. Девчонки западают на придурков вроде Джейсона или меня, и ничего хорошего из этого не выходит. Видимо, классным девчонкам нужны классные девчонки. Бровь Эдди выгнулась, придав его лику таинственности. — Ты сейчас про Нэнси? Стив перевернулся на спину, не в силах выдерживать этот заинтересованный, и в то же время сочувствующий взгляд больших карих глаз. — Может быть, — скупо ответил он и потёр лоб тыльной чистой стороной ладони. Стив ощущал жар, наполнивший весь организм, но голова оказалась холодной. — Всё ещё сохнешь по ней? — Не унимался Эдди. Он едва слышно поднялся с места и принёс товарищу очередную бутылку с прохладной жидкостью. Стив принял дар и, вновь сев на куртку, сказал: — Нет, просто завидую. Робин удалось то, к чему я даже близок-то не был — Нэнси доверилась ей, открылась по-настоящему. А я, — он прервал свою речь на мгновение. Каждое слово давалось непросто и камнем падало наземь, выкатываясь изо рта. Но Стив так долго носил эти булыжники с собой, что просто не мог больше терпеть вес своей ноши, — я был мудаком-Стивом, потом стал своим в доску Стивом. Иногда думаю... может ли меня вообще кто-то полюбить, понимаешь? Ты не представляешь, сколько раз я слышал от девушек: «Стив, ты мне нравишься, но я тебя не люблю». Я могу только нравиться. Может, так предначертано. Так и напишут на надгробии: «Нам нравился Стив, но мы его не любили». В темноте фигура Мансона, стоявшего против лунного света, казалась недвижимой. Стив поднял глаза и не смог разобрать, смотрит Эдди на него или куда-то ещё. Ему вдруг захотелось заплакать, как маленькому мальчишке, который с размаху навернулся с велосипеда после того, как самонадеянно оторвал руки от руля, но перед глазами застыла одна картина — поросшее травой поле, высокая сосна с листвой цвета дикого изумруда, а под ней одинокая могильная плита. Как у Харгроува, только с иной гравировкой. Галлюцинация была такой реалистичной, что Стиву вмиг стало дурно. Эдди опустился на колени возле товарища и положил руку на его плечо, пристально глядя в широко раскрытые глаза. А потом произнёс самым ободряющим тоном, на который только был способен: — Да, неслабо тебя торкнуло. Стив, если серьёзно — ты зря загоняешься. Просто не было ещё в твоей жизни той самой, вот и всё, — он улыбнулся в поисках ответной реакции. Стив перевёл взгляд, и Эдди увидел бездонно расширенные зрачки товарища. Харрингтон безнадёжно закачал головой. — Эй, Стив, — отчаянные попытки Эдди вернуть товарища в прежнее беззаботное состояние не прекращались. — Я верю в это, слышишь. Однажды прекрасное создание возьмёт твоё премилое лицо в свои руки, вот так, — он с нежностью обхватил лицо Стива ладонями, чтобы не спугнуть, — улыбнётся и скажет: «Стив Харрингтон, я люблю тебя. Женись на мне, твою мать! Ты такоооой клёвый». Эдди невпопад хихикнул, завершая фразу, и ощутил волну смущения, накатившую на него. Стив больше не смотрел сквозь — его взгляд был направлен на мельтешащие глаза Мансона. В этом выражении, в устремлении заглянуть вглубь было всё и одновременно ничего. По губам пробежал ветерок тёплого дыхания. Каждый ощущал незримое присутствие другого на своей коже. А секунды всё плыли, отсчитывая время, отведённое на действие или бездействие. Эдди посмотрел на влажные губы Стива и, ведомый то ли дурманом, то ли более глубоким чувством, прильнул к ним. Осторожно, едва тревожа короткими прикосновениями, не убирая рук с лица. Страх отступил, когда Эдди ощутил чужие ладони, скользнувшие по его спине и крепко сжавшие талию. Поцелуй лишил их остатков сомнений, пьяные пальцы Харрингтона забегали по покрывшейся мурашками коже под футболкой, как по гитарному грифу. Задыхаясь, Эдди впивался в раскрытый рот, завлекая, утешая, развращая в напрасной попытке слиться с королевским величеством, впитывая искры его достоинства. Стив отдавал всё, что мог, оставляя следы на белом полотне кожи кончиками пальцев. Мансон подался вперёд, и Стив медленно опустился на спину. Ивовые ветви волос гитариста коснулись лба, завесой упали на опущенные веки. Эдди прикусил нижнюю губу Харрингтона, а после подарил новый нежный поцелуй, пытаясь откупиться за дерзость.***
Момент отрезвления наступил неожиданно, стоило им на мгновение отпустить друг друга из оков страстных объятий. Дьявол Хоукинса поднялся на руках и взглянул на Стива. Тот смотрел на него через сладостную пелену, пребывая в полудрёме. Эдди поспешил встать и отряхнул свои штаны, озираясь по сторонам. Он обрёл способность видеть в темноте или это ночь отступила? Трели первых птиц дали ответ. Луна болезненно побледнела, готовясь вновь умереть меж россыпи звёзд. — Нам пора, — тихо сказал Эдди, подав руку товарищу. Стив неуверенно встал, поморщившись. В голову молотом ударила страшная боль. Мансон торопливо собрал разбросанные вещи, взял жестяную коробку под мышку и свободной рукой подцепил ящик с оставшимся пивом. Держась за голову, Стив подобрал пустые бутылки, и вместе они двинулись через пробуждающийся ото сна лес. Больше они не сказали ни слова. Выйдя к дороге, Эдди бросил взгляд на горизонт, пролегающий впереди. У самого края земли запылала верхушка восходящего солнца. Мансон отвёл глаза, боясь, что разрушительный свет сожжёт то немногое, что осталось ему от минувшей ночи. Прекрасной ночи на берегу озера любви.
