Я влюбилась в друга

flashback

Юная девчушка аккуратно завязала шнурки на своих белоснежных кроссовках, а следом трепетно расправила скомканный подол короткого летнего платья. В последний раз взглянув в маленькое зеркальце, она с удовлетворением отметила, что локоны, завитые на плойке сестрой, получились просто восхитительными, придавая её облику особое очарование и лёгкость. Нервно перебирая пальчиками крафтовый подарочный пакет, рыжеволосая красавица нажала на звонок, оповещая о своём прибытии. В доме уже вовсю играла громкая музыка, раздавались шумные крики подростков. — О! Со Каыль! — удивлённо произнёс незнакомый юноша, открыв деревянную дверь и с изумлением глядя на девушку. — Юнги что, тебя пригласил? — Ну а как же?.. — проходя в дом, слегка резко ответила Со. — Мы с ним друзья, как-никак. Почему бы не пригласить друга на свой день рождения? — М… не знал, что вы это… друзья, в общем-то, — промычал парнишка. — Ну ты проходи, еду и напитки найдёшь на кухне. Но о еде Каыль даже не думала. В её голове крутилась лишь одна мысль: поскорее найти Юнги. Шумно вздохнув, Со прошла вглубь дома, обходя стороной незнакомых ей молодых людей. Как странно, она и представить не могла, что у Мина столько приятелей, которых она видела впервые... Каыль считала, что знает всё о своём школьном друге, но, как выяснилось, она была совершенно не в курсе его обширного круга общения. Обойдя полдома в поисках виновника торжества, девушка наконец наткнулась на него. Он стоял в центре зала в окружении нескольких парней и красивых девушек. Рыжеволосая застыла на месте, зачарованно наблюдая из-за угла за милейшей улыбкой своего друга и его громким радостным смехом. Уголки губ Со сами невольно поднялись вверх, а в душе запорхали бабочки! Казалось, она перестала дышать, но даже при этом не могла оторвать взгляда от Юнги, который сегодня выглядел просто потрясающе! Ох уж эта чёртова первая влюблённость… — Поберегись! Зашибу! — вдруг вырвал Каыль из мыслей громкий крик. Парень на чёрном скейте промчался прямо рядом с Со, и она, не выдержав, шумно плюхнулась на пол, случайно отбросив пакет с подарком далеко в сторону. Девушка не заметила, как все присутствующие тут же обратили внимание на неё, лежащую на полу в позе наевшегося тюленя... ещё никогда не было настолько стыдно. — Чёрт! — моментально подбежал Юнги, помогая Каыль подняться. — Шон! Я пришибу тебя за такие выходки! Со расправила подол платья и пригладила растрёпанные волосы. От этого неловкого падения и множества любопытных взглядов, направленных на неё и Мина, она замерла на месте и глупо уставилась в испуганное лицо напротив. — Лисёнок, всё в порядке? Не сильно ушиблась? — А… Э… — почёсывая затылок, негромко промычала Каыль. — Всё хорошо, не нужно беспокоиться. — До неё не сразу дошло, как только что к ней обратился друг, который раньше называл её лишь «Ведьмочкой». Пф… Ну что за дурацкое прозвище? — Стоп. Мин, как ты меня назвал?.. Юнги лишь озорно усмехнулся, ничего не ответив. Он провёл рукой по запястью подруги, отмечая про себя, что её кожа холодная, словно кубики льда из морозильной камеры. — Думаю, здесь слишком много глаз, — прошептал он на ушко приятельнице, аккуратно убирая назад её выпавшую рыжую прядь. — Пойдём в более укромное местечко? Поболтаем. — Ну давай… Виновник торжества взял рыжеволосую подругу под бок, ведя её на второй этаж снятого на день особняка. Со, казалось, совсем перестала чувствовать свои ноги, они стали ватными, но стук её сердца, вероятно, был слышен всему дому... Юнги привёл Каыль в небольшую пустую комнатку. Крепко обнял подругу, нежно трепля её по любимым рыжим волосам, зарываясь в них носом и вдыхая полной грудью лёгкий сладковатый аромат. — Ну почему так долго? Я уж думал, совсем помру от скуки без тебя... — гладя Со по голове, словно послушного котёнка, шептал Юнги, не отрывая горящего взгляда. — Ну как видишь, я тут. И ты не умер без меня, — улыбаясь, ответила девчонка. — Кстати, Юн, ты должен объясниться. Что ещё за детское слащавое прозвище? Выглядит так, будто ты влюблён в меня… — От бездумно произнесённых слов щёки Каыль мгновенно порозовели, — Ой, да нет, — поспешно возразил Мин, — так точно не выглядит. Я же просто обещал придумать, как называть тебя по-другому, вот и придумал. По-моему, звучит миленько, да и тебе подходит, лисёнок... Рыжеволосая закивала головой, нервно теребя подол платья. От долгого ожидания в голове зазвенело. Оба не знали, как продолжить разговор. — Ну наконец-то! Юнги, я думала, что уже не найду тебя! — в комнату вошла миловидная девушка, чем-то похожая на диснеевскую принцессу. Она демонстративно обошла Каыль стороной, всем видом показывая, что сейчас её интересуют совсем не рыжеволосая гостья. — Мой малыш Мин, с твоим семнадцатилетием! — брюнетка встала на цыпочки и чмокнула Юнги в щёку, крепко обняла, положив голову ему на плечо. — Это, конечно, не билет до Нью-Йорка, но, думаю, тоже неплохо скрасит этот день, — она протянула имениннику небольшую коробочку с фотографией новой модели швейцарских наручных часов на упаковке. — Ну ничего себе! — восхищённо произнёс Юнги, разглядывая подарок со всех сторон. — Это же так дорого… Спасибо тебе огромное, Юна! Ты сильно осчастливила меня! — юноша подхватил девушку за талию и закружил, весело хихикая и улыбаясь, словно... влюблённый чудик. Казалось, подростки совсем забыли, что в комнате они не одни. Каыль, потупив взгляд в пол, натянула на себя милую улыбку и начала мелкими шажками продвигаться к выходу, стараясь быть очень тихой и не мешать таким близким отношениям друга и... незнакомой ей девушки. — Ну всё-всё, у меня уже голова закружилась, отпусти! — посмеиваясь, произнесла брюнетка. — Кстати, малыш Мин, когда я тебя искала, наткнулась на какой-то рваный пакет с чем-то мерзким внутри... — она протянула небольшой крафтовый мешочек парню и хотела было сказать что-то ещё, как вдруг к ним подбежала Каыль со слезами на глазах, забирая из чужих рук пакет и с досадой рассматривая его содержимое. — Блин… Блин-блин-блин! — дрожащими пальцами Со достала испачканные в шоколаде вещи, нервно постукивая ногой по полу и кусая сухие губы. — Лисёнок, что такое? Брось ты его, зачем копаться в мусоре? — Это не мусор, Юнги! Это… это был мой подарок… Шоколадные пирожные, книжка и браслет… Я так долго готовила этот чёртов десерт… Зараза, теперь всё на выброс! — Каыль уже собралась поскорее уйти из комнаты и выбросить этот позор, но Юнги резким движением остановил её, забирая пакет из дрожащих рук. — Эй! Насколько я понял, этот подарок для меня. Поэтому не нужно выделываться и сразу убегать, госпожа Со! Юна почувствовала себя третьей лишней в этой ситуации. Задрав голову, она самодовольно улыбнулась, в последний раз одарив Каыль надменным взглядом. — «Книжка и пирожные», ну и детский сад, — с тихим хохотом девушка удалилась из комнаты, бросив Юнги на прощание воздушный поцелуй. — Ты меня, конечно, извини, «малыш Мин», — заговорила Каыль, как только захлопнулась дверь, — я не знаю, на каком вы уровне отношений, но эта Юна — та ещё стерва! — Не могу не согласиться. Скажу больше, она, вдобавок ко всему, ещё и богатая стерва, — засмеялся Юнги, запрыгивая на старенький диван и доставая из пакета измазанную в шоколаде книгу и аккуратно завёрнутый в подарочную бумагу браслет с крупными бусинами. — Ты не смейся только, подарок и вправду может показаться детским и крайне странным. Ещё и грязным в придачу… — Ой, да иди ты! Как может показаться странной книга любимого автора, подаренная самым близким другом? — Мин легонько щёлкнул подругу по носу, весело прыснув от её недоумевающего выражения лица. — О! Тут ещё и конверт! — Это ты потом прочтёшь! — торопливо проговорила Каыль, пряча в желтоватые страницы клочок бумаги. — Там послание и много разных пожеланий от меня, если ты начнёшь читать это прямо сейчас, то я сгорю от стыда и скажу всем, что это ты виноват в моей смерти. — Эх… Я бы, конечно, посмотрел на это зрелище, но пощажу тебя, так и быть, — ярко заулыбался Юнги, любовно проводя подушечками пальцев по корешку книги. — Ну раз так, то плевать мне на всех остальных, предлагаю схомячить остатки пирожных! Обожрёмся до боли в животе, пообсуждаем кого-нибудь и завалимся спать прямо здесь. Что скажешь? Девчонка глупо заулыбалась, с искоркой в глазах глядя в расслабленное лицо приятеля. Громко выдохнув, она по удобнее устроилась на диване, который, кажется, пережил времена самих динозавров. Уложив голову на грудь друга, Со с наслаждением прикрыла глаза, запоминая этот момент в мельчайших деталях. — Пожалуй, это лучшее предложение в моей жизни...

***

Раньше Юнги не выносил обедать в одиночестве в университетской столовой. Ему казалось, что сидеть за столом одному — это знак того, что у него попросту нет друзей, и это выставляло его в невыгодном свете. Но последние события перевернули всё с ног на голову... — Смотри! Мы обязаны туда сходить! — Чимин подлетел к его столику, шумно швырнув на липковатую поверхность смятый листок. На бумаге оскаливалось обгорелое лицо Фредди Крюгера, а кроваво-красные буквы кричали: «HALLOWEEN PARTY». — Ты с дуба рухнул? — Юнги даже не поднял глаз от тарелки с остывшим супом. — Какая на фиг вечеринка? — Юнги, там все будут! — Чимин ухватился за спинку стула, его глаза горели азартом. — Представляешь, как зажжём? — Не, я пас. — Ложка глухо стукнула о дно тарелки. — И какое мне, простите, веселье? Я, кажется, перерос это дерьмо... — Ох ты ж! — Чимин аж отшатнулся. — «Какое веселье»? Да брось! Ты последнее время — как затворник: универ, дом, игнор всех! — Он ткнул пальцем в грудь приятеля. — Тебе жизненно нужно вырваться, набухаться в хлам и вспомнить, какого это — дышать! Юнги медленно поднял взгляд. В его глазах читалась усталая покорность. — Окей. Если вам нужен овощ с кислой миной — я согласен. — Ого... — Чимин замер, поражённый таким быстрым ответом. Никаких уговоров? Ни скандалов? — Это что-то новенькое! — Он резко подорвался с места, с шумом натягивая капюшон белой толстовки. — Время и адрес — на листовке. Готовь костюм. Явка обязательна! — Парень уже отошёл от столика, но обернулся на прощанье. — А хорошее настроение... мы тебе добудем на месте!

***

Над городом нависли тяжёлые свинцовые тучи, разорвавшие некогда ясное небо. Ослепительная молния рассекла темноту, и почти сразу же громовой раскат потряс окрестности. Крупные дождевые капли начали барабанить по асфальту, превращая улицы в бурлящие потоки. — Твою мать! Буквально минуты не хватило! — проворчал Чонгук, резко глуша двигатель своего чёрного мотоцикла перед двухэтажным домом. Он помог Каыль слезть, но та уже была вне себя. — Чтобы я ещё раз села с тобой на эту железную смерть! — выкрикнула она, спрыгивая на мокрый асфальт и гневно размахивая руками. — Никогда в жизни! Чёрт возьми! — Что, не понравился экстрим, красавица? — Иди ты... — не закончив фразу, Каыль натянула куртку над головой и бросилась к дому, спасаясь от ледяных потоков воды. Чонгук же остановился на мгновение, оценивающе окинув взглядом дом и пустынную из-за непогоды улицу. Поправив сползшую лямку портфеля и поёжившись от пронизывающего ветра, он неспешно направился к крыльцу, где уже топталась промокшая до нитки Каыль. — Ты чего там завис, копуша? Тебе что, дождь нипочём? Я вот уже вся мокрая! — Ну, я, конечно, горячий парень... — самодовольно ухмыльнулся он, — но мы ведь даже ничего такого не делали, от чего ты бы могла быть мокрой. — Да иди уже, Казанова всея Кореи, — хрипло рассмеялась Каыль, протягивая руку к дверной ручке. Но в этот момент холодный палец Чонгука неожиданно коснулся её носа. — Ты чего? — нахмурилась она. — Покраснела. — От холода, идиот! — огрызнулась Каыль, легонько шлёпнув его по голове и буквально вталкивая в узкую прихожую. Время после переезда Чонгука и возвращения Каыль домой пролетело незаметно — всего два дня, а сколько перемен! Чонгук буквально расцвёл в новой обстановке. Просторное жильё, перспективная работа, новенький мотоцикл — жизнь складывалась как нельзя лучше. Он успевал и дела решать, и с Каыль встречаться, помогая ей адаптироваться к привычной жизни. Каыль тоже добилась важных успехов. Первая победа — университет. За чашечкой ароматного кофе в новом кафе она поговорила с господином Кимом. Они мило поболтали, съели синнабон, и все недопонимания разрешились. СокДжин оказался понимающим преподавателем — он не только простил резкость в телефонном разговоре, но и поддержал решение вернуться к учёбе. С начала следующей недели Каыль снова будет посещать занятия. Вторая, и не менее важная победа — примирение с сестрой. Долгий разговор за чаем (для Суа) и соджу (для Каыль) помог разрешить все недомолвки. Каыль рассказала Суа обо всём: и о своих переживаниях, и о нелепом случае на море, и даже о Минхо и Чонгуке. К её удивлению, Суа отреагировала спокойно, без упрёков. Сестра была просто счастлива видеть Каыль здоровой и счастливой... Вечер закончился просмотром дорамы и шоколадным мороженым — теперь сёстры обещали больше ничего друг от друга не скрывать. — У вас уютно! — восхищённо присвистнул Чонгук, разглядывая картины и семейные фото в доме Каыль. — Мы точно никому не помешаем? Как твоя семья отнесётся к тому, что ты привела домой парня? — Не переживай, никого нет, — ответила Каыль, снимая мокрый свитер. — Суа должна быть у Джина, а родители как обычно в разъездах. — Типа деловые шишки? — Угу, — кивнула девушка. — Может, чаю? — С удовольствием, — улыбнулся Чонгук. — Только сначала покажи, где твоя комната — надо достать костюмы. — Второй этаж, первая дверь справа. Чонгук, насвистывая какую-то мелодию, направился наверх. Глядя на падающие капли с его одежды, что стали образовывать на полу небольшие лужицы, Каыль подумала, что неплохо было бы переодеть приятеля, да вот только идея просушить его одежду феном прямо на нём же, показалась ей более удачной. Погружённая в свои мысли, она открыла дверь на кухню — и застыла как вкопанная... Суа, полураздетая, сидела на столе, а Джин, прильнув к ней, оставлял горячие поцелуи вдоль её шеи. От неожиданности Каыль громко вскрикнула и тут же захлопнула дверь. — Господи! Ты чего орёшь? — Чонгук, неожиданно появившийся за её спиной, нахмурился. — Т-там… Су и господин Ким… — прошептала она, трясущимся пальцем указывая на дверь. Чонгук приоткрыл её на щелочку — и тут же громко рассмеялся, увидев, как в панике одевалась бедная парочка. — О, нет! — он схватился за живот, едва сдерживая хохот. — «Обломщица года»! Вот твоё новое прозвище! Ну как так-то? Почему именно ты умудряешься подловить всех в самых пикантных ситуациях? Почему не я?! — Поверь, я бы с радостью уступила тебе эту «честь», — сухо ответила Каыль. — Каыль! Я тебя ненавижу! — проревела из-за двери Суа. — У тебя офигенная сестра! — Чонгук, всё ещё давясь от смеха, вытер слезу. Дверь распахнулась с такой силой, что чуть не отлетела с петель. На пороге стояла Суа — красная, как перец чили, с глазами, полными ярости. Грудь вздымалась, будто она только что пробежала марафон. — Ты же сказала, что будешь в торговом до вечера! — прошипела она, сжимая кулаки, словно готовясь вот-вот ударить. — Воу-воу! Су, а сейчас то что? Разве не вечер? — Каыль подняла руки в защитном жесте. — И давай без агрессии, а? Не хочу, чтобы Чонгук решил, что ты — злобная фурия. Суа перевела взгляд на парня, который, несмотря на все попытки сохранить серьёзность, всё ещё ухмылялся. Осознание всей абсурдности ситуации накрыло её волной — щёки запылали ещё сильнее. Без слов она резко развернулась и с грохотом захлопнула дверь. — Эээ… — Каыль неуверенно почесала затылок. — Наверное, нам стоит пойти в мою комнату? — Да-да… — донёсся приглушённый голос из-за двери. — Это… будет лучшим вариантом. Чонгук, наконец перестав смеяться, лишь кивнул и последовал за Каыль, пока та бормотала себе под нос: — Ну вот… Теперь мне точно не светит спокойной жизни. Затолкнув приятеля в свою обитель, девушка закрыла руками глаза и с разбегу прыгнула на кровать, пряча лицо в мягких подушках. — Да ты чего? Всё же нормально, мы толком ничего не увидели. Они взрослые люди, да тебе не три года. — Мы их сильно смутили... — Каыль закусила губу, нервно теребля край подушки. — Как теперь Суа в глаза смотреть? Ладно бы только ей... но как находиться в одной комнате с господином Кимом? Чёрт, нам же ещё в университете с ним пересекаться... — Просто забей, — Чонгук плюхнулся на край кровати, закинув ногу на ногу. — Даже если не получится забить, всё равно забудешь, как только мы зайдём в клуб. Хотя... — он внезапно вскочил, глаза загорелись азартом, — забудешь уже прямо сейчас! Потому что настало время наряжаться! Зря мы что ли весь день потратили на поиски костюмов? — Схватив Каыль за руки, он поднял её с постели одним плавным движением. — Не люблю тебя, Чон... — пробормотала она, надув губы и скрестив руки на груди. — Взаимно, бусинка. А теперь — марш отсюда, я хочу первым преобразиться. Громко цокнув языком, Каыль вышла, всё ещё сохраняя обиженный вид. Не прошло и пяти минут, как из комнаты раздался его голос: — Жду вашей оценки, мадам Со-Со! Когда она вернулась, Чонгук эффектно покрутился на месте, затем замер в театральной позе — будто перед ним вспыхнули сотни вспышек. Образ и правда получился ошеломляющим. Чёрные кожаные брюки облегали каждую мышцу его сильных ног, а белая ажурная рубашка с широкими рукавами подчёркивала рельеф торса. Тёмная накидка драматично спадала с плеч, а пальцы, сжимавшие её край, украшали массивные бутафорские кольца с драгоценными камнями. Даже его обычные серьги и пирсинг неожиданно идеально вписались в образ. — Смотри-ка... — Каыль обошла его кругом, оценивающе прищурившись. — И пирсинг подошёл, и серьги твои... Чёрт, Гук, да ты просто идеален! — Благодарю сердечно, — он сделал театральный поклон. — Осталось лишь разобраться с причёской и макияжем — и вампир Чон будет полностью готов к охоте. — Держи, — Каыль бросила в приятеля лак для волос и тени, — разбираться будешь в коридоре. Моя очередь наводить красоту. Как только дверь за Чонгуком захлопнулась, Каыль тяжело выдохнула и снова плюхнулась на кровать. Необъяснимая усталость накрыла её с головой — в висках гудело, а мышцы ныли, будто после долгой тренировки. Чёрное платье, висевшее на дверце шкафа прямо напротив, казалось, поблёскивало тканью, насмехаясь над ней. А парик в пакете на полу и вовсе шептал о безумии всего этого замысла. — А вот и не дождётесь! Возьму и надену вас! — вдруг вскочила она с кровати, грозя вещам кулаком. Затем замерла и тихо рассмеялась: — Боже... какая же я дура... — снова опустилась на матрас, всё ещё чувствуя, как щёки горят от разговора с неодушевлёнными предметами. Ну и бред бредовый... — Ладно... время собираться. Холодная ткань короткого платья с длинными рукавами идеально облегла её фигуру, подчёркивая изящные изгибы и открывая вид на тонкие ключицы. Непривычный смоляно-чёрный парик преобразил её до неузнаваемости — теперь в зеркале смотрела на неё строгая девушка с прямыми, как стрела, волосами, ниспадающими на худые плечи. Начищенные до зеркального блеска берцы добавили образу дерзости, а чёрные кошачьи ушки завершали образ, соответствуя дресс-коду вечеринки. — Вампир Чон, заходите. — Я, блин, за две минуты собрался, а ты тут... — Чонгук застыл в дверном проёме, рот приоткрыт, глаза округлились. — Ладно, признаю — оно того стоило. — Ну? Как я выгляжу? — Каыль повернулась перед ним, слегка нервно теребля край платья. — Серьёзно? По моему лицу не видно? — он закатил глаза, но ухмыльнулся. — Мадам, вы явно напрашиваетесь на комплименты! — Это всё парик, который ты мне посоветовал, да? Без него, конечно, будет не так эффектно... — Эй! — Чонгук внезапно шагнул вперёд, аккуратно взяв её за подбородок. — Парик — для твоего спокойствия, чтобы никто тебя не узнал, всего-то. Он тут вообще ни при чём. Ты была бы потрясающей даже в мешке из-под картошки. — Его палец ткнул в область её сердца. — Главная красота находится тут. И, благо, тебя везде не обидели. Даже заставляешь завидовать этому твоему Юнги... противная кошка.

***

Клуб, который Чонгук так расхваливал, встретил их оглушительным грохотом басов и плотной толпой явно перебравших посетителей. Казалось, здесь собрались все фрики города — костюмы были невероятно разнообразны: от героев фильмов до действующих лиц мемов, от вампиров до оживших персонажей любимых детских мультиков. — Мне здесь не нравится! — крикнула Каыль, перекрывая грохочущую музыку. — Привыкнешь, — бросил Чонгук, уже высматривая барную стойку. — Ты пока осматривайся, а я займусь важным — добычей алкоголя! — Подмигнув, он растворился в искусственном дыме и мелькающих телах танцующих. Каыль устало провела рукой по лицу. Единственное, о чём она мечтала сейчас — это собственная кровать и десять часов беспробудного сна. Отойдя к стене, девушка наконец окинула взглядом помещение: Заведеньице было оформлено на славу! Чёрно-оранжевые декорации создавали мрачноватую атмосферу; светящиеся призраки-лампочки мерцали под потолком; на столах красовались резные тыквы и фигурки кинозлодеев. Стены украшала искусственная паутина и портреты вампиров, а у входа гордо восседали надувные Франкенштейн и Фредди Крюгер — несомненные символы вечеринки. — Оп-па, а вот и я, — внезапно появился Чонгук, легонько толкнув её бедром. — Держи своего «Охотника за головами», — протянул он бокал с мутноватой оранжевой жидкостью. — Я вроде не просила... — Пряный ром в объятиях крепкого пива — идеальный дуэт для первого знакомства с серьёзными напитками. Пей, не бойся! Каыль осторожно пригубила — сначала сладковатый вкус ванили обманул ожидания, следом, через секунду, рот заполнила адская горечь. Она тут же выхватила тарелку с фруктами у проходящего официанта, сгребая в рот кусочки ананаса, чтобы перебить вкус. — Боже! Это самое крепкое пойло в моей жизни! — Круто, правда? — самодовольно ухмыльнулся Чонгук. — Папочка Чон откроет тебе мир настоящих алкогольных напитков! Каыль только покачала головой, но в уголках губ уже играла улыбка — несмотря на отвратительный вкус коктейля, атмосфера начинала ей нравиться.       В это же время: — Браво, Тэ! Я до сих пор в восторге от твоего «сюрприза»! Ты просто прелесть! — Гёнэ сладко потянула слова, язвительно хлопая накладными ресницами. — Гёнэ, хватит уже... — Тэхён провёл рукой по лицу. — Я же объяснял, что хотел как лучше... — А получилось как всегда! — не унималась она, скрестив руки на груди. — Так! — Намджун внезапно врезал кулаком по стеклянной столешнице, отчего серебряные приборы подпрыгнули с металлическим звоном. — Заткнулись оба! Ещё бы я не разнимал красного человечка и выдру морскую! — Я охранник из «Игры в кальмара»! — А я Урсула из «Русалочки»! — парировала Гёнэ, эффектно встряхивая париком. Компания друзей не сдержала смеха, напряжение немного спало. Тэхён вздохнул и продолжил уже спокойнее: — Серьёзно, я правда думал, что в ВИП-зоне будет круче, чем среди толпы каких-то куряг... Накосячил. Признаю. Надо было посоветоваться. — Так в чём проблема? — Хосок расстегнул верхнюю пуговицу мантии Гарри Поттера. — Можем же спуститься вниз, к нормальному веселью? — Можем, но не будем, — Тэхён твёрдо покачал головой. — Я не собираюсь пускать эти потраченные деньги на ветер. Веселимся здесь. Точка. В воздухе повисло тягостное молчание. Казалось, все одновременно стиснули зубы и напряжённо задышали через нос. Даже музыка снизу, доносящаяся сквозь стеклянный пол, не могла разрядить атмосферу. Гёнэ, ловя момент, подозвала официанта: — Самый дорогой коньяк в заведении! И закуски! — Она многозначительно подмигнула Тэхёну, всем видом показывая: «Раз начал — плати до конца». Пока официант удалялся, все, кроме Тэхёна и молчаливого Юнги, неотрывно смотрели в панорамное окно, где внизу бушевала настоящая вечеринка — люди смеялись, танцевали, разливали напитки без оглядки на ценники. — Юнги, — Тэхён тихо тронул приятеля за локоть, — ты как? Бледный, как призрак... Кстати, ты кто у нас? Вампир? Бродячий торгаш нв рынке? — Музыкант, — глухо ответил Юнги, отхлёбывая из бокала. — И да, всё нормально. Официант принёс заказанную бутылку коньяка, семь бокалов-снифтер и плоскую тарелку с нарезкой из выдержанного сыра и горького шоколада. Друзья тут же набросились на угощения, казалось, даже позабыв о претензиях к Тэхёну. Уединение в затемнённом зале постепенно разряжало атмосферу, и вскоре компания оживилась, переходя к разговорам на откровенные темы. Алкоголь делал своё дело — скованность улетучивалась, сменяясь непринуждённой болтовнёй. — Ох... — Хосок вдруг поморщился от внезапной мысли. — Кажется, я до сих пор не отошёл от той сентябрьской тусовки... Выпил всего пару коктейлей, а они, оказывается, были ядерные! Практически сразу вырубился... Дружный хохот огласил зал, когда все увидели, как взгляд парня стал мутным от одних воспоминаний. Чон горько хмыкнул и отодвинул свой бокал, решив сосредоточиться на закусках. В воздухе повисла пауза — каждый невольно погрузился в собственные воспоминания, прокручивая в голове яркие моменты прошлой вечеринки. Тэхён, заметив, как Чимин покраснел, загадочно улыбнулся и задумчиво провёл пальцами по подбородку. — Кстати, Чим, — с лёгкой ухмылкой начал он, — а тебе как та вечеринка? Всё понравилось? Разговоры мгновенно стихли. Все взгляды устремились на Пака, который замер, растерянно водя глазами по столу. Его пальцы нервно постукивали по краю бокала. — Всё... всё понравилось... — пробормотал он, пряча лицо за стаканом. — Рад слышать. — Тэхён намеренно сделал паузу. — А тому парню? Комната будто замерла. Взгляды метались между Чимином и Тэхёном, чья ухмылка становилась всё шире. Юнги залпом выпил свой бокал с коньяком, нервно теребя лёгкий рукав белой рубахи. — Что ты хочешь от меня услышать, Ким? — Что ты гей. — Окей, я гей. Каминг-аут произведён, спасибо за внимание. Воцарилось непонятное молчание. Тэхён, похоже, был единственным, кто искренне наслаждался происходящим, при этом ритмично покачивая ногой, которая была спрятана под столом. Встретившись с Чимином взглядом, Юнги лишь медленно кивнул, вероятно, тем самым показывая свою поддержку. — О, смотрите-ка, какой красавчик! — Тэхён вдруг оживился, указывая вниз, где среди пестрой толпы выделялся высокий парень с идеально уложенными черными волосами. — Бёдра — загляденье. А эти сильные руки... Давай, Чим, иди, знакомься. Станешь Беллой Свон для собственного вампирчика. — А знаешь, я так и сделаю! — Чимин резко вскочил, стремглав бросившись к выходу. — Ну ты и идиот, Тэ, — хором выдохнули друзья, когда дверь с характерным звуком захлопнулась за Паком. — Если мои друзья не устраивают свою личную жизнь сами, то я считаю, что моя обязанность — помочь им в этом. — Философски заметил Тэхён, жуя кусок сыра. Все прильнули к панорамному окну, с нетерпением ожидая, когда Чимин появится рядом с тем самым парнем. Но вместо этого увидели, как к «вампиру» подошла стройная темноволосая девушка с кошачьими ушками, разрушив все надежды. — Какая она красивая... — завороженно прошептала Гёнэ, осушая половину бокала залпом. — Не спорю, зрелище впечатляющее, — кивнул Тэхён. — Классная пара. — Не в обиду Чим-Чиму, но он тут явно проигрывает, — неожиданно подал голос Юнги, изучая незнакомку. Он окинул взглядом её длинные ноги, стройную фигуру в обтягивающем наряде и очаровательные ушки, которые удивительным образом гармонировали с её обликом. Но почему-то перед глазами снова всплыло рыжеволосое видение. Даже глядя на другую, он все равно видел только одно лицо. Только свою подругу. Мог ли он подумать, что его силы окажутся столь ограниченными, а зависимость — столь сильной... Дверь с грохотом распахнулась. — Ребята, вы не поверите! — Чимин ворвался в зал с лицом краснее спелого помидора, глаза буквально были готовы выскочить из орбит. — Чёрт возьми, это нереально! — Если сейчас скажешь, что у тебя что-то вышло с тем парнем — ты врун, — фыркнул Намджун, обнимая свою девушку. — Мы видели, что он с девушкой. — В том-то и дело! Боже, вы никогда не поверите! — Да говори уже... — Эта девушка... это наша Каыль. В момент настала гробовая тишина. Все замерли, переваривая информацию. — Что?.. — первым нарушил молчание Юнги, его голос внезапно осип. Чимин только тяжело дышал, размахивая руками: — Я подошел, хотел уже уйти, а она обернулась... Это точно она! Только... другая. Совсем другая. Вы бы видели! Юнги вскочил так резко, что опрокинул бокал. Коньяк растекался по столу, как кровь, но он уже мчался к выходу, не обращая внимания на крики друзей. Его сердце бешено колотилось — нужно было увидеть своими глазами. Хотелось увидеть её. Хотелось рыдать и смеяться. Хотелось кинуться в объятия и вместе с тем придушить эту чёртову лисицу, которая не пощадила нервы никого из присутствующих... За Юнги кинулись Тэхён, Гёнэ и Чимин, практически бегом спускаясь с крутой лестницы. Пробившись сквозь толпу танцующих студентов, Юнги застыл на месте, глотая душный воздух, словно беспомощная рыба на суше... — А ты, оказывается, та ещё эгоистка, мисс Со! — голос Юнги прозвучал как удар хлыста, прорезая шум музыки. Он стоял, сжимая кулаки, и его взгляд буквально прожигал девушку насквозь. Толпа веселилась, прыгала в такт музыки, пока между самыми родными людьми зияла огромная пропасть. — Если на меня тебе плевать, могла бы хоть остальным объяснить, что случилось! Неужели ты на всех нас настолько забила? Каыль замерла, будто вкопанная. Алкогольная мгла в голове и тяжесть в теле приковали её к месту. Пальцы впились в ладони так, что ногти оставили красные полумесяцы на коже, а по лицу текли горячие предательские слёзы, смешиваясь с тушью. — Чёрт возьми, да повернись же! — Юнги шагнул вперёд, его голос сорвался на хрип. — Я хотя бы заслужил нормального объяснения! — Эй! — Чонгук резко вклинился между ними, его рука уверенно обвила талию Каыль. — Ты кто вообще такой? Чего пристал к моей девушке? — Его голос звучал холодно и опасно. Прямо-таки «мафиози» хренов... — Парень, советую уйти по-хорошему. — Твоей... что?! — Юнги остолбенел, лицо исказилось от непонимания. — Мне... плохо... — едва слышно прошептала Каыль, судорожно хватаясь за живот. — Я выведу её! — почти одновременно выпалили оба парня, бросая друг на друга взгляды, полные ненависти. — Сама. — На шатких ногах она пробилась к выходу, даже не вспомнив о куртке. Ледяной ночной ветер обжёг разгорячённую кожу. Каыль пошатнулась, мир поплыл перед глазами — ещё мгновение, и она бы рухнула на асфальт, если бы не крепкие руки Гёнэ, вовремя подхватившие её. — Сдаёшь позиции, сестра, — тихо хихикнула Гёнэ, передавая обмякшее тело Тэхёну, который ловко поймал подругу на руки. Из дверей клуба вылетели Юнги и Чонгук. В руках последнего болталась забытая куртка Каыль и шарф. Увидев безвольную фигуру девушки на руках Тэхёна, оба рванулись вперёд, но Ким отступил на шаг, преградив им дорогу. — Гёнэ уже вызывает такси. Мы едем ко мне, — его голос не оставлял места для возражений. — И знайте — мне абсолютно всё равно, что вы там собираетесь сказать. Для неё так будет лучше. Последние слова повисли в морозном воздухе, пока троица направлялась к подъезжающей машине, оставляя за спиной двух растерянных парней с разбитыми сердцами и миллионом невысказанных вопросов. — А не лучше отдать её своему парню? — Красавчик в кожаных штанах, я, по-моему, уже сказал, что мне откровенно плевать на то, что вы мне скажете. Не беспокойтесь, мы с Шин о ней позаботимся. Вещи подруги Гёнэ буквально вырвала из рук Чонгука. Как только жёлтое авто скрылось за поворотом, Юнги достал из кармана кожаной куртки пачку сигарет и зажигалку. С пару секунд просто постоял, а потом молча закурил. — Давай на чистоту, вы ведь не встречаетесь? — Откуда такая уверенность? — Я не слепой и не тупой. Это было видно. Чонгук бесшумно прыснул, не сводя глаз со своей обуви. Взглянул на мятноволосого, потом вновь опустил глаза на свои ботинки, а следом, улыбнувшись во все тридцать два, произнёс шёпотом: — Ты прав, «не слепой и не тупой». Не встречаемся. Но я медленно, но верно иду к этому. — Серьёзно? — Серьёзнее некуда. Я наслышан о тебе, Юнги. Я знаю, насколько сильно ты ей дорог и насколько сильно она дорога тебе. Быть совсем откровенным? Я хочу забрать её у тебя. Хочу, чтобы Со Каыль была только моей — даже если для этого придётся стереть тебя из её сердца.