Ангелы четвертой спальни

Химера привела его к этому дому на рассвете, когда солнце только коснулось верхушек сосен, а в воздухе ещё пахло ночью и звёздами. - Ну вот, мы на месте. - хмуро произнесла она, опустив тяжёлую львиную лапу на ковер из хвои. Мак уже видел это место. Когда-то очень давно, в чужом сне. Он повернул голову и увидел поле. Огромное и молчаливое, колосья в нём так тесно переплелись с дикими цветами, что было не понять, что хотели вырастить там изначально. Он заметил красные пятна маков и еле заметно улыбнулся. - Не могу поверить, что спасаю твою шкуру уже во второй раз. Но дело сделано. Я довела его до конца, понимаешь? - Понимаю. - ответил он. - Ты нашла меня тогда, на крыше. И не бросила, не смогла. Думаю, Дом воспринял это по-своему. Но теперь ты и вправду свободна. Он повернулся к Химере и улыбнулся уже ей, хотя смотреть одновременно в три пары глаз оказалось сложновато. - Спасибо тебе. Внезапно Химера сгребла его лапой и прижала к себе, а он обнял её за гриву. От Химеры пахло огнём и дымом. А от него - давно уже нет. " Я справлюсь" - шепнул Мак ей в острое козье ухо. - Да уж постарайся. - проворчала она в ответ и отпустила его, глядя с вызовом, стараясь скрыть смущение. - Ты тоже себя береги, прошу. - сказал он. - Обо мне не волнуйся. Уж я точно смогу за себя постоять. Теперь точно могу. - Знаю. Но буду скучать. - Мы ещё встретимся, дракоша. Точно тебе говорю. Если, конечно, ты никуда не переедешь. - Не перееду. Он посмотрел на дом. Старый, разваленный. Некоторые его доски упали на землю и их уже успели оплести какие-то незнакомые цветы. Дом пророс в низких ветвях старого дуба, среди молодых сосен он казался древним старцем, древнее самого неба. Вокруг дома невесть кем был выстроен забор, который, как и всё остальное, требовалось подлатать. - Отсюда я уже точно никуда не уеду. На плече у Мака висела большая сумка, а в ней были инструменты, веревки, огниво (Химера долго учила его им пользоваться), вяленое мясо, бутылки с водой и прочая провизия на первое время. Химера сгрузила на землю вторую огромную сумку, в которой лежали спальники, одеяла, а помимо всего прочего, очень важный и очень старый справочник по растениям и грибам, без которого в лесу просто не протянуть. Мака не отпускала мысль, что где-то он эту книгу уже видел. - Спасибо тебе за все эти вещи. Вот без них я бы точно пропал, а так всё будет в порядке. И, кроме того, я ведь буду не один. - Ну, оставь я тебя одного, ты бы окочурился на следующий день, а в миссию спасения это не входило. - засмеялась Химера мощным рокочущим голосом. Потом они оба умолкли на долгие минуты, стоя у ограды и глядя на дом в восемь глаз. - Думаешь, он придет? - спросила Химера тихо. - Знаю. И очень скоро. Он обещал. Они снова замолчали. Мак знал, что Химере очень сложно покинуть его, и ещё сложнее - найти слова чтобы попрощаться. Знал, что есть что-то, что она еще не высказала. Он ждал, когда она решится. И боялся. Он тоже не мог их найти, правильных слов, а потому они просто стояли в утренней тишине, пока солнце ползло всё ниже по стволам деревьев. Химера было обернулась к лесу, но только замерла, смотря куда-то в пустоту. - Почему ты оставил меня тогда? - вдруг спросила она очень тихо. Македонский всё же расслышал её. И вздрогнул. Он ждал этого вопроса. Ждал, когда с Химеры слетит эта маска бравады. Когда она перестанет делать вид что не в обиде на него. - Я приходила на чердак каждый день. - тихо продолжала она. - Взбиралась туда в своём гипсе. Специально придумала способ, проделывать это так, чтобы ничего не болело. И целыми днями сидела там, только с одной мыслью. Знаешь, о чем я думала? Она наконец посмотрела на Македонского. И взгляд этот был знакомым. Взгляд девочки, сидящей на чердаке в алом вечернем платье, которое было ей велико. Девочки, которая каждый день продолжала упорно наряжаться в это неудобное платье и краситься только для того, чтобы никто не заподозрил в ней слабости. - Я думала о том, зачем всё это делаю. А ведь правда, зачем? Хочешь знать? - Я знаю. - ответил Македонский. - Не думаю. Химера шагнула чуть ближе и Македонский не шелохнулся. - Впервые за много лет мне показалось, что я смогла кого-то спасти. Стать для кого-то важной, пусть даже таким путём. Методом исключения. Потому что поговорить тебе было больше не с кем. Я думала, что у меня появился друг. И я боялась за тебя, дракон. Боялась каждый чёртов день, сидя на том пропахшем дохлыми мышами чердаке. Знаешь, чего я боялась? Македонский не ответил. - Боялась, как бы ты не стал рассказывать то, что в тебе накопилось, кому-то другому. Я всё сидела и думала, кем ты же ты меня заменил? Кто стал твоим слушателем, если не я? Ведь тебе нужен слушатель, я это знала. И мы оба помним, что произошло, когда ты разоткровенничался с кем-то в первый раз. И так, я повторю свой вопрос. Почему ты меня оставил? Только, будь добр, отвечай честно. Красивая ложь мне не нужна. - Ответ такой же, как и всегда. - Македонский заставил себя посмотреть ей прямо в глаза. Сейчас это было куда тяжелее, чем раньше. - Я боялся. Боялся, что напрягаю тебя. И ещё сильнее боялся, сказать тебе об этом. Боялся всё это время. - Но почему? - Потому что я трус. Я боюсь постоянно и абсолютно всего. И тогда я оказался слабым. Потому что испугался последствий своего страха. Вот такая правда. Он криво улыбнулся и всё же опустил взгляд. Химера подошла ближе и боднула его головой в плечо. - Я знала, конечно, что у тебя беды с башкой. Но не знала, что всё настолько плохо. Так выходит, проблема тут в том, что мы просто об этом не поговорили? Серьёзно? - Прости меня. Прости пожалуйста. Теперь ты понимаешь, почему я избегал тебя? Я просто на просто боялся смотреть тебе в глаза. А чем больше проходило времени, тем яснее мне становилось, что вернись я на чердак, смог бы только бесконечно извиняться перед тобой. А ведь ты уже однажды отругал меня за это, так что... Да, я боялся ещё и тебя. Всё упирается в страх и... Мне просто было очень стыдно что мои проблемы влияют ещё и на тебя. Я хотел избавить тебя от этого. Черт. Как же хреново это всё звучит... - Да, и вправду хреново. - хмыкнула Химера. - У тебя действительно проблемы. Причем серьёзные. А я не знала, как тебе помочь. Да и не могла, наверное. Так что мы оба страдали. И ведь всё это только из-за того, что мы не поговорили! - Она засмеялась. - Да уж, весёлую ты мне жизнь устроил, дракон... - Но сейчас то разговор состоялся? - Мак заглянул ей в глаза с надеждой. Неужели, она всё ещё сердится? - Да, состоялся. С сильным опозданием. И не в последний раз, учти это. Она стукнула его лапой по голове, от чего Мак едва не упал. - Какие же мы с тобой оба покорёженные... Больные просто насквозь. - она оглядела кроны деревьев над их головами. - Но знаешь, здесь мне дышится куда легче. Думаешь, сам ты сможешь вылечиться? - Думаю, да. Думаю, всем нам здесь будет легче дышать. Если, конечно, курить не станем. - Смотри у меня. - пригрозила Химера. Они снова замолчали. И молчали долго. Оба понимали, что ей пора уходить, но расставаться не хотелось. - Ну бывай.  - выдохнула наконец Химера и, не дожидаясь ответа, ускакала в чащу, махнув на прощание змеиным хвостом. Мак смотрел ей вслед, на её силуэт, мелькающий же стволов, пока он не рассыпался огненными искрами. Мак хотел было выкрикнуть что-то ей вдогонку, но не успел. Да и вряд ли смог бы придумать, что сказать. Он еще немного постоял так, вслушиваясь в щебет птиц. А потом поднял с земли обе сумки, перебросил их через забор, перелез сам и потащил свою поклажу в сторону уже четвертого своего дома. Не Дома Отца, не Материнского Дома, не просто Дома. Это был его дом. Первый в жизни дом, который он мог назвать полностью своим. * Над головой светили звёзды. Их было больше, чем Мак когда-либо видел, а ещё они были куда теплее, чем рассказывал ему тот, кого он так ждал. Мак сидел на земле у дома, смотрел на звёзды и грел руки у костра, искры которого взмывали к самым звёздам и, казалось, смешивались с ними, так что уже и не понять было, где какие огни. Вокруг Мака был лес. Темный, дикий и очень густой. Но он совсем его не боялся. И вдруг у забора появился Он. Черная фигура возвышалась над хиленькой оградой почти вдвое, но она стояла как вкопанная и даже не пыталась перелезть на другую сторону. Тот, кто стоял там, был чёрной дырой в ночи, темнее самой тёмной чащи, а на лице его горели красные глаза. Или же, они просто отражали свет от костра. Вынув из огня длинную палку, Мак медленно поднялся, не сводя с фигуры глаз и ещё медленнее сделал пару шагов в её сторону. Тело его вмиг сковал холод, в носу свербело от страха, по спине бежали мурашки. Но не было больше оцепенения, какое бывало с ним раньше в моменты ужаса. Сейчас он готов был биться насмерть. Он подошёл ближе, держа перед собой огонь - самого древнего врага всех ночных тварей. И во вспыхнувшем свете увидел косматую темную шерсть, блестящие острые клыки в приоткрытой пасти, голову исполинского, чудовищного волка. Волк смотрел на него огромными глазами (не красными, как показалось в начале, оранжевыми) и по-прежнему не двигался с места. В темноте, на его лбу явственно святилась белая проседь. Руки Мака, держащие головешку, задрожали. Он здесь. Он всё-таки его отыскал. И теперь уж точно не пощадит. - Что тебе надо? Ты пришёл отомстить? Голос Мака дрожал так же, как и руки, но был достаточно громким. Волк всё ещё рассматривал его. Спокойно, медленно, будто издеваясь, зная, что добыча уже не сбежит. Огонь вовсе его не пугал. Ещё бы. Ведь он мог просто дунуть и разом потушить весь костёр. Наверняка мог. Но не стал. Внезапно Волк прижал уши к голове и склонил голову. Замерев, Мак наблюдал за тем, как Волк опускает голову к самой земле. Склоняется перед ним. Неужели Он... Нет. Это невозможно. Или всё же... - Прости меня. Прости, что убил тебя, я не хотел, не хотел по-настоящему, просто... Испугался. - прошептал Мак еле слышно и опустил тлеющую головешку. Волк закрыл глаза, потушив оранжевый свет. И Мак всё понял. Слёзы полились сразу, будто где-то внутри него проломило плотину. Он уронил погасшую уже палку и рухнул на подкосившиеся колени, закрыв лицо руками. Так они с Волком и сидели, по разные стороны от ограды. Мак всё рыдал и рыдал, не в силах остановиться, разом выпуская из себя то, что слишком долго копилось внутри. Вдруг он почувствовал большой шершавый язык, лизнувший его в волосы. Он тут же вскинул голову и увидел перед собой Волчью морду. Нечётко, из-за стоявших в глазах слез. Он протянул руку и накрыл ей серую лапу Волка, спокойно лежавшую на земле. Но Волк вытащил лапу из-под его руки, развернулся и медленно пошёл в лес. Наскоро вытерев глаза рукавом, Мак успел заметить только его провисающую вниз спину и серый хвост, мелькнувший меж деревьев. Он ещё долго стоял так, вглядываясь в темноту, наедине с догорающим костром, и чувствовал необычайную лёгкость в сердце, с которого только что свалился самый большой камень. И только звёзды были тому свидетелями.