С Северной стороны

      Дом Кагаи Убуяшики, большой и просторный, принимал гостей.       Флигелёк, отведённый специально для собрания кланов, выглядел скромно и на удивление мрачно. Солнечный свет почти не проникал через окна, а потому комнату с низким, но довольно длинным столом, освещали фонари*. Людей пока собралось совсем немного, но Танджиро уже казалось, что в помещении нечем дышать. Он напряжённо сидел на полу, вцепившись руками в колени, и то поднимал глаза, когда думал, что кто-то заходит, то снова бестолково смотрел на тёмную столешницу, будто надеялся, что та может унять его беспокойство.       Дагура сидела за ним по левую руку, спокойная и будто скучавшая, но даже её присутствие не придавало ему уверенности.

Вот если бы Гию-сан сейчас был здесь.

      Юноша сам не заметил, как громко, тяжело вздохнул.       — С вами всё хорошо, господин Камадо? — озабоченный голос Дагуры прозвучал почти у самого уха.       — Да! — Танджиро резко обернулся. — Всё в порядке, Дагура-сан, — он коротко поклонился и продолжил нервно тараторить, — пожалуйста, не волнуйтесь, всё хорошо!       — Какое у вас страшное выражение лица, — женщина чуть склонила голову набок, но потом мягко улыбнулась. — Давайте выйдем на улицу и подождём господина Томиоку снаружи? Здесь немного душно.       — Да, — он помедлил от неожиданного предложения, но эти слова не могли его не ободрить, — конечно.       Дагура поднялась на ноги, оправила складки бордового с тёмно-зелёным поясом кимоно, последовала к выходу. Танджиро направился за ней, в дверях чуть не столкнулся с маленьким старичком, которого под обе руки поддерживали мальчишки с недоверчивыми лицами, извинился и поспешил прочь. Поравнявшись с Дагурой, он обернулся, бросив взгляд на старичка с детьми, — у всех троих на спинах размашистым иероглифом было вышито «Охотник на демонов». Мальчишки были в обычной форме, старичок же в чёрном кимоно из дорогой ткани.       — Это господин Сува и его внуки, — низким голосом произнесла Дагура, не сбавляя шагу, но чуть наклонившись, чтобы Танджиро было слышно. — Семья Сува раньше имела большое влияние в Асакусе, но что-то случилось, и им пришлось покинуть город. Сейчас они содержат додзё и берут учеников. Если ученик действительно талантлив, они предлагают ему вступить в ряды охотников и готовят к Последнему отбору.       — Правда? И многих ли они обучают Дыханию? — в голосе Танджиро проскользнуло недоверие. Старичок в дорогой одежде совсем не выглядел внушительным и, казалось, что если мальчишки его отпустят, то он вот-вот упадёт и развалится. Ни в какое сравнение с подвижным и крепким Урокодаки он и не шёл.       — Дыханию — нет, а искусству фехтования — многих. Ученики господина Сувы всегда проходили Отбор. — Дагура снисходительно улыбнулась. — Похоже, вы не очень верите моим словам, но этот старый лис не так прост, как кажется. Будьте бдительны. И не упоминайте при нём, что учились у господина Урокодаки. Господин Сува не упустит момент, чтобы поддеть его учеников.       — Между ними что-то случилось?       — Кажется, это как-то связано с постом столпа.       Урокодаки никогда об этом не упоминал. Да и об отношениях с другими охотниками он вообще не говорил. Может ли быть так, что этот Сува метил на место столпа? Скорее всего. Тот демон с Последнего Отбора, этот Сува… Оказалось, у Урокодаки много «хороших знакомых».       Уличный воздух обдал свежестью и, наконец, дышать стало легче, напряжение почти куда-то ушло, лишь едва напоминало о себе странной тяжестью в ногах. Танджиро и Дагура остановились поодаль от главного входа, так что не заметить кого-то из приходящих гостей было невозможно. Юноша нетерпеливо вглядывался вперёд, ожидая, что вот-вот вдали появится яркий половинчатый хаори, но его всё не было. Однако его внимание привлекли некоторые другие люди. Первым из них был молодой человек чуть младше Танджиро в накинутом на плечи бледно-голубом хаори. Черты его юного круглого лица казались напряжёнными, а взгляд на удивление жёстким. Когда юноша широкими уверенными шагами прошёл мимо Танджиро, оказалось, что тот был ещё и несколько ниже.       — Юный Нацука из Сайшо, — произнесла Дагура, проследив за удивлённым взглядом Танджиро. — Стать главой семьи в возрасте четырнадцати лет весьма нелёгкое дело, не думаете?       — Этот мальчик — глава?!       — Да. Старший господин Сайшо несколько месяцев назад пал в бою, и теперь место главы занял его сын. Честно говоря, я удивлена, что юный Нацука прибыл один.       — Один? — в голосе Танджиро прозвучало сожаление. Он всё ещё смотрел через плечо, будто бы мальчик продолжал стоять рядом, и понял, почему, когда тот прошёл мимо, от него пахло злостью и скорбью. Невольно этот мальчик напомнил Танджиро о семье.       — Что с вами, господин Камадо?       — Нет, ничего, — юноша отвернулся, посмотрел куда-то перед собой, опустив глаза.       — Вам жаль юного Нацуку?       Танджиро ответил не сразу:       — Да, немного, — и едва заметно, натянуто улыбнулся, не поднимая глаз.       — Не думаю, что вам стоит беспокоиться за него, господин Камадо. Он сильный мальчик.       — Да. Но сейчас он здесь совсем один.       Старший сын, обязанный защищать семью вместо отца. Более того, семью, которая не имеет права упасть лицом в грязь, семью, которая идёт сражаться каждый день. Он будто… увидел в этом мальчике самого себя. И вспомнил, как защищал Незуко перед столпами.       — Если он никого не взял с собой — на то его воля. Не стоит переживать из-за этого.       — Наверное, вы правы, Дагура-сан.       Гости продолжали прибывать.       — А это госпожа Мисаки, её дом тоже набирает учеников. Их клан использует Дыхание Молнии, — Дагура кивком головы указала на крупную полную леди в традиционных одеждах. — Ей даже предлагали стать столпом, но она почему-то отказалась.       Танджиро чуть не подавился воздухом. Трудно было представить, что эта дама может двигаться также быстро, как Зеницу, ведь вышагивала она тяжело, поглядывая на всех свысока узенькими глазками и гордо вытянув круглый подбородок.       — «Если бы тут был Иноске, он бы насчитал…», — но Танджиро тут же одёрнул себя и тряхнул головой, отгоняя непрошеные мысли. Нельзя, нельзя так думать о людях, это некрасиво! Однако габариты госпожи Мисаки были чем-то непомерным. Она даже не удостоила Танджиро с Дагурой взглядом, как впрочем, и всех других, кто прибыл с ней.       Госпожа Мисаки тяжело проплыла мимо, оставляя за собой удушающий шлейф духов, от которых кружилась голова. Когда дама исчезла, Танджиро позволил себе закашляться, зажав рот и нос рукавом. Даже Дагура скривилась, что уж говорить о нём с его острым нюхом.       Юноша откашлялся, наконец поднял глаза и замер. Вот такого он явно не ожидал - его словно откинуло в другую эпоху. Во двор вошли двое приземистых крепких мужчин, опустили на землю небольшой, но роскошный паланкин. За паланкином следовали две женщины, одетые совершенно нелепо. Они были высокие и красивые, с выбеленными лицами и алыми губами, чёрные волосы забраны в традиционные причёски с дорогими золотыми шпильками. Поверх обычной формы охотников, выглядевшей крайне неуместно, были надеты не запахнутые, красные, расшитые золотом кимоно. Полы и подол роскошных одежд волочились по земле, и Танджиро поймал себя на мысли, что двигаться во всём этом наверняка неудобно, особенно во время выполнения заданий. Юноша надеялся, что такие вычурные одежды на тех женщинах только для сегодняшнего собрания.       И что они хотят таким образом продемонстрировать?       Танджиро следил за процессией.       Дагура недовольно скрестила руки на груди, поджала губы. Её тонкие чёрные брови почти сошлись на переносице.       — Ханемия Юрэй, — холодно произнесла она, не сводя глаз с паланкина. — «Принцесса Запада».       Девушка, вышедшая из паланкина, действительно чем-то напоминала принцессу. Красивое личико с большими дерзкими глазами, аккуратные руки, сжимающие красный круглый веер с золотой вышивкой, длинные блестящие каштановые волосы с заколотым на затылке красным бантом. Она двигалась легко, как Шинобу, но что-то в ней отталкивало.       По сравнению с сопровождавшими её женщинами, госпожа Ханемия выглядела неброско и элегантно — простая чёрная форма и хакама, подвязанные белым поясом почти под грудью. Девушка пару раз взмахнула веером и тут же прикрыла им нижнюю часть лица, остановив взгляд на Танджиро и Дагуре. Пара карих глаз изучала юношу с удивлением и некой брезгливостью. Она нахмурила брови и скривилась, отчего личико, прятавшееся за веером, потеряло всю свою красоту.       Дамы в красных кимоно подошли, одна приблизилась к госпоже Ханемии, и та что-то шепнула ей на ухо, отчего женщина тут же прикрыла губы рукавом. Госпожа Ханемия ещё раз оглядела Танджиро и фыркнула. Гордо вздёрнув нос, она прошла мимо, не меняя высокомерного выражения на своём лице. Женщины послушно последовали за ней.       — «Какая заносчивая девица», — Танджиро обернулся, глядя ей вслед. — «Что же такого она сказала этой даме? Она ведь нас даже не знает».       Подобное поведение было ему непонятно.       Наверное, о таких людях, как эта девушка, предупреждала Шинобу. При ней лучше молчать, да? Танджиро выдохнул, унимая негодование. Она ему не понравилась, и он ей явно тоже.       Юноша мог бы ещё рассуждать об этом, но тут в какой-то миг на него упала чья-то тень, заставив обернуться. Он встретился со спокойным взглядом глубоких синих глаз.       — Гию-сан! — радостная неожиданность заполнила собой всё.       — Господин Томиока, — Дагура сложила руки, приветственно поклонилась.       Гию спокойно кивнул им в ответ. Рядом с ним стоял ещё один человек, высокий и сильный на вид, с непроницаемым лицом и чёрными волосами, заплетёнными в тугую косу. Он молчал, сурово поглядывая на всех сверху вниз.       Гию задержал свой взгляд на Танджиро и коротко бросил:       — Пойдёмте.       Они уверенно переступили порог, и Дагура наклонилась к Танджиро, странноватым взглядом указывая на мужчину рядом с господином Томиокой:       — Это Хисайоши — один из охотников Северного Поместья.