Последний герой

На место преступления я приезжаю примерно через часа полтора. Служебная машина остановилась на дороге, проложенной через густой еловый лес. Я поблагодарила водителя и вышла из машины. Привычным движением руки, на манеру Шерлока Холмса, я поднимаю воротник пальто, спасая шею и уши от ветра, и иду к протоптанной через сугроб дорожке. Там меня встречает Ян. Яна я встретила два года назад, и он перевернул всю мою жизнь. Он только-только выпустился из юридического и, мечтая о перестрелках и погонях, подался в следователи. Реальность оказалась куда более суровой. Янчик попал под моë крыло и быстренько превратился в секретаршу. Бумажная работа держалась в основном на нём, а его рабочий потенциал не выплескивался неделями. Поэтому, приехав на место преступления, Янчик ураганом летал по местности и, кажется, готов был как собака идти по следующим правонарушителя. Со временем мы с парнем привыкли друг у другу. Даже Саша с Антоном начали встречаться исключительно благодаря ему. Хотя не знаю, хорошо это или плохо. — Привет, — он снимает перчатку и пожимает мне руку, — Пойдем. — Ян прыгает куда-то в сугроб, и я без вопросов спешу за ним. Несколько секунд мы проводим в полной тишине, прокладывая путь через сугробы, доходящие аж до пояса, но тут парень говорит: — Там такое месиво. Прям мясо, кровь, кишки. — Он активно жестикулирует и кажется, находится то ли в восторге, то ли в ужасе. — А самое главное, улик нет вообще. Майор думает, его волк загрыз. — Волки? Сам то веришь в это? — Спрашиваю я и с недоумением смотрю на Яна. Идти оказалось совсем недалеко, поблизости слышны голоса, и туда-сюда снуют люди в форме. — Вот и я тебе об этом. Какие нахрен волки? Здесь то? О, а ещё здесь моя сестра. — Что Саша забыла на месте преступления? — Я останавливаюсь и с непониманием смотрю на Яна. Когда я уехала из дома, они с Антоном только проснулись. — Другая сестра. Та, что Соня! — Сколько же у тебя сестёр? — Двоюродные же, — отвечает Ян, — Неужели ты не знаешь её?! — Откуда мне знать твою двоюродную сестру? — Недоумеваю я. — Ты серьезно? — Спрашивает Ян, а я в ответ просто хмурюсь. — Ты не читала её книги? Софья Михайлова! Не слышала? Она пишет сногсшибательные детективы! — Мне и по жизни детектива хватает. — Всё, что мы расследуем херня собачья, не одного грандиозного дела, а это, — парень достаёт из куртки небольшую книжку и машет ей перед моим носом, — это сенсация! — Верю на слово. — Говорю я и наконец вылезаю из снега на вытоптаную полянку. Пиздец разрекламировал конечно, ожидания у меня высокие теперь. Возле тела на корточках сидит тот самый следователь, сын маминой подруги, и тыкал пальцем молоденькой судмедэксперту Кристине, куда именно ей нужно смотреть и что заметить. Кристина пришла к нам на год позже Яна. И они нашли друг друга. Искра, буря, эмоции. А в итоге-романтические свидания в морге во время обеденного перерыва. Мило. Следователь, сын маминой, подруги заметил нас и приветливо улыбнулся. Он был старше меня на пять лет и все время с момента выпуска проработал в нашем отделе. Собственно, благодаря ему меня туда и взяли. Проскочила по блату, выходит. Чуть в стороне от них стоит высокая (по моим то меркам) дама в чёрной шубке. Я хмыкнула. Похоже, это и есть та самая чика — Соня, сестра Яна. Девушка переминается с ноги на ногу и с отвращением смотрит на труп. Я оглядываю её с ног до головы. Соня явно рассчитывала на работу в помещении. На девушке не было не шапки, а на ногах только чёрные джинсы клëш. Не жарко девочке. — И когда его принесли сюда? —Спрашиваю я, садясь рядом со следователем и принимаюсь рассматривать труп. Как не удивительно, кишки на ёлках гирляндами не висели, но картина, представшая перед глазами, особого аппетита не вызывала. Лицо трупа было достаточно сильно обглодано, кожу и мышцы разрывали зубами и все вокруг было забрызгано кровью. Костюм убитого был разодран, собаки сожрали половину печени и умудрились вытащить сердце наружу.Неприятно. От этих манипуляций тоже натекло достаточно крови. В общем, не очень прикольно. — Всю ночь здесь пролежал, — отвечает Кристина и улыбается Яну, стоящему позади меня. Сестра Яна наконец замечает оживление нашей тусовки и подходит ближе. — И где же та милая старушка, что нашла его? Вы допросили её? — Я заинтересовано осматриваю изуродованное тело. — Откуда вы узнали про старушку? — Спросила Соня. — Выходит, это вы прошли здесь в валенках и хромая на правую ногу, да еще и злоупотребляете Красной Москвой? — Кидаю я, не отрывая взгляда от тела. — А почему вы решили, что его принесли сюда? — Девушка встала ближе ко мне и что-то записывала у себя в телефоне. — Тайна следствия. На каких основаниях вы находитесь здесь? — Полин, она писатель… — Начал объяснять следователь, но я его перебила: — Ясно, а дальше сюжет сериала Касл, друг мэр и поиск вдохновения, глазея на настоящие трупики. — Соня хмыкнула, а Никита лишь развел руками. — От чего он умер? — Черепно-мозговая. Я думаю, удар был нанесён, скорее всего, битой. — Мило, — говорю я. — Убитый мужчина лет 45-50, в разводе, есть сожительница. Так же имеется преуспевающий сын. Думаю, живёт где-то неподалеку, пожрали его не волки, а собаки. — Я внимательно разглядываю штанину убитого. — Судя по всему, с одной из этих собак он пересекался до того, как умер. Работал он адвокатом, у него есть своя не совсем преуспевающая компания. — Почему вы так решили! — Спрашивает Соня, уже почти стоя на мне. Я недовольно смотрю на неё сверху вниз и протягиваю ей визитку компании убитого, что нашла у него в кармане. — Я практикую метод дедукции, — гордо бросаю я. — А вам следовало бы сесть в машину и вернуться домой к вашему котику, сериалам и красному вину. — Спасибо за заботу, но мне бы хотелось задержаться здесь. — Восхитительно! А мы пойдем, — я поднялась на ноги и посмотрела в лицо девушки. Её губы изогнулись в недовольной гримасе. Моя цель по жизни выполнена. Ян коротко чмокнул Кристину и прибежал ко мне. Я взяла у следователя бумаги и, отдав все парню, пошла к тропинке, по которой туда-сюда бегали криминалисты. Совсем скоро мы вышли к дороге, и Ян повел меня к выделенному нам автомобилю. Парень прыгнул за руль, а я села рядом. Ничего не предвещало беды, когда задняя дверь машины открылась, и в салон кто-то запрыгнул. — Фух, еле нашла вас, — говорит Соня и хлопает дверцей. — Куда едем? — Девушка сбрасывает шубу и остаётся в одной короткой футболке с логотипом AC/DC. Не жарко ей, интересно? — Возвращаемся в отдел, — ответил Ян. А я недовольно ворча завернулась в пальто и отвернулась к окну. Ян и Соня что-то оживлённо обсуждали, а я полностью погрузилась в свои размышления, по поводу того, что лучше сделать на ужин. Вот она, взрослая жизнь во всей своей красоте. — Вы живы? — Соня высунулась вперёд и толкнула меня в плечо. — Как видите. — У тебя уже есть версии? — Спросил Ян. — Однозначно. Думаю, убитый был националистом. Он презирал американцев. А во, что играю все американцы? Правильно! Американский футбол. Но что же ещё? Верно! Бейсбол. Выходит, его убил молодой бейсболист американской команды, что любит проводить отпуск в Сибири. Но и это еще не все. Убийство было совершено битой. Символично, да? Я думаю, что это была гильдия бейсболистов заводчиков собак, однозначно. — Говорю я совершенно серьёзным голосом. Соня хмурится, но через секунду её губы расплываются в улыбке. — Гильдия бейсболистов! Элементарно! — Восхищённо вскрикивает поверивший в бред сумасшедшего Ян. — А вообще, сейчас в отдел, посмотрим, что там по подозреваемым. *** Я стою в коридоре перед нашим кабинетом и придирчиво осматриваю себя. Пальто испачкалось в недавно появившейся на дорогах слякоти, брюки изрядно помялись и тоже испачкались, чего уж о ботинках говорить. С лицом дела обстояли вообще худо. Времени на накраситься всегда не хватало, даже круги под глазами замазать не успеваю. Хули нам, пандам. Я мысленно сравниваю себя и новую знакомую. Соня как бы сошла с обложки журнала. Проиграла по всем позициям короче. Если ей хочется любоваться, то меня вероятнее не мучать уже и просто похоронить. — Оторваться не можешь? — Кидает идущий в кабинет следователь и, хихикая, открывает дверь. — Дамы вперёд, — он пропускает меня, я киваю ему и делаю реверанс. Янчик уже развешал на доске для заметок фотографии обглоданного трупа. Соня, закинув ногу на ногу, сидела на диване и что-то сосредоточено печатала, а на наше появление она не обратила никакого внимания. Я скидываю пальто, следом за ним летит свитер, шапка, собачий пояс, шарф и термо штаны. Возможно я старею. Став раза в три тоньше, я свободно вздохнула. Хорошо то как. — Я мерзну, — обиженно говорю я хихикающим коллегам и сажусь за стол. — Личность убитого подтвердили? — Да, — отвечает следователь и роется в документах на столе. — Михаил Александрович Голоднев, 74 года рождения, физик ядерщик по образованию, владелец небольшой адвокатской конторы. — Следователь остановился на секунду, а потом встал и снял с вешалки куртку. — Ты куда? — Я подскакиваю следом за ним. — Голоднев Алексей Михайлович, 95 года рождения, найден 2 часа назад мертвым у себя на предприятии. — Дело становится всë интереснее, — я надеваю пальто обратно и выхожу вслед за мужчиной. *** Голоднев Алексей был владельцем крупного питомника по разведению лошадей и имел в своём хозяйстве достаточно крупных собак. Сегодня утром он был найден своей супругой, Голодневой Алисой Денисовной, мертвым с пробитой головой. Мужчина находился в загоне с лошадью, которая успела хорошенько пройтись уже по мертвому мужчине. — Чем эти Голодневы так не угодили зверюшкам? — Спрашиваю я у самой себя, выходя из машины. Передо мной ровные ряды длинных серых одноэтажных зданий, ничем не различных между собой. Отовсюду слышно лошадиное ржание и стук копыт, а в воздухе стоит запах навоза. Я, чуть не попав под коня, скорее бегу к тому месту, откуда видны люди в полицейской форме. Растолкав толпу, я подхожу к небольшому огражденному загончику. Над телом склонилось два криминалиста и вытаскивали что-то из размешанной в кровавую кашу головы. Чуть поодаль от них была привязана светлая лошадь. Я пошла прямо к животному, но предпочла остаться по ту сторону забора. Следом за мной бегает и Соня. Девушка тихо матерится и с трудом поспевает за мной. Ещё бы, каблуки придумывали явно не для беготни по горам из навоза. — Дайте ей это, — я протягиваю Соне, когда она все-таки догоняет меня и встает рядом, кубики сахара. — Всегда носите в карманах на такие случаи? — Спрашивает девушка и с опаской протягивает животному раскрытую ладонь со сладостями на ней. — Вытащила из кармана пухлого джентельмена в зеленых штанах, — абсолютно честно отвечаю я и сажусь на колени, рассматривая перепачканую в крови ногу животного. — Всё ясно, — я срываюсь с места, пафосно дергаю плащом и бегу в закат по лошадиному говну. Где-то за спиной ржет перепуганное животное, что-то в спину кричит Соня. *** Мы с Соней и Яном сидим в просто огромном холле богато обставленного дома. Я вообще нихуя не понимаю в стиле, но все блестит золотом так, что я не удивлюсь, если кто-то успел ослепнуть здесь. В руках у меня кружка кофе, заботливо принесенная хозяйкой. Я делаю глоток и недовольно морщусь. Сладкий ужас, жопа готова к тому, что бы слипнуться. На стуле перед нами сидит жена убитого. Девушка льет слезы по безвременно ушедшему мужу и размазывает тушь по всему лицу салфеткой, заботливо принесённой Яном. Сама по себе Алиса выглядит болезненно худой и неестественно серой. Каждое движение девушке давалось с трудом, чашка кофе в её руках тряслась. — Алиса Денисовна, расскажите нам, пожалуйста, были ли у вашего мужа враги? Задает стандартный вопрос Ян, и дамочка начинает стандартную тираду: «мой муж был ангел во плоти». За то время, что она распиналась, я успела выяснить, что у неё есть любовник, у мужа тоже был любовник, в доме живет алабай и такса, а смерть Алексея Михайловича была явно не так проста, как хотелось бы. У него не случилось сердечного приступа, и он упал под лошадь. Я клоню к тому, что его смерть была явно не естественной. — И давно у вас появился любовник? — Спрашиваю я когда она заканчивает свой рассказ. — С чего вы взяли! Я приличная женщина! — Я обещаю, мы не расскажем вашему мужу, — женщина лишь опустила взгляд и замолчала. — Так что? — Уже 3 года. — И кто же он? — Юрий Быков. Наш садовник. — Садовники это зло, — я допиваю кофе и убираю чашку на журнальный столик. — Позвольте ещё один вопрос. Собака принадлежала вашему мужу? — Какая? Ах да, простите, конечно. Куда уж мне с такой лошадью управиться. Женщина хмыкнула и опустила взгляд куда-то нам в ноги. Я встала, поблагодарила за кофе и ушла. Всеми остальными формальностями займется кто-нибудь другой. В коридоре путь мне преградил большой чёрно-белый алабай. Я достала из кармана салфетку, взятую с хозяйского стола, и вытерла ей крупную лужицу собачьей слюны. *** Соня и Ян следовали за мной по пятам. Если к присутствию Яна я успела привыкнуть, и его игнорирование было делом привычным, то с Соней было сложнее. — Куда мы идем? — Спрашивает девушка, когда мы заходим в здание морга. — Очевидно, что за отчетом судмедэксперта. — Отвечаю я и спускаюсь в подвал. Здесь темно и сыро, где-то справа от нас я слышу топот маленьких ножек. Я веду своих подопечных по лабиринтам подземелий, о нормальном освещении здесь видимо никто и никогда не слышал, поэтому лампочки мигающие на манеру ламп из фильмов ужасов, были единственным источником света. Через десяток метров справа от меня появляется кабинет 013. Я толкаю дверь и в глаза бьет холодный белый свет. — Какие люди, — воскликнула Кристина и улыбнулась нам. Девушка стояла в перепачканном в крови фартуке и вертела в руках скальпель. — Проходите. Я подхожу к столу, у которого стоит девушка, и оборачиваюсь назад. Янчик, как маленький ребенок, подбегает к каждому непонятному прибору и приспособлению, а Соня, немного зеленая, стоит в дверях. Трупный запах по началу на всех оказывает такое влияние. И чего таить, я сама только недавно привыкла к нему. Но я хмыкнула и сказала: — Быть может, принцессам лучше остаться за дверью? — Ещё чего, — девушка уверено и шагает к нам. — Если вы закончили, то он умер от черепно-мозговой, как я собственно и предполагала, — девушка приподнимает голову мертвеца и указывает нам на вмятину на затылке, — на теле я обнаружила 3 разных вида собачьей слюны. С момента смерти и до момента начала трапезы прошло не более двух часов, тело не успело замерзнуть. — А что с сыном? — Спрашиваю я и подхожу к телу лежащему на соседнем столе. В помещении нереально жарко и я снимаю пальто, по пути сюда я успела выпить бутылку воды и заставить Яна выключить печку в машине. Видимо вчера меня продуло и вот пожалуйста. — С сыном все немного сложнее. Он умер от паралича дыхательного центра и сосудистой недостаточности. — И что это значит? — Голос скрывается и я пугаюсь того, на сколько хрипло это прозвучало. — Дыхательная недостаточность? В глазах пляшут чёрные пятна, я зажмуриваюсь на несколько секунд, а когда открываю глаза становится только хуже. Перед глазами все плывет, ноги не держат меня и я облокачиваюсь на столик, что должен был стоять неподалеку. Кто-то зовет меня по имени, но совсем тихо и откуда-то издалека. Передо мной мелькают разноцветные силуэты, я делаю шаг назад и падаю. *** — Ты уронила Алексея Михайловича. Я открываю глаза и вижу перед собой Яна. Я пытаюсь приподняться, но это движение отзывается острой болью в затылке и я ложусь обратно. Я лежу на жесткой, судя по обстановке, больничной кровати. В левую руку воткнута иголка капельницы. Этого мне еще не хватало. — Ты такое там устроила! Ты уронила Алексея Михайловича и его голова растеклась по всему полу! — Ян показывает мне фотографии с места происшествия, а я отмахиваюсь от него. — Воды, — хриплю я и умоляюще смотрю на Яна. Он подскакивает с места и протягивает мне стакан. Я осушаю его за пару глотков и откидываюсь на подушку. *** Благодаря очаровательной мордашке Яна и моим способностям к дипломатии, меня преждевременно выписывают домой. Ян подвез меня домой, и я уже хотела попрощаться с ним, когда парень тоже выходит из машин и неловко мнется на месте. — Я бы пригласила тебя, но мне кажется не время. — Холодный воздух бодрит и я с искренним наслаждением тяну его носом. — Хотя, пойдем. Я закрываю дверцу и молча иду к подъезду. В гробовой тишине поднимаемся на наш этаж. Ноги с трудом держали меня. Я прижимаюсь виском к грязной стене у дверного косяка и бью носком ботинка в дверь. Через пару секунд её распахивает незнакомая мне женщина и удивленно смотрит на меня. — Пардон, ошибочка вышла, — я толкаю дверь обратно и всматриваюсь в номер квартиры. Вроде моя, да и коврик у двери вроде мой, тетя только вроде не моя. Я снова стучу, дверь открывается в этот же момент и за тётей я вижу Антона. — Вы кто? — Задаю я главный вопрос вечера, заваливаясь в квартиру. — А вы кто? — Спрашивает тетя, складывая руки на груди. — А я первая спросила, — ответила я, снимая ботинки и косо поглядывая на женщину, стоящую слева от меня. — Я Варвара Валерьевна, мать Саши. — Я Полина Игоревна, не мать Антона. Это знакомство родителей или вы все ко мне решили переехать? — Спрашиваю я и ухожу на кухню, скидывая пальто в коридоре. Замечательно, на кухне сидит незнакомый мне мужчина, Саша и Соня блять. — Саша беременна, — говорит Варвара Валерьевна за моей спиной.