Better say "Doing you right"

      Хонджун проснулся от того, как что-то рядом довольно громко упало. Он резко оторвался от подушки, вздёрнув уши и направив всё своё внимание на источник звука. Посреди комнаты с напуганным видом стоял Сонхва, явно только вышедший из душа, и под его ногами медленно катилась баночка из-под крема. Возможно, всему виной был выпитый им вчера алкоголь, но Сонхва в лучах солнца без какой-либо косметики на лице и в одной футболке и домашних штанах выглядел совсем по-другому, нежели ночью. Не то, чтобы Хонджун жаловался, к такому он уж точно быстро привыкнет, учитывая, что сейчас Сонхва выглядел ничуть не хуже. Он, виновато прижав уши к голове и опустив хвост, поднял баночку с пола, явно переживая о том, что разбудил Хонджуна. Но тот лишь устало уронил голову обратно на подушку, чувствуя, как внутри его черепа уже раздаётся стук головной боли. Он невнятно пробурчал что-то себе под нос.       — Тебе принести таблетку? — Сонхва присел на край кровати рядом с ним, аккуратно поглаживая его руку. Что ж, длинные ногти, наверняка оставившие множество следов на теле Хонджуна, всё ещё были на месте, и значит, ему ничего не приснилось.       — Нет, просто побудь тут, — и Сонхва подсел к изголовью, чтобы Хонджун положил голову на его бёдра, и почесывал его за ушком.       Он попытался поднять взгляд, но волна тошноты от головной боли, подступающая к горлу, остановила его. Почему гибриды вообще переняли плохую переносимость алкоголя от людей? С другой стороны, если из-за этого ему разрешат полежать так ещё немного, он был уже не так против.       И всё же, у него был вопрос, беспокоивший его ещё с вечера.       — Почему всё в твоём доме пахнет клубникой? Это такой стойкий гель для душа?       Сонхва замер, перестав перебирать пальцами волосы Хонджуна, и парень буквально слышал, как в его голове сейчас шумят шестерёнки.       — О чём ты? У меня нет ничего с клубничным запахом.       — Что?       — Что?       Чуть приподнявшись на локтях, Хонджун направил все остатки своих сил на то, чтобы приблизиться носом к бёдрам Сонхва. И точно, он был уверен в том, что чувствует запах спелой клубники, его разум не мог его обманывать, сейчас он явно не был пьян. Выходит, это Сонхва его разыгрывал?       — Подожди-ка, то есть ты хочешь сказать, — Сонхва сам приблизился к нему в ответ, вдыхая запах с его шеи, — что запах ванили — это не парфюм?       Глаза Хонджуна резко расширились.       Если они вот так чувствовали запахи, о которых и сами не подозревали, то это могло означать только одно. То, о чем обычно говорили скорее как о мифе, сказке, нежели о действительно существующем феномене.       Они вдвоём посмотрели друг на друга, навострив уши и подняв хвосты. Что ж, вряд ли хоть кто-то из них мог подумать, что попытка найти себе развлечение на одну ночь превратится в это.       — Я думал, что такого на самом деле не бывает, — Сонхва будто до сих пор не верил в происходящее, то принюхиваясь к чужой коже на шее и запястьях, то проводя по тем же местам языком, вызывая у Хонджуна дрожь.       У каждого гибрида был свой природный запах, который не чувствовал никто, кроме тех, кто идеально подходил им в физическом плане. Конечно, это не было признаком того, что они с Сонхва были родственными душами или вроде того, но даже их сексуальная совместимость была настолько неожиданной, что Хонджун был благодарен судьбе и за это. Он внимательно изучал чужое лицо напротив, стараясь игнорировать боль, стучащую в висках, потому что сейчас у него были дела поважнее. В то же время в нем начало закрадываться чувство вины и тоски.       — Я, если честно, не совсем понимаю, что теперь делать… ну, то есть, я… я никогда не сплю с кем-то дважды, — Хонджун виновато опустил взгляд. Конечно, ночью у него в голове проносились мысли о том, что он готов чуть ли не позвать Сонхва замуж на следующее утро, но уже в трезвом состоянии он вспоминал о своих принципах. Все связи в клубах и барах остаются лишь связями на одну ночь, не более.       Парень посмотрел на него расстроенным взглядом. Кажется, у них были разные мысли на этот счёт. Он промолчал, и Хонджуну вновь пришлось самому прервать тишину.       — Но такой шанс ведь выпадает очень редко, да? Ты никогда раньше не чувствовал чужие запахи? — Хонджун попытался сгладить ситуацию, взяв ладони Сонхва в свои.       Сонхва помотал головой. О нет, он выглядел очень расстроенным, будто был готов заплакать. Хонджун не был уверен, манипулируют им сейчас или нет, но чем дольше он всматривался в его мягкие черты лица, тем больше хотел оставить свои принципы в прошлом и хотя бы попробовать.       — Это всё потому что я выгляжу хуже без косметики? — Сонхва выпалил это на одном дыхании, и в мыслях Хонджуна будто резко образовалась пустота.       — Что? Нет, конечно нет, ты очень красивый и без макияжа, — после некоторой паузы он всё-таки ответил, хотя в его голове до сих пор не укладывалось то, как кто-то вроде Сонхва может так подумать. Если кому и надо беспокоиться о своей внешности наутро, то точно не ему. — Знаешь, ничего плохого ведь не будет, если мы просто попробуем, правда?       — Я точно тебя не разочарую, — Сонхва резко преобразился в лице, растянувшись в улыбке, и Хонджуну показалось, что им только что всё-таки манипулировали. Что ж, это уже не имело значения, и он был не против провести ещё немного времени с привлекательным для него парнем. К тому же, сразу после этого Сонхва поцеловал его в щёку и пошёл за стаканом воды и обезболивающим.       И пока Хонджун лежал с закрытыми глазами, надеясь, что так головная боль отступит побыстрее, Сонхва пришёл к нему с бутылочкой мицеллярной воды и несколькими ватными дисками. Он присел к Хонджуну на грудь (что уж точно не заставило его вспомнить события прошлой ночи) и, промочив один из дисков, нежно наложил его на чужое веко. Точно, он ведь совсем забыл позаботиться о нанесённой перед походом в клуб косметике, а так и до проблем с кожей недалеко. Сонхва обращался с ним невероятно мягко, почти не надавливая пальцами, и это будто помогало забыть о боли. Возможно, это снова было каким-то особенным способом расположить Хонджуна к себе, но парень старался не думать об этом, просто наслаждаясь процессом снятия макияжа, больше похожего на массаж.       — Вот так уже лучше, но тебе обязательно ещё нужно умыться, — слезая на пол, Сонхва подарил ему короткий поцелуй в губы, и сердце Хонджуна даже немного затрепетало. Черт, он точно пропал. И вот с эти человеком он планировал попрощаться и разбежаться? Да ни за что. Хонджун чувствовал себя как подросток с бушующими гормонами, у которого отношение к людям менялось за доли секунды.       Сонхва ушёл в другую комнату, и пока что у Хонджуна не было сил встать с кровати, чтобы последовать за ним. Если его сейчас стошнит на чужое ковровое покрытие, уже никакая магическая совместимость не поможет, особенно, когда его пинком выкинут на улицу с голым задом. Конечно, Сонхва вряд ли это сделает, но испытывать судьбу он сейчас не хотел. Хонджун взял свой телефон из кармана джинс, аккуратно сложенных на углу кровати, что наверняка было заслугой второго парня. На часах было чуть больше двенадцати дня, и, зная Сана, они с Уёном уже наверняка проснулись, поэтому он решил позвонить. Уён ответил спустя два гудка.       — О, ты жив, слава богам.       — То же самое могу сказать и про тебя, — голос Уёна будто возвращал головную боль, поэтому он решил сделать их телефонный разговор как можно более коротким. — Я всё с тем же парнем у него в квартире, со мной всё в порядке, — он ненадолго замолчал, думая. — Возможно, останусь тут ещё на ночь.       — Вот он, Ким Хонджун, которого я знаю, — голос Уёна звучал довольно. — Дай себе время отдохнуть, ты это заслужил.       В такие моменты Хонджун вспоминал, почему он вообще терпит поведение Уёна.       — Вы тоже отдохните, — кажется, он слышал, как кого-то из них чмокнули в щёку, — только не забывайте проветривать квартиру.       — Как скажешь. Люблю!       — Не подлизывайся, Уён, — несмотря на свои слова, он усмехнулся.       Откуда-то уже доносился приятный запах еды, и Хонджун особенно ярко чувствовал запах жаренного бекона, от чего его живот громко заныл. Да уж, ему определённо пора вставать и хотя бы попытаться сходить в душ. И если с первым он ещё хоть как-то справился, то второго достичь уже было тяжелее, как минимум потому, что он совершенно не знал расположения комнат в чужой квартире. Но всё оказалось намного проще, потому что дверь в ванную находилась прямо рядом с прихожей, и Хонджун поскорее заскочил туда, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Он встал под душ, смывая с себя усталость и следы их ночного секса. На полочке стояло невероятное количество различных шампуней, гелей для душа, ещё каких-то средств, о существовании которых Хонджун и не подозревал. О том, что стояло на полочках рядом с раковиной и зеркалом, он даже не хотел думать.       Он воспользовался чистым полотенцем, лежащим в шкафчике у стены, надеясь, что не доставит Сонхва неудобств тем, что оставит после себя что-то в корзине для грязного белья. Он хотел бы почистить зубы, но просмотрев ящички, не нашёл новой щётки и решил остановиться на ополаскивателе для рта. В том же шкафу лежал аккуратно сложенный халат, и Хонджун был невероятно благодарен Сонхва за то, что он хранил все нужные ему вещи под рукой, и кое-кому сейчас не придётся возвращаться в спальню в одном только полотенце.       Когда он пришёл на кухню, Сонхва уже раскладывал еду по их тарелкам: яичница с беконом, салат и тосты, свежевыжатый апельсиновый сок. Всё выглядело так, будто он даже живёт эстетично.       — Я давно ничего не готовил на двоих, так что если порция покажется тебе слишком маленькой, то я приготовлю что-нибудь ещё, — они вдвоём сели за стол напротив друг друга, и Хонджун тут же принялся набивать щёки едой, чувствуя, как много сил он всё-таки потратил.       — Ты не готовишь ни для кого? — что ж, это было огромным упущением со стороны любого, потому что еда была действительно вкусной.       — Нет, я просто ни с кем обычно не сплю.       Хонджун молча пялился на него. Он, конечно, не был тем, кто судит книгу по обложке, но подобная уверенность при знакомстве чаще всего была присуща именно тем, кому часто приходилось это делать. Хонджун судил по себе, но, видимо, с Сонхва было по-другому.       — А, я просто прихожу в клуб выпить и потанцевать. Может, поболтать и принять пару бесплатных напитков, пофлиртовать, но я не занимаюсь сексом с незнакомцами, — видя, что парень сидит в замешательстве, он продолжил. — Ты выглядел мило и безопасно, а ещё был очень смущен, когда я находился рядом, поэтому я и решил попробовать. Может, это всё было из-за нашей совместимости и феромонов, но я буду надеяться на то, что это просто был удачный поворот судьбы.       Он улыбался, кладя кусочек бекона на тост, и счастливо подёргивал хвостом и ушами.       Во что только что влип Хонджун..?       Его разом охватила паника.       — Подожди, но я ведь у тебя не первый, да? У тебя были парни?       Сонхва кивнул головой, и Хонджун позволил себе спокойно выдохнуть. Он бы точно не пережил того, если бы на самом деле был у него первым, слишком большая ответственность.       — И сколько тебе лет?       — Двадцать четыре.       — О, никогда бы не подумал, что мы одного возраста. Ты выглядишь моложе.       Тарелка Сонхва почти опустела, и в воздухе повисла неуютная тишина.       — Хонджун, а чем ты занимаешься? — даже доев, он не спешил уходить из-за стола, вместо этого опираясь локтями на стол и ненароком задевая ногу Хонджуна своей. Он навострил уши, обращая всё свое внимание на парня.       — Ничего интересного, просто работа в офисе. А ты?       — Попробуешь угадать? — он игриво улыбнулся, подпирая подбородок рукой и покачивая хвостом.       — Ты похож на модель.       Сонхва хихикнул, докоснувшись ногтем до кончика носа Хонджуна.       — И ты абсолютно прав.       Хонджун поперхнулся апельсиновым соком, да так, что ему показалось, будто его жизнь закончится прямо здесь и сейчас. Что же, это бы объяснило то, насколько хорошая квартира была у Сонхва, почему он так следит за состоянием своей кожи, всегда выглядит сногсшибательно, но совсем не объяснило то, почему именно Хонджун привлёк его внимание. Они принадлежали к абсолютно разным слоям общества. Хонджун неожиданно вспомнил про то, насколько его шерсть на хвосте выглядит хуже, если сравнивать с хвостом Сонхва, и поспешил поджать его. Видимо, сочетание их феромонов совсем запутало Сонхва и выставляло всё в намного лучшем свете, чем было на самом деле. Если бы Хонджун только знал, насколько вся эта ситуация станет неловкой, он бы ушёл отсюда ещё несколько часов назад. Но вот теперь перед ним сидел парень, явно ожидающий от него активных действий, и пути назад уже не было. К тому же, где-то в глубине (на самом деле, совсем не на глубине, всё было более, чем очевидно) сознания Хонджун сам хотел повторить события их ночи.       Черт, он и правда был ужасен в вопросе романтики. Что ему теперь надо было делать? Отвести Сонхва в кафе? Ресторан? Может караоке-бар? Хонджун не знал, и каждая минута, которую они сидели в тишине, тянулась вечность. Нужно сказать хоть что-то, быстрее, Хонджун, думай. Думай, чем обычно занимаются люди, когда пытаются построить с кем-то отношения. Стоп, отношения?       — Мы можем вернуться обратно в спальню и полежать там, если хочешь, — то, как Сонхва провёл пальцами по его руке, разом избавило Хонджуна от всех мыслей. — Я не против провести день дома. Можем заказать доставку на вечер.       И после того, как они подтвердили заказ по телефону, стало уже не так неловко, особенно, когда они вдвоём находились на кровати, и Хонджун держал запястья Сонхва у изголовья кровати, смотря на него сверху вниз. Всё-таки без макияжа и с немного растрёпанными волосами он выглядел ничуть не хуже, и Хонджун с неожиданностью заметил, что чем дольше задерживает свой взгляд на чертах его лица, тем больше они начинают ему нравиться. Всё ещё держа чужие руки, он чуть опустился, чтобы поцеловать его, и вновь ощутил дурманящий запах. Он не был уверен в том, что Сонхва чувствовал то же самое, но его расширенные зрачки и прикрытые веки уж точно говорили об удовольствии.       — Пожелания? — Хонджун не скрывал своей дразнящей улыбки, проходясь кончиками пальцев по оголённой коже рядом с резинкой чужих штанов. Теперь он хотя бы знал, что делать, и вся ситуация не казалась ему такой уж неуютной.       — Не медли, — Сонхва закинул ноги на его талию, надавив и попытавшись приблизить Хонджуна к себе. Что же, отказываться от такого было бы просто глупо.       Даже когда Хонджун отпустил его запястья, Сонхва всё равно продолжил держать руки в том же положении у изголовья кровати, пока парень стягивал с него одежду. Рядом с ним голова будто сама собой шла кругом, и это наверняка как-то объяснялось их совместимостью и феромонами, но сейчас ни одному, ни второму совсем не было до этого дела. Они лишь растворялись в тепле друг друга, пока Хонджун обводил руками контуры подтянутого тела. Под солнечным светом всё и правда ощущалось по-другому, и он явно не будет против повторить это ещё пару раз. Возможно, пару десятков или сотен раз.       Найти смазку было нетяжело, она была оставлена на прикроватном столике ещё ночью, и Хонджун не стал тратить времени, сразу же вводя после первого пальца второй, в это же время покрывая грудь Сонхва поцелуями, особенное внимание уделяя соскам, украшенным металлическими украшениями. Они наверняка усиливали чувствительность, потому что Сонхва то и дело выгибался в спине от удовольствия, цепляясь руками за подушки, и Хонджун начал даже немного беспокоиться за его ногти. Стоило только ему перейти от поцелуев к укусам, и парень начал издавать настолько сладкие стоны, которые никогда бы ему даже не приснились. Сонхва был пьянящим, словно дорогое красное вино, и Хонджун был готов выпить его до дна, сделать его своим.       Хонджун надавил пальцами на одну из стенок, и Сонхва резко зажмурился, открыв рот. Он уже не беспокоился о том, что кто-то из соседей может услышать их двоих, и поэтому совсем не стеснялся.       К счастью, стараться над подготовкой почти не пришлось, их терпение уже было на пределе, поцелуи становились всё более грубыми, не обходясь без укусов и оттягивания волос друг друга. Но стоило только Хонджуну вытащить пальцы, как Сонхва остановил его, положа ладонь на чужую грудь и заглядывая ему в глаза. Его зрачки были расширены даже больше, чем до этого.       — Можешь трахнуть меня у окна?       Если бы эта фраза была сказана в любое другое время, с другим партнером или в любой другой обстановке, то Хонджун бы просто загорелся красным от стыда. Но сейчас у него была возможность показать всем, как хорошо Сонхва чувствует себя именно благодаря ему. Он не собирался упускать такой шанс, и поэтому помог ему подняться на ноги, в который раз оставляя на его шее поцелуи и разворачивая его лицом к окну, заставляя Сонхва прижаться щекой к холодному стеклу. Он сам послушно заложил руки за спину, позволяя Хонджуну перехватить его за запястья. Сонхва явно только и ждал того, когда Хонджун позволит ему забыть собственное имя, ощущая только наслаждение, полностью заполняющее сознание.       — Выглядишь миленько, — Хонджун чуть прикусил его за ухо, за чем сразу же последовал высокий стон.       Сонхва подался бёдрами назад и обвил его запястье хвостом.       — Можешь быть пожестче в этот раз.       Честно говоря, Хонджун сам не понимал, кто из них двоих имеет больше власти, потому что он был готов сделать всё, что ему только скажут. Особенно, если Сонхва продолжит смотреть на него вот так, прижимая ягодицы к члену парня. Как только Хонджун начал входить в него, придерживая за бёдра, Сонхва только сильнее выгнулся в спине, прижимаясь лбом к стеклу и приоткрывая рот.       — Тебе нравится, когда я заполняю тебя до конца?       Сонхва не ответил, и только прикрыл глаза, шумно дыша и сжимая ладони в кулаки, пока Хонджун всё ещё придерживал их рукой. Как только он начал медленно двигаться, вновь вернулось и головокружение, только в этот раз с ещё большей силой, и, скорее всего, Сонхва сейчас чувствовал то же самое, если судить по тому, как слегка подкосились его ноги.       — Думаю, тебе лучше держаться руками за стекло, — Хонджун посмотрел на еле заметное отражение парня, на его покрытые румянцем щеки и слёзы, которые покрывали его ресницы как маленькие бриллианты.       Сонхва только хотел повернуть голову назад, чтобы спросить, что именно он имел в виду, но после первого же жесткого толчка сделал именно так, как Хонджун сказал ему, прижимая кулаки к холодной поверхности окна. Чужие ладони поддерживали его крепкой хваткой на бёдрах, и теперь Сонхва оставалось только отдаться удовольствию и надеяться, что он просто не упадет в какой-то момент. Чувствуя себя чуть более уверенно, он начал подаваться бёдрами назад, навстречу толчкам, каждый раз резко выдыхая, будто Хонджун буквально выбивал воздух из его лёгких.       — Хочешь, чтобы все узнали, как ты себя ведёшь, когда тебя трахают? — Хонджун наклонился над его ухом, прижимаясь грудью к спине Сонхва и чуть замедляя ритм, но вместо этого входя более резко и глубоко. — Ты ведь только и хочешь того, чтобы в тебя поскорее кончили, правда?       Сонхва издал высокий стон, от смущения опуская уши и прижимаясь лбом к стеклу, чувствуя, как резко с ним контрастирует температура его тела. Но Хонджуну явно это не понравилось, поэтому он обхватил его подбородок, снова поднимая голову Сонхва наверх и проводя пальцами по искусанным от удовольствия губам. Сонхва послушно открыл рот, покрывая пальцы Хонджуна слюной и прикрывая глаза. И даже если бы он сейчас хотел сдерживать свои стоны, у него бы точно этого не вышло, и это было именно тем, что нужно было Хонджуну. Он ненадолго вытащил пальцы из чужого рта, снова подхватив его за подбородок и целуя в край открытых губ. Сонхва настолько терялся в ощущениях, что даже не мог ответить ему взаимностью, лишь обессиленно держа рот открытым, немного морщась от неудобного положения головы. Ему было неожиданно приятно ощущать потерю контроля рядом с Хонджуном, будто он наконец мог выбросить все мысли из головы и просто наслаждаться. И когда он почувствовал, как на основание его хвоста вновь чуть давят, Сонхва даже привстал на носочки, выгнувшись в спине ещё сильнее и прижимаясь грудью к стеклу.       — Кто хороший котёнок? — Будь Сонхва чуть немного более в себе, он был бы уверен, что Хонджун передразнивает его слова с прошлой ночи, но сейчас именно такое обращение заставило его вмиг испытать приятную дрожь по телу, усиливавшуюся с каждым толчком.       — Я хороший котёнок? — он оглянулся назад через плечо, и взгляд затуманенных глаз со следами от слёз в уголках заставили Хонджуна усмехнуться.       — Конечно, и хорошие котята заслуживают только самое лучшее, — Хонджун поцеловал его в плечо, чуть задерживаясь губами на чужой коже, раздумывая.       Будет ли Сонхва против? Вряд ли кто-то будет рад замазывать метки на его теле, но это уже вряд ли имело значение. Сейчас было важно только то, чего хочет он сам. С каждой минутой желание Хонджуна только росло, и он мог позволить себе разве что недолгие поцелуи и совсем незаметные прикусывания, которые он сразу же зализывал. В нём будто взыгрывало чувство собственничества, мысль о том, что Сонхва может принадлежать именно ему и никому другому.       — Сильнее, — голос Сонхва звучал сломано, будто он уже находился в шаге от того, чтобы кончить, и проговорить каждое слово давалось ему с трудом.       Хонджун не совсем понимал, о чем именно идёт речь, но как только Сонхва обвил его шею хвостом и подставил плечо ближе, он тут же вонзился в него зубами, заставив парня резко вскрикнуть и чуть ли не упасть на пол из-за резко подкосившихся ног. Хонджун чудом удержал его, тяжело дыша и делая последние глубокие толчки, пока Сонхва сжимался вокруг его члена, кончая на запотевшее от их тел стекло. Он практически держал парня на своих руках, пока тот с трудом находил силы хотя бы на то, чтобы успокаивать своё дыхание. Когда Хонджун попытался отстраниться, Сонхва протянул руки назад, пытаясь ухватиться за его запястье.       — Нет...       Хонджун устало рассмеялся, поглаживая большими пальцами костяшки его бёдер.       — Ты даже не можешь говорить предложениями после секса?       — И во время тоже, — через несколько минут тишины Сонхва всё-таки отпустил его руки, и хотя он и издал звук недовольства от неожиданной пустоты, он всё же выпрямился, с трудом держась на трясущихся ногах. — Господи, я даже во время тренировок так не устаю, — Сонхва откинул прилипшие от пота волосы со лба, смотря на Хондужуна, уже сидящего на краю кровати в настолько же уставшем состоянии.       Резко пересев к парню на коленки, Сонхва повалил его с собой на кровать, заключая в объятия и прижимая к себе. Они лежали так ещё какое-то время, и вдруг Хонджун заметил, как следы от его зубов на чужой коже начинали становиться темнее, наверняка превращаясь в синяки.       — У тебя точно не будет проблем с этим? — Хонджун заботливо обводил кончиками пальцев болезненные места, чувствуя себя даже немного виновато. Пытаясь хоть как-то помочь в такой ситуации, он принялся зализывать ранки, наблюдая за тем, как уши Сонхва заинтересованно задёргались.       — Съёмок пока не планируется, поэтому не переживай. Мне очень нравится, — Сонхва посмотрел на него с улыбкой во взгляде, покачивая хвостом. — А ты носишь рубашки на работу? Я могу тоже оставить след где-нибудь?       Щёки Хонджуна загорелись красным, но он кивнул, показав пальцами на мягкую часть плеча, примерно там же, где он укусил Сонхва, и придвинулся выше, чтобы ему было комфортно. Но вместо того, чтобы ощутить на себе чужие клыки, он почувствовал на коже только мягкость чужих губ, и только когда Сонхва отстранился, понял, что тот решил оставить на нём засос. Он проводил длинным ногтем по покрасневшей коже, улыбаясь, как будто совершил нечто невероятное.       — Красиво. Можно ещё?       Ради Сонхва он был готов надевать кофты с высоким горлом хоть каждый день, поэтому Хонджун кивнул, слегка массируя чужой затылок пальцами. Его волосы и правда были невероятно мягкими. В какой-то мере всё ощущалось совсем по-домашнему, и у Хонджуна снова появилось желание провести хоть один день с Сонхва в более романтичной обстановке. Неожиданно раздался звонок в дверь.       — О, доставка, — Хонджун поспешно и неустойчиво вставал с кровати, закутываясь в халат и пытаясь сделать хоть что-то с растрепавшимися волосами. Как оказалось, тщетно.       — Ты пахнешь сексом, не пытайся этого скрыть, — Сонхва, ухмыляясь, перекатился на другой бок, и тут же хватился за нижнюю часть спины.       — Ну да, кто бы говорил. Отдыхай, потом сделаю тебе массаж.       Хонджун совсем невесомо поцеловал его в висок, надеясь, что это было и правда началом чего-то большего и продолжительного. Черт, да он чувствовал себя как влюбленный кот в середине марта. Не то, чтобы его это теперь беспокоило.       Уён ещё обязательно должен будет отблагодарить его за то, что он оставит им пустую квартиру ещё на одну ночь.