Blood, stereo and love

       Дазай максимально недоверчиво осматривал внутренности достаточно дорогой, насколько он знает, машины, в которую его любезно пригласил Шибусава. Он сидел рядом и пристально наблюдал за Осаму. Тому было как-то не по себе, а особенно нагнетала ёбаная тишина, поэтому Дазай рискнул её прервать.        — Так куда мы едем? — с опаской спросил он, смотря за действиями Тацухико, будто бы он мог на него наброситься в любой момент.        — Домой, я обещал тебе крышу над головой, не так ли? — Шибусава мило улыбнулся, однако эта улыбка была довольно пугающей. Стоп. Осаму будет жить с ним?! Ни это он предполагал, когда соглашался!        — Я буду жить с вами?! — Дазай мнгновенно взбесился, но Тацухико лишь усмехнулся и махнул рукой.        — Не беспокойтесь вы так, у вас будет личная комната и ванная, если и кухню делить не захотите — будет своя, только готовить тогда вам придётся самому, я на две кухни готовить не горю желанием, — казалось, его вообще это не волнует, однако Осаму был просто в ахуе. Всмысле «я готовить»? Этот Призрак готовит сам и ему собирается…?        — У вас нет прислуги? — первый вопрос, что возник у него в голове. Внезапно Шибусава рассмеялся, прикрывая рот рукой, от чего Дазай совсем впал в ступор.        — Сразу видно — ребенок Огая, — всё ещё посмеиваясь, сказал Тацухико, но заметив испуганное выражение лица Осаму, взял себя в руки, — Прошу меня простить, да, у меня нет прислуги, разве что личный водитель, из-за того, что я побаиваюсь водить сам, и садовник.        — Мгм, — Дазай отвернулся к окну, ему показалось, что Шибусава из тех людей, что имеют кучу людей на побегушках и личных и по работе, а оказалось, что это не так. Это достаточно… Интересно? Довольно странно, но этот человек имел какое-то непонятное притяжение. Однако, даже так, всё происходящее итак было где-то в жанре «фантастики», что не свойственно жизни Осаму и это его беспокоило. — А с чего такая щедрость? Будто с неба свалился и на тебе: личная комната, ванна, кухня, если пожелаешь, живи со мной в одном доме, работай на меня. Просто так ничего не бывает, чего вы хотите от меня этим добиться?        — Хах, довольно критично, — ещё одна грёбанная усмешка, сука! Дазай уже не удивится, если этот странный тип потребует за все блага расплатиться телом, как в дешёвых фильмах. — Я расскажу всё как приедем, не бойтесь, ничего такого, по крайней мере в рамках закона.        Ясно. Понятно, блять. Это же нихуя не подозрительно, да?! Осаму побледнел от собственных предположений, и это заметил Тацухико.        — Ох, конечно же вы не будете мне доверять, мне бы стоило выбирать выражения более разборчиво. По правде говоря, я бы не хотел говорить об этом сейчас, так как не уверен, что нас не подслушивают, — Шибусава улыбнулся и, прищурившись, глянул на водителя, как бы указывая на него. У Дазая уже не было сил спорить или препираться, поэтому он показательно закатил глаза и, отвернувшись, уставился в окно, смотря на пролетающие около трассы деревья. Он уже согласился, отказываться сейчас не вариант. — Не переживайте, если вам что-то будет напрягать, вы всегда сможете уйти. Если вам есть куда, конечно…        Осаму оцепенел. Вот же сволочь! Он же точно знает что некуда! Или нет? Кто вообще его разберёт?! Хрен пойми откуда взялся, хрен пойми, что знает, что нет! Дазай понимал, что сейчас расспрашивать его смысла вообще никакого нет — он просто не скажет, поэтому он решил подождать. Сейчас в голове роились кучи мыслей: одна хуже другой. Осаму, задумавшись, поднёс руку к горлу и дотронулся до него кончиками пальцев. «Почему он меня остановил?» — внезапно возникло у него в голове, он чётко видел перед глазами то, как Чуя выбивает у него из рук верёвку и от этого становилось не по себе, — «Я — его проблема, так почему он беспокоится за то, что со мной будет?». Дазай притих. Он не мог понять мотивы ни Накахары ни Шибусавы, и это пиздец как пугало.        — Похоже придётся убрать все острые предметы из дома… — тихо вздохнул Шибусава, после того, как некоторое время покопался у себя в телефоне. Осаму стало любопытно, с чего это так внезапно Тацухико об этом заговорил?        — Почему? — отвлекаясь от своих мыслей, с интересом спросил он. Нет сил уже воевать с Тацухико, да и это, по сути, бесполезно и бессмысленно.        — Неважно, — кажется Шибусава был удивлён таким вопросом, но он быстро взял себя в руки и мило улыбнулся.        — Думаете вскроюсь? — Дазай решил пошутить, но, кажется, прочитал мысли Тацухико, потому что тот явно выглядел так, будто его застали в расплох. Повисло неловкое молчание.        — Предполагаю, поэтому хочу исключить все варианты, мне не нужно, чтобы вы умерли, господин Дазай, — это в очередной раз звучало довольно жутко. Будто он какая-то зверюшка, которая стоит огромных денег и ему будет жалко денег, если с ней что-то случилотся. Осаму решил, что лучше бы ему заткнуться нахуй, а то с каждой фразой образ этого белобрысого в его голове становиться только более и более стрёмным.        Так они ехали в тишине до самого особняка, который, как заметил Дазай, был больше похож на уменьшенную копию Белого дома, чем на жилой дом. Он находился в довольно престижном районе, был обнесён забором с колоннами, в во внутреннем дворе была идеально выстреженная лужайка с сочно-зелёной травой. К дому вела каменная дорожка ограниченная бордюром. Честное слово, пока Осаму шёл по ней рядом с Шибусавой, его чуть не стошнило от этой «идеальности». Тацухико мельком глянул на него, так как Дазай молчал уже как-то подозрительно долго, и, заметив, что тот нахмурился, усмехнулся.        — Приторно, да? — Осаму удивлённо посмотрел в его сторону, на секунду он подумал: «Он мысли читает?». Шибусава, довольно улыбнулся, поняв, что его слова возымели нужный эффект, — Да, знаю, уволить бы садовника, но руки не доходят. Я редко здесь бываю.        Дазай упорно хранил молчание. Ему хоть и было немного любопытно, потому что такой человек не мог не вызывать любопытство, однако Осаму не был намерен потакать ему, а любая его фраза определённо была правокацией. Они зашли в дом. На удивление, там было намного приятнее, чем снаружи: мебель из тёмного дерева оттеняла чёрный пол, а всякие мелочи на полках, например, небольшой букетик сухоцветов в бутылке из-под, достаточно дорогого, насколько Дазай может судить, красного вина, делали пространство более живым, в отличии от двора. Осаму с любопытством оглядывался, и, зайдя на кухню, достаточно неловко сел за стол. На кухне была барная стойка и даже несколько барных стульев с красными сиденьями.        — Какой чай предпочитаете? — спросил Тацухико, нажимая кнопку на электрическом чайнике, он был спокоен, что очень раздражало.        — Черный. Без сахара. — Дазай намеренно ответил сухо и, после, угрюмо наблюдал за тем, как Шибусава наливал чай. Ахуеть! Он ведёт себя будто к нему просто в гости пришли! С другой стороны: а как он должен себя вести? Осаму не знал, однако всё равно злился, на себя или на него — хуй знает. Однако спустя минуту молчания терпение его лопнуло окончательно, — Да может объясните уже, что, блять, происходит?!        Шибусава на секунду остановился, казалось это его немного озадачило, однако после он всё так же спокойно поставил кружки на стол и грациозно сел на стул.        — Чтож, вы хотите знать почему, я «так добр» к вам? — он сложил пальцы в замок и хищно улыбнулся, слегка прищурившись, от чего Осаму стало очень не по себе, вопрос был риторическим, поэтому Тацухико продолжил, — Я вам отвечу: мне просто скучно.        — Скучно…? — Дазай застыл, будто каменное извояние. «Просто скучно»? «Просто скучно», блять?! В каком это смысле скучно?! Осаму клоун что-ли? Кажется Шибусава заметил негодование на лице собеседника и поспешил продолжить.        — Да, отчасти это было главной причиной. Однако, было ещё две. Первая: мне не по душе Мори Огай, поэтому вы – мой способ отомстить, так сказать, и вторая… — Тацухико внезапно умолк, он на пару мнгновений как-то поник, но сразу же взял себя в руки, — …Мне кажется, что за свою жизнь я и так совершил достаточно плохого, нужно сделать хоть что-то хорошее, поэтому я решил вам помочь.        — Хах! Что вы ожидаете получить взамен? — Осаму чуял подвох, он обязательно должен быть!        — Как я уже говорил, я хочу нанять вас в свою компанию, если быть конкретнее — личным секретарём. Там нет ничего сложного и особого образования не требуется, а, насколько я осведомлён, вы достаточно умны, чтобы ещё и давать дельные советы, — Шибусава сделал пару глотков горячего чая и будто почувствовал, что Дазай хочет съязвить по поводу того, не боиться ли он предательства с его стороны, и сразу предупредил, — Вы же понимаете, что в вашем положении подставлять меня вам не выгодно, да?        Осаму был не то, что в шоке, он был в ахуе. В голову начали закрадываться мысли о том, что этот фрик экстрасенс и может читать мысли. Однако он постарался не подать вида. Нет, не в этот раз. Всё, пора заканчивать, эмоции уж слишком его выдают, и в последнее время это ему не на руку, если вообще когда-то было.        — А если я всё-таки буду играть в пользу Огая? Он же мой отец как-никак, — Дазай ответил как можно спокойнее, приподняв одну бровь. В конце концов ему нужна выгодная сделка с Тацухико, а он, казалось, часто об этом забывал.        — Я думаю, вы не станете, — это прозвучало очень уверенно, поэтому Осаму усмехнулся.        — Почему же?        — Потому, что вам было бы неприятно «играть» ради гоподина Мори, — Шибусава хищно прищурился и довольно улыбнулся, когда увидел то, как на лице Дазая практически было написано, что он прав.        — Чтож, — Осаму тоже улыбнулся, его даже забавила осведомлённость оппонента, он упустил момент когда это перестало быть пугающим. Интересно, насколько много он ещё знает? — Вы правы, это интересно. Могу поинтересоваться кто ваш осведомитель?        — Приношу свои извинения, но он пожелал остаться инкогнито, может сами когда-нибудь узнаете, — Тацухико сделал ещё пару глотков из кружки и хотел продолжить, но внезапно зазвонил телефон (Дазай немного удивился, потому что на рингтоне песню «Freak» от Sub Urban, неплохо!). Он одним движением руки достал его из внутреннего кармана пиджака, при этом молниеносно изменившись в лице, на котором теперь выражалось безразличие и даже презрение, однако, только глянув на экран, Шибусава отклонил вызов и, видимо, поставил на беззвучный режим. Очень интересно.        — Вы не ответите? — как бы невзначай спрашивает Дазай, наконец взяв в руки кружку и попробовав чай, на удивление вкусный чай.        — Нет, сейчас разговор с вами важнее работы, — Тацухико сложил руки в замок и продолжил, — Итак, могу ли я надеяться на ваше согласие? Я могу принести контракт, чтобы вы ознакомились.        — Ещё одно уточнение: что вы хотите взамен? Какие условия для меня? Не думаю, что «хорошей работой» всё ограничивается, — Осаму это очень беспокоило, так как мысли о расплате телом или услугами горничной всё ещё витали в его голове.        — Хм, наверное, помимо выполнения рабочих обязанностей, желательно не спалить, не взорвать, не затопить дом, и не умирать раньше времени. Я понимаю, что звучит подозрительно, но вы можете увидеть тоже самое в контракте, — Шибусава, видел сомнения в карих глазах напротив и это его напрягало.        — Могу я увидеть контракт? — выдохнув, спросил Дазай, на что Тацухико одобрительно кивнул и удалился в другую комнату. Осаму тяжело вздохнул и закрылицо руками, потирая глаза. Конечно он согласиться. Ему больше некуда идти, у него нет денег, и, банально, вещей. Он не собирался возвращаться к Достоевскому — нет уж. Да, это риск. Да, просто умереть не получится. Да, он будет жить с жутким незнакомцем. Но в этой сделке плюсы перевешивают минусы, по крайней мере в его ситуации. Спустя пару минут Шибусава вернулся с листами бумаги и ручкой.        — Прошу. Сам документ и его копия, которая останется у вас, — он сел на своё место и продолжил пить свой чай. Дазай принялся читать поданый ему договор. Там оказалось всё довольно чисто: гарантируемая работа с зарплатой по должности, жильё, еда, вода и т.д. — всё, как говорил этот Призрак, и по требованиям всё тоже совпадает. Никаких подтекстов и условий мелким шрифтом. Подозрительно. Но деваться ему некуда. Глубокий вдох.        — Окей, ладно. Подпись здесь ставить? Или может клятвой на крови? — Осаму тыкнул ручкой в свободную строчку. Тацухико довольно усмехнулся.        — Да, здесь и на копии, я подпишу ниже, — он какими-то жадными глазами смотрел на то, как Дазай подписывает бумаги и после него поставил и свои подписи. Казалось, он был ну очень собой доволен и это почему-то раздражало Осаму.        — Теперь, — нахмурившись, начал Дазай, забирая свою копию и дважды складывая её, — Предлагаю общаться на «ты», — Шибусава согласно кивнул. — И… Знаешь что? Я уверен, что уже через неделю ты сам выпрешь меня из дома, и единственное, что ты сможешь ко мне испытывать — это отвращение. Так что и договор этот долго не протянет.        — Хм, — Тацухико на пару секунд сделал вид что задумался, в после посмотрел прямо на Осаму и усмехнулся, растянувшись в саркастичной ухмылке, — Ты так в этом уверен? Хах, мы можем заключить пари!        — А ты так уверен в победе? Ты просто не знаешь с кем связался, нахуй мне пари не сдались. Я констатирую факт. Почему, думаешь, меня выгнали с двух хат? Мне даже спорить не нужно, — Дазая уже жуть как раздражала вся эта вежливость и якобы «интерес» этого ёбаного Призрака. Бесит. Он уже знает результат всего этого. Единственное что останавливало его от того, чтобы послать всё нахуй — это то, что пиздец как хотелось есть и спать, а спать на улице как-то не прельщало.        Шибусава сидел, молча глядя на отстранённое выражение лица Осаму. Тот угрюмо уставился куда-то в пол и лишь изредка моргал. Тацухико видел насколько плохо этому ребёнку, у него выдался непростой день, все события которого он узнал буквально минут за тридцать до их встречи. Да где там, блять, «непростой»? День пиздецки хуёвый! Наверняка он сильно устал.        — Есть хочешь? — Шибусава решил, что, раз контракт подписан и все дела улажены, можно уже, наконец то, откинуть официоз и как-то разрядить обстановку, да и самому есть хотелось жутко.        — Мгм… — Дазай слабо кивнул, мельком кинув взгляд на Призрака. Тот слегка улыбнулся и встал, чтобы достать чего-нибудь из холодильника.        ×××        Комната, в которую Шибусава провёл Дазая после ужина, на удивление была просторной, хоть и ненамного больше прежней комнаты Осаму. Особенно его порадовало наличие пары стеллажей, не просто стеллажей, а стеллажей с книгами! Это было прямо потрясение для него, хотя Тацухико вполне был похож на того, кто любил бы книги, но чтобы так! В комнате также был небольшой письменный стол, небольшой шкаф для вещей и большая, удобная, двухспальная кровать. Помимо входной двери была дверь в санузел, и там была достаточно большая ванная и душевая кабина. Ахуеть! Это выглядело ещё больше «по-богатому», чем в особняке Огая, только вот это выражалось не в дорогущих картинах и бархатных шторах, а в банальном комфорте. Сразу после того, как Шибусава ушёл, сказав что в шкафу лежит отельный набор на первое время, Дазай сходил в душ и с удовольствием бухнулся спать. Его даже не волновало то, что завтра на учебу, не волновали возможные кошмары, он настолько устал, что просто вырубился, как только голова коснулась подушки.        Утром его разбудил мерзкий писк будильника, телефон, на последнем издыхании, решил разбудить хозяина. После недовольного бурчания Осаму всё-таки встал, решив, что ещё один прогул уже вызовет подозрения и, к тому же, его могут исключить, как говорил ранее Фукудзава. Блять. Ну чтож такое?! Дазай с трудом разлепил глаза и сначала немного потерялся в непривычно новой комнате. Сука, это действительно был не сон. Он вспоминал вчерашний вечер и всё больше удивлялся: насколько же его жизнь стала похожа на какой-то ебанутый подростковый сериал. Однако, пришлось придержать эти мысли, ведь ему ещё нужно поесть и до школы добраться как-то, и с каждой минутой на это оставалось всё меньше времени. Осаму быстро собрался — собирать то было особо нечего. Он не взял с собой даже учебников, так что придется всё-таки просить Достоевского их принести. Хотелось бы все свои вещи, но их немного немало дохуя.        Дазай осторожно выбирался из комнаты, и чуть ли не на цыпочках шёл по коридору. Путь до кухни запомнить было не сложно, да и дом оказался не таким уж большим, как казалось на первый взгляд. Да, кухни правда было две, как и говорил Шибусава, однако расположены они были весьма компактно: каждая напротив комнаты и около небольших гостиных — всё это, вместе с лоджией, соединялось коридором. На кухне Осаму обнаружил Тацухико сидящим за столом перед тарелкой с омлетом, рядом с которым были красиво разложены овощи, и увлеченно листающим что-то в телефоне. Напротив него стояла ещё одна тарелка с таким же наполнением. Как только Дазай вошёл, Призрак сразу обратил на него внимание.        — Доброе утро, — Шибусава мило улыбнулся, откладывая телефон экраном вниз и начиная ковырять вилкой свою порцию завтрака. Осаму быстро кинул что-то похожее на «утра» и неловко сел за стол, — приятного аппетита. Думаю стоит немного поторопиться — поедем вместе: мой водитель отвезёт тебя в школу, а затем довезёт меня до офиса и вернётся к школе. После окончания занятий — он в твоём распоряжении до шести часов вечера. Его имя, кстати, Ода Сакуноске, ну познакомитесь ещё, он мой хороший друг.        Дазай сидел очень тихо, поедая, на его удивление, очень вкусный омлет. Он ещё не особо понимал как ему вести себя с Тацухико. Да, вчера он вполне развязно болтал, но сейчас, когда он обдумал ситуацию, как говорится «Утро вечера мудренее», он, мягко говоря, в ахуе. Вроде и хотелось съязвить что-то вроде «Твой друг — твой водитель?! Ха, вот это уважаешь ты друзей конечно!», но этот человек буквально предложил его кормить и содержать практически за просто так! Это как-то… неправильно что-ли? Агх! Это всё так странно, что «просто молчать» — лучшая тактика. Однако Призрака это, кажется, не особо устраивало.        — Как тебе комната? Как тебе омлет? — он всеми силами пытался выудить из Осаму хоть что-нибудь, хоть пару вразумительных слов.        — Всё нормально. Омлет вкусный, — Дазай очень старался подбирать максимально нейтральные фразы, и немного подумав, добавил, — …спасибо.        Шибусава кажется был сильно удивлен такому несвойственному Осаму поведению с его стороны, но постарался не подать виду и лишь кивнул в ответ. Диалог не задался. Позавтракав они, уже немного второпях, двинулись к машине, перед этим Тацухико вручил Дазаю запасные ключи от дома. Осаму до сих пор удивлялся тому, как Призрак доверяет ему, а если бы он его ограбил? Странно. Они молча доехали до самой школы, где Дазай и вышел.        Снова эти коридоры. Прошло всего три дня как Осаму здесь не было, но вчерашний день длился так долго, что, казалось, прошла целая вечность. Зайдя в класс, он сразу попался на глаза их классной руководительнице — Мизуки Цудзимуре, которая по совместительству их учительница физики. Она, хоть и была достаточно требовательной, добрая и терпеливая, если её не злить, конечно.        — Осаму! Почему тебя вчера не было? Ты же знаешь, что тебя могут выгнать за прогул, — в её голосе можно было уловить нотки беспокойства, однако Дазаю было немного всё равно.        — Мне вчера было плохо, ну знаете: рвота, тошнота, головная боль — вот и решил остаться дома, сегодня мне уже по-лучше, — он придумал эту отмазку в машине, на всякий случай, если кто-нибудь будет спрашивать, и вот она пригодилась.        — Ох, ну ладно, в этот раз спущу тебе это с рук, но в следующий раз — уведомляй заранее о своем отсутствии, хорошо? — Осаму пробурчал «Ага» и поплелся к последней парте, однако сел он не за ту, за которой сидел Фёдор, а за соседнюю. Он заметил, что Достоевский наблюдает за ним, чуть ли не раскрыв рот от удивления.        — Я даже спрашивать ничего не буду, — медленно и с расстановкой сказал Федя, не отводя глаз от Дазая, на что тот никак не реагировал.        — Вот и хорошо. Можешь завтра принести мои вещи? Хоть немного? — Осаму выглядел так подавленно и отстраненно, будто ему снова рассказали о смерти матери. Достоевский действительно не стал докапываться вопросами, хоть ему и очень хотелось, и согласно кивнул, однако сказать так ничего и не успел, так как в класс вошёл Чуя. Ну всё. Это пиздец.        — Федя, я- — он прервался на полпути к парте Достоевского и, заметив Дазая, замер, уставившись на него, будто бы мёртвеца увидел. Все в классе с интересом наблюдали за сложившейся картиной. Никто не смел произнести ни слова, пока выражение лица Накахары стекленело толи от злости, толи от удивления. Спустя пару минут тишины, он метнулся к парте Осаму и схватил того за ворот, на что тот нахмурил брови, но молчал, — Ты! Где тебя носило?!        — Тебе то какая разница, шавка? — в голосе Дазая слышалось раздражение, но он продолжал спокойно сидеть, не пытаясь вырваться из крепкой хватки рыжего. Тот, в свою очередь злился только сильнее.        — В каком это смысле «какая разница»? Ты что-ли вообще ничего не понимаешь?! Я- — Чуя прикусил язык. Блять! Он чуть не сболтнул, что искал его до темноты. Нет, нет, нет! Это точно лишнее. Осаму это знать не обязательно. Повисла неловкая пауза.        — Что «ты»? Может, блять, отпустишь меня наконец? Тебя никто ничего делать не просил, чего ты вообще ко мне приебался так?! — Дазая бесило, что на них пялиться весь класс, а их лица снова непозволительно близко. Голова уже немного кружилась от горячего дыхания, казалось будто над ним не человек, а огнедышащий дракон. Накахара рыкнул, рывком отпустив Осаму, и потёр переносицу. На мгновение всем показалось, что это конец, однако через секунду кулак Накахары прилетел Осаму по лицу. Чуя ударил Дазая.        — Ты идиот, Осаму, — последнее, что произнёс Накахара прежде чем уйти.        Осаму не шевелился, лишь сжимая кулаки. Его голова до сих пор была немного повёрнута в сторону от удара. «Он… ударил меня?» — крутилось в голове на повторе. Ахуеть. Никогда раньше Чуя не начинал первым. По правде говоря, он действительно только давал сдачи. Поэтому сейчас Дазай был удивлён не меньше, чем все остальные в кабинете, по классу слышались шепотки, однако ему было поебать. Голову Осаму занимало сейчас только произошедшее. Это было… горячо, в том смысле, что скула горела просто, сука, адски! Ещё пару минут Осаму сидел как вкопанный, пока не прозвенел звонок. Он пытался осознать, что это было вообще. В последнее время рыжая псина ведёт себя как-то странно. Чертовски, блять, странно. Это уже даже не бесило, а озадачивало. Происходит очевидно какой-то пиздец, но Дазай упорно не мог понять какой именно, поэтому предпочёл заняться физикой, ведь сейчас это одно из того немногого, что он понимает в своей жизни.