Трудные старшие

***

      Быть склонной к доводу рассудка, а не потакать пылкой натуре — вот девиз нашего воспитания. На мне это сказывается больше, на Клер — меньше. Её пылкую натуру так просто не угомонить. Она бросается с головой в любую авантюру, если та покажется ей не скучной. А я — захожу в воду лишь по щиколотку, и, боясь внезапного шторма, выбегаю из ласкового «моря чувств». Шаг за шагом. Так медленно. Глубина, — Ран Хайтани, — на которую я хочу заплыть, очень терпелив, и я думаю, что мне сказочно повезло. На нашем море штиль. Ран не говорит об этом, но ему тоже нравится ждать. Нравится узнавать, изучать, не торопить события. Он словно смакует наше общение, жуирует известные только ему мысли. И выжидает. Наблюдает, делает выводы и ничем не делится… когда придёт время — узнаю. Так расшифровывается его довольный, как у сытого кота, вид.       На столах подносы. На подносах тарелки. Тарелки уже либо пусты, либо на них свалены кучей салфетки и остатки пищи, которая нам не очень нравится. Я заметила, что Ран отодвигал кусочки моркови. Не любит её. Запивать предпочитает минералкой из горных источников. Ой, какой цацка. То ли он и в прям «хороший мальчик», то ли за рулём, — что скорее всего… ему ещё меня домой везти.       Проследив мой взгляд, как я жадно таращусь на несчастную бутылку минералки, — Ран пьёт прямо из горла, — он прокашливается и ехидно спрашивает: — У кого-то сегодня шаловливые фантазии? — игриво, но аккуратно чтобы ничего не разлить, вертит он бутылкой в руке. После душа Хайтани в халате, сырые волосы вытерты на «скорую руку», и мелкие капли стекают по шее, ключицам, теряясь в махровой ткани. Сзади брызги падают на пол. Парню это вовсе не мешает. Мне же кажется это забавным: можно проследить траекторию его передвижений. Вереница из влаги следует за Раном по пятам, отмечая каждый шаг и его место приземления. Кресло, затем к холодильнику, потом возле меня, будто бы он рисует шаманские сырые круги, после опять к холодильнику, и наконец Ран усаживается рядом. Очень близко ко мне. Мы буквально срастаемся. Он протягивает мне минералку, как бы предлагая выпить. — Хм, — иронично улыбаюсь. — Я думала о том, — игнорируя воду, я провожу пальцами по шее Рана, именно там, где только что проскользнула очередная капелька. — Что ты действительно такой манерный. — Разве? — смотрит на меня не отрываясь, усмешка становится шире. — А что нет? — медленно забираю из его рук бутылку и допиваю остаток в несколько глотков. — Мне очень интересно наблюдать за твоими привычками. И вкусами тоже. Узнавать тебя… так прикольно. — Прикольно? — звонко рассмеялся Ран, убирая мне прядь волос за ухо. — ДжоДжо, где же ты была всю мою жизнь? — Я же просила не называть меня так. Либо просто Джой, либо госпожа. Ну, можно ещё хозяйка. Всё. Другого не дано. — А чего так скромно? — ведёт Ран бровью и откидывается на подушку. Он хлопает на соседнее место, приглашая меня лечь рядом. С довольной лыбой я ползу к нему и удобно располагаюсь. Обожаю шуршание и запах чистого постельного белья. — Госпожа, хозяйка… почему сразу не богиня? Жизнь моя? — Ну, так это в перспективу. — А, ну да, и правда. Как я сам не догадался?       Мы тихо посмеиваемся друг над другом, полусидя — полулёжа. Ран перебирает мои пальцы правой руки, рассматривает её, водит по костяшкам, по фалангам, по линиям на ладошке, вызывая приятные щекочущие ощущения. Он рассказывает о сегодняшнем дне. О том нападение на ресторан, куда мы планировали сходить после моей работы. Ран говорит спокойно, без всякой злости или гнева к виновникам. Ему до жути надоели эти уникумы, которые стремятся напугать… кого? Королей Роппонги? И он уже не ненавидел их… оба брата просто устали. Риндо оказался прав — никакого супер секрета не было. — За час до нашей встречи, парочка хулиганов решили припугнуть нас, братьев Хайтани, — на это месте повествования Ран закатил глаза. — Честное слово, как в песочнице. Только мелкую шушеру распугали. В итоге разбили только два окна и сломали несколько столов, что были неподалёку. — А как же гости в ресторане? Персонал? — Персонал обучен, даже не удивились. — В смысле не удивились? — округлила я глаза, не веря в такую реакцию мирных жителей… а мирных ли жителей? — Малышка, это самый элитный ресторан в Роппонги, который начинает свою работу ближе к глубокому вечеру. Понимаешь? Это, разумеется, дольно престижное заведение, но до неприличия богатым людям тоже нужно отдыхать где-то ночью… после работы, не находишь? — Ран вгляделся в моё лицо, на котором явно было начертано глубокое, искреннее желание не связываться с тем персоналом и гостями заведения. «Косичка» издал смешок. — Особых финансовых потерь ресторан не понесёт, а гости? Был один мужик со своей шлюх… девушкой, — поправил Ран увидев мой осуждающий взгляд. — С девушкой лёгкого поведения, так нормально? — я положительно кивнула и парень продолжил. — Он-то меня и попросил приехать. Не для разборок или мордобоя. Он сам поколотил тех ребят, а потом просто решил отдать их на мою милость, как на главного в Роппонги. Довольно адекватный мужик, хочу сказать. Ни скандалов, ни угроз. Решил проблему и поехал дальше. — И что же твоя милость сделала с нарушителями? — Деликатно провёл воспитательную беседу и посоветовал копить на хорошую больницу для их главного. Не сами же они додумались до этого вандализма. Кто-то слил им время и место моего пребывания. Эти парни просто пешки. Толку от них ноль. — И где они сейчас? Эти пешки? — ДжоДжо, точнее, хозяйка, тебе правда так хочется говорить обо всей этой нудятине? — тяжело вздыхает Ран. — Эта нудятина — твоя жизнь. Так что да, мне хочется говорить об этом. — И даже никак не прокомментируешь «хозяйку»? — недовольно складывает руки на груди. — Мой хороший мальчик очень старается, я оценила. — хихикаю, наблюдая за тем, как Хайтани старший приобретает диковато напряженный, но и одновременно взбудораженный вид. — Мерзавка, — чуть прикусывает он нижнюю губу и пылко смотрит на меня, растягивая губы в пошлой ухмылке. — Ты реально падла. Знаешь ведь, как мне это нравится. — Как легко вывести тебя. — падаю на его плечо и чувствую напряжение рельефных мышц. Потрясающий самоконтроль, который потихоньку летит в тартарары. Но Ран ничего не делает. Даже не прикасается ко мне. Он знает, что я просто играюсь, не подразумевая серьёзных шагов в развитии наших отношения. Да… на данный момент я просто веселюсь и мне очень любопытно, что чувствует ко мне Ран Хайтани, что всеми силами не хочет прерывать моего веселья? Он понимает, что если сейчас допустит ошибку и полезет с предложением о сексе к неготовой к этому девушке… веселье превратиться в страх. И терпит. Терпит и ждёт, при этом сам же наслаждаясь душевной и эмоциональной близостью. — Только тебе. — М? — не поняла я. — Только тебе легко меня вывести. Это нервирует. — Да? А меня это радует. — удобнее устраиваюсь на плече Рана. — Кто бы сомневался. — чуть разворачивается ко мне, чтобы я приняла такое положение, какое мне хочется. Итак… пора поднять не очень приятный, но важный для меня вопрос. Лучше случая не придумаешь: полумрак номера, сытые, довольные, близкие друг ко другу. Одни. В тишине. — Ран, а что ты делаешь через три дня? — молчит, но ни одна мускула не дернулась. Ни одного необдуманного движения не совершено. Через три дня у меня день рождения, и он, благодаря «головной боли», знает об этом. Мы с ним на эту тему вовсе не разговаривали по сути, он знает только то, что праздник у меня скоро… но не точную дату. Но Клер... их общие секреты... — А будет что-то важное? — хитрец. Гладит меня по голове, пропуская волосы через свои пальцы. — Если нужно, ты только скажи и я освобожусь. — Нужно. — приподнимаюсь, опираясь на руки, заглядываю в мирное и спокойное лицо Рана. — Без проблем, малышка. — он протягивает ко мне руку, кладёт мне на щёку. Так нежно и ласково поглаживает скулы и очерчивает линию подбородка, что я млею и прикрываю глаза. — В этот день я буду полностью твоим. — мгновение, и нежность его пальцев ускользает, уступая место бархатным губам, что увлекают меня в самый мягкий в моей жизни поцелуй. Чтобы ты ни задумал… Спасибо, Ран.

***

      Вот и дом. Я приклеена к спине Рана и намерений отклеиться нет. С силой обнимаю парня за торс, пока он паркует мотоцикл. Мотор глохнет, я с огромной жадностью сцепляю руки в замок ещё крепче. Хайтани посмеивается, положив свои руки на мои. Может помурлыкать? Но через шлем всё равно не услышит…       Время около одиннадцати вечера, Клер должна уже спать — завтра ей рано на учёбу. Ох, ещё и моя очередь делать ей завтрак, — завтра папа уезжает в очередную командировку, — значит мне тоже вставать нужно раньше. — Если ты всегда ходишь на работу в таком виде, то не удивительно что к тебе пристают. — ещё раз окидывает меня взглядом старший Хайтани. Когда в номере я переодевалась в офисную одежду, он не смог удержаться и я получила несколько шлепков по пятой точке. — Ладно, признаю. Это было для тебя. Ты должен был приехать за мной, обалдеть от красоты и забрать. Брутально увезти в закат. — подмигиваю я, поправляя юбку, оголяя ногу в разрезе. — Ты всё продумала, правда? — смеётся, но прерывает мою неудавшуюся попытку стриптиза, перехватывая ткань юбки и обратно пряча моё бедро. — Раз старалась для меня, значит простительно. Но, раздеваться на улице это перебор, малышка. Вдруг какой-нибудь извращенец увидит? — Ран Хайтани, — закатываю я глаза. — Единственный извращенец тут, как бы странно это ни звучало — я. А я себя каждый день вижу. — Да? А тот тип, что идёт к нам? — Ран кивает подбородком мне за спину и я, на рефлексе спрятав ножки в глубину юбки, оборачиваюсь. С отдохнувшим и добродушным лицом, нам на встречу идёт Широ. В одной руке пакет из круглосуточного магазина, а в другой пакетик с соком, куда вставлена соломинка. Идёт и пьёт. Простая белая футболка, поверх которой накинута шерстяная бежевая кофта, синие обычные джинсы. Удивительно видеть его не в костюме и без галстука. Приближается к нам, смотря в упор на меня и улыбается одними глазами — рот занят соком. — Это тот, про которого говорил Риндо, — шепчу я Рану, чтобы Широ не услышал. — Мой коллега. — Ах, да? — делает он заносчивое выражение лица и едко тянет слова. — Какая встреча. Сама судьба, не иначе. — Ран, пожалуйста, — одёргиваю его, серьёзно смотря в лавандовы глаза. Но, кажется немного поздно, в них уже плещется огонёк опасности. — Давай без насмешек и издёвок? — Всё будет зависеть от его поведения, малышка. — Ран приобнимает меня за талию, притягивая к себе, с таким видом, будто бы не замечает парня, который уже машет рукой. — Джой! Так и знал, что это ты! — немного кричит Широ, чтобы я расслышала. — Уже злит, — очень тихо произносит Ран, а я щипаю его за бок. — Широхоши, добрый вечер. — вежливо улыбаюсь, немного склоняя голову для приветствия. Вспомнив на какой ноте мы попрощались, когда Риндо скрутил ему запястья, я немного краснею от смущения. Надо бы извиниться. — Действительно добрый. Кажется твой вечер проходит хорошо, мне не следовало переживать. — А вы переживали? — встревает Ран и Широ переводит на него вопросительный взгляд. Они почти одного роста, но всё-таки Хайтани, с его потрясающей осанкой, прямой как шпалы, смотрится выше и внушительнее. — Простите, — немного опешил мой коллега. — Просто Джой увёл довольно грубый тип, ранее мне не знакомый. Любой бы переживал. — Он не уводил её, ДжоДжо сама ушла, — кончиками губ улыбнулся Ран, но улыбка не была доброй, скорее… предостерегающей. Хайтани не выпускает меня из рук, держа за талию, явно давая понять Широ что он третий лишний. — Это был мой брат. Благодарю за беспокойство. — держится Ран очень вежливо. — Широ, позволь представить. Ран Хайтани, мой молодой человек, про которого я говорила. Ран — это Широхоши Дерри. Мы вместе работаем над многими проектами на телевиденье. — я перевожу взгляд от одного парня к другому, чтобы хорошо различать их реакции. На сердце «скребут кошки». Риндо уже успел составить Рану первое впечатление о Дерри… и оно не совсем приятное. Возможно и к лучшему, что мы пересеклись сейчас? Так Ран сможет убедиться что Риндо просто был слишком взволнован и на самом деле Широ приятный человек. Но всё происходит по-другому. Хайтани, незаметно для Широ, сжимает мою талию ещё сильнее и его лицо застывает в немой маске сдержанности. Он полностью сосредоточен на Дерри? Коллега же лучезарно улыбается, произнеся: «приятно познакомиться». — О, кстати, как поживает Клер? Ей всё ещё нравится тот гигантский медведь, что я подарил? — упс… Широ, никакого такта. Говорить про свои подарки, когда перед тобой парень этой самой Клер… чувствую себя в глупом положении. — Сестрёнка замечательно, спасибо. — старюсь улыбаться также непринуждённо, как это делает Широхоши. — Живёт и радуется. У неё много друзей и она не болеет. По-моему, это самое важное сейчас в её возрасте. — пытаюсь заговорить ему зубы, чтобы уйти от темы подарков. — Вот и замечательно! Пусть у девочки будет хорошее детство. — Спасибо, — мнусь я с ноги на ноги и Ран замечает это. — Тебе пора идти. Становится прохладно, да и отец наверняка ждёт. — Ты прав. — благодарно улыбаюсь своему кавалеру. — Чтож, Широ, завтра на работе увидимся. — Ой, погоди, — останавливает он меня. — А где кулончик, который я сегодня подарил тебе? Не понравился, поэтому сняла? — я дотрагиваюсь до своей шеи и вспоминаю, что в отеле, перед тем как пойти в душ, я расстегнула его и убрала в сумку. — Нет, что ты, понравился! — протестую я. — Тогда что? — Слушай, — без интереса говорит ему Ран. — Ей что, нужно отчитываться перед тобой? Подарил и подарил, что дальше? Даже если она его выкинула, тебе дело какое? Может я его снял во время секса, не подумал? А может застёжка расстегнулась и он потерялся. ДжоДжо пора домой, она замёрзла. Не задерживай её больше. И нас. Если ты не заметил, мы обнимаемся. — теперь Ран не просто удерживал меня за поясницу, он и второй рукой обхватил меня, грея в своих объятиях. От приятного ощущения я не удержалась и умостила свою голову на его грудь. — Где же мои манеры? — нелепо чешет голову Широ. — Конечно, я не должен был быть таким навязчивым. Прости Джой. Или… ДжоДжо? Тебя можно так называть? — Попробуй. Рискуешь потерять свой длинный язык, — предупреждает его Ран и выдаёт милую улыбу. Такую, которую я видела на селфи с вором. Улыбку, предвкушающую хорошую драку. Я отстраняюсь от Рана, теряя его тепло и строго смотрю на своего нерадивого коллегу. Возможно у него не было серьёзных отношений, поэтому он не понимает как корректно вести себя в подобных ситуациях. — Я правда благодарю тебя за все подарки, которые ты сделал. И мне, и Клер очень приятна твоя поддержка. Но сейчас всё изменилось, как видишь. — Тебе не стоит оправдываться за возмутительное поведение твоего парня. — сводит брови в переносице Широ, бросая косые взгляды на Хайтани. — Он просто не в курсе, что мы с тобой многое прошли вместе. И в будущем тоже пройдём. — Да, но это касается работы, а не личных отношений. — этот разговор начинает меня угнетать. — Давай и дальше придерживается деловых рамок, договорились? — не дав Дерри сказать слова, я разворачиваюсь на каблуках к «косичке», кротко целую его в губы и шепчу: — Доброй ночи. Спасибо за вечер. — Доброй, малышка, — наконец привычно улыбается Ран. — Цветы курьер уже доставил, я об этом позаботился. — Папа наверно был очень удивлён, — лёгкий смешок с моей стороны, а Ран пожимает плечами. Он предупреждал отца об возможных, внезапных визитах курьеров. — Пока, Широхоши. — машу рукой парню, а он недовольно кивает мне… но уходить не торопится. Ран тоже это замечает и рукой легко подталкивает меня к входной двери. — Иди уже, я сам тут разберусь. — Ран… — Аккуратно и тактично. — обещает мне Хайтани, подмигивая. — А ещё лучше — подальше от твоего дома. — я положительно киваю, полностью ему доверившись, и, больше не оглядываясь, захожу в родной дом.