В мире много цветов

- Вы знакомы? – Пока Блицвинг растерянно смотрел то на блистательного создателя десептиконской идеологии, то на таинственного оборванца, силясь представить, как такие разные боты могут оказаться в приятельских отношениях, Флеймвар спросила об этом прямо. - Да… отчасти, пересекались пару раз. – Лайтнайт, взявший слово, всё время взирал прямо на меня, а потому вовремя заметил, как я слегка дёрнул краешком рта и качнул головой из стороны в сторону. Если не приглядываться, то этот жест был почти незаметен, однако друг сумел его уловить и правильно истолковал. Он всегда был смекалистым и видимо время, исключительно развило это его качество. Почему же я не хотел, чтобы кто-либо подумал о нас как о близких друзьях? Элементарно, незачем раздавать рычаги давления кому не попадя. Разумеется, если передо мной поставят выбор между Лайтнайтом и десептиконами, то я, выберу последних, но это не значит, что мне хочется принимать такое решение. - Действительно. – Я сделал вид, что задумался на несколько нанколиков. – Ты ведь мой сосед, вернее был им в Праксисе? - Ха, я уж было решил, что в нынешнем состоянии меня легко перепутать со случайным бездомным! - Скажем так, это умозаключение не далёко от истины. – Сам не заметил, как в присутствии Лайта меня потянуло на лёгкий юмор. Я ещё раз внимательно прошёлся по меху взглядом, выискивая в нынешнем его облике того молодого и энергичного бота, каким я когда-то знал Лайтнайта. Было видно, что товарищ претерпел немало излишеств и от этого не только возмужал, но и порядком изменился, а уж к лучшему это или к худшему, оставалось загадкой. Знакомая жизнерадостная улыбка расцветала на его фейсплейте, но белые окуляры смотрели на мир всё так же разочарованно, с нотками грусти, как пару мгновений ранее, оживляясь разве что при встрече с моими. Про преобладание чёрного в расцветке корпуса, когда ранее соблюдался баланс, сказать нечто определённое было нельзя. В конце концов, это мог быть либо жест траура, либо дань паранойи в качестве дополнительной маскировки. Но, что более всего претерпело в Лайте преображение так это голос. Ранее он сам рвался на волю из его корпуса, юношеский и чистый… В нём так и слышалось стремление вперёд, вера в будущее, но теперь… Это всё куда-то пропало, словно растаявший мартовский снег. Быть может, Лайтнайт умудрился повредить собственный воколайзер, а может психологические травмы, имеют некоторое влияние на физиологию, но нынешний голос бота был немного хриплым и усталым. Усталым подобно взгляду. Но, тем не менее, я был рад его видеть, пусть внешне показал это исключительно в первые мгновения. Неожиданно свалившийся на голову соратник, разом вызвал в искре столько тёплых воспоминаний и эмоций, сколько я редко испытывал за последние ворны и в тоже время, я был несколько сбит с толку и растерян. Появление Лайтнайт заставило крепко задуматься… - А что по поводу второго «удостоившегося амнистии»? – Наконец спросил, как бы между делом, лишь бы разорвать затянувшееся молчание, во время которого я и Лайт со скрываемым от посторонних интересом рассматривали друг друга. - Какая-то фемботка.- Блицвинг пожал массивными наплечниками. – Вроде как… Голд... или Колд… - Колдголд. – Поправила своего напарника Флеймвар, всё ещё баюкающая лук и с недоверием косящаяся на крупного меха. - Кто? – Я буквально почувствовал, как треснула маска безразличия, выдержавшая даже встречу с Лайтнайтом, уподобляясь моему фейсплейту. Уж эту личность можно было заподозрить в последнюю очередь. Мы с Саундвейвом конечно постарались на славу, капитально промыли ей процессор, причём дважды, однако образ стервозной и фанатичной сикершы крепко накрепко засел у меня в блоках памяти. - Да, точно, Колдголд! – Подтвердил трехрёжимник, окончательно разрушив робкие сомнения. – По её собственным словам она провела в тамошней богадельне менее двух джооров. Повязали после того, как вы с Мегатроном зажгли на заседании верховного совета, и главное как!? Взяли с поличным за прочтением, только что, официально запрещённой литературы! - Что ты подразумеваешь под запрещённой литературой? – У меня появились смутные подозрения, которые неожиданно развеял Баррикейд. - Почти сразу после окончания аудиенции советники внесли поправки в списки незаконных информационных ресурсов. Новый и единственный пункт - твоя трилогия Ласткаст. Хм… Да, я припоминаю рассказ Блинксинка на праздновании нового ворна. Он тогда дивился мол, почему это религиозная Колдголд решила ознакомиться с плодами моих трудов? Буду надеяться, что столь не значительно недоразумение, как поездка в институт, не заставит сикершу вернуться в лоно счастливого тупоумия под громким названием «Вера». - Тоже мне… запретили. Да ведь у каждого второго десептикона есть хотя бы один том, вместо священного писания. – Подал голос, развеселившийся промаху правительства, Блэкаут. – Взять, например меня, сплю в обнимку с «Кризисом выбора». Ну… Если не знать, что это название третьего тома, данное заявление прозвучало странно. - Я столько ворнов провёл в карцерах, но некоторые вещи не меняются. Ведроиды из совета всё так же не следят за трендами. – Невесело хмыкнул Лайтнайт, слегка оскалившись. – Продолжайся так и впредь, скорый триумф нам обеспечен. Меня, скажем прямо, порадовало, что Лайт отождествляет себя с нашей фракцией, пусть ранее я уже и лицезрел начертанную на его грудном отсеке инсигнию. Реши он принять иную сторону… - Увидим. – Подытожил молчавший до этого Старскрим. – Если вы готовы закончить эту милую беседу, то нас ждут дела поважнее. В первую очередь Мегатрон, во вторую… Мегатрон. Да, в такой ситуации не может быть иной расстановки приоритетов. Нужно было срочно выяснять обстановку и получить новые указания, дабы скоординировать свои действия с основными силами десептиконов. В противном случае я не возьмусь предсказать последствия. - Саундвейв? – Я вопросительно глянул на нашу единственную возможность связаться с вождём. Связист, будто отмер, едва заметно шевельнул пальцами и повернул в мою сторону фейсплейт. Так как он стоял несколько в стороне, вся честная компания уместилась в отражение его маски, которая в следующий миг без предупреждения начала передавать изображение. Поначалу это был исключительно так называемый «белый шум», однако вскоре десептикону удалось прорвать невидимую завесу, отсекающую нас от внешнего мира, и картинка потихоньку стала прорисовываться. Изначала простое расплывчатое пятно из помех, стремительно оформилось в очертания фигуры и со временем перепутать лорда с кем-то иным представлялось делом, имеющим больше отношения к мистификации, чем здравому смыслу. Лик лидера был обременён тяжкими думами или, если говорить более приземлённо, Мегатрон был чем-то явно озабочен. Собственно далеко за ответом ходить не надо. Как только гладиатор проявился окончательно, он обвёл столпившихся около Саундвейва десептиконов взглядом, задержавшимся на Лайтнайте и Зететике, но ничего не сказал по этому поводу. - Что же, выходит вам удалось вырваться из засады автоботов. – Мегатрон кивнул собственным мыслям. – Но, судя по состоянию связи, не из Иакона. А что тут ещё сказать? Всё так и есть. - Да. – Видя, что Старскрим предпочитает занимать пассивную позицию, я взял слово. – Нам нужно скоординировать свои действия с основными силами, мы ждём твоих указаний лорд Мегатрон. Но, смею заметить, что военная помощь в нашей ситуации была бы весьма кстати. Враг взял нас в окружение. - Вот оно как… - Протянул вождь. Наступившая после этого тягостная пауза мне не особенно понравилась, как и Старскриму, который, наконец, оживился и стал беспокойно подёргивать крыльями. Не то чтобы я действительно подумал о том, что Мегатрон решил нас бросить, однако подобные мысли сами лезли в процессор. - Лорд Мегатрон, не знаю как сложилась нынешняя обстановка в Восе, но я там без сомнения необходим и прямо сейчас. Сикеры не станут слушать твоих указаний, им нужен лидер из их среды. – Обеспокоенным голосом затараторил крылатый. - Да, ты на удивление прав Старскрим. – На фейсплейте вождя можно было увидеть следы активной мыслительной деятельности. – Однако вам придётся подождать, как минимум орн. Нашим войскам нужно перегруппироваться перед контрударом под прикрытием, которого у вас появится возможность покинуть Иакон. - Но это слишком долго! – Воскликнул сикер к которому мгновенно вернулись все его жизненные силы, а угрюмое настроение сменилось негодованием. - Помолчи. Я назвал ещё самые оптимистичные сроки. – Огорошил нас гладиатор. – Мне придётся изменить изначальный план, дабы вытащить вас из Иакона. По большому счёту, вы могли бы посидеть в окружении пару суток, не будь мне нужен Саундвейв ещё вчера. Без него координирование действий наших сил проходит с серьёзными затруднениями. - Мы готовы подождать и кстати о наших силах… – Вмешался я. – Мегатрон, какова обстановка в масштабах всего Кибертрона? Мы, к сожалению, до сего момента были отрезаны от основных информационных потоков. Лорд смерил меня недовольным взглядом, но всё же ответил на вопрос. - Пока точно не ясно. Силы примерно равны, что не совпадает с нашими расчётами… - Не удивительно. – Язвительно прошипел Старскрим. – Автоботов в них не было и в помине. - Тем не менее, уже сейчас можно с уверенностью сказать – Каон и Полигекс останутся за десептиконами. В Восе царят беспорядки, но большая часть сикеров склоняется на нашу сторону, как и говорил Старскрим, там не хватает только его. Тарн, пока не определился. В городе на удивление тихо, однако население настроено воинственно и явно в нашу пользу, спасибо Шоквейву. Про Иакон вы и сами хорошо знаете. – На последних словах Мегатрон хищно усмехнулся. – В остальном, ничего определённого, ни по другим городам, ни по колониям. Признаться, я был бы рад услышать про Праксис, но и такая информация вполне меня удовлетворила. Во всяком случае, гладиатор не поскупился и поведал нам о происходящих событиях. - Какие-нибудь приказы? – Осведомился я. - Ждать прибытия спасательной миссии и беречь свои бамперы. Никто ещё не разрешал вам увольняться. Конец связи, у меня много дел. - Ну… - В наступившей тишине раздался тихий голос Баррикейда. – Всё прошло лучше, чем ожидалось. - Лучше! Лучше ты говоришь! – Тут же возопил Старскрим. – Целые сутки, нам ещё торчать в этом безвкусном поместье… - Эй! – Зететик недовольно упёр манипуляторы в бока. -…когда вокруг него толпятся полчища военных, автошлака и юникрон знает кого ещё! - Автошлака? Надо будет записать! – Блицвинг радостно потёр ладони. – У меня есть целый орн свободного времени, чтобы придумывать врагам обидные прозвища. - Автотелеги… или нет подожди. – Флеймвар с готовностью поддержала трёхрежимника, тем не менее, продолжая коситься на меня весьма странным взглядом. – Автомоийки!? Автобаки! - Почему только я один отношусь к этому серьёзно! - К обидным прозвищам? – Невинно осведомился у Старскрима Лайтнайт за что получил в свой адрес уничижительный взгляд. В этот момент Саундвейв привлёк моё внимание, высветив на монитор какую-то схему, некоторые точки в которой были помечены красным цветом. - Что это? - Схема защитного контура поместья. – Напряжённо ответил мне Зететик. – А я говорил опи, что пора бы его поменять. Похоже, из-за скачка напряжения часть деталей вышла из строя и некоторые области здания больше не обеспечены видеонаблюдением и сигнализацией. - Разбираешься? – Я удивлённо посмотрел на ученика. Не ожидал от аристократа таких познаний. - Я помогал в установке этой рухляди ещё до поступления в академию. Тогда и заинтересовался. А что? - Ничего, просто это может оказаться полезным. Я обернулся назад и уставился на балагурящую до этого компанию. Старскриму наконец надоел этот бардак и он скомандовал всем заткнуть воколайзеры. Так, пора применять армейскую мудрость, поскольку она себя полностью оправдывает. Солдат не должен сидеть без дела, а то у него остаётся свободное время на всяческие глупости, как например у Блицвинга. - Блицвинг. Спускайся вниз и отправь своих бойцов усилить патрули, будь добр инспектировать их работу лично. Баррикейд, тебя это тоже касается. Саундвейв покажет тебе области, на которых следует заострить внимание. Расставишь там подчинённых. Флеймвар, проводи Зететика до места заключения нашего высокородного пленника. Скажешь охране, что я разрешил ему с ним аудиенцию. После отправишься помогать Блицвингу. Всем всё ясно? Десептиконы закивали головами, словно китайские болванчики. - Так почему вы всё ещё здесь? Стоило прозвучать этим словам, как офицеры тут же развели кипучую деятельность. Баррикейд подорвался с места и, предварительно «глянув связисту в лицо», скрылся на ступенях, Флеймвар суетливо собрала лук в компактное не боевое состояние, а Блицвинг, буркнув нечто недовольным голосом, собрался было уныло поплестись выполнять поручение, но мой суровый взгляд придал ему изрядное ускорение. - Блэкаут… - Я перевёл оптику на винтолёта. Тот с готовностью поднялся, однако памятую о том, что он участвовал во всеобщем веселье исключительно в качестве зрителя, и, беря во внимание факт его относительно спокойного нрава, я просто махнул манипулятором. – Вольно. Оставайся здесь и присматривай за Саундвейвом, он сейчас в несколько отрешённом состоянии. Связист вновь вернулся к своему увлекательному занятию – шерстить все доступные в нашем положении информационные ресурсы на предмет полезных данных. Так что хотя бы формальное охранение ему не помешает, пусть Саундвейв и более чем способен постоять за себя. - Всё это начинает изрядно раздражать! – Нервно признался, до этого молча взирающий с галереи на забегавших по залу ботов, Старскрим. – Если что, то я буду там, где обретается меньше всего народу. Мне нужно подумать. Не дожидаясь ответа хмурый летун удалился следом за остальными. - Ну что же, у нас ещё есть о чём поговорить. – Проводив взглядом сикера, я переключил своё внимание на Лайтнайта. – Мне бы очень хотелось подробнее узнать о внутреннем устройстве института. Я махнул Лайту в коридор, где уже затихали шаги Флеймвар и Зететика. Не хотелось, чтобы последующий разговор стал достоянием чьих-нибудь аудиосенсоров, хотя Саундвейв наверняка каким-то образом умудриться подслушать. - С удовольствием. Я провёл там достаточно времени, для изучения всех местных достопримечательностей. – С готовностью поддержал меня друг, направляюсь следом за мной в темноту, разбавляемую редкими источниками зеленоватого свечения. Мы шли, наверное, с пару кликов, прежде чем я заметил подходящее для приватного разговора место, и удостоверился в том, что оно находиться на солидном удалении от вездесущего связиста. Это было хранилище хозяйственного инвентаря. Вход находился в угловом повороте коридора, где, как и внутри, не было ни средств слежения, ни освещения. Разве что электронный замок слабо помигивал салатовым, сигнализируя о своём рабочем состоянии. Выходит, придётся разговаривать под дверью, бежать за Зететиком и просить у него доступ первого уровня, что по-хорошему следовало сделать заранее, не было особого желания. Тишину, наступившую после того, как я привалился спиной к створкам, а собеседник облокотился о стену напротив, разбавляли исключительно доносящиеся до нас приглушённые звуки активной деятельности засуетившихся подчинённых, да наше собственное тихое вентилирование. - Знаешь, ты порядком изменился Ласткаст. – Наконец заговорил Лайтнайт. - Ты тоже. С первого взгляда и не скажешь, что передо мной не опустившийся бездомный бродяга. - Сугубо между нами. – Лайт заговорщицки огляделся. – Так и есть. Но зато ты, теперь гораздо больше походишь на повидавшего виды бесчувственного революционера, чем безбашенного мстительного инвалида. - Как лестно. – С отчётливым сарказмом ответил я. - Я просто сказал тебе, как это выглядело раньше и как это выглядит сейчас. – Лайтнайт пожал плечами. – Ну, а если серьёзно… Я рад тебя видеть Ласт. - Давно меня так никто не называл… И я с тобой солидарен… Лайт. Ты знаешь про кого-нибудь… - Из наших? – Закончил за меня мех. Я сосредоточенно кивнул. – Только про Фастпанч. Её схватили практически одновременно со мной. Не знаю точно, сколько времени мы провели по казематам, но… Её ты больше не увидишь. – Отрицательно качнул головой друг. В его голосе поселилась явно различимая горечь. - Шарк. – А ведь она была моим первым пациентом. - … А Близард? – Задумчиво спросил я. - Не знаю Ласт, от неё не было никаких вестей. Помолчали, вспоминая старых товарищей и былые орны, когда вся команда, включая бойцовский клуб и Бэдджока, была ещё жива. Казалось, с тех пор пролетела целая жизнь. Вот же… Не время ностальгировать. Лайтнайт вон и вовсе притушил оптику до слабого мерцания, полностью погрузившись в себя. - Лайт. -…да? - Я убил Локдауна. - Я знаю. – Лайтнайт поднял на меня взгляд и улыбнулся, да так что в темноте заметно блеснули его денты, поймавшие отсвет собственных окуляров. - Знаешь? – Я даже несколько насторожился. У меня имелись определённые сомнения по поводу института и тамошних информационных ресурсов, доступных заключённым. Попросту говоря, таковых не должно быть. - Я ведь не всё время просидел в том шлаковом инквизитории. – Начал пояснять товарищ, всё ещё улыбаясь. – Большую часть времени провёл в тюрьме, и уж не знаю каким образом, но до меня дошла твоя весточка. - Хм… Да, я отправлял нечто подобное, как только появилась возможность отдать должок Локдауну. - Ну вот. Ответить, ясное дело, возможности не было, но, можешь мне поверить, я за тебя болел. А потом потекли слухи. Локдаун всё же не последний бот в криминальной среде, тамошние авторитеты быстро узнали о произошедшем, и уж от них известия просочились в «народные массы». У меня тогда был праздник, самый скромный в моём активе и самый долгожданный. - Могу себе представить. Мы снова замолчали, оба не зная как продолжить разговор. Хотелось столько всего сказать и в то же время, сказать было нечего. Я несколько раз порывался продолжить обсуждение, каждый раз одёргивая себя, в то время как процессор стали заполонять невесёлые вполне определённые мысли. И их нужно было высказать прямо сейчас. - Лайтнайт. – Наконец позвал я молчавшего меха его полным именем, что в нынешней ситуации тянуло на официоз. - Что? – Слегка изменившимся голосом ответил он. - Я, правда, рад тебя видеть, но… Ты ведь понимаешь, прошло много времени и, кто бы мог подумать, что всё вот так сложиться… - Я каж… - Нет. – Я добавил в голос немного холода. – Дай мне договорить. Наши пути надолго разошлись, мы уже не те боты, что были ранее… Далеко не те… И теперь, мне, да и тебе понятно, что ничего не может быть как прежде. Я не говорю о скорой разлуке. Я имею ввиду… - Нет, Ласт, не утруждай себя. Я ведь не дурак. То, что произошло в Пьянусе Прайме и мои последующие злоключения от участия в бандитских разборках, до тюрьмы… Всё это выбило из меня юношескую дурь, вправило процессор, если угодно. – Он немного помолчал. – Ты не живёшь прошлым, я это вижу, ныне ты творишь будущее, идёшь к цели. Мы для тебя... Я для тебя… Пройденная черта, балласт. Я знаю, ты рад мне, но всё это уже не то… не так. Ты в иной лиге, не терял времени, пока я горевал по утрате, а нашёл себе новый смысл актива. Дорога назад закрыта. Прошлая жизнь не по тебе, я ведь помню, как ты хандрил несколько ворнов кряду. Новому Ласткасту, освободителю рабов, проложившему своей идеологией путь в будущее Кибертрона, моя кампания будет только во вред. Я не слышал в голосе Лайтнайта укора, он и вправду повзрослел, набрался мудрости. Передо мной стоял не тот бот, которого я когда-то знал и сейчас он буквально снял мои же слова с глоссы. Мы совершенно разные трансформеры, объединённые одним прошлым. Мы стоим на разных ступенях, разных этажей, разных домов… - Послушай Лайтнайт. – Я вновь взял слово. – Это не значит, что я отрекаюсь от тебя или что-то в этом роде… Однако ты прав. Я мог бы воспользоваться должностными полномочиями, сделать тебя своим замом, но это не в моих принципах. Я не собираюсь становиться фейсомером, устанавливая правила для остальных и нарушая их лично. Чем тогда буду отличаться от того же Протеуса? – Лайтнайт продолжал хранить молчание. – После того, как мы выберемся отсюда, десептиконская цепь командования и внутренняя структура будут изменены. И, пусть мне и нужны верные боты, я не собираюсь тебе помогать. С твоими талантами, если ты захочешь, у тебя сама собой появиться возможность подняться от рядового до офицерского состава, разумеется собственными стараниями, но сейчас… Между новобранцем и командующим не может быть никакого панибратства. Выделять тебя из ряда других солдат и как-либо помогать в построении карьеры едва ли будет справедливо. Конечно, если ты решишь остаться с десептиконами… На последнем предложении мои слова будто сковало арктическим морозом. Реши Лайтнайт, что автоботы для него предпочтительней - я не буду колебаться. - Разумеется… Командующий Ласткаст. Я… пожалуй, пойду, тем более что кто-то сюда направляется. – Мех развернулся и решительным шагом пошёл в сторону, откуда мы совсем недавно явились. - Жду твой отчёт об институте. – Добавил я ему вслед всё столь же холодным тоном, совсем неподходящим для обращения к друзьям. Лайтнайт на мгновение остановился, а затем, продолжив движение, ответил. - Непременно. Как только бот скрылся за поворотом, я остался один, в темноте, прислушивающийся к звукам шагов двух пар сервоприводов. Я не включал ПНВ в протезе, а от того окутывающая меня словно саваном тьма скрадывала очертания окружающего, что располагало к размышлениям, подобно тому, как глубокая ночь навевает задумчивое настроение. Может показаться, что я поступил весьма грубо и это правда, однако, по моему мнению, подобное поведение являлось необходимостью. Лайтнайт меня правильно понял, пусть ему точно и не известны причины такого финала нашего разговора. Ещё в прошлой жизни я не славился большим кругом общения и уж тем более привязанностями. Это было бессмысленное и пустое существование, наполненное философскими размышлениями, которое я всё ещё считаю более правильным, чем так называемая «жизнь» нормального среднестатистического человека. Но, очутившись в новом мире, я, к собственному сожалению, стремительно стал обрастать знакомствами. К какому итогу это привело? Мало того, что мысли о собственной незначительности в масштабах всего Кибертрона и тщетности бытия не покинули меня, так ещё смерть товарищей оставила на искре внушительные шрамы. И в тоже время, пусть я и не признаю этого вслух, их гибель освободила меня, скинула оковы привязанностей. Открыла путь к наслаждению от собственной жизни по средствам цели, которая заслуживает того, чтобы посвятить ей актив. Которая оставит след в истории и вырвет меня за пределы серой обыденности. По большому счёту, мне в каком-то значении было плевать на идеи десептиконов частично мною же и созданные, просто они были признаны мной, как наиболее достойные, наиболее правильные для тех, кто не осознавал того, что осознавал я. Наиболее полезные для их пустого, но радостного существования в неведенье. С убийством Локдауна и исчезновением собственной тайны, я отправил прошлое туда, где ему и положено оставаться. Поймал за хвост, пусть и на клики, настоящую эйфорию. Окончательно обрубив цепи ушедших ворнов, мешающие мне исполнить свои грёзы. Но, похоже, что не до конца… Лайтнайт. Его появление было для меня столь неожиданным, что в первое время мысли сами путались у меня в процессоре не позволяя прийти к хоть сколько-нибудь разумным выводам по этому поводу. Я испытывал непривычное для самого себя облегчение, наверное, это даже можно было назвать радостью. Однако я был зол на себя за это чувство, за эту никчёмную привязанность. Она мешала мне, делала меня столь же приземлённым, сколь остальные и сколь я был ранее. Слабым и уязвимым для моих врагов - для врагов десептиконов. И если Лайтнайт желает стать частью моего будущего ему придётся подходить под мои новые критерии. Стать частью моего смысла. Стать десептиконом, достаточно высокопоставленным для работы со мной. Я искренне желаю ему в этом удачи, но не буду жалеть, если он не справится. Потому что в таком случае – его дружба станет мне не нужна, как бы ни было больно её искоренять. Она станет помехой. Я продолжал смотреть в ту сторону куда отправился Лайтнайт и от того вовремя заметил нового гостя. К моему удивлению им оказалась Колдголд. В отличие от Лайта, фемботка нисколько не изменилась за всё то время, что я её не видел. Всё такая же чёрно-золотистая расцветка с вкраплениями белого. То же, подобие треуголки, венчающее голову. И то же строение корпуса, так походящее на фрак с полами из сложенных крыльев. Выражение её фейсплейта не поддавалось какому-либо переводу. На нём сменялись то опаска, то сомнение, то холодное высокомерие. Она ощутимо вздрогнула, когда заметила горящий в темноте монокль и тонкое красное кольцо окуляра. - О, Ласткаст, а я тебе повсюду ищу. Мне сказали, что ты где-то здесь и видимо не солгали. – Она неловко улыбнулась, стараясь скрыть свою неуверенность. - Надеюсь, у тебя были веские причины, чтобы меня побеспокоить. – Настроение у меня сейчас было не из лучших, а потому мой голос звучал не очень-то радушно. - Мы конечно не самые близкие боты, но зачем же так грубо? – Она явно была уязвлена таким обращением, однако на удивление быстро взяла себя в манипуляторы. Я, на самом деле, ожидал, когда же стерва разразиться бранью на весь коридор, и мною будет получено полное моральное право заткнуть её, но этого не произошло. Должно быть, старания Саундвейва не прошли даром, ведь в последний раз он внушил Колдголд, что я, несмотря на нашу взаимную неприязнь, пересилил себя и мало того, что бескорыстно избавил её от досаждающих головных болей, так ещё и галантно помог ей добраться до кварты после процедуры. Разумеется, ничего из вышеперечисленного не было, единственной моей заслугой можно считать отсутствие желания идти на конфликт, после того как наши взаимоотношения с Колдголд выкарабкались из той ямы, в которую их опустила её набожность. Кстати эта самая набожности у неё тоже уже ампутирована. Так что, возможно нынче я и слишком предвзят. У нас остались разные воспоминания друг о друге. - Ты отвлекаешь меня от важного дела. - Ну и от какого же? – Раздражённо всплеснула она манипуляторами. - От размышлений. – Отрезал я. – Помниться ты что-то от меня хотела? - Ну… - Колдголд несколько замялась, сменив негодование неуверенностью. – Я… Я хотела… В общем хотела сказать… Что… - Я жду. - Шлак! Ты надо мной издеваешься!? Не так-то просто просить у кого-то прощения, когда этот кто-то сам напрашивается на крепкое словечко! - Прощения? – Признаться, я был сбит с толку. - Разумеется! – Фемка недовольно сложила манипуляторы на грудном отсеке. – Я хотела сказать, что, пожалуй, первое время в академии была к тебе несправедлива. В чём сыграло не малую роль моё заблуждение касательно заветов Праймуса… - Я не думаю, что нынче самое подходящее время для таких откровений. - Какая разница, для них всегда не время! – Резонно заметила Колдголд. – Я пересмотрела своё отношение к твоей… работе. Она замолчала, видно подбирая наиболее удачные выражения и в то же время заметно смутившись. - В общем, я солидарна со всем, что ты изложил в своей трилогии, мне… Ах, квинтец! Мне стыдно за своё слабоумие! Ты оказался прав! Везде, ржавый шарктикон тебя подери! Доволен!? И… я желаю присоединиться к десептиконам. Где расписаться энергоном!? А вот это уже интересно. Конечно, стоило ожидать чего-то в таком роде, после известий о пребывании Колдголд в институте в качестве заключённого, однако это всё равно неожиданно. В моей памяти были ещё достаточно свежи воспоминания о нашей обоюдной вражде, усердно культивируемой фемой, и её диаметрально противоположных моим взглядах. И тут такая перемена. Крепко же мы перекорёжили её процессор. Видно многократные воздействия на личность не обходятся без последствий, как ещё объяснить её резкую приверженность моим идеям? Возможно, пустоту, образовавшуюся на месте старого преклонения перед религией, нужно было заполнить чем-то схожим, тут-то как нельзя лучше и представилась моя идеология, занявшая «свободную вакансию». Если дело обстоит именно так – Колдголд являет собой неплохое поле для экспериментов, в конце концов, благодаря полностью прочитанному трактату Юкитрона, я тоже кое-что смыслю в этой области, пусть и не обладаю талантами телепата. - Весьма похвальное желание, вот только впредь тебе не следует разговаривать со мной в подобном тоне. На фейсплейте Колдголд досада на саму себя сменилась недопониманием и лёгким налётом страха. Видимо слишком уж зловещий я выбрал тон. - З-звездная болезнь? – Неловко улыбнувшись и отступив назад на пару шагов, спросила собеседница. - Видишь ли, все прошлые социальные роли более не имею той силы, которой они обладали ранее. Отныне на Кибертроне осталось только два общественных института – автоботы и десептиконы. И теперь многие из тех, кто когда-то казалось, находился наверху или наравне со мной, оказались на нижней ступени новой иерархии. – Я замолчал на пару мгновений, даря Колдголд возможность тщательно обдумать мои слова. – Поэтому с недавних пор для тебя и большинства кибертронцев я командующий Ласткаст. Ты даже не представляешь, сколь многих вскоре придётся знакомить с новыми реалиями. *** Зететик, несмотря на то, что сам весьма желал поговорить с собственным опи, едва поспевал за идущей впереди него двухколёсной фемботкой. Сразу после того, как Ласткаст отдал приказания, Флеймвар противоестественно прытко бросилась выполнять своё задание, при этом бубня нечто нечленораздельное под воколайзер. Мех пару раз прислушивался на ходу, старясь понять, о чём та тихо толкует сама с собой, но безрезультатно, пока фема сама не заговорила громче, будто бы уже с Зететиком. - Ну откуда мне было знать, откуда? – Она экспрессивно взмахнула манипуляторами. - Понятия не имею. Флеймвар никак не отреагировала на это саркастическое замечание, продолжая свою речь. - Это же надо было… Какая я дура… -…- Мех демонстративно фыркнул. - С другой стороны. – Она на мгновение приостановилась. – Он ведь тогда не выпустил свою трилогию? – Флеймвар на мгновение глянула назад. - Нельзя ведь предугадать будущее? И, тем не менее, это не отменяет моего промаха! - Кажется, некто выставил себя перед Ласткастом не в лучшем свете. – Зететик, понявший, о чём идёт речь, поддержал разговор исключительно ради приличия. Его сейчас по-настоящему волновала только будущая встреча. - Вот именно! – Подхватила двухколёсная. – У меня была такая возможность, но нет, мне ведь нужно было выставить себе последней проходимицей, и перед кем, юникрон подери! - Так что же именно произошло? – Флегматично спросил аристократ. - Достаточно будет и того, что я сильно разозлила Ласткаста. Вот настолько. – Фемка повела плечом, и Зететик заметил на нём едва заметный шрам от ожога. – Слушай, ты ведь с ним знаком? «О, ты даже не представляешь насколько». Мысленно сказал мех, припоминая вынужденный пикник на природе в окрестностях Акроплекса. Пожалуй, Зететик мог похвастать тем, что был одним из немногих ботов, хоть немного знающих Ласткаста, хотя у него постоянно возникали мысли о многочисленных «эндоскелетах в шкафу», скрываемых его учителем. Отчасти это умозаключение подтверждали последние события. Флеймвар, тем временем, не дожидаясь ответа, продолжала говорить. - Для тебя ведь не составит труда замолвить за меня словечко? - С чего бы мне это делать? – Подозрительно прищурив оптику, ответил мех. - Ну, это конечно уже твоё дело, но… - Двухколёсная выглядела так, будто нисколько не расстроена таким ответом. – Хочешь совет? Зететик предпочёл хранить молчание и внимательно слушать, обратив внимание на быструю смену темы разговора. - Я бы на твоём месте рвала гидравлику, лишь бы доказать собственную полезность. Ты, конечно, аристократ и уже смог показать, что Ласткаст не зря свёл с тобой знакомство, однако подавляющее большинство десептиконов – представители низших классов. Они крепко невзлюбили подобных тебе ещё при создании и теперь вряд ли это отношение как-то изменилось. Наш нынешний командующий, похоже, решил взять тебя под свою лопасть, но вряд ли станет терпеть твоё присутствие, коли ты окажешься бесполезен. Зететик и сам это знал, но помимо условной договорённости с Ласткастом у него имелось определённое преимущество. Он может предложить десептиконам гораздо больше, чем подавляющее большинство конкурентов, и от того аристократ был уверен в том, что займёт не последнее место в иерархии. При нынешнем скачкообразном росте численности фракции ей срочно понадобятся новые кадры в цепи командования. И кто выиграет при рассмотрении кандидатур? Необразованный шахтёр или хорошо обученный наукам и бою, спасибо Ласткасту, аристократ, на денту знающий основные положения идеологии десептиконов? Учитывая так же заслуги перед командованием, всё же солидная часть отступающих нашла укрытие не по велению высших сил, Зететик обоснованно рассчитывал стать не последним ботом во фракции. Он не был глуп и, будучи искренним приверженцем идеалов своего учителя, понимал, что, тем не менее, с его прошлым, всё не может быть столь хорошо, как хотелось бы, а потому заранее обдумал свои варианты. - Ну, вот и пришли. – Вырвал Зететика из задумчивости голос сопровождающей. – Эй, вы двое, пропустите… - Флеймвар прервалась, припоминая имя конвоируемого. - …Зететика внутрь, командующий разрешил ему поговорить с заключённым! А я пока пойду, поищу этого раздолбая Блицвинга. Фемботка тут же скрылась в неизвестном направлении, оставив сопровождаемого и двух неприветливых громил, охраняющих арестанта, наедине и не сказать, чтобы Зететику пришлось по нутру такое общество. Двое охранников смотрели на него исподлобья маленькой колючей оптикой, явно намекая, что ему тут не рады и исключительно приказ командующего сдерживает десептиконов от выполнения своих непосредственных обязанностей. Решив более не задерживаться в столь негостеприимном месте, мех решительно шагнул вперёд, заставив створки перед собой разъехаться в стороны, а после, таким же слитным движением закрыться, уже за спиной. Представшее окулярам погружённое в полутьму, разбавляемую слабым неизменным зеленоватым светом, помещение, было Зететику хорошо знакомо. Опи на его памяти ни разу не менял интерьер своего рабочего кабинета. Всю правую стену, как и всегда, занимала искусная гравюра генеалогического древа рода Дерус, постоянно со временем дополняющегося и вскоре, наверняка, столкнувшегося с проблемой нехватки места. На потолке не было установлено ни одной лампы, зато по всей комнате располагались многочисленные маломощные светильники и подсвечники. В противоположную от входа стену был вмонтирован широкий монитор, ныне отключённый от общей сети питания энергона. Там же неподалёку находился массивный рабочий стол, ранее частенько заваленный детпадами, которые теперь нашли своё место в шкафах и сервантах, закрывающих собой левую стену. Несколько кресел и ещё один низенький столик для гостей, дополняли общую картину. Единственный бот, находящийся внутри помимо самого Зететика, сейчас стоял спиной к нему и разглядывал безжизненный экран. Он резко обернулся, едва заслышав, что кто-то вошёл и впился взглядом в гостя. Мех был сильно похож на новоприбывшего, разве что обводы его корпуса были менее заострёнными, а фейсплейт обладал более округлыми чертами. Ну и, разумеется, не вооружённым окуляром было видно, что он гораздо старше, ворны оставили свой отпечаток на корпусе. - Если вы собираетесь… Дерус Зететик? – Опи явно был удивлён появлением собственной беты, однако эта вспышка резка сменилась раздражением, смешанным с каким-то противоестественным злорадством. – Или вернее будет сказать, просто Зететик? - Всё ещё продолжаешь цепляться за старые порядки? – Мех, которому было адресовано это пренебрежительное обращение, едва заметно скривился. Зететик не хотел показывать, что его задел тон альфы, но, тем не менее, где-то в глубине искры он почувствовал укол обиды и разочарования. - Кто сказал, что они старые? Если кучка бунтарей возомнила о себе невесть что и решила брать штурмом квартал аристократов, это ещё не гарантирует им отсутствие возмездия. – Ответ опи был ожидаемым. – Совсем скоро власти разгонят всю эту шушеру и отправят виновных в институт, а тебя… А тебя ждут серьёзные последствия… - Хватит цепляться за эту иллюзию. Разве «обычный мятеж шахтёров» сопровождается гибелью всего сената? Разве к нему присоединяются видные политические деятели? - Кто!? Этот оборванец Мегатрон или может быть Ласктаст!? Это грязные выходцы из низов… - Старскрим! – Одного этого имени хватило, чтобы сбить опи с мысли и Зететик мысленно возликовал, что у него, наконец, нашёлся увесистый аргумент даже в оптике такого консерватора, как его альфа. – Да, самый видный аристократ Воса Старскрим присоединился к десептиконам и не он один. - Ну и что. – Быстро вернулся в накатанную колею нынешний глава рода Дерус. – От восианцев всегда следовало ожидать подобной низости. В отличие от тебя! Как я только мог рассчитывать, что разрешить тебя общаться с этим мутным винтокрылом будет неплохой идей!? Я думал твой процессор, достаточно окреп… - Зато твой скоро превратиться в скальную породу. – Перебил опи Зететик, чего его собеседник явно не ожидал. Ранее все козыри были на его стороне и он мог со спокойной искрой отчитывать своего отпрыска, прекрасно зная, что спор закончится в его пользу в любом случае и не зависимо от правоты, но теперь… Теперь они поменялись ролями, отчего Зететик ощущал два противоречивых чувства. Ощущение какой-то неправильности и ликование. Более альфа не сможет читать ему свои набившие оскомину нравоучения. - Протри окуляры, мир изменился и если ты не собираешься меняться вместе с ним, то в пору заготавливать место в родовой гробнице. - Да какая к юникрону родовая гробница, если её разграбила эта банда головорезов, которых ты так любезно провёл в наше поместье! Я смотрю, берёшь пример с Мегатронуса Прайма! - Всё потому что я принял новые правила, осознал неизбежность исчезновения старых устоев! Ни один механизм не может работать вечно! - Это не механизм, это порядок! Он и только он до сих пор сохранял нам актив! – Собеседник Зететика резко рубанул воздух ребром ладони и сделал несколько шагов в сторону своей беты. – Проклятый Ласткаст совсем заморочил твою дурную голову! - Он показал правду, не наставлениями и многократными повторениями, как ты и тебе подобные, а на примере, в живую. Я видел отчёты своими окулярами, видел сводки, Кибертрон превратится в ржавую гору металлолома, и мы помогаем ему в этом своими манипуляторами! – Зететик был почти в отчаянии. Как он, как они могут не понимать этого! Нет, почему они не хотят понимать этого!? – Ты ведь даже не прочёл трилогию Ласткаста, верно? - Что там читать? И так ясно, что это всё сказочки, глупые бредни для простаков и, к сожалению, мой наследник оказался одним из них! – Альфа резко сократил расстояние между собой и бетой, а после вцепился тому крепкой хваткой в плечевую броню. – Послушай меня, Мегатрон, Ласткаст и эти шарковы десептиконы… Они напустили тебе в процессор ржавой трухи… Дерус Зететик! Я строг к тебе и всегда был строг, но тебе же во благо… - Да нет же, ты не понимаешь! – Почти взмолился Зететик. - Всё я понимаю! – Отрезал опи. Его речь сбилась со своего размеренного темпа, окуляры лихорадочно забегали по всему помещению, цепляясь за каждый попавшийся на пути их взгляда предмет. – Давай сейчас… Сейчас сбежим отсюда и я сделаю так, чтобы никто не узнал о твоём помешательстве. Все совершают ошибки… Это… это нормально Зететик! Я… Мы… бери с собой самое необходимое, я надеюсь, ты не успел разболтать им про все секретные ходы!? Быстро… Нужно просто… Опи взволновано замер на полуслове, в наступившей тишине, прислушиваясь к доносящимся откуда-то звукам. Тихий гул, какой-то рокот, стрекотания. Всё это долетало до кабинета извне и несколько приглушённо, будто из под толстого слоя воды. Окончательно развеял все сомнения отчётливо различимый звук взрыва и лёгкое сотрясение здания. - Ха… ха… - Альфа улыбнулся и пару раз потряс Зететика за плечи. – Я же говорил! Я… Я говорил! Они уже здесь, тем больше у нас причин бежать сейчас же! Ну, чего ты медлишь!? Зететик… Зететик!? Но мех уже вырвался из хватки альфы, резко разворачиваясь в сторону подозрительного звука. Массивная решётка вентиляции с громким звоном упала на пол. *** Я замер на полушаге, когда аудисенсоры уловили нехарактерные для окружения звуки, а по всему коридору прошла едва ощутимая, но вполне реальная дрожь. Это что ещё за чертовщина? Не припомню, чтобы отдавал приказ заняться строительными работами и начать со сноса всего поместья. Нет, конечно, можно предположить, что некто, например, в лице небезызвестного трёхрежимника посмел меня ослушаться, однако выражения протеста в столь радикальной форме маловероятно. Новый толчок, уже сильнее прежнего и усиление подозрительного шума извне, заставили меня вернуться к конструктивному мышлению, тут же выдавшему довольно ожидаемый вывод. Окружившим нас войскам надоело выжидать или они достигли той численности, на которую рассчитывали, и командующий объединёнными силами союзников, кто бы он ни был, решил идти на приступ. В таком случае мне следовало поторопиться и вернуться в главный зал, где сейчас наверняка собираются все офицеры для разработки плана обороны. Вовремя же я приказал усилить охранение, как чувствовал. Однако только я собрался было предварить в жизнь свои планы, как новое обстоятельство заставило меня повременить с этим делом. Совсем неподалёку раздались странный лязг и ненормальное копошение, а следом за ним, пусть и отдалённые, но гораздо более близкие, чем услышанные ранее, отзвуки схватки. Так-так, не хотелось бы потакать паранойе, но, похоже, враг уже внутри, во всяком случае, диверсионная группа. Разговор с Колдголд закончился совсем недавно, и я ещё не успел выйти из безботных тёмных коридоров, в которых навряд ли должно быть много народу. Либо неподалёку находиться такой же параноик, как я принявший меня за противника, либо собственно враг. Я аккуратно стал продвигаться в сторону близкого шума, едва различимого среди отчётливого эха выстрелов, блуждающего по коридорам. Подозрительный звуки раздавались из-за закрытой двери, к которой и стал потихоньку подкрадываться. В этом деле я был далеко не дилетантом, да и строение корпуса позволяло. С виду дверь, как дверь, ничего в ей необычного, а вот копошение за ней почему-то притихло. Надо думать, я чем-нибудь себя всё таки выдал, так как в следующее мгновение створки распахнулись, и я едва успел заблокировать, довольно слабый удар в живот, тем не менее, способный нанести немало вреда. Только собирался выдернуть из темноты пойманного за манипулятор противника, как пришлось резко отклоняться назад, чтобы пропустить на головой чью-то очередь из энергетической пушки. Я прижался к стене около чёрного зева и, перехватив мани вырывающегося врага поудобнее, что есть мочи резко потянул на себя. Поскольку на этом я не остановился и закончил движение у самой стены по другую сторону моего корпуса, то вылетевший из темноты двухколёсный бот, описав полукруг, с сопутствующим звоном впечатался в металлическую поверхность. Диверсант мгновенно обмяк и больше не представлял угрозы в отличие от своего напарника. Вёрткий четырёхколёсный мех, словно распрямившаяся пружина вылетел следом за товарищем и открыл по мне шквальный огонь с двух орудий. Честно говоря, я довольно слабо бронированный трансформер, вернее легко бронированный. Защищающий меня покров металла во многих местах весьма тонок, что обеспечивает потрясающую подвижность для моих габаритов, но в этом есть и свои минусы. Я прекрасно защищён от любого колюще режущего оружия, хуже от выстрелов и гораздо хуже, вернее сказать, почти вовсе не защищён от дробящих ударов. Попав под них, тонкие и хрупкие металлические пластины приобретали вид разбитого стекла. К счастью, боты владеющие молотами и булавами не могли похвастаться особой ловкостью и прекрасно гибли под все разрезающими лопастями. Так о чём это я… Под выстрелы врага попадать было нежелательно, так что я молниеносно сорвал со спины винт и уже в следующее мгновение шквал обвалившихся на него снарядов частично исчез, а частично отразился в стены и стрелка, который, к слову, перестал вести огонь. Видно смекнул, что к чему и теперь замер, раздумывая над своими дальнейшими действиями. Но, я не собирался давать ему передышку. Немного отойдя назад, чтобы размолоть на куски очнувшегося было двухколёсного, я перестал использовать пропеллер в холостую и пустил вперёд по коридору. Визави мог укрыться разве что в комнату откуда он явился парой нанокликов ранее, но, к сожалению для него, времени не оставалось. Я уже приготовился праздновать победу, ведь проход был слишком узок для манёвра уклонения, когда колёсный резко подпрыгнув и оттолкнувшись от стены, почти избежал незавидной участи. С гудением промчавшийся снизу винт лишил его одной стопы, не забрав чужую искру. Мех громко и неудачно приземлился, расплёскивая вокруг из раны фосфоресцирующие струи энергона. Он попробовал откатиться в сторону, одновременно ведя стрельбу, но даже не успел начать движение, как его голова утратила первоначальную целостность вследствие попадания плазменных зарядов. Вист, разбуженный после долгой спячки и накопления энергии, посылал мне волны ментального недовольства, тут же переходящие в радость от вида пущенного вражеского энергона. Я, напряжённо прислушиваясь к доносящимся отовсюду отзвукам схватки, ведущейся, как снаружи, так и внутри здания, подошёл к убитому мной трансформеру и перевернул дезактив сервоприводом. - Гвардейцы. – Само собой вырвалось из воколайзера. Что же, этого следовало ожидать. Стража сената мертва, как и те, кого они поклялись защищать. Боевые звенья КВБ разбиты и у спецслужб больше не осталось оперативников. Ну не автоботам же и военным проводить диверсию, пусть последние и были способны на нечто подобное? Оставалась только гвардия Иакона – элитное подразделение в чьи задачи и входили подобные операции. На самом деле я бы мог провозиться с ними гораздо дольше, однако в этот раз такие обстоятельства, как удобное поле боя и настороженность, сыграли мне на манипулятор. Всегда знал, что здравая доля паранойи никогда не бывает лишней. Скорее всего, сбой в системе слежения произошёл не просто так. Гвардейцы проникли внутрь и напали под прикрытием начавшегося штурма, вопрос зачем? Предполагаю, что за мной и Старскримом. Я огляделся. Судя по звукам, бой в коридорах всё ещё продолжается и нужно поспешить. Внешнее нападение наверняка не столь опасно, как можно предположить, это всего лишь прикрытие, отвлекающий манёвр. В таких обстоятельствах с ним справятся и без меня. Сейчас важнее разобраться с диверсантами. Не медля более ни мгновения я, на максимально доступной для моих сервоприводов скорости, рванул в сторону ближайшего шума перестрелки, который начал сходить на нет. Одновременно с этим трансформировал второй манипулятор в гаусс-винтовку и стал накапливать заряд. Зелёные пятна светильников замелькали подобно фонарям, стоящим вдоль трассы, когда машина начинает набирать скорость. Окружающее звуковое сопровождение надёжно скрадывало мои тихие шаги, а полутьма затрудняла постороннему наблюдателю рассмотреть подробнее смазанный силуэт, несущегося на огромной скорости трансформера, от которого изредка разлетались яркие пучки электричества. Прошло совсем немного времени, прежде чем я приостановился перед развилкой. Из обоих предложенных мне проходов доносились отголоски боя, но в одном это было следствие перестрелки, во-втором же - рукопашной. Поразмыслив немного, я выбрал последний вариант, в чём немало важную долю сыграл померещившийся мне знакомый вскрик. И надо сказать, такой выбор был сделан мною не зря. В коридоре, солидная часть, чьих осветительных элементов была уничтожена, осталось всего двое живых трансформеров, и второму грозила участь вот-вот покинуть этот клуб. К моему удивлению Старскриму удалось расправиться с одним из гвардейцев, правда это была скорее заслуга его арсенала, чем смелости и умений. На стенах остались длинные чёрные полосы, свидетельствующие о разрушительном воздействии нуль лучей. Под одной из таких линий лежал изуродованный до неузнаваемости дезактив, напарник которого, прямо сейчас приноравливался, как бы поудобнее снести прижатому к стене сикеру голову внушительным лезвием. Я не стал любоваться зрелищем, а просто и бесхитростно проделал в нём дыру выстрелом в спину. Когда надо я могу быть незаметным, а от разогнанного электро-магнитным импульсом снаряда на моей памяти ещё никто не уклонялся. Старскрим громко закричал, когда прямо на него упал безжизненный корпус обидчика, забрызгав летуна с серво до манипуляторов энергоном. На протяжении полуклика он громко матерился, и пытался скинуть с себя неприятную ношу, что, честно говоря, получалось не очень, покуда я не подошёл и не помог. - Похоже теперь мы в расчёте Старскрим. – Припомнил я свой старый должок, полученный за поддержку от аристократа на одном из наших собраний. -…- Старскрим ничего не ответил, так как всё ещё переводил дух после пережитого им стресса. Кажется, он и вовсе меня не видел. Я присел около смотрящего в потолок и усердно вентилирующего меха, пощёлкал пальцами перед фейсплейтом. Не следовало забывать про бдительность, но я не видел и не слышал, чтобы к нам кто-нибудь подкрадывался. - Старскрим? -…- - Старскрим? - Ай! – Мне надоело сидеть на месте и прохлаждаться, пока где-то ведётся ожесточённый бой и я решил дать сикеру пощёчину. – Неужели это была обязательная процедура! - Наконец сфокусировал на мне своё внимание пациент. За прошедшее время я успел его осмотреть и понял, что серьёзных ранений тот не получил. - Ну, если ты просишь добавки… - Холодно ответил я и угрожающе замахнулся для повторения, надо признать, довольно приятного действия. - Нет-нет! – Старскрим стал торопливо отползать назад. – Всё уже… Уже в порядке! - Да? – Я приподнял оптогрань. – Ну, так значит мы в расчёте? - Хех… Эээ… В каком смысле? – Я снова замахнулся. – Ну конечно в расчёте Ласткаст! Только убери от меня свою здоровенную когтистую лапищу! Уж кто бы говорил. Я ещё раз внимательно осмотрелся, прислушался и… Погодите-ка, а это разве не тот коридор, который ведёт к «нашему благородию»? Верно, похоже на то, но в таком случае, почему оттуда доносятся звуки рукопашной? Уж, не за ним ли на самом деле пришли гвардейцы, хотя, сдаётся мне, в их задачи входит и предположенный мною раньше вариант. В таком случае нужно идти на подмогу Зететику, он ещё должен послужить на благо десептиконов. - Пошли. – Я рывком поднял Старскрима на сервоприводы, заставив того недовольно заворчать. - Что значит пошли!? Куда? - За мной. – Не было у меня времени на долгие уговоры. – Ты вполне боеспособен, уж поверь врачу. Не дожидаясь ответа, я вновь начал бежать по коридору, настороженно прислушиваясь к окружению. Звуки непрекращающейся драки доносились до аудиосенсоров откуда-то спереди, и их источник находился довольно близко, так что я справедливо полагал успеть до того, как случится непоправимое. Старскрим, на удивление без причитаний и стенаний, последовал за мной. Долго искать не пришлось, прошёл примерно клик с начала неудавшегося марафона, как на окуляры попались два безыскровых корпуса. Охрана, приставленная к пленнику, уже была мертва. Я окинул их внимательным взглядом, снова напряг аудиосенсоры. Странно, судя по звукам, в помещении находился только один гвардеец, вступивший в схватку с Зететиком. И где тогда второй? Как я понял они ходят парами. Ответ на этот вопрос явился через мгновение, если быть точным, то упал с потолка, где он ранее искусно укрылся. Я скорее инстинктивным, чем осознанным движением успел отскочить в сторону, когда на том месте, где ранее находилась моя голова, просвистело тонкое, но весьма длинное лезвие. Очередной двухколёсный, ещё немного и я стану ненавидеть этих ребят, решил устроить засаду. Но, к моей радости и недюжинному испугу, сражаться с ним не пришлось. Старскрим решил доказать свою полезность и взять противника на себя. Всё бы ничего если бы он не выпустил в него ракету… В замкнутом помещении… В цель, находящуюся в паре шагов от меня. Я подозреваю, это была своеобразная месть за не самое галантное обращение с пострадавшим. Единственное, что я успел сделать в такой ситуации, так это весьма длинный прыжок в сторону раскрытого дверного проёма. Раздавшийся сзади взрыв придал мне некоторое ускорение от чего корпус, немного не вписавшийся в проход, развернуло при столкновении с косяком, а плечо пронзила ощутимая боль. Ну надо же… за весь этот, наполненный энергопролитием орн почти не получить серьёзных ранений за исключением ссадин и заработать травму благодаря Старскриму. Потрясающе. При первой возможности я отвернулся от заволоченного дымом коридора и, поднимаясь на сервоприводы, оглядел рабочий кабинет опи моего ученика. Особенно разглядывать было нечего, так как ныне в помещении царил полный кавардак устроенный сражающимися Зететиком и гвардейцем с неопределённым альтмодом. Ещё один аристократ в этой комнате сейчас пытался слиться с изображением генеалогического древа у стены. Пока я приходил в себя, противнику Зететика удалось провести удачную атаку манипулятором и ученик, кувыркнувшись от удара, перелетел через поваленный на бок рабочий стол, тем не менее, не выпустив шпагу. Видимо наши спаринги всё же не ушли в никуда. В моём манипуляторе уже примостился трансформированный в клинок винт, поэтому смысла тянуть я не видел и ринулся на выручку. Гвардеец, почувствовав моё присутствие, был вынужден прервать заготовленный им добивающий удар, и развернулся, чтобы в следующее мгновение пустить в меня один единственный выстрел, как оказалось впоследствии, изменивший многое. Мне не составило труда отразить зелёный энергетический сгусток в сторону и продолжить атаку, от которой противник успешно увернулся, пропустив лезвие над головой. Правда в таком положении он был отличной мишенью для хорошо пинка, который я собственно ему и отвесил, да так, что гвардеец резко вскинулся и отступил на пару шагов назад. Сделать что-либо ещё он уже не сумел. Из груди меха вырвалось лезвие шпаги только что поднявшегося на сервоприводы и поймавшего удачный момент Зететика. Дезактив молча соскользнул с лезвия и звучно упал на пол. В наступившей тишине, хрип, раздавшийся за моей спиной, прозвучал особенно отчётливо. Я видел собственными окулярами, как Зететик, до этого обрадованный успехом и испуганный из-за своего первого убийства, резко побледнел, да так, что, казалось притушенная оптика засияла словно пара звёзд на его фейсплейте. Он не смотрел ни на свою первою жертву ни на меня, он смотрел куда-то мне за спину, на то, чего я со своего нынешнего места не мог видеть. В какой-то момент я даже подумал, не упадёт ли ученик в перезагрузку, но он, заметно пошатнувшись, в следующий же нанколки вихрем пронёсся мимо, едва не задев на ходу. - Что… - Слова застряли у Зететика в воколайзере. Я обернулся и заметил его опи, с пробитым на вылет грудным отсеком, лежащего под стеной. На вытесанном из металла генеалогическом древе остались явно различимые разводы энергона. Нехорошо получилось… - Как… Как это могло произойти? – Зететик дрожащими манипуляторами ухватил опи за плечи, но тот, похоже, погиб почти сразу после попадания. Он не подавал признаков актива, однако ученик всё ещё пытался остановить утечку энергона, пытался привести отца в себя. - Гвардеец решил прихватить кого-нибудь с собой… в колодец всех искр. Прости, я не успел ему помешать. – Я сказал правду лишь наполовину, вернее не всю правду. Но разве можно ли… разумно ли для десептикона было поступить иначе?