В мире много цветов

       За весь мой длинный актив мне не раз приходилось использовать транспортные средства несмотря на обладание одной из самых мобильных альтернативных форм среди кибертронцев. И чего уж, далеко не всегда я был доволен этим выбором, пусть, зачастую, тот и не являлся добровольным. Однако, после столь стремительного «карьерного роста», от сенатора оппозиционера, до, грубо говоря, второго лица, пусть ныне и разделённого на два враждующих лагеря, но государства, что-то должно было изменится, разве нет? Нет, как выяснилось. Хотя по большому счёту виноват в этом был я сам. Кто спрашивается мешал первому комиссару, задержаться на пару бриймов и после с чистой искрой отправиться в путь на респектабельном аэрокаре, а не внутри ржавого, непонятно как держащего высоту, ведра с болтами? Разве что собственное нетерпение, о чём сейчас и оставалось жалеть. Лоханку в очередной раз подбросило на пригорке, правда откуда тому взяться посреди кибертронского неба оставалось только гадать, и я, наученный горьким опытом, спешно согнулся, чтобы по салону вновь не прокатился колокольный звон. Чёртовы поручни прилепили ровно таким образом, чтобы они едва касались моих антенн. За стеклом проносились типичные для планеты металлические равнины, Каон уже давно остался позади и приходилось только благодарить судьбу, что пункт назначения находится от него относительно недалеко. Будь иначе я бы наверняка плюнул на всё и продолжил путь своим ходом, не дожидаясь Зеттетика. Да, бывший ученик сейчас находился здесь же и, если не считать за такового водителя этого тарантаса, являлся единственным пассажиром помимо меня. Время прошедшее с нашей последней встречи сильно изменило его. Колёсный бот стал немного выше, благодаря модификации серво и теперь будучи лёгкой моделью, не уступал в росте семиметровым сикерам. Светло-зелёные тона окончательно исчезли с его утончённого корпуса, уступив место болотистой краске, а ранее почти ничем не защищённые запчасти нынче закрывала грозная броня в иных местах, топорщащаяся острыми углами. Салатовые окуляры, которые и до приснопамятных событий чаще можно было увидеть в подозрительном прищуре, смотрели на мир холодно и не дружелюбно, словно две частично сокрытые за практически не снимаемой фехтовальной маской, колючие звезды. На груди красовалась фиолетовая инсигния. Однако всё это были внешние изменения и о большем, о том, что переменилось внутри, за слоем брони и камерой искры, оставалось лишь гадать. Пока, опираясь на первые впечатления, можно было сказать лишь то, что эти перемены мне с большей вероятностью понравятся, чем разочаруют. Иначе как ему удалось дослужиться до офицерского звания? Я вновь перевёл взгляд на окно и мысленно обратился к давешнему разговору с Мегатроном, стараясь понять не упустил ли я ещё чего-нибудь важного, чего-то не сказанного прямо, но сокрытого между строк, какого-то потаённого смысла, вложенного пусть даже и не самим вождём, но его бессознательной частью.              ***        Саундвейв, как оказалось, поджидал меня прямо за дверьми в коридор, что буквально клики назад был забит под завязку сбежавшимися на диковинное зрелище десептиконами, чему я был несказанно рад. Последнее чего мне сейчас хотелось это искать связиста по всему Каону. Короткое высказывание лорда о каком-то задании, сейчас занимало весь мой утомлённый нескончаемой бюрократической пыткой процессор и виделось, как шансом на спасение, так и возможным вестником новых неприятностей. Я даже почти выбросил из своего шлема Старскрима с его откровенными разговорами и мятежом… Хотя какой это мятеж? Так, мелкое хулиганство, сикер всего лишь прощупывал почву, хотел увидеть реакцию Мегатрона на попытку переворота. Что ж, в каком-то смысле он своего добился. Теперь пару орнов, не меньше, будет валятся в ремблоке. Тем временем Саундвейв, как всегда, не многословный (не то, чтобы это было удивительно), развернулся на месте и стремительной походкой направился по тёмному коридору в противоположную от моего рабочего кабинета сторону. Я молча последовал за ним. Спрашивать его о чём-либо бесполезно, с таким же успехом можно попытаться развеселить Шоквейва или призвать Старскрима к соблюдению протокола. У всех свои недостатки. В конечном счёте связист вывел меня к одному из многочисленных балконов у северной границы командного пункта. Частично расположенный под поверхностью в здании бывшей городской администрации Каона, именно здесь он выходил к провалу, на дне которого находились промышленные районы. Всё, что располагалось ниже мануфактурных труб и зубчатых высоток, терялось за смогом и переплетением навесных путей, из-под которых пробивалось алое зарево плавилен, смешивающееся с закатным багрянцем. Мегатрон, взирающий сверху вниз на вечно пламенеющий город, сейчас выглядел особенно величественно. Даже как-то неловко было отвлекать его от… чем бы он сейчас не занимался, по всей видимости, создавал драматический момент. - Ты хотел поговорить со мной, лорд? – Нейтральным тоном осведомился я, остановившись подле вождя и силясь разглядеть в смешении чёрных красных и оранжевых красок, что-то хоть отдалённо похожее на клочок синего неба. - Не нужно этих формальностей Ласткаст. – Не совсем ожидаемо отозвался вождь. – Каково состояние моего дорого заместителя? - Вполне… - Довольно расплывчатого отвечаю я, силясь понять какую игру Мегатрон затеял на этот раз. А он не мог ничего не подготовить, зачем в противном случае вообще звать меня сюда, на приватный разговор, секретность которого обеспечивает оставшийся в коридоре Саундвейв? – Пару орнов и он снова сможет встать на крыло. - Мгх. – Мегатрон неопределённо хмыкнул и повернул ко мне шлем. Тени, залёгшие на фейсплейте сделали тот совершенно неотличимым от ведра с двумя красными немигающими окулярами, однако смеяться, впрочем как и всегда, почему-то не хотелось. - Я закончил с караульным уставом. Если тебе нужна отчётность… - Нет, мне уже обо всём известно. – Рассеянно махнул манипулятором лорд, а я краем оптики мазнул по коридору. – Хорошая работа Ласткаст, без лишних нареканий могу сказать, что ты пришёлся к этому делу, как нельзя кстати, но разве эта информационная волокита тебя не утомила? Ты не подумывал о том, чтобы сменить род деятельности? Разумеется подумывал, каждый орн, однако кто бы меня отпустил? Не знай я, что вся моя занятость идёт на благо делу десептиконов и не имей благодаря ей уникальную возможность повлиять на официальные предписания, будь то таможенный кодекс или формы подачи рапортов. Я бы уже попросил подыскать себе замену, но Мегатрон, знал меня достаточно хорошо, чтобы понимать – подобную работу я буду выполнять на совесть даже в ущерб себе. Вот только с чего бы ему задавать такие вопросы сейчас? - В таком случае, кто займёт моё место? – С холодным скептицизмом осведомился я и демонстративно сложил манипуляторы на грудном отсеке. – Я не могу позволить, что бы до этого дела были допущены малосведущие дилетанты, способные оставить в нашем формирующемся правовом базисе фатальные дефекты. - Не волнуйся Ласткаст, с фундаментом уже покончено, остались только правки уточнения и прочая бюрократическая мелочь, тебе это известно. Неужели ты думал, что к нам не присоединилось ни одного профессионального юриста? Они займутся деталями. – Мегатрон уже и не скрывал своё желание, привлечь меня на ином направлении заменив какими-то канцелярскими писаками. Незначительные правки? Ну-ну… - Я распоряжусь о предоставлении наблюдателей от комиссии. В конце концов кто-то должен следить за соответствием их изысканий, генеральной линии десептиконов? – Полу утвердительно отметил я, не меняясь в фейсплейте. Мегатрон на удивление не возражал. Толи и вправду не собирался вмешиваться в мою деятельность, толи попросту рассчитывал на Саундвейва или на то, что сумеет продавить выгодные ему пункты позже в ходе войны. - Ты ведь уже понял к чему я клоню Ласткаст? – Вождь окончательно перевёл всё своё внимание на меня. - Для меня нашлось новое поле деятельности. – Со слабовыраженным интересом постановил я. - Именно. Прямо сейчас присутствие первого комиссара требуется в другом месте, а не здесь, в Каоне, посреди запрятанного за стальными стенами кабинета. Я попытался вопросительно изогнуть оптогрань, чему немало мешали трещины расчерчивающие фейсплейт, и Мегатрон, с удивительной чуткостью, которой от него не ожидали бы иные, плохо его знающие трансформеры, решил развеять мои опасения. - Ты отправляешься в космические экспедиционные войска Ласткаст. Я говорил о чуткости? Забудьте. Лорд не постеснялся бы и врезать по моему шлему, если бы это было способно донести до меня широту его подхода и глубину мысли. - Не понимаю. – Почти честно ответил я, не забыв подбавить в тон немного льда. Разумеется, это не обмануло вождя, и он всё так же чуть торжественно разглядывал меня со скрытым в оптике весельем. Клянусь Юникроном, мне кажется, я видел, как блеснули оскалившиеся денты. - Прежде чем ты начнёшь доказывать мне сколь безрассудно отправлять первого комиссара в космос за сотни световых лет от Кибертрона Ласткаст, взгляни, а вернее прислушайся, к этому… Саундвейв. – Мегатрон властно махнул манипулятором и связист, только этого, разумеется, и ожидавший, тут же выскочил, как чёртик из табакерки под наши светлые очи. По фейсплейту уже бежала аудиодорожка. Я против воли затаил вентиляцию, чтобы не пропустить никакой важной информации способной пролить свет на замысел Мегатрона хотя внутри, за камерой искры, медленно ширилось и набирало силу негодование. Он действительно собирается отправить меня почитай, что в ссылку? Серьёзно? Как лорд себе это представляет? Я не тот кон, которым можно так смело и безнаказанно распоряжаться, с моим растущим влиянием уже нет. «…Мы вынуждены обратится к Галактическому Совету за помощью, поскольку восстание, организованное движением десептиконов, вырвалось из под контроля и грозится стремительно выплеснуться за пределы Кибертрона и его планет-колоний, что станет началом ужасной трагедии для жителей всей галактики. Мятежники готовы прибегнуть к любым радикальным мерам и, учитывая, расистский характер их идеологии, а также стремительно растущий военный потенциал…» - Это Зета Прайм. – Заметил я, ещё не до конца осознав, что только что услышал. - Да. – С совершенно неуместной моменту торжественностью подтвердил Мегатрон. - Теперь ты понимаешь? - Но ведь… Радиоперехват мог вырвать это из контекста, нельзя полагаться на… - На Саундвейва. Можно. – Прервал мои рассуждения вождь. – Это запись с официальных переговоров Зеты Прайма и Галактического Совета и у нас есть их полная версия. Саундвейв перешлёт тебе дубликат, там ещё много… любопытного. – Многозначительно продолжал Мегатрон. – Но это позже. Сейчас тебе гораздо важнее знать, что инородцы ответили согласием. Я подозреваю, что это идея кого-то из совета двенадцати и, разумеется, вместе с военной помощью, автоботам придёт и солидный чек. Боюсь, учитывая характер соглашения, белковые затребуют себе наши колонии. -…- Я только и смог, что судорожно провентилировать, да сжать когти в кулаки. Новости сумели вывести меня из равновесия. – Убью. – Воколайзер звучал чуть более хрипло, чем обычно, а озвученная им мысль судорожно билась в процессоре, да с такой настойчивостью, что мне пришлось срочно обращаться к технике мастера Юкитрона, дабы очистить разум от лишних эмоций. Лопасти застрекотали за спиной подобно крыльям гигантской стрекозы. – Я скорее соглашусь сделать Пакса новым правителем, чем отдам проклятым органикам хоть пядь наших колоний. Совет… Идиоты, как им вообще в процессоры пришло пригласить к нам интервентов! - Потому что они жалкие трусы. – При упоминании Пакса и совета Мегатрон разом растерял свою весёлость и уподобился мрачным шпилям Каона, оказавшись со мной на одной волне. – Наше превосходство в космосе уже становится заметным, а в будущем мы и вовсе загоним автоботов под землю. Загнали бы. Но они решили продать всё то, что Нова Прайм завоевал для нас. Всё то, что позволило нам вырваться в Золотой Век. Так же, как всегда, продавали свой народ на рудники и бойцовские ямы. Может они и сменили название, может ты и вычистил сенат, но в совете остались всё те же пережитки функционализма и все речи Пакса не стоят и ржавого шаникса перед их реальными действиями. Наверняка Орион и слова не сказал поперёк своему любимому Альфа Триону. – Всё распаляясь продолжал Мегатрон. – Скорее даже поддержал! Мир для него важнее национальной гордости, важнее пролитого за эти колонии энергона! - Как мы собираемся действовать? - Пока что, с божьей помощью. – Огорошил меня Мегатрон. – У меня нет гениального плана, ты вообще первый, не считая Саундвейва десептикон, узнавший о предательстве автоботов. Я соберу офицеров, мы попытаемся разработать перечень мер. Ускорим строительство флота, укрепим границы, что угодно. Но пока, пока я хочу выделить экспедиционный корпус, в который войдёт весь наш космический резерв и отправлю его встретить силы Совета на границе. Нельзя позволить им нанести удар в нашем пространстве, уж лучше первые столкновения произойдут на нейтральной территории. Шлаковы белковые умоются слизью, или какая там мерзость течёт по их магистралям, а мы тем временем подготовимся как следует. - Резерв? Это совсем немного. – Отстранённо заметил я, переключившись на рабочую волну. – Галактический Совет наверняка выделит целый флот. - Разумеется, к такому-то случаю. – Фыркнул вождь. – Но больше не получится, не забывай про автоботов, они всё ещё способны воевать в космосе. - Скверно. – Я был вынужден принять тот факт, что ничего лучше, чем идея лорда предложить не смогу, по крайней мере не в ближайшее время. - Вот поэтому Ласткаст я и хочу, чтобы ты был там. Слишком велик риск и дорога цена ошибки. - Но я не адмирал. – Резонно заметил я. - Кто сказал, что я отправляю тебя руководить флотом? Задавай общие цели, придумай стратегию, следи за дисциплиной, а прочие вопросы оставь профессионалам своего дела. Тактику, логистику, судовые тонкости – всё вали на них. Твоя основная задача – осуществлять общее командование и, что важнее всего, делать то, за что взялся. Контролировать их верность. Я всё понял. Мегатрон был прав. Я бы и сам никому не доверил такую задачу кроме как себе самому. Риск дезертирства и, что ещё хуже, предательства был слишком велик. О том, что основная задача экспедиционного корпуса – задержать врага ценой собственных искр не догадался бы, пожалуй, только полный идиот с однолинейным процессором. Понимал это и я, но всё же… Просто не мог иначе. Вот почему Мегатрон в начале нашего разговора сиял, как начищенная монета. Он ведь знает, что я добровольно возьмусь за это дело, отправившись фактически в ссылку, где моё влияние на десептиконов будет ограниченно, а риск погибнуть превысит таковой в штабном кабинете. Вряд ли вождь желает моей смерти, без ложной скромности, я для того слишком полезен, однако проучить меня, ослабить, он хочет наверняка и видимо сами обстоятельства здесь играют ему на манипулятор, конечно, если не учитывать общую картину. И всё же, я буду играть по его правилам. Это в интересах десептиконов, а я не смею пойти против них, испугавшись риска дезактива или потери политического влияния, потому как у меня нет другого пути. Отказаться и жить после в вечном позоре, не сколько из-за осуждения со стороны товарищей, сколько из-за предательства своих собственных убеждений? Это не выход – это самоубийство, гораздо более верное, чем прикомандирование к экспедиционному корпусу. Автоботы и Галактический Совет, ещё пожалеют о том, что решили сговориться за нашей спиной и спиной всего Кибертрона, на такую подлость. В каком-то смысле я даже рад, что именно мне выпала честь размолоть в труху не только их коварные планы, но и весь флот вторжения. Пока не знаю как, но я это сделаю. Никто не смеет стоять на пути дела десептиконов. Я сосредоточил взгляд на оптике застывшего в напряжённом ожидании Мегатрона, сейчас внимательно разглядывающего мой фейсплейт, и слегка качнул шлемом в сторону. - С чего мне начать? - Я в тебе не сомневался. *** А потом Мегатрон ушёл, оставив меня наедине с нашим техномагом, он же: телепат, разведчик, контрразведчик, да и просто связист, а ещё рубаха-парень… был бы… возможно… если бы умел рассказывать забавные истории из актива… ну и говорить в принципе. Там на забытом всеми балконе мы провели прекрасный «романтический вечер», кто-то, любуясь закатом, а кто-то чужим фейсплейстом, вернее выведенной на нём информацией. По всему выходило, что Мегатрон уже заботливо подготовил звёздное судно для своего первого комиссара, ну, а если говорить прямо, назначил за таковое только-только достроенный на тарнийских верфях звездолёт. Вот почему прямо сейчас мы летели в Тарн на ржавой колымаге, видавшей ещё самого Нова Прайма. В общем, сплошной абсурд. Ну, а разве бывает иначе, когда действуешь без чёткого плана? Лорд ясно выразился - пока у штаба никаких гениальных идей нет, поскольку он ещё даже не знает о том, что должен их выдвинуть, в то время как действовать нужно уже сейчас. Однако не стоит считать, что все эти шквалом навалившиеся события и известия промелькнули за один брийм, нет, конечно нет. Сколь сильно бы не затуманила мой процессор административная деятельность, которой я занимался последнее время, ей не удалось выбить его из конструктивного русла. Ровно один орн перед отправкой был потрачен на небольшой апгрейд. Я логично рассудил, что в активе может произойти всякое и если меня выбросит в открытый космос, винт окажется в нём слабым подспорьем, а потому по примеру Вирла установил себе несколько маневровых движков, слабосильных и внешне почти незаметных, однако окажись я в вакууме они станут моим единственным способом контролировать своё передвижение. Кроме того, в обычных условиях они ускоряли мой полёт, и открывали доступ к более высокому пилотажу, если быть честным, то к более хаотичному. От них была польза даже в робомоде, однако я пока не успел окончательно приноровится к их использованию. Помимо этого, добавил немного брони в тех местах корпуса, где врождённой не хватало, однако особенно не увлекался. Разумеется, мелькали мысли обвешаться броне пластинами с головы до пят, однако так я терял главное своё преимущество среди ботов моих габаритов – скорость и манёвренность, в обычных случаях, всегда являющихся прерогативой более мелких трансформеров. Я же спокойно мог соперничать в этом с сикерами и лёгкими колёсными, при этом оставляя за собой более сильную гидравлику. Естественно, чем-то одним приходилось жертвовать и это была броня. По этой же причине не устанавливал дополнительного вооружения вроде тех же ракет, их банально некуда было запихнуть, ну а если подвесить снаружи… Один шальной выстрел и счастливый обладатель танкового арсенала взлетает на воздух. Можно было, конечно, занять ими и сабспейсы, но… но нет. Вообще, большую роль в решении оставить всё как есть на этом фронте сыграл мой скептицизм и какое-то постыдное консервативное желание не менять ничего в устоявшемся стиле боя. Меня вполне устраивала моя гаусс-винтовка, которая если и устарела, то разве что морально. Что раньше, что сейчас она меня ни разу не подводила. Если ты попал противнику в голову или грудь, будь уверен он стопроцентный дезактив, промазал – твои проблемы. Я бы так и ушёл практически ничего толком и не изменив, если бы интересный вариант апгрейда не предложил один колоритный кон с какой-то гибридной медико-инженерной специальностью, благо мой нестандартный корпус оказался совместим с этой прямо скажем не самой популярной модификацией. Около трёх джооров он ковырялся в моих механизмах добавляя усовершенствованную имплантированную проводку и дополнительные элементы изоляции, чтобы я, а точнее гаусс-винтовка, была способна накапливать заряд гораздо быстрее и в больших объёмах, при этом не увеличивая мои растраты энергона. Грубо говоря, роботу подняли кпд. Приятным бонусом шёл почти полный иммунитет к внешнему электро-воздействию. Финальным штрихом я установил встроенный сканер и… антисканер на чём и остановился. Эта неожиданная волна апгрейдов была вызвана тем простым обстоятельством, что на Кибертроне началась война и дело было даже не в том, что воевать стало опаснее из-за масштабов боестолкновений, а в том, что враги, как и союзники, начали проводить над собой всевозможные боевые модификации и пусть это не могло подарить им боевого опыта, но стремительно давало прибавку к огневой мощи, а уж обо всяких специфических улучшениях по типу гасителя инерции я и вовсе молчу. Собственно, по окончании всех этих процедур, я и встретил порядком изменившегося Зеттетика прямо на посадочной площадке, где тот безапелляционно заявил, что его направили под моё прямое командование в качестве, не пойми кого. Разумеется, всё это выглядело донельзя подозрительно, тем более что мне казалось, будто Мегатрон знает о наших взаимоотношениях и зачем-то решил сделать… что? Жест доброй воли? Обозначил свою осведомлённость? Ну, я как будто и не скрывал, что взял себе под патронаж одного из учеников. В любом случае, я был несколько обескуражен и проявил должную осторожность, а Зететтик и ранее не блиставший коммуникабельностью и ботолюбием нынче и вовсе обнаружил крайнюю степень подозрительности и отстранённости. Я ведь совершенно не следил за его судьбой после прибытия в Каон, рассчитывая, что он сам со временем оправдает ожидания своего учителя и самостоятельно, а не по средством моего покровительства, займёт место в комиссариате. И это неясное назначение десептикона в экипаж корабля... Ну, по меньшей мере это странно. Наверное, именно эта сомнительная, граничащая с неловкостью атмосфера, воцарившаяся, между нами, и послужила одной из причин, по которой я так поторопился с выбором транспорта. Хотелось побыстрее окунуться в ворох проблем, а не ломать процессор о не разгадываемые загадки. С другой стороны, а почему бы просто не спросить? - Смотрю ты решил сменить имидж. – Как бы мимоходом обронил я, продолжая вглядываться в окно. Пейзаж слегка изменился и теперь металлические равнины повсеместно пересекали рваные овраги, густо заросшие какой-то трубчатой стекловидной растительностью. - Война имеет некоторое влияние на моду. – С готовностью откликнулся ученик на приглашение к разговору. - Уже успел где-то поучаствовать? – Спросил с неподдельным интересом. - Помимо поместья? – Если бы на фейсплейте Зеттетика не было маски, я бы наверняка увидел, как он вскидывает оптогрань. – Пару раз. - О, похоже кто-то совершил подвиг. - С чего ты взял? – Подозрительно осведомился десептикон, прищурив салатовые окуляры. - Получить Лейтенанта за пару сражений… Ты должен был сделать нечто... неординарное Зеттетик. – Я наконец отвёл взгляд от окна и посмотрел прямо на него. - Мне присвоили его почти сразу, как я оказался в Каоне. – Огорошил меня ученик и, видя в ответ искреннее недоумение, решил объясниться. – В вербовочном пункте у меня первым делом допытывались, кто я и что умею. Конечно, аристократия не вызывает жгучего энтузиазма среди десептиконов, однако образованность и полученные от тебя навыки пришлись как нельзя кстати. После нескольких тестов меня отправили на передовую офицером без лишних вопросов. Нехватка квалифицированных кадров даёт о себе знать, но я так понимаю мне выдали звание авансом и уже в бою я доказал, что имею на него полное право. Зеттетик заключил это не без оттенка былой гордости, хотя тот мех, которого я знал, не преминул бы расписать свои подвиги более подробно и, разумеется, преувеличенно. - Видимо с таким успехом, что тебя отправили сюда? – Сухо уточнил я, на что ученик неожиданно стушевался, однако заметить это мог лишь тот, кто знал его достаточно долго. - Хм, ко мне просто подошёл офицер контрразведки. Капитан. И выдал рекомендацию в комиссариат. Он сказал, что они приглядывали за мной и считают, что моими талантами здесь могли бы заинтересоваться. – Десептикон посмотрел на меня с какой-то выжидательной опаской. – Мне настоятельно рекомендовали обратится к моему патрону. Не знаю, чего ожидал Зеттетик, но я расслабился и даже позволил себе скупую ухмылку. Кажется, я понимаю, что произошло. Настроение поползло вверх, поскольку тайна, ранее казавшаяся чем-то существенным и сулящим неприятности, оказалась всего лишь рабочей мелочью. Мегатрон или Саундвейв, не суть важно кто, зная о том, что Зеттетик один из моих сподвижников решили перестраховаться и ограничить его карьерный рост комиссариатом, чтобы я не получил через него влияния вне принадлежащей мне структуры. В принципе логично, вот только я изначально собирался привлечь Зеттетика в комиссию, пусть и несколько позже, как наберётся опыта. Для меня важнее заиметь идейных и верных десептиконов в ней, чем распространять абстрактное влияние в армии через своих трансформеров. Ученик небось и сам так думал, я ведь ему и не объяснял толком чего желаю от него получить, может даже предпринял какие-то шаги для скорейшего продвижения по карьере. Да нет, зная его, не может быть, а даже наверняка. Тут то его и решили вернуть «на родину». - Что же, не скажу, что этим разочарован. – Я поспешил развеять опасения Зеттетика, по всей видимости полагающего, что он провалил какой-то негласный экзамен. Вот от чего он был так напряжён. – Это значит, что мы сможем быстрее подыскать роль в комиссариате тебе под стать. Это была правда, именно так я и собирался поступить при первой удобной возможности. Постараться объективно оценить умения Зеттетика и определить его на полагающееся место, правда это будет после, ну а пока ему придётся помотаться со мной и экспедиционным корпусом по галактике. Разговор потёк более непринуждённо, когда все недомолвки и надуманные мотивы были отброшены в сторону. Мы плавно перешли к обсуждение военных действий результаты которых Зеттетик в целом оценивал положительно, однако, как, впрочем, и все мы, он изначально рассчитывал на мгновенный и малокровный переворот. Впрочем, особого разочарования по этому поводу десептикон не выказывал, видимо прекрасно осознавая, что далеко не всё в активе проходит по плану. И всё же стоит признаться, в том поражении, а иначе нашу спешную «перегруппировку» назвать нельзя, есть и изрядная доля моей вины. Я, как единственный трансформер, имеющий представления о нашем возможном будущем, должен был предусмотреть появление автоботов, хотя бы чисто гипотетически и учесть это при планировании. Однако слишком сложно мне было поверить, что Пакс сумеет одной проникновенной проповедью склонить на сторону официальных властей едва ли не добрую половину гражданских, да притом так качественно, что те не просто откажутся от участия в мятеже, но и встанут по другую сторону баррикад. Постепенно набирающее обороты обсуждение, вошедшее в силу благодаря скуке, сопровождавшей перелёт, не обошло стороной ни окончательное воцарение десептиконских порядков в Полигексе, ни неожиданно серьёзные бои за Праксис, большая часть населения которого, к моему вящему разочарованию, приняла сторону автоботов. В разговоре не мелькало никаких секретных данных, всё же мы тут были не одни, да и многих вещей знать не положено уже Зеттетику, однако нам и без того нашлось о чём поговорить. Конечно, нельзя было обойти стороной такую тему, как полное уничтожение целой планеты-колонии. Трагедия Велоцетрона, пожалуй, стала самым знаковым и ужасающим из последствий набирающего обороты противостояния. Разумеется, мы винили автоботов, которые нынче являлись синонимом правительству. Ученик не преминул заметить, что до подобных последствий доводит неадекватная избирательная система, основанная на губительных в нынешних реалиях традициях старины, умудрившись этим пассажем отдавить серво, как консерваторам, так и демократам. Горжусь, чего уж тут. А вот порядки на Велоцетроне и вправду были дурацкие, главенствующий пост на ней занимал тот претендент, что сумеет обойти всех своих соперников на большой гонке. Да, да, всё правильно, мало того, что все наместники планеты были колёсными, так ещё очевидно совершенно не подходили на эту роль. Абсурд, но не для Велоцетрона. Оверрайд, последний правитель планеты, в силу глупости, азартности или безответственности (качества в равной мере, могущие наличествовать у любого гонщика) инициировала применение экспериментального оружия для подавления восстания и Велоцетрон ныне представлял собой гигантский расползающийся на части кусок проржавевшего металла. Я уверен, не будь конфликт столь глубоко запрограммирован в нашем обществе, не уходи его корни ворнами в прошлое, не предшествуй ему безумно долгий инкубационный период, приведшей лишь к тотальному накоплению в последствии выплеснувшейся жестокости, гражданская война прекратилась бы сразу же, как вести об уничтоженном мире добрались до воюющих сторон. Но этого не произошло. Даже такого «ведра воды» не хватило чтобы затушить охвативший Кибертрон пожар. Насилие и смерть царили ныне повсюду, расползлись в самые дальние уголки некогда могучей державы. Первые дни войны особенно в этом преуспели. Не счесть сколько невинных, действительно невинных, мало что понимающих в происходящем ботов было разорвано схлестнувшимися в противостоянии сторонами. Кто-то погиб из-за нерешительности, кто-то из-за отсутствия интереса к политике, кто-то от безудержного, сковывающего конечности страха, а кто-то из-за банального случая. Разве все они заслуживали смерти? Нет, разумеется, тут не приходится говорить о том, что все погибшие были святыми мучениками, и всё же очевидно – такая бескомпромиссная дезактивация, это неправильно. И между тем такова цена. Цена, которую мы заплатили, за функционалистов, практически стёртых с лика Кибертрона в первые орны противостояния, убитых мнемохирургов, работающих в филиалах института по всей планете, и цена которую заплатили автоботы за своё неуёмное желание защитить тех, кто сделал их рабами собственных альтмодов, классовых рамок и помрачающего процессор страха перед системой и её карательными практиками. -…не поверишь, но я встретился с профессором Блинксинком. Он стал связистом нашего подразделения, на испытательном сроке, после которого его собирались забрать в генеральный штаб. Всё-таки он довольно именитый специалист в своей области. Если я не ошибаюсь Ласткаст, Блинксинк к тому же твой соотечественник? – Слова Зеттетика вывели меня из моих меланхоличных размышлений и заставили вернутся к прерванному было диалогу с вновь появившимся интересом. - Да, он тоже праксианец. – Я задумчиво кивнул, вспоминая своё знакомство с немолодым уже ботом, который когда-то давно, ещё в мои первые ворны актива, помог начинающему полицейскому с разрешением одного весьма запутанного дельца. – Мы прибыли в Иакон одним рейсом. - Даже так… - Подивился ученик. Я неопределённо развёл лопасти. - Я удивлён, боты его ворнов отличаются консервативностью, и, кроме того, тебе ведь известны эти предубеждения о интеллектуальном классе в наших рядах. – Бесцветно прокомментировал я, сузив окуляр. - О да, не то, что бы это меня волновало, но чисто пропорционально… - Окончательно оттаявший в ходе полёта Зеттетик сделал вид, что загибает пальцы. – Мы здесь, как пара фемботок среди сборища неотёсанных шахтёров и гладиаторов, Ласткаст. - Ну, положим, Колдголд тоже с нами. – Возразил я. - Вот что как раз действительно удивительно, не находишь? - Поверь мне, я был шокирован. Зеттетик с подозрением глянул на мой невозмутимый фейсплейт, но решил придержать свои сомнения при себе. - Расскажи мне лучше о своих одноклассниках, ты ведь пытался выяснить, что с ними сталось? - Да. – Ученик хмуро кивнул, прокрутив колёсами в наплечниках от нахлынувших эмоций. - И кто? – Спросил я, тут же смекнув, что хороших новостей в этом направлении ждать не приходится. - Я решился проверить перед Второй Иаконской Битвой. Мой лейтенантский допуск в базу данных не столь велик, так что всего я не знаю, да и банально мог что-то упустить, но… - Зеттетик с какой-то неясной эмоцией в эм-поле и оптике перевёл взгляд на окно. – Ренн Хотт вступил в ряды автоботов без раздумий, как и Смартфул, они порядком засветились. След Ричлак теряется в Иаконе, должно быть где-нибудь затаилась с роднёй, после бегства из квартала аристо и теперь полагается на то, что правительство всё уладит. И, это, собственно, всё… - Он бессильно дёрнул манипуляторами. – Про того же Нотена ничего, хотя, справедливости ради, многих других я и не искал. Десептикон не говорил об этом прямо, даже не намекал, однако я буквально лопастями ощущал его обиду на друзей, решивших присоединится к автоботам. Что же, от Ренн Хотта чего-то подобного ожидать стоило, будучи старостой джи один, он всегда напоминал мне характером будущего Оптимуса Прайма. Ричлак, тоже не удивила, чего взять с Золотой Молодёжи, но вот Смартфул… Я ожидал, что, будучи не глупым парнем он примет иное решение. Или всё же тут свою роль сыграл не холодный рассудок, но эмоции? Может я просто слишком многого ожидал от иаконских аристократов? Зеттетик ведь по сути исключение, однако ни в коем разе не правило. И всё же я был несколько разочарован, особенно потому, что три названных имени принадлежали ботам, вместе с которыми я не просто жил бок о бок в академии, не просто тем, кого я наставлял и кому указывал на проблемы кибертронского социума, но тем, чьи искры я оберегал в Акроплексе от дриллера, диких зверей и шарктиконов, которые там были чем-то большим, чем просто детскими сказками. За грудным отсеком на секунду что-то кольнуло и тут же пропало. Мне не хотелось более ничего выведывать у Зеттетика в этом направлении, и я решил сменить тему. - Ты участвовал во Втором Иаконском Сражении? - Ну да. – С вполне заслуженной гордостью ответил Зеттетик с радостью ухватившись за возможность поговорить о чём-нибудь другом. Ему ведь всё равно известно, какое решение я сейчас для себя принял. Не в первый раз. Если они попадут мне в манипуляторы, если судьба так распорядится, что я буду тем, кто жмёт на курок… Никакой пощады. - Я слышал, дыма было так много, что боты путали Иакон с Каонскими ямами. – Скепсиса в моём голосе могло хватить и на небольшую речь.       Впрочем, битва и вправду была довольно масштабной. Автоботы в те орны попытались провести контратаку из столицы и окончательно отбросить силы десептиконов, всё ещё расположенные на подступах к городу, где те закрепились после операции по вызволению моей группировки из окружения. Им это удалось лишь частично, да и потери при прочих равных оставляли на глоссе горечь не озвученного поражения. Именно после этого сражения, во время которого я утопал в бюрократическом море посреди генерального штаба, правительство объявило об окончательном роспуске Стражи Сената, Иаконской Гвардии, КВБ и полицейского департамента почти полностью принявших на себя удар десептиконов в начале войны. Остатки двух первых структур слились в пока не оформившуюся очередную новую гвардию, в этот раз с пафосной приставкой «элитная», обязанности департамента взяли на себя военные, а освободившееся место комитета внутренней безопасности до поры заняла армейская разведка. - Здесь, конечно, есть некоторая доля преувеличения, но только некоторая. Во всяком случае находясь в авангарде, я в иной орн никвинта не видел ни на шарк от вытянутого манипулятора. - Передовая? – А вот это уже интересно. – И что же? Я смотрю ты не получил серьёзных ранений, а иначе бы до сих пор прозябал в ремблоке. - Ну, что тут скажешь. – Зеттетик картинно опёрся манипулятором о входную створку. – Наверное у меня талант избегать неприятности. Вместе с этими словами он и вывалился из пассажирского отсека следом за вылетевшим из креплений проржавевшим листом металла. Снизу раздался сочный треск растительности. Мда… Наверное. Мы потратили ещё где-то брийм, прежде чем пилот смог найти подходящее для посадки место, а я выловил из до неприличия разросшегося на дне оврага кустарника, исцарапанного с антенн до серво Зеттетика. Вид у того был недовольный и непрезентабельный, хорошо хоть фамильную шпагу в кустах не посеял. Разговор после этого снова как-то сам собой заглох и остаток пути мы пролетели молча. Я заметил это, когда мы облетали очередной ступенчатый холм, склоны которого были изрезаны на удивление ровными террасами, и оказались перед привычной взгляду равниной. Металл под нашей лоханкой вот уже как пару кликов вздымался вверх наползающими друг на друга, но не высокими буграми, что изрядно ограничили наш обзор, покуда не остались где-то позади, а дальше, за яркой полосой пустыря, сейчас слегка сияющей из-за света Альфа Центавры… Высился Тарн, кажущийся отсюда твердыней тёмных сил. Он оседлал идущие следом плоскогорья, оградившись от мира чёрными и монументальными стенами. Здания, выглядывающие из-за них, походили на мрачные сторожевые башни, тесно понатыканные по ту сторону. Город-крепость Тарн уже сейчас без сомнения воспринимался, как территория десептиконов. Слишком много наша стилистика взяла у него, заменив монументальность устрашающими формами, а кажущийся аскетизм игрой с острыми гранями. Где-то посреди этих грозных фортовых стен и донжонов, стоящих один над другим, меня сейчас ждал мой корабль и экипаж, но прежде всего… Прежде всего меня ждал Шоквейв. И за последнее время к нему накопилось достаточно щекотливых вопросов. Я знаю, кто именно увещевал Мегатрона оставить меня на растерзание режиму, апеллируя к исчерпанной полезности. Знаю почему миссия спасения, обещанная на следующий же орн, так задержалась. Знаю как Дай Атлас сумел избежать неминуемой гибели в Сенате. И я знаю кто будет держать ответ передо мной, а следовательно, и перед всем комиссариатом. Его преданность нашему делу всегда была под большим вопросом, и сейчас пришло время услышать объяснения.