Tacenda

***

      На улице постепенно темнело, Вегас отложил книжку на рядом стоящую полку и потер уставшие глаза.        Хоть Пит и провел с ним вечер — ночь казалась самой волнительной, так как их «игры» в любой момент могли превратиться в нечто большее, поэтому он напрягся всем телом, когда тот встал с постели и ушел в ванную, соединенную с комнатой.       Упоительный запах ягод донесся до него, когда Вегас вернулся и лег рядом. Пит отложил телефон и повернулся к нему, разглядывая красные пятна на чужих щеках и мокрые волосы, зачесанные назад. Белая футболка прилипала к влажному телу и он слегка провел пальцами по его животу, разглаживая складки.       — Это намек?       — Нет, — усмехнулся Пит, — так просто спор я не проиграю.       — Стоило мне выйти голым, ты бы быстро передумал, — хмыкает тот, вновь притягивает к себе книгу: — Я никогда не сдаюсь.       — А я никогда не проигрываю.        Он не знает настолько сейчас у него широкая улыбка, — да и все равно, когда тот не смотрит на него, а пытается буравить взглядом строчки. Промокшие ресницы иногда слипались: Вегас часто тер глаза, пока Пит не протянул и не убрал капли вместо него.       — Я еще почитаю минут тридцать, — предупреждает тот, — скажешь, если будешь спать.       — Свет мне не мешает. — Пит придвигается ближе. — А вот видеть тебя рядом и лежать далеко да.        Вегас сдерживал улыбку, но затем отвернулся, пальцами пытался опустить уголки губ обратно вниз — не получилось.       — Тогда иди сюда.        Ждать Пита долго не пришлось, он тут же юркнул под одеяло и придвинулся к парню, положил голову на его груди. Рука Вегаса приобнимает плечо и прижимает к себе.        От Вегаса исходит тепло, и Пит позволяет себе обнять его за талию, слегка ежась от того, что промокшая футболка уже не такая теплая.       — Все-таки стоило ее снять, — морщится он, ощущая, как рука неприятно намокает.       — Не хотелось смущать нрав девственника, — с довольной ухмылкой говорит Вегас, за что получает толчок в бок.       — Нашелся мне тут эксперт…       — Мне просто нравится, когда ты бурчишь, у тебя щеки смешно надуваются. — признается тот, оглаживая пальцами его спутанные пряди.       — Ну все, читай! — уткнулся носом в футболку Пит, подтягивая к себе свои руки.       — Пытаюсь, но что-то не могу сосредоточиться.        И оба знают причину.        Пит засыпает в его объятиях.

***

02.01.2022.

      — Проснись и пой!        Верещит Танкхун, но выражение лица меняется, стоит увидеть на пороге вместо лучшего друга его пиздомерзкого кузена, который сонно зевнул.       — Вегас?! Какого хрена! Ты что?! Сожрал Пита и забрал себе его дом?       — Не ори, — морщится тот, приоткрывая двери шире, — я живу у него.       — Что?! — челюсть Танкхуна казалось вот-вот достанет до пола. — Я тебе не верю!        С лестницы спускается растрепанный Пит.       — О, Пит! Я так рад, что ты жив!        Танкхун пихает Вегаса и забегает в дом, обнимая друга, проверяет с ног до головы на увечия.       — Моргни два раза если тебя держат в заложниках, — шепчет тот, обхватывая его голову.       — Нам стоит поговорить…

***

      — То есть… Когда ты говорил про того парня из клуба…       — Это был Вегас, — кивает Пит, делая глоток воды.        Виновник их разговора пропадал наверху, поэтому ему даже легче признаваться во всем, но взгляд Танкхуна все равно наполнен непониманием.       — Пит…       — Я знаю, — он отводит взгляд, — я все прекрасно понимаю. Я долго не признавался тебе, потому что боялся твоей реакции, но прямо сейчас… сейчас я просто прошу немного принятия.        Танкхун поджимает губы.       — Полюбила принцесса чупакабру…        Пит издал смешок, когда спустившийся Вегас нахмурился на этих словах, застегивая пуговицы на рубашке.       — Че зыришь?! — высовывает язык Танкхун. — Я приму ваши отношения, но ты придурок тот еще. Надеюсь, Пит проснется в один из дней и…       — Танкхун, — повторно просит друг, на что тот замолкает.       — Ладно-ладно, живи пока что…        Вегас лишь фыркает.       — Я собираюсь на встречу, когда вернусь, то вместе поедем в университет.        Пит кивает, и Вегас подходит к нему, бегло целует в макушку.       — Скоро буду.       — Да кто тебя ждать будет?! — возмущается Танкхун, сдерживая рвотные позывы.       — Пит, — отвечает с ухмылкой тот.        Вегас стремится к выходу, а он удерживает подорвавшегося Танкхуна, который собирался треснуть своему кузену по башке.       — Вот же негодяй! И где таких рожают?!       — Успокойся.       — Ох, Пит… Он же!..       — Это мой выбор, — он отходит от друга, — и я не поменяю его.       — Я понял тебя, — расслабляет плечи Танкхун, — просто переживаю.        Пит кивает и вновь садится за стул, прикрывая веки.       — А зачем ты вообще приходил? Ты же обычно приходишь, когда на шоппинг хочешь.       — Именно поэтому я и пришел! — хитро улыбнулся тот.       — Ох… сегодня много пар.       — А на выходных? — сразу строит глазки Танкхун.       — Давай, — Пит трет глаза, — посвящу тебе всего себя.        Внезапно его домашний телефон зазвонил — он поднялся с места и поднял вызов.       — Да?       — Макао дома?       — Какой Макао? — притворяется дураком Пит, но челюсти все же смыкаются в напряжении: — Вы, наверное, ошиблись номером.       — Извиняюсь, — мужской голос на другом конце звучит агрессивно, — отец просто переживает, вот перебираем варианты, где его сын.       — Понятия не имею, о чем вы. Всего доброго.       — Ха…        Пит сбрасывает вызов, выходит на улицу и подзывает главного телохранителя — Сомчая.       — Слушаю вас, господин Пит. — склоняется широкоплечий мужчина. — Усильте охрану еще в несколько раз, обо всех подозрительных машинах и личностях сразу сообщаете мне. Можете применять грубую силу в случае необходимости. Перепроверьте всех на рабочем месте и их удостоверение личности. Предоставьте Макао несколько телохранителей, если он захочет выйти. Все понятно?       — Не волнуйтесь, я лично прослежу за всем.       — Полагаюсь на вас, — Пит слабо улыбается, когда тот уходит выполнять поручение.        Если отец Вегаса хочет поиграть, то он с радостью предоставит ему возможность.

***

       Лекции выпивают из Пита все соки. Монотонные рассказы, щелкание ручек, зевок на соседней парте мало заинтересованного одногруппника — так проходит его день, пока Вегас сидит отдельно от него.       Теперь одноместные аудитории раздражают, хотя раньше он любил сидеть один.        Пары заканчиваются, и Вегас просит подождать у выхода. Пит следует просьбе, пока ожидание не затягивается.        Он выходит через задний вход, но не спешит идти к Вегасу: рядом с ним стоял мужчина в идеально выглаженном костюме. В знакомых чертах Пит узнал отца Вегаса, так как решил все-таки навести справки и узнать, как выглядит каждый из их семьи.        Нахмуренные брови и напряженная поза говорили о тяжести их разговора.        Пит прячется за стеной, но стоит не так далеко, поэтому прислушивается.       — Где ты прячешь Макао? — прямо спрашивает отец, на что Вегас лишь молчит: — Он несовершеннолетний и должен жить с родителем.       — Но не с тем, кто его избивает, — спокойно отзывается Вегас, но Пит замечает его напряжение.       — Ах, значит он пожаловался тебе, — хмыкает тот, усмехается: — Помнится ты покрепче был.        Кулаки Вегаса сжимаются, и Пит лично ощущает, как закипает в чужих жилах злость.       — Макао не вернется домой.       — Это не тебе решать.       — Как раз-таки мне, — поднимает взгляд Вегас, подходит ближе к отцу: — После смерти матери ты стал еще отвратительнее.       — Помни, что ты мой сын.        Терпение Кана закипало, но лицо оставалось непреступно холодным. Прямо как в рассказах Вегаса. В глазах нет сочувствия — лишь убивающий ураган, удушающий всех неуспевших скрыться от надвигающейся катастрофы.       — Думаешь, я хотел им быть?        Добивает, не оставляет ни капли уважения.              Кан замахивается для удара.        Ноги сами двинулись к Вегасу.        Он больше не позволит ему терпеть боль…        Сильная пощечина сбивает Пита — ударяется на землю, раздирая ладони об асфальт. Издал тихий стон боли, голова закружилась настолько сильно, что Пит едва ли мог сфокусироваться на чем-то.        Перед глазами все плыло.       Кан бьет куда сильнее, чем его умерший отец…

***

      — Пит?        Вегас с ужасом посмотрел на рухнувшего парня, безумная злость охватила его, заставляя сжатые кулаки дрожать.        С самого детства он старался защищать всех, кого успел полюбить. Там, в комнате страданий, где Вегас перетерпел все побои отца, его спина трещала от разрывающей острой боли. Но даже в моменты отчаяния, он никогда не хотел, чтобы на его месте оказался близкий ему человек.        В этот раз под удар попал Пит. Он не уберег его… Хотя совсем недавно обещал ему, лично клялся, что больше никто не причинит боль.        Ни физической, ни моральной.        Теперь видит Пита таким маленьким и раненым, а сердце гудит и молит «защитить».        Прижать к себе и спрятать.       — А это что еще за сопля? — пихает в бок ногой Пита Кан. — Неужто…        Мужчина не договаривает, Вегас со всей силы врезал по лицу, из-за чего тот отшатывается. Поднимает свирепый взгляд.       — Да как ты сме…        Сын замахивается повторно, перехватывая его за пиджак, коленом ударяет в живот, заставляя ухнуть от резко пронизывающей боли.       — Это тебе за Пита.        Вегас перехватывает его за волосы, дает настолько сильную пощечину, что у отца от второго мощного удара вылетает зуб.        С губ стекала кровь.       — Макао.        Вегас весь дрожит, настолько злым и обиженным он никогда себя не чувствовал.        Кан делал больно ему абсолютно всегда — считал, что они заслужили это, но теперь Вегас совершенно прекрасно осознает: он ни виноват абсолютно ни в чем. Ни в том, что не мог добиться первого места, ни в том, что недостаточно старался. Отец никогда не любил его — в этом заключался корень проблемы.        Кан сломал его — теперь пытается причинить боль тем, кого Вегас полюбил.        Ради них он станет сильным — ради них, он готов переступить свое прошлое и покончить навсегда с влиянием отца.       — А это за меня.        Его слезы падают на чужие щеки, когда пальцы пережимают горло отца, и тот задыхается, хватается за его руки, но не может оттащить их. Последний удар приходится в пах, из-за чего тот сгибается пополам, когда хватка слабеет.        Вегас надеется, что у этого подонка больше не будет детей.

***

       Телохранители выстроились в ряд, мимо проходил главный. Проверка каждого велась самолично, и раз уж господин Пит заподозрил что-то неладное — Сомчай просто обязан выяснить: завелась ли крыса в их проверенном годами коллективе.        Многих он знал в лицо, но с укреплением охраны появились новые, что значительно усложняло задачу. Те, кто работал хотя бы месяц, спокойно отвечали и уходили на рабочее место.        Но Сомчай заприметил одного из толпы. Хоть лицо и непроницаемое, взгляд ровный, из-под рукавов пиджака выглядывали подрагивающие пальцы.       — Имя, — подходит к парню он, поворачивается к женщине, проверяющей личность каждого.       — Ред Мичаи, — отзывается тот, выпрямляя плечи.        Пока женщина ищет телохранителя в базе данных, главный разглядывает того почти не моргая. Тот же смотрит куда-то вдаль, чтобы не встречаться со строгим, исследующим взглядом.       — Эм… — растерянно моргает та. — Нет такого…        Сомчай поворачивается к ней, ощущает, как в висок упирается резко вытащенный пистолет.       — Отпустите меня, и я сохраню вам жизнь.       — Спрячь оружие, сопляк, — устало выдыхает мужчина.        Видимо, подобные трюки совершенно его не впечатляли.       — Вы сдадите меня, а мне попадаться нельзя. — усмехнулся подставной Ред, посильнее ухватившись за рукоять: — Тем более, я ничего еще не сделал, лишь сообщил, что Макао находится здесь.        Сомчай развернулся к нему, из-за чего дуло уткнулось в середину сального лба, подарил самонадеянному парнишке насмешливый взгляд.       — С предохранителя сними, придурок.        Не успевает тот переварить сказанное, как под ногами исчезает опора, бок ударяется о землю. Сомчай бьет его в челюсть, выбирает из рук пистолет и наводит на него, отбрасывая попутно прилипшую от жара солнечного дня челку.        Несколько телохранителей окружили парня, взяли под подмышки, пресекая любые пути отступления.       — Даю второй шанс, — Сомчай чуть наклоняется, — как тебя зовут.        Парень, которому на вид столько же, сколько и его господину, сплевывает кровь на асфальт, молчит на прямой вопрос и смотрит с вызовом.        Сомчай ударяет коленом в чужой живот.       — Слушай, у меня не очень много времени, чтобы возиться здесь с тобой. — хмыкает он, присаживаясь рядом с ним. — Давай я тебя просто прикончу раз уж ты у нас безымянный. Господин Пит хоть и не приветствует такие методы, но кто ему скажет, верно?        Кажется угроза подействовала, во взгляде читалась тревога.       — Я Таван, — надменно отворачивается тот, — и вы ничего мне не сделаете. Семья Пита слишком бесхребетна, чтобы убить меня и противостоять отцу Вегаса.        Сомчай старался… честно пытался не засмеяться с чужих слов, но уже через несколько секунд его настрой подхватывали и остальные телохранители.        Гогот слышался на весь задний двор, из-за чего в лице напротив вмиг зачиталась неуверенность.       — Интересно, на сколько хватит такого хиляка стоит нам показать хотя бы одну из пыток семьи Сэнгтам… — Сомчай больно оттягивает чужие волосы назад. — И кстати, они все одобрены господином Питом, продемонстрировать? Ох, уверяю, тебе очень понравится.       — Меня этим не…       — Поверь, сломить, — хмыкает тот, продолжает: — Говори зачем ты здесь. Ты неумелый, явно не телохранитель побочной семьи. Так что здесь делает такая криворукая шваль?        Таван молчит. Сомчай уже хочет ударить его, как тот зажмурился, заговорил: — Я здесь из-за Вегаса.       — И? Продолжай раз уж начал… или тебе все-таки хочется посмотреть как пытают в «бесхребетной» семье?       — Его отец пообещал мне, что я получу крупную сумму денег и заключу брак с ним.       — И ты конечно же согласился, — Сомчай уже не скрывает веселья, — тупорылый, теперь мне еще больше хочется прикончить тебя. Не зря…       — Почему все не на рабочем месте?        Во двор выходит Вегас, по прибытию в особняк заметивший несколько пустых охраняемых точек. Сомчай с улыбкой поднимается на ноги, достает из пачки пару сигарет, предлагая вторую временному сожителю господина. Тот лишь обводит его хмурым взглядом.       — Да вот, перекличка, — после ответа Вегас все же принимает протянутую сигарету, — сволочье всякое ходит тут, истребляем.        Тот поворачивается к мученику, узнает танцора, которого пару раз развел на секс, но позже безразлично скользит по тому взглядом.       — Это он слил информацию, что Макао здесь живет?       — О, так вы в курсе, — одобрительно поджимает губы Сомчай, делает затяжку: — Раз уж у господина нет от секретов от вас, то и я не буду утаивать. Этот парнишка надеялся на вашу симпатию, ответите?        Вегас молчит, Таван внутренне давится возмущением.       — Эх, так я и думал, — он задумчиво увел взгляд, — это только в книжках в таких ситуациях выручают, а дальше любовь. Ну, не мне вам рассказывать, вы человек начитанный… Господин Вегас? Мне вас так называть теперь?       — Без разницы, — с сгорающей сигареты уже сыпется пепел, тот холодно интересуется: — Что с ним будет?        Кивает в сторону Тавана Вегас, игнорируя чужой молящий взгляд.       — Попытаем и домой отпустим, если, конечно, дорогу обратно вспомнит.        Парень перед ними побледнел.       — Не хотите принять участие? — предлагает Сомчай, замечая мрачное настроение собеседника.       — Воздержусь, — сдержанно отвечает тот, осматривает незадействованных в удержании Тавана телохранителей: — Нечего им здесь стоять уши развесив.       — Вы правы, — Сомчай поворачивается к остальным, громко произносит: — Все, кто прошел проверку могут идти, так же те, кто давно работают здесь тоже. Нечего мне здесь знакомые рожи разглядывать.       Все расходятся и остается лишь часть, из-за чего во дворе заметно стихло.       — Пит нехорошо себя чувствует, поэтому пригласите сюда врача, — произносит Вегас так, чтобы его слышал лишь Сомчай.       — Будет сделано, — кивает он, посматривает на Тавана: — Точно не хотите остаться на огонек?       — Нет, я нужен Питу.