Зло будет наказано (но это не точно)

Се Лянь был настолько обескуражен тем, сколько и кому он успел задолжать, едва вновь ступил на Небеса, что после разговора с Линвэнь совсем не замечал, что творилось вокруг. В груди разливалась призрачная боль при воспоминании о прошлом. Начнись теперь нападение демонов на Небесную Столицу, и то Се Лянь едва ли бы это сразу понял. Нападения, конечно, не ожидалось. Однако кое-что определенно происходило. По зданиям пробежала дрожь, послышался гул, все более и более нараставший. Когда воздух пошел рябью и столп света ослепительно вспыхнул, стало ясно: кто-то возносится. Впрочем, из задумчивости Се Ляня вывел отнюдь не колокол (благо на сей раз он – колокол, а не Его Высочество наследный принц – не имел возможности кого-либо пришибить). Да, колокол мог не утруждаться: новоявленный небожитель все сделал сам, рухнув на Се Ляня сразу после вознесения. - Прошу прощения! – в унисон воскликнули оба. А после реплики разделились. - Как, вы монах? – с непонятным разочарованием ахнула новенькая, оглядывая скромный наряд Его Высочества. - Вы не ушиблись, юная госпожа? – вежливо спросил Се Лянь. - Благодарю, теперь все в полном порядке, однако… Тут всех встречают монахи? Никогда не слышала о подобной традиции. Хотя логично, Небеса все-таки. Праведность, добродетели и все такое прочее, – девушка проворно вскочила на ноги и огляделась по сторонам. - Простите, должно быть, Совершенный Владыка Линвэнь задерживается, – Се Лянь по-своему истолковал ее недоумение. - Совершенный Владыка, – незнакомка заулыбалась. – Не сомневаюсь, столь выдающегося небожителя задержали важные дела. Ах, у владык всегда так много забот! Конечно, я подожду. Скажите, а Совершенный Владыка умен и хорош собой? - Да-да, – рассеянно подтвердил Се Лянь, не зная, чем он еще может помочь девушке. - Владыка Линвэнь всем распоряжается? – продолжила допытываться незнакомка. - Ох, боюсь, без Линвэнь Небеса бы просто пропали или оказались погребены под завалом официальных бумаг, – рассмеялся Се Лянь. - Какое мелодичное имя, Линвэнь, – протянула новенькая. – А я Юн Лин. - Имя этого Се Лянь, – поспешил представиться принц. – О, а вот и Линвэнь. Линвэнь, у нас новенькая! - Я рада за нее, – сдержанно ответила Богиня литературы, подходя к ним. - Как, это женщина? – Юн Лин захлопала глазами. – Даочжан, эта женщина носит имя, как у Совершенного Владыки? Странно. - Это и есть Совершенный Владыка Линвэнь, – доброжелательно уверил девушку Се Лянь. - Но как же… Вот незадача, – пробормотала Юн Лин. – О Небо, нелепица какая! - Кажется, вас что-то не устраивает? – прохладно заметила Линвэнь. - Послушайте, госпожа богиня, даочжан, это явно какая-то ошибка, – Юн Лин переводила взгляд от Линвэнь к Се Ляню и обратно, всем своим видом показывая, будто растеряна. – Вы настоящая женщина? – она едва не ткнула в Линвэнь пальцем. - От самого рождения, могу вас уверить, – поджала губы Линвэнь. - Вот, а он вообще монах, – Юн Лин махнула рукой в сторону Се Ляня. – Но это же полная катастрофа! Ни один из вас не может являться моим избранником, суженым, предназначенным мне самой судьбой. Небожители переглянулись. - Простите мое любопытство, юная госпожа, вы знаете, каким должен быть ваш избранник? – после затянувшейся паузы спросил Се Лянь. - Ну разумеется! – закатила глаза новенькая и напела: - Словно солнце он один, Самый лучший из мужчин. Он возьмет меня с собой, И буду я его женой. Он теплом наполнит дом, Он как солнце будет в нем. Навсегда он будет мой… - Достаточно, прошу далее не углубляться, мы поняли, – поморщилась Богиня литературы. – По счастью, это не один из нас. Се Лянь кивнул и тут же покраснел от неловкости. Выходило, будто он радовался, что бедняжка Юн Лин не встретила свое счастье. - Уж конечно, это не вы, – ничуть не смутившись, ответила Юн Лин. – Вероятно, я слишком тороплю события. Вообразила, что на Небесах дается все сразу, ха-ха. Конечно, мой избранник ждет меня, это испытание – узнать его. Скажите, пожалуйста, когда у вас намечается междусобойчик? - Простите? – не понял ее мысль наследный принц. Линвэнь неодобрительно посмотрела на новенькую и промолчала. - Вы же тут собираетесь на вечеринки, чтобы не скучать? Как это правильно называть: рауты, балы, э-э, ассамблеи? Какая форма одежды предпочтительна? Я успею подобрать новый наряд, достойный богини? Я ведь теперь богиня, верно? Я обязана соответствовать, – выпалила на одном дыхании Юн Лин. - Позвольте полюбопытствовать, юная госпожа, откуда у вас найдутся средства на новый наряд? – сказала Линвэнь. - Эм, ну, – девушка запнулась. – Он появится сам, когда я сформулирую, чего желаю? Мы же боги, мы должны творить чудеса. - Некоторые из нас творят настоящие чудеса в большей или меньшей степени, – усмехнулась Линвэнь. – Однако ваши личные нужды должны быть оплачены соответствующим количеством добродетелей. - О, у вас тут тоже в ходу деньги? Как я могу заработать? – живо заинтересовалась Юн Лин. - Ваши верующие обеспечивают вам силу и поступающие добродетели. - Мои верующие? А откуда они возьмутся, госпожа? Как они узнают обо мне? - Вы же теперь богиня, – фыркнула Линвэнь. – У вас должен появиться храм, а лучше не один, монастыри, статуи, талисманы… Юн Лин ошарашенно выслушала, откуда у небожителей берется могущество. Се Лянь ей посочувствовал: никому не известная девушка оказалась практически в том же положении, что и он. Хотя ей, разумеется, тяжелее. Это он который век собирает мусор и скитается по миру в скромном облачении. Юн Лин, вероятно, только-только завершила свою короткую человеческую жизнь, проведенную в полном довольстве, не особо беспокоясь, откуда берутся наряды и украшения. - Что же мне теперь делать? – надула губы Юн Лин. – Получается, у меня осталось одно-единственное платье, одна пара обуви… Ой! Даже запасной нижней одежды нет. А где я буду жить? - Небесный Император может пожаловать вам дворец, – проинформировала Линвэнь. - Что же вы раньше не сказали, госпожа? Пойдемте скорее к Императору! Пусть даст мне дворец, а то, в самом деле, неприлично богине без дворца. Он ведь не жадный, да? Может быть, он подарит мне хотя бы десяток платьев? Надо ведь с чего-то начинать. Кстати, он красивый? Не очень старый? А императрица у него есть? – затараторила Юн Лин. - К сожалению, Император сейчас в отъезде и сильно занят, чтобы беспокоить его из-за пустяков, – невозмутимо проговорила Линвэнь. - Какие же это пустяки? Я что, на улице жить должна или под мостом? – взвизгнула Юн Лин. - Пойдемте со мной, юная госпожа, – Линвэнь вздохнула. – Посмотрим, как вас устроить и чем бы вы могли быть полезной. - Да, давайте сразу определимся со сферой моей деятельности, – важно кивнула Юн Лин. – Я могу быть покровительницей влюбленных, это так трогательно, и обращений точно будет много. Я меньше чем за неделю накоплю на одежду! - Сожалею, влюбленные уже который век возносят молитвы Генералу Мингуану. Разве вы сами не знаете? - Я… Ну, он же военный, – протянула Юн Лин. – И вообще, он мужчина! Разве он может понять, когда страдают несчастные влюбленные девушки? - О, я вас уверяю, старина Пэй отлично понимает в страданиях девушек, – усмехнулась Линвэнь. - Тогда, хм, я могу взять на себя удачу! - Боюсь, будет трудно подобрать вам подходящую нишу. Удачей в торговых делах и богатстве ведает Его Превосходительство Повелитель Воды, удачей в любви – все тот же Генерал Мингуан. Военную удачу несут сразу несколько богов войны, ну а удачу в несерьезных делах стоит просить у Повелителя Ветра, – просветила Линвэнь. - Ох, как с вами непросто, – посетовала Юн Лин. – Ладно, так и быть, возьму на себя неудачу. - Мне крайне неловко разочаровывать юную госпожу, – Се Лянь был вынужден вмешаться, – к моему глубочайшему сожалению, неудачу частенько соотносят со мной. Впрочем, я убежден, что неудача – это совсем не то, к чему стоит стремиться милой юной госпоже. - Получается, все места уже заняты? Мне теперь придется все время ходить в одной одежде? – Юн Лин сморгнула слезу. - Для каждого имеется достойное его способностей место, – сухо проговорила Линвэнь. – Успокойтесь и пойдемте со мной. Мы определим, чем вы будете заниматься. Се Лянь в который раз подумал, что быть сборщиком мусора куда более выгодно, чем небожителем. Впрочем, едва ли новенькая могла с ним согласиться. Поэтому, вежливо попрощавшись с дамами, он поспешил на Землю. Юн Лин шла следом за Линвэнь, мечтая о зеркале, горячей ванне, чашке чая и новом платье. Ее судьба сделала очередной кульбит, и вот он, дивный новый мир. Мастер Шэнь Цинцю, где бы он ныне не пребывал, был все-таки великим старейшиной и превосходным заклинателем. Признаться, Юн Лин успела проститься с жизнью, увидев на пороге камеры разгневанного Ло Бинхэ. А уж когда демон принялся ее душить, надежда угасла вместе с сознанием. Однако в итоге все вышло более чем удачно. Она попала на Небеса, совершила мягкую посадку на какого-то монаха, а богиня-администратор, пусть и не была особо рада новенькой, пообещала подобрать Юн Лин должность. Интересно, Пэй Су здесь? Было бы неплохо продолжить знакомство. Парнишка, конечно, прокачанный бог, так и Юн Лин вроде как богиня. Пожалуй, на первых порах стоит продолжать строить из себя недалекую барышню. Юн Лин решила придерживаться рабочей версии, что после разрушения школы целителей она попала во дворец ужасного демона, но не сдалась, вела праведную жизнь, помогала страждущим (что было сущей правдой) и мечтала встретить настоящую «любовную любовь». Юн Лин верила, что если в земной юдоли на ее голову сыплются страдания, то на Небесах все будет иначе. Стойкость Юн Лин непременно оценят по достоинству, а принцы выстроятся в очередь, чтобы выразить восхищение столь добродетельной девой. И вот она мученически погибла, очнулась на Небесах… Ау, принцы! Все сюда! А если вы задержитесь в дороге, то новая небожительница сама выйдет вас искать. Кто не спрятался, она не виновата. «Не стать ли богиней доброго поиска? Хотя нет, леди-детектив – это чересчур прогрессивно для Древнего мира, – подумала Юн Лин. – Запихнут меня на низкую должность, как пить дать. Но это не беда. Я буду веселая, я буду работящая, как в сказке. А все оригинальные сказки, как известно, та еще жуть». Дворец Верховного Бога литературы являл собой крайне пыльное, захламленное тысячами свитков место. Все отчеты и донесения небожителей вначале оказывались на рабочем столе Линвэнь, а после рассосредотачивались на вечное хранение, норовя занять всю площадь целиком. В зале давно не собирали праздничные застолья – там вились лишь узенькие тропки между высокими горами отчетов. В большинстве спален отдыхали все те же отчеты, а внутренний двор с крытым садом находились в катастрофическом положении. Десятки небожителей лавировали между норовившими обрушиться грудами информации, добавляя новые поступления. Юн Лин тут же задалась вопросом, возможно ли умереть после вознесения. Перспектива ускользнуть от демона, чтобы быть погребенной под шуршащим курганом, ее не прельщала. Поэтому на вопрос Линвэнь о грамотности Юн Лин прощебетала: - Бедный покойный учитель доверял этой ученице копировать надписи на пузырьках с лекарствами. Но я не использовала все буквы. Зачем? Учитель говорил, что от письма и чтения бывают сильные головные боли. И потом, разве можно допустить женщин в библиотеки? Не в обиду, конечно, будет сказано Вашей Милости. Однако вы ведь превращаетесь в нормального повелителя, мужчину? Кстати, это не больно? А боги-мужчины превращаются в женщин? Надеюсь, не все небожители занимаются таким странным делом. Я бы не хотела получить жениха, который может запросто стать чьей-нибудь невестой. Это обидно. Линвэнь поморщилась. Новенькая ей совершенно не нравилась, и Богиня литературы не скрывала своего отношения. Но Юн Лин все было нипочем. Она выхватывала казавшиеся более новыми свитки, читала отдельные слова и вслух строила предположения, о чем говорилось в тексте. Девушка трещала без умолку, желая разузнать про всех-всех-всех перспективных небесных женихов, а когда умолкала, то немедленно начинала чихать, а потом долго и упорно извинялась за слабое здоровье. Упирая на авторитет «бедного покойного учителя», Юн Лин предложила хорошенько проветрить дворец, принести больше светильников, а все старые свитки выбросить, ведь это источник пыли. Узнав о наличии духовной сети общения, Юн Лин пришла в полный восторг и поинтересовалась, почему новости нельзя хранить в виде двигающихся картинок и записей голосов чиновников. Зачем вообще эти никчемные груды, отравляющие здоровье Совершенного Повелителя Литературы? Все перевести в голосовые сообщения и выложить в духовную сеть. А вредоносные свитки спалить на празднике Середины осени в честь победителя соревнования по количеству полученных от почитателей фонарей. - Это будет знаменательное начало новой эпохи, – вдохновенно вещала Юн Лин. – Больше ни у кого не будет болеть голова, глаза и легкие будут в совершенном порядке. Только вообразите! Никаких чернил, мозолей на пальцах и болей в спине. Вы такая красивая, но такая бледная, госпожа. Вас нужно освободить от этой жуткой кабалы. Ах, литература – это очень опасное занятие. Как насчет музыки? Можно записывать песенки и выкладывать их в духовную сеть. Мы с учителем обожали вместе музицировать. Хотите, я вам спою? На исходе первого дня Линвэнь выставила новенькую за порог, пояснив, что не желает губить и без того хрупкое здоровье бедной жертвы демона. Тем более, что некому проследить за выполнением очень-очень важного поручения, которое исполняет принц. - Правда, принц? – ахнула Юн Лин, молитвенно складывая руки и пожирая Линвэнь преданным взглядом. - Самый настоящий наследный принц, – кивнула богиня литературы. – Правда, его королевство давно поглотили пески времени… - Ничего страшного госпожа, мы ведь небожители! Откопаем! Сначала спасем вас от нашествия свитков, а потом поможем бедняжечке принцу отрыть свое королевство. Вы говорили, у Повелителя Земли имеется чудесная лопата? - Все так, юная госпожа. Но сейчас надо помочь принцу исполнить его миссию в Срединном мире. Пропадают юные невесты. - Ой, а я там не пропаду? - Что вы, ни в коем случае. Вас защитят два божества войны. Они также идут на подмогу принцу, – успокоительно проговорила Линвэнь. - А они симпатичные? У них есть королевства или хотя бы дворцы? – живо переключилась Юн Лин. - Почему бы вам не познакомиться с ними поближе? – Линвэнь с улыбкой уклонилась от ответа. - Да-да, разумеется. Благодарю великую госпожу за участие в моей судьбе. Учитель был прав, добродетель всегда получает награду на Небесах, – Юн Лин одарила «покровительницу» лучезарным взглядом и поспешила на поиск жертв. То есть божеств войны. Ведь разве может бог войны стать жертвой? Ни в коем случае. Жертва здесь была только одна, и Юн Лин настроилась никому не уступать эту выгодную позицию. По крайней мере, до обретения настоящего покровителя. Оказавшись на Земле, Юн Лин не стала спешить с поисками команды принца. Для начала она зашла в крупный город, помоталась по храмам, базару, послушала сплетни и новости, а после зашла в святилище обоих Пэев и вознесла каждому генералу искреннюю благодарственную хвалу. В этом мире никто не слышал о Бездне. Тут не было нашествия «императора» Ло Бинхэ на школы заклинателей. Демоны, конечно, имелись, шакалили в мире людей, чинили козни небожителям, но не настолько масштабно. Последняя крупная неприятность заключалась в том, что какой-то Собиратель цветов вызвал небожителей не то на литературный, не то на фехтовальный поединок и выиграл. Не собрал армию темных тварей, чтобы спалить Небесный Город, не использовал побежденных небожителей для пополнения гарема, даже их бывших почитателей на шашлык не порубил. И этого демона местные называли Великим бедствием! Отличный мир. Юн Лин точно стоило приложить усилия, чтобы тут задержаться. До горы Юйцзюнь, на которой пропадали девушки-невесты, Юн Лин добралась в превосходном расположении духа. От хозяина постоялого двора она узнала, что процессия «охотников на привидений» уже оправилась ловить губителя на живца. Вроде как пришел сюда монах, его обрядили в алый наряд, накрасили и закинули в паланкин. Вдруг похититель невест настолько глуп, что купится на селезня вместо утки. Жаль, никакого принца поблизости не шаталось, а вот два молодых воина действительно присоединились к охоте. Юн Лин поблагодарила аборигена за полученные сведения и двинулась догонять процессию под завывания деревенской дурочки, что это смертельно опасное предприятие и молодая госпожа, как и добрый даочжан, рискует не вернуться обратно. - Знала бы ты, откуда эта госпожа уже вернулась, – самодовольно фыркнула Юн Лин. – Живете тут, как на курорте. Подумаешь, нескольких невест не досчитались. Может, девчонки сами убежали. Или вас дурят разбойники, чтобы неповадно было соваться в их логово. - Там смерть, лютая смерть, молодая госпожа, – надрывалась дурочка. - Ты знаешь это наверняка? Сама видела? Или, может, соучастница? Помогаешь сдирать наряды с трупов на досуге? Прибыльное дельце, я понимаю, – вредно прищурилась Юн Лин. Деваха в страхе отшатнулась. Так-то. Нечего мешаться и спорить с небожительницей! Юн Лин держала курс на старый храм Генерала Мингуана. Даже если она не найдет остальных, так хоть лишний раз поклонится патрону Пэя-младшего. Глядишь, впрок зачтется. А когда Юн Лин разживется добродетелями (или человеческими деньгами), то непременно зажжет и спустит на воду фонарики. Пусть кто-то из Пэев выиграет. Все-таки ей сильно подфартило с Благословением небожителей. Не то стала бы демоном, сидела в развалинах да локти грызла в тоске. Жалкое существование! Задумавшись, Юн Лин упустила из виду, что дорога сузилась до тропы, а лес стал гуще. Сверху что-то закапало. Дождь? Как некстати! Юн Лин машинально стерла со лба каплю, отметив, что для воды та больно густая. И темная. И пахнет железом. Под ногами хлюпнуло, и вот это точно была не вода. Неприятно, но факт: деревенская дурочка оказалась права. Это, без преувеличения, выглядело гиблым местечком. Но не для небожителей, не так ли? Ветки деревьев скрипнули, подвешенные тела качнулись. В горле булькнуло, и руки сами взметнулись вверх, зажимая рот. Не оставлять следов, не проявлять свое присутствие. Сделать шаг с дороги в кусты, стараясь не наткнуться макушкой на подвесы. Шаг, другой, третий, четвертый… Где-то на пятидесятом стало легче. Мелькнула мысль, раз кровь с тел исправно капает и не свернулась, то массовое убийство было совершено относительно недавно. Следовательно, исполнитель не мог далеко уйти. Логично? Логично. По законам жанра в ночном лесу душегуб обязан наткнуться на праздношатающуюся деву. То есть на Юн Лин. Когда на тропу выступила темная фигура, Юн Лин не заорала. Только вздрогнула. Отступать дальше в заросли было поздно. Предположительный маньяк взмахнул рукой, и над его ладонью вспыхнул потусторонний зеленый огонь. Подсветка придавала зловещий колорит, но и без нее незнакомец казался довольно экстравагантным. Однако нападать не спешил. Юн Лин с удивлением отметила длинные, спутанные, давно не мытые волосы, одежду наподобие пары ханьфу, надетых одно поверх другого, грязные босые ноги и заостренные уши. Бинго! В этом мире водятся эльфы. Смущали только острые зубы и длинный язык, мелькнувший, когда незнакомец ощерился. Впрочем, кто их вообще знает, этих эльфов. Дивный народец они, говорят. Учитывая, что, по сравнению с людьми, эльфы обладают повышенной силой и выносливостью, не исключено, что именно этот эльф развесил выпотрошенных людей на деревьях. Хотя может, он просто так радикально боролся за экологию. А что, вполне себе версия: эльфы вроде как повернуты на рощах, лесах и прочих природных объектах. Если люди переборщили с порубкой, дела могли обернуться скверно. Скверно для людей. Эльфы на своей территории, впрочем, как и на чужой, с людьми не церемонились. - Так-так, кто же это столь неблагоразумно предается одиночным прогулкам? – Голос у эльфа был спокойным и мелодичным, что резко дисгармонировало с его обликом. - Ничтожная служанка дворца Бога литературы приветствует перворожденного, э-э, лучезарного, – Юн Лин покосилась на призрачный огонек, – мудрого эльфа, несущего свет и красоту, скользящего по тропам ветра и сна. Прошу принять этот скромный дар и даровать помощь во тьме. Юн Лин с поклоном протянула эльфу веер, выцыганенный «на дорожку» у клерка из дворца Линвэнь. Эльф принял подарок, раскрыл веер, обмахнулся и знакомым жестом прикрыл лицо. - Эта ученица по-прежнему отличается безрассудством, – пожурил Юн Лин «эльф». – Что она забыла в полном опасностей лесу? - Принца и парочку богов войны, – честно ответила Юн Лин. – А вам, я вижу, все так же идет зеленое… почтенный мастер Шэнь Цинцю?