Зло будет наказано (но это не точно)

Лан Цяньцю оказался очередным богом войны. Весьма прямолинейным, если не сказать, простоватым. А ведь, казалось, сама судьба давала молодому человеку шанс превзойти Генерала Мингуана или хотя бы Пэй Су. Как Се Лянь, Лан Цаньцю происходил из императорской фамилии, но в монастырь и не думал подаваться. Юный принц должен был иметь лучших наставников и получить опыт манипулирования придворными, а также наглядное представление о борьбе партий при дворе, людском коварстве и разврате. Плюс сам титул бога войны, по мнению Юн Лин, как бы намекал, что его обладатель знает толк в разных способах ведения сражения, как в самом процессе, так и в неизбежных последствиях оного. Бог Войны, краснеющий при виде даже не вполне раздетой женщины, – это нечто! Он бы еще признался, что боится крови и вообще за мир во всем Древнем мире, ха-ха. Пока Ши Цинсюань деловито тянул их в резиденцию Собирателя цветов, Юн Лин прикалывалась над принцем. Она непринужденно интересовалась, сколько битв тот выиграл при жизни, как поступал с поверженными врагами, какие пытки предпочитал и как много живых трофеев пополнило его гарем. - Ах, война – это такое прибыльное дело, при условии, что вы побеждаете, конечно, – трещала Юн Лин. – Великий предок моего жениха, почтенный Генерал Мингуан, мог укротить любую битву, как и любую женщину. Однако ему пришлось приложить усилия, верно? Но вы-то совсем иной, Ваше Высочество. Вы же самый настоящий принц! С рождения у вас было все самое хорошее, но вы предпочли искать лучшее на полях сражений. Ух, сколько народу, наверное, убили по вашим приказам! Если обычный солдат для населения враждебной страны – убийца, то военачальник – просто суперубийца, почти демон. Неужели никто не решился отомстить? В ваше время люди были настолько малодушны, что никто из побежденных не переродился в свирепого призрака? Или вы внушали такой трепет и почтение, что они понимали, что ваш триумф предрешен Небесами? - Что за вздор вы несете? Зачем называете меня убийцей? – сквозь зубы проговорил Лан Цяньцю. - Ваше Превосходительство, они тут все такие? Боги войны, я имею в виду, – Юн Лин ухмыльнулась про себя. – Кроме Небесного Владыки, Старшего и Младшего Генералов Пэев, остальные не тянут на великих полководцев. Поговаривают, Генерал Сюаньчжэнь при жизни был слугой принца своей страны и преуспел более в чистке одежды, чем в ведении битв. Генерал Наньян в юности служил телохранителем, но, согласитесь, охранять одного-единственного хозяина – это совсем не то, что преуспеть на поле битвы, где противников уйма, или вообще командовать целой армией. Генерал Тайхуа отчего-то негодует на мои расспросы, ровно так же, как Генералы Сюаньчжэнь и Наньян. Меж тем Генерал Мингуан всегда очень интересно рассказывает о своих битвах. Представляете, он помнит план каждой кампании и может нарисовать карту боевых действий. Вот это действительно непревзойденный Бог Войны! - Необязательно при жизни быть великим полководцем, чтобы стать богом войны, – улыбнулся Ши Цинсюань. - Хм, это странно, вам так не кажется? Все равно, что назначить глухого богом музыки. Конечно, мы небожители, у нас в запасе изрядный кусок вечности, но все же. - Тут учитывается более склонность духа, чем образование, – заметил Ши Цинсюань. - А если духовный путь меняется, тогда, выходит, область божественного покровительства тоже должна измениться, как у Его Высочества наследного принца? – с наивным видом спросила Юн Лин. - Ничего у меня не менялось! – выпалил Лан Цяньцю. - Никто уже не говорит о вас, – Юн Лин сморщила нос. - Вполне возможно, – кивнул Ши Цинсюань. - Вот и я так думаю. Мы же были людьми, а люди – великолепный пример изменчивости. Но, значит, на темной стороне дела обстоят точно так же? Демоны тоже способны на большие перемены? - Твари, выбравшие тьму и зло? – вскинул бровь Лан Цаньцю. – С чего им меняться? Им нравится их отвратительная стезя. Посмотрите вокруг, барышня, жители и гости Призрачного Города в полном восторге от своих мерзопакостных развлечений. Или вы полагаете, что кто-то, подобный Собирателю цветов или Зеленому Фонарю, однажды оставит свои злодейства и решит податься в странствующие философы? Это наивность или попросту глупость. - Прошу, не надо ссориться, – попросил Ши Цинсюань. - Но эта женщина несет ерунду, – настаивал Лан Цаньцю. - О, хорошо, поговорим не о ерунде. Итак, как много великих битв вы, Ваше Высочество, выиграли и сколько королевств повергли в прах, говорите? – хихикнула Юн Лин. - Довольно! Эту женщину Владыка с нами не посылал. Пусть оставит нас и идет своей дорогой, – раздраженно бросил Лан Цаньцю. - В Призрачном Городе это может быть опасно, – заволновался Ши Цинсюань. - Эта барышня так трогательно верит в его обитателей! Пусть поищет себе собеседников среди них, а у нас есть поручение от Императора, которое, к слову, ее совсем не касается. - Отлично! Мне тоже ни к чему такой собеседник. Небось, этого принца взяли на Небеса только за происхождение и стать, а в настоящем сражении мало-мальски опытный военный разделает его, как бог черепаху. Юн Лин отвернулась от пылающего гневом Лан Цяньцю и быстро зашагала в противоположном направлении, игнорируя встревоженные призывы Ши Цинсюаня не разделяться в городе демонов. Раз уж не вышло остаться незамеченной, впоследствии можно будет снова представиться жертвой. Мол, по неопытности она попала в опасное незнакомое место, встретила там бога войны, думала, он поможет, а он… «Ты окажешься посреди кошмара», – вновь активизировался Пустослов. - Послушай, я не знаю, кто ты и почему я вообще тебя слышу, но с грамматикой у тебя явные нелады. Ты постоянно путаешь настоящее и прошедшее время, – попеняла духовному паразиту Юн Лин. «Самоуверенность будет разрушена», – прошипел Пустослов из темноты проулка. - А, понятно, ты не настоящий, как эти вон демоны, а что-то типа чат-бота, – осенило Юн Лин. – Программа дурных пожеланий. Но тогда почему тебя испугался Повелитель Ветров? «Вы будете повержены, все вы, как некогда – жертвы ваших преступлений», – откликнулся Пустослов. - Вау, а это прямо в точку! – восхитилась Юн Лин. – Совсем забыла о преступлениях, спасибо, друг. Жаль, ты явно не девочка, Алисой или Сири тебя не назовешь. Решено, будешь Гуглом. О'кей, Гугл, как мне найти дорогу на Небеса? «Небеса закрыты для нечестивцев», – проскрипел Пустослов. - Маршрут перестроен, я поняла. Ладно, Гугл, давай тогда так: проложи путь до резиденции Ци Жуна. Кто-то обещал мне кошмар, или я ослышалась? «Безрассудные найдут свою страшную погибель», – ответил Пустослов. - Да-да, именно так, погибель. Даже Собиратель цветов признал, что ужаснее Ци Жуна никого нет. Ну, долго мне еще стоять и ожидать перехода в самое кошмарное место? Грузись уже давай, пока макияж вконец не растекся. Юн Лин показалось, будто кто-то невидимый ее схватил, а потом мощным толчком выпихнул совершенно в другом месте. Прямо трансгрессия, а не пинок. - Спасибо, Пустослов, – поблагодарила Юн Лин, но не-Гугл отчего-то промолчал. То ли отклеился при переносе, то ли пошел испытывать на прочность следующую жертву. Что до Юн Лин, то она вновь очутилась посреди темного леса, в самой чаще которого светился зеленый призрачный огонь. Вокруг деловито сновали мелкие демоны и призраки низкого ранга, причитая про жестокого хозяина. Парочка духов от огорчения пролетела сквозь Юн Лин и даже этого не заметила. Кто-то выл, что господин стал более жестоким после пленения Генерала Сюань Цзы, а его требовательность буквально взметнулась до небес. - Смотрите! – один из призраков наконец обратил внимание на Юн Лин. – Тут женщина. Эй, девка, хозяину больше не требуется мясо, можешь убираться отсюда. - Идиот, мы сожрем ее сами! – прогнусавил другой из темноты. - Вы оба болваны! – вмешался третий. – У нее нежная кожа и приятный запах. Нашему Князю надоели грязные оборванцы, а такую крошку он точно съест. - А если не съест, тогда мы сами сожрем ее, – жизнерадостно заключил четвертый, и повеселевшие демонята поволокли Юн Лин к источнику зеленого света. Как смогла разглядеть в призрачном освещении Юн Лин, лес подступал к горам, а в горах имелись пещеры. Вероятно, одна из пещер раньше служила людям часовней: зеленые вспышки то и дело выхватывали из мрака обломки статуй. Но люди давно забросили это место, и в пещерах поселись темные твари. Так, из другой пещеры валил дым и слышались вопли демонов, стенающих о том, что их Князю невозможно угодить с едой. Человеческие останки были навалены, будто мусор, и демоны сосредоточенно подносили еще и еще, а иные обкладывали смердящую груду дровами, намереваясь поджечь. Из глубины темной расселины раздавались причитания людей, умолявших отпустить их домой. Некоторые предлагали своим тюремщикам выкуп. Один мужчина дошел до того, что умолял демона-охранника съесть его сынишку вместо него самого, чтобы семья не осталась без кормильца. Другой обещал, если его отпустят, взамен себя прислать дочь. Женщина пыталась убедить стражника, что она тоща, костлява и больна, зато ее свекровь здорова и тучна. Она охотно проводит демонов в свою деревню, чтобы те забрали свекровку, а заодно, чтобы не беспокоиться второй раз, могут и муженька прихватить. Юн Лин хотела было задержаться и послушать, чем кончится дело у предприимчивой бабенки, но ее конвоиры заворчали и принялись подгонять, мол, хозяин и без того не в духах, если дольше поголодает, глядишь, от злости их самих загрызет. - Я думала, демоны несъедобные, – только и смогла ответить Юн Лин. - Глупая женщина! Скажи это Князю Черноводу, – расхохотались демоны. – Тот способен не то что демона – небожителя сожрать. - Эй, вы четверо, заберите мальца, – тюремный охранник протянул ее «провожатым» мешок, в котором кто-то отчаянно извивался. - Маленький поросеночек, – захихикал один из конвоиров Юн Лин. – У нашего Князя будет обед из двух блюд. - Всего лишь из двух блюд?! Ох, не сносить нам голов! – горестно отозвались с кухни. – А чай вы притащили, бездельники? Хозяин приказал доставить лучшего чая. - Откуда? Заварите траву, – предложил наиболее сообразительный демон, который предложил принести Юн Лин «на пробу». - Вот Князь тебя потом как траву и почикает. Видал, как он теперь машет саблей? - Мечом! Князь завел себе меч! - Да хоть топор. За такой чаек он тебя лично на щепки порубит. Из мешка донесся горестный вопль. - Грязные отродья, ваши языки не помещаются в пасти, что вы ими так бойко треплете? Если языки вам мешают, этот старик возьмет на себя труд их укоротить, – раздался недовольный голос. Из самой большой пещеры, откуда лился зеленый свет, медленно вышел Шэнь Цинцю. Демоны в страхе умолкли, а иные бухнулись на землю мордами вниз. - Эта барышня приветствует Его Высочество, – поклонилась Юн Лин. - Лучше бы ей приветствовать искру благоразумия в собственной голове. Но увы, судя по тому, где она оказалась, безрассудство по-прежнему имеет над этой барышней полную власть, – поморщился Шэнь Цинцю и брезгливо пнул извивающийся мешок. – Что за дрянь вы принесли, мерзавцы? - Там человеческий ребенок, – икнув от испуга, доложил один из пленителей Юн Лин. - Тебе без надобности не только язык, но и уши, как теперь ясно видится Князю. О чем просил этот несчастный? О чае. Обычном человеческом чае. Что он получил? Безголовую барышню и ребенка в придачу. Кто из них похож на чай, негодяи? Вы вообще чай когда-нибудь видели, скоты? Убирайтесь и не смейте возвращаться без чая, иначе в следующий раз вместо чайных листьев этот старик заварит вас. Бойкую четверку демонов как ветром сдуло. - Сердце этой полно сочувствия, – участливо проговорила Юн Лин. – Если бы вы только намекнули, Ваше Высочество, в каком бедственном положении находитесь, эта барышня принесла бы вам лучшего чая с Небес. - Пусть барышня заварит его на Небесах, – махнул веером Шэнь Цинцю и прибавил. – Да развяжите уже мешок. Этот ребенок завывает хуже демонов. Юн Лин оглянулась в поисках подданных Ци Жуна, но никого не обнаружила поблизости. Со вздохом она присела и принялась распутывать узел грязной веревки. Мешок завертелся интенсивней. - Малыш? О, погоди, эта барышня тебе поможет, – проговорила Юн Лин. Мешок продолжил егозить. - Ну, хватит. Прекрати, тебе говорят, иначе всю ночь проваландаемся, – попросила ребенка Юн Лин. Мешок попытался уползти от нее, так что Юн Лин едва не упустила его в полумраке. - Да погоди ты, дурашка, – пропыхтела девушка. Шэнь Цинцю молча подобрал палку и пару раз несильно огрел мешок. Мешок вздрогнул и замер. - Меньше слов, – бросил Шэнь Цинцю. – Или она в самом деле желает встретить рассвет в компании этого старика? - Ой, это приглашение? Сердце этой трепещет, – Юн Лин прижала руку к груди и захлопала ресницами. - Разумеется, нет. Зачем бы ему сдалась настолько безрукая компания? – беззлобно фыркнул Шэнь Цинцю. - Вот кто бы о чем говорил, а висельник о веревке промолчал, – буркнула Юн Лин, возвращаясь к присмиревшему мешку. Без лишних помех веревка поддалась, и вскоре из мешка показалась растрепанная голова мальчишки лет шести. - Скажи ему, пусть убирается отсюда, пока цел, – распорядился Шэнь Цинцю. - Малыш, ты слышал? Князь демонов тебя отпускает. Ты свободен. Беги скорее домой, – Юн Лин ободряюще улыбнулась ребенку. - Князь демонов? – ребенок проворно вскочил на ноги и недоверчиво уставился на Шэнь Цинцю. - Свирепый и ужасный принц Ци Жун Зеленый Фонарь, – представила Шэнь Цинцю Юн Лин. – Прочие Князья демонов признают, что не дотягивают до его запредельного уровня. - Пустая болтовня, – Шэнь Цинцю обмахнулся веером. - Он точно принц демонов? – пацан нахмурил брови. Казалось, Шэнь Цинцю и пальцем не пошевелил. Юн Лин вообще не уловила движения старейшины, а мальчик уже отлетел в темноту. - Теперь осталось проводить одну безголовую барышню, а потом пусть она ждет известий от этого старика, а сама более сюда не приходит, – сказал Шэнь Цинцю. - Постойте, – мальчишка снова вылез на свет. Шэнь Цинцю со вздохом заткнул веер за пояс и вновь взял палку. - Маленький болван не способен понять обращенной к нему речи? Пожалуй, стоит оказать благодеяние его семье и отправить его на кухню. - Вы не можете меня съесть! Я сам демон и император! – завопил мальчишка, на всякий случай отпрыгивая подальше. Юн Лин пораженно ахнула. - Вот как? Но мы видим перед собой лишь человеческого детеныша, грязного и невоспитанного, – прищурился Шэнь Цинцю. - Это происки моего коварного учителя! Он всячески пытался извести меня во время обучения и едва не убил, когда я принял свою силу. Потом, когда я стал императором и пленил его, этот змей сговорился с дворовой девкой, чтобы вытолкнуть меня из моего мира. А еще раньше они украли мой демонический меч! - Понятно, ты обычный безумец, – с притворным сочувствием проговорил Шэнь Цинцю. - Нет! Все было так на самом деле! – завопил ребенок. - Верно, этот Князь наслышан о том, что безумцы почитают собственный бред за истину. Но будь твой разум в порядке, даже детским умишком ты бы понял, что выдуманная тобой история не могла произойти наяву. Начать хотя бы с того, что в тебе не чувствуется ни толики демонической энергии, – усмехнулся Шэнь Цинцю. - Это потому, что злодей-учитель и его девка закинули меня в новое тело, – сверкнул глазами малец. - Глупый ребенок, закинуть куда-то Князя демонов – это не то же самое, что закинуть в мешок мальчишку, наподобие тебя. Этот предок не Император, так, обычный принц, но даже тысяча мужчин и женщин, будь они хоть самыми злобными и коварными среди людей, не способны сдвинуть его с места. - Но учитель и девка сначала отобрали мой меч! - Ха-ха-ха, – подхватила Юн Лин, отойдя от первоначального шока. – Да ты сказочник, малыш. Пленник и дворовая девка умыкнули демонический меч у Императора демонов. Чего только не придумают людишки! Еще скажи, они добрались до праха и развеяли его над морем. - При чем тут какой-то прах? У меня меч украли, – насупился мальчик. – Не могли же они его сжечь? Не могли! Меч не может сгореть. - Все ясно, ты – придумщик и понятия не имеешь о настоящих демонах, – важно проговорила Юн Лин. - Нет, я демон! Сильнейший демон своего мира! Меня зовут Ло Бинхэ! – проорал мальчик. - В таком случае не будем утруждать кухню, – Шэнь Цинцю достал меч. Юн Лин прикрыла глаза, не делая ни малейшей попытки удержать бывшего старейшину. - Ци Жун! – потрясенно ахнул голос из темноты, и на поляну перед пещерой выбежал Се Лянь. За ним неспешно шествовал Хуа Чен, зачем-то вновь приняв облик юноши Сань Лана. - Ваше Высочество, дражайший кузен, – не отводя клинка от шеи замершего мальчишки, проговорил Шэнь Цинцю. – К сожалению, этот Князь немного занят, чтобы приветствовать вас, как подобает. Ваше Высочество изволит подождать? - Что ты творишь? – прошептал Се Лянь. - Оказываю услугу нашему миру, да умножаются в оном порядок и добродетель. - Ты собираешься убить ребенка! – сверкнул глазами наследный принц. - А если он действительно будущий Император демонов? К чему нам еще одно Великое Бедствие? - Он всего лишь беспомощный несчастный ребенок, – Се Лянь взял мальчика за руку и потянул в сторону. Юн Лин вздохнула. - Ваше Высочество предлагает подождать, пока он вырастет в могущественного взрослого? – ядовито поинтересовался Шэнь Цинцю. - Я забираю его с собой, – Се Лянь покачал головой. - Вот еще! – Бинхэ попытался вырваться, но наследный принц держал его крепко. – Я не пойду с тобой! Ты монах, а это почти как заклинатель. Мой негодный учитель был заклинателем. Нет уж, снова я в эту ловушку не попадусь. Если такой добренький, прикажи своему родственничку вернуть меня обратно! - Ци Жун, откуда ты его украл? – спросил Се Лянь. - Его доставили вместе с отцом из деревни на побережье. - Вот туда и… - Ты что, не понял? Я не из этого мира! Зачем мне ваша зачуханная деревушка? – запротестовал мальчик. Шэнь Цинцю снова вздохнул. - Дражайший кузен может сам разобраться с доставкой этого наглеца куда-либо, раз отчего-то против укоротить его на голову. - Сань Лан, пожалуйста, если тебя это не затруднит, не мог бы ты помочь этому мальчику? – Се Лянь просительно взглянул на своего спутника. - Ребенок рассказал странную историю, – улыбка Собирателя цветов казалась особо пугающей в зеленоватом освещении. – Не так-то легко образовать проход между мирами, вдобавок не ошибиться с местом назначения. - Мой меч Синьмо запросто резал ткань пространства! – похвалился Бинхэ. – И учитель как-то исхитрился закинуть меня к вам. Просто здешние демоны – слабаки. - О, в самом деле? – скривил губы Хуа Чен. - Это же дураку ясно! Ладно, если вы не в состоянии отправить меня обратно, найдите эту подлую змею, моего учителя. Я здорово обработал негодяя в тюрьме, так что едва ли он сбежал далеко. Пусть он перенесет нас обратно, а уж дома… Я позабочусь о том, чтобы больше он таких фокусов не выделывал. Шэнь Цинцю фыркнул. - Едва ли мы найдем твоего учителя, – сказал Се Лянь. - Вы бесполезней даже тех негодных заклинателей, которых собственноручно убил этот владыка, – самодовольно провозгласил Бинхэ. - Ах, какая досада, – еле слышно протянул Шэнь Цинцю. – Остается надеяться, что в следующем мире демоны окажутся более привычными для тебя и окажут соответствующий прием. Шэнь Цинцю резко взмахнул веером, будто резал невидимую преграду. Ослепительно вспыхнул зеленый свет. - Ци Жун, нет! – Се Лянь опоздал буквально на несколько секунд. Этого времени Шэнь Цинцю хватило, чтобы вытолкнуть бывшего «императора» в образовавшийся проход. Однако сил для поддержания стабильности точки перехода у Зеленого Фонаря не доставало, так что ткань пространства моментально сомкнулась. - Как он мне надоел, – Шэнь Цинцю пошатнулся, его лицо стало еще бледней. – Лучше сдохнуть, чем терпеть это отродье поблизости. - Нет-нет, не надо, – вырвалось у Юн Лин. – Давайте эта барышня поделится духовными силами. Не знаю, как оно получится с демоном, – она метнула вопросительный взгляд в сторону невозмутимого Хуа Чена. - Делись, если не жалко, все равно сильно не поможет, – равнодушно отозвался Собиратель цветов. – Ци Жун теперь едва ли долго протянет. - Позвольте этой барышне помочь Вашему Высочеству, – Юн Лин поддержала Шэнь Цинцю, не давая ему осесть на землю. - Почему бы ей просто не дать умереть этому старику? Кажется, все только и ждут подобного чудесного события, – прошипел Шэнь Цинцю. - Но это несправедливо! Вы избавили этот мир от большой опасности. Вы дважды победили врага. Не сдавайтесь, мой принц, прошу вас, – Юн Лин всхлипнула. – Мы даже не успели попить чаю на новом месте. Шэнь Цинцю обессиленно закрыл глаза. - Нет, нет-нет-нет, – по щекам Юн Лин вовсю катились слезы. – Не надо, пожалуйста, не надо. - Поздно, – по-прежнему бесстрастно проговорил Хуа Чен. - Я не вполне понимаю твое горе, Юн Лин, – мягко начал Се Лянь, положив руку ей на плечо. – Ци Жун был моим двоюродным братом, так что я знал его с самого детства. Поверь, он еще тогда был не самым приятным и милым человеком. - Как и любой другой принц? – Юн Лин дернула плечом, сбрасывая его руку. – Но мне ведь не надо, чтобы он стал приятным. Пусть бы просто пожил! Почему я не настояла сразу провести ритуал? Уже пили бы чай на Небесах. Юн Лин медленно опустила неподвижное тело на землю. - Так вы двое в самом деле хотели произвести… известный ритуал? – прищурился Хуа Чен. - Сань Лан? - Признаюсь, гэгэ, я не поверил, когда мне донесли о планах Ци Жуна. Но эта барышня понимает, какой огромной беды она едва избежала? Переменить чужую судьбу – это ровно то же, что приобрести отсроченное проклятье, – сказал Хуа Чен. - Что толку теперь сотрясать воздух? – Юн Лин вытерла слезы рукавом. - Юн Лин, ты действительно собиралась так сильно рискнуть? Зачем? Разве твоя судьба не складывается благоприятно? Разве не случилось все так, как ты мечтала? Ты вознеслась на Небеса, вот-вот станешь супругой Младшего Генерала Пэя, – забеспокоился Се Лянь. Юн Лин опустила голову и закрыла лицо руками. Все так, все ровно так, как говорил Се Лянь и как она сама ранее полагала. Но все же, все же… - Сань Лан, посмотри, – голос Се Ляня прозвучал напряженно. - Каков шельмец! Эй, Юн Лин, погоди лить слезы, – Хуа Чен встряхнул застывшую в печали Юн Лин. – Открой-ка глаза. Что, видишь? - Нет, – честно ответила Юн Лин, потому как тело Шэнь Цинцю, которое минуту назад лежало перед ней, исчезло, как не бывало. - Как он мог сбежать? – удивился Се Лянь. – Неужели Ци Жуну хватило сил просочиться сквозь землю? - Если так, мы вскоре услышим о нем. Зеленый Фонарь не из любителей тихого существования, – хмыкнул Хуа Чен.