Зло будет наказано (но это не точно)

- А вы похожи, – Юн Лин со вздохом поднялась с земли и посмотрела на Се Ляня. – Пожалуй, Ваше Высочество можно легко спутать с Ци Жуном или наоборот. - К несчастью, – кивнул Се Лянь. - Да нет, почему? Это порода. Я имею в виду, если правящая династия более-менее задерживается на престоле, в роду появляются передающиеся из поколения в поколения родовые черты и болезни. - Это верно, у Ци Жуна с детства наблюдался непорядок в голове, – удрученно проговорил Се Лянь. Юн Лин хмыкнула. - Ты не согласна? – лениво протянул Хуа Чен. Он откуда-то достал деревянную неваляшку яркой аляповатой раскраски и теперь крутил ее в руках. - Когда я познакомилась с Ци Жуном, он, вероятно, уже преодолел наследие своей человеческой жизни, – Юн Лин отвела глаза в сторону. – Призраками и демонами люди становятся не просто так, верно? Это чтобы стать небожителем, якобы нужно особое предназначение. Смешно. Можно сто лет упражняться в добродетели и сгинуть, как простой обыватель. А можно сильно возненавидеть, пожелать мести или особенно удачно словить проклятье перед смертью – и пошло-поехало загробное существование. Но, допустим, изреченное проклятие исполнилось, месть совершилась. Демон восторжествовал над прижизненными врагами или обстоятельствами. Что тогда? - Многие исчезают, утратив причину своего существования, или окончательно сходят с ума, – заметил Хуа Чен. – А порой посторонние добираются до старого праха и развеивают его. - При всем моем уважении, Ваше Превосходительство, вы не можете быть одним-единственным уникумом демонического мира, – слабо улыбнулась Юн Лин. – Вам куча лет, вы доросли до звания Великого бедствия и Князя, однако не сошли с ума и не развеялись. - О, мне просто повезло, что мотив моего существования также не исчез, – Хуа Чен рассмеялся. - Значит, при более-менее долгоиграющем мотиве демон может изрядно протянуть. Наверняка не вы один смогли избрать долговременную мотивацию для демонического существования, – сделала вывод Юн Лин. – Мы не знаем причину демонизации Ци Жуна. - Мой кузен был увлечен идеей мести династии Юнань, сменившей королевскую семью Сяньлэ, – тихо проговорил Се Лянь. - Прошу прощения, Ваше Высочество, если сейчас я задену ваши чувства, но сколько династий вообще успело смениться на ваших бывших землях с тех давних времен? То, о чем вы говорите, случилось еще при человеческой жизни Ци Жуна. Чтобы разделаться с императорской семьей Юнани, демону не потребовалось бы особо много времени. Хорошо, делаем скидку, что сначала мстительному призраку надо набрать силу, превратиться в полноценного демона и так далее. Допустим, пару веков на все про все накинуть следует, но не больше. Мстит он людям, а не небожителям, любой демон уделает один род, пусть хоть сколько угодно венценосный, на раз-два. Что делать потом? - Сходить с ума, – бросил Хуа Чен. - Или, напротив, входить в разум, – Юн Лин пожала плечами. - Вообще-то, с местью Ци Жун дал промашку, – после непродолжительного молчания добавил Хуа Чен. – Один из небожителей как раз представитель династии Юнань, до которого Ци Жун и его подручный, князь Аньлэ, не смогли добраться. - Хм, – Юн Лин невольно усмехнулась. - Вас что-то развеселило в истории мести? – спросил Се Лянь. - Когда дело касается небожителей, большинство историй становятся веселыми. Без обид, я в курсе про ваши три вознесения и два низвержения, Ваше Высочество, но на фоне прочих вы вполне себе респектабельная личность. - Так-так, – прищурился Хуа Чен. - Сань Лан, что ты? – Се Лянь метнул на демона встревоженный взгляд. - Ой, правда, что вы сразу такой суровый, будто я вас за прах схватила? – Юн Лин округлила глаза. – Я ведь не в издевку, наоборот, я признаю, что на фоне прочих небожителей, Его Высочество вместе с Линвэнь, Императором и несколькими прочими небожителями, вроде Богини Дождя или Повелителя Вод, – вполне достойные как бы боги, а некоторые из них так и вовсе заняты полезными делами. Но прочие… Кстати, хотите фокус? - Фокус? Какой? – спросил Се Лянь. - Сейчас я на ваших глазах прозрею истину, – пафосно проговорила Юн Лин. – Готова поставить тысячу добродетелей, что принц Юнани ныне обретается на небесах в качестве одного из богов войны. - Это ты узнала во дворце Линвэнь? - Нет, это я узнала в ходе знакомств с богами войны. За исключением пары-тройки настоящих, то есть прижизненных военачальников, прочие вообще ни бум-бум в сражениях и борьбе. Поэтому кто еще, кроме бога войны, может оказаться тем неудачником, что не сумел прикончить одного-единственного мстительного демона за столько веков пребывания небожителем? - Для этого тот небожитель должен был знать, что именно Зеленый Фонарь сделал все, чтобы погубить его семью, – сказал Хуа Чен. - Точно, как это я упустила из виду, что с логикой дела у богов войны обстоят даже хуже, чем с войной, – закивала Юн Лин под смешки демона. – Дано: демон, получившийся из враждебной тебе династии, и мертвая семья. Вопрос: кто всех прикончил? - Ты опять плетешь вздор! – деревянная игрушка вырвалась из рук Хуа Чена, и перед Юн Лин предстал Генерал Тайхуа собственной вспыльчивой персоной. – Моих родных убил советник Фан Синь, когда они все собрались на Золотом Пиру! А под личиной советника Фан Синя скрывался этот лживый принц Сяньлэ! - Ага, вот и сам неудачник, выходит, я угадала, – обрадовалась Юн Лин. – Неудивительно, что Собиратель цветов легко уделал богов войны, которые по врожденному слабоумию приняли его вызов. Даже если принц Сяньлэ (прошу прощения у Вашего Высочества) некогда был лжецом, мечтавшим лишь о мести, ему попросту не надо было столько ждать. Мы-то, в отличие от призраков, мало что теряем, а более приобретаем при вознесении. Для новоявленного небожителя убить сто или тысячу людей – пустяк. А вот только-только сформировавшемуся призрачному огоньку такая опция недоступна. Если бы наследный принц Сяньлэ решил отомстить вашим родным, вы бы попросту не родились, Генерал Тайхуа! Подумайте об этом. - Небожителям запрещено так поступать, – надулся Лан Цяньцю. - Ха-ха-ха, первая удачная шутка от бога войны. Запрещено не значит невозможно. - Я сам видел, как советник убивает моего отца! – покраснел Лан Цяньцю. - А зачем он это сделал, вы не поинтересовались? Хотя бы уже после, когда вновь встретились на Небесах? Я бы точно спросила, какого рожна он столько ждал. Врагов надо убивать сразу, теперь я это точно знаю. - Я не сразу его узнал. Советник всегда носил маску, – выпалил Лан Цяньцю. - Тогда быстро поклонитесь в ноги Его Высочеству и поблагодарите за услугу, оказанную вашим бывшим подданным. Они ведь пребывали в жуткой опасности, подчиняясь безумному императору. - Что?! – Лан Цаньцю выхватил меч. - То! – Юн Лин поспешно юркнула за спину демона, рассудив, что Собиратель цветов наверняка справится с буяном. – В Юнани вообще головами думали или только на пирах в них ели? Приближенное к императору лицо годами таскает маску. То есть надел ее – и ты советник, снял ее – любой неизвестный человек. Таким образом, во дворец можно было хоть целое войско провести, никто бы не чухнулся. Сколько лет Фан Синь служил советником? Мог бы не трудиться, а порешить всех на первом году службы. - Он спас меня от разбойников, поэтому вошел в доверие, – Лан Цаньцю зло сверкнул глазами. - Это не мир, это Диснейленд, – Юн Лин закатила глаза. - Что это, по-твоему? – заинтересовался Хуа Чен. - Специальный парк, где собраны игры и сценки по мотивам сказок для детей, – максимально понятно пояснила Юн Лин. – Все, я возвращаюсь к Пэй Су и постараюсь стать ему хорошей женой. Я поняла свой урок. - О, какой же? – живо спросил демон. - Я была дурой, желая выйти замуж за местного принца. - Неожиданно, – сказал Се Лянь. – Но я должен заметить, что Пэй Су действительно имел отношение к пропаже тех людей в пустыне. - Это советник убил мою семью, – гнул свое Лан Цаньцю. - На-пле-вать, – пропела по слогам Юн Лин. – Погибнет императорская семья или простолюдины, что такого особенного? Люди мрут каждый день. Главное, что я жива, здорова и небожительница. А у кого какое хобби, меня не касается. - Удивительно, как эта женщина не стала демоном, – прошипел Лан Цаньцю. - С чего бы мне? Я не творила зла, не пылала жаждой мести и никого не проклинала. - Зато теперь ты якшаешься с демонами, как этот вероломный советник, – плюнул ядом Лан Цаньцю. - Потому что ныне мы имеем куда больше общего с демонами, чем с обычными людьми. - Мы праведные небожители! Хуа Чен расхохотался. - Хоть кто-то смеется, когда слышит подобное, – одобрила Юн Лин. – Мы всего-навсего бывшие люди, как и демоны, словчившиеся продолжить существование по иным законам. На самом деле, – она глубоко вздохнула и твердо закончила, глядя на обоих принцев. – На самом деле, мы даже не боги. Наше существование ограничено не менее, чем существование демонов. - Что за глупость, – сказал Лан Цаньцю. - Глупость – это считать себя истинным богом. Мы всего-навсего иначе получаем энергию, силу, если хотите. А по сути мы то же. - Я доложу об этой ереси Небесному Императору, – вскинулся Лан Цаньцю. - А я буду все отрицать, – хладнокровно ответила Юн Лин. – Смекай, кому скорее поверят: придурку, у которого при жизни по дворцу шатался неизвестный в маске, или будущей невестке Генерала Мингуана, ранее являвшейся добродетельной заклинательницей, пожертвовавшей собой ради победы над демоническим императором? - Ты действительно пожертвовала собой ради победы над демонами?! – Лан Цаньцю едва не выпустил меч. - Подобными вещами не шутят, – серьезно проговорила Юн Лин. – Да, все было именно так. - Но почему сейчас… ? Принц умолк, переводя растерянный взгляд с небожительницы на демона и обратно. - Ты всего лишь вознесся после короткой никчемной жизни, из который не извлек ни единого урока, – презрительно бросила Юн Лин в лучших традициях Шэнь Цинцю. – Мы с одним старейшиной, образно говоря, при жизни завалили дракона. Теперь наша очередь быть драконами. - Ты должна быть низвержена, – сделал вывод Лан Цаньцю. - Судя по тому, как ты преуспел в возмездии за свою семью, ближайшую вечность я могу быть спокойна. - Спасибо за напоминание. Я отыщу Ци Жуна и его прах, разберусь с мнимым советником, а потом вернусь к этому вопросу, – пообещал Лан Цаньцю. - Отличный план. Не забудь скинуть мне сообщение в духовную сеть, когда осуществишь хотя бы первый пункт. Я уже тоскую по Ци Жуну, – призналась Юн Лин. Лан Цаньцю в гневе рубанул мечом воздух и направился прочь. - Зачем ты разозлила его? – помолчав, спросил Се Лянь. – Не лучше ли было, чтобы он ненавидел меня одного? - Это вы, Ваше Высочество, так тактично намекнули, что считаете его безнадежным? - Я действительно убил его отца, – напряженно продолжил Се Лянь. – Его отец был просвещенным правителем и хотел объединить два враждовавших народа в своем государстве, а я его убил, хотя сам искренне хотел, чтобы народы Сяньлэ и Юнань жили в мире. Также я убил последнего отпрыска династии Сяньлэ, князя Аньлэ. На моих руках кровь, и этого не изменить. Лан Цаньцю прав, желая воздаяния убийце. А теперь в его сердце стало еще больше ненависти. - Эх, хорошего драматурга на вас не хватает, – вздохнула Юн Лин. – Взял бы он себе псевдоним Носящий Копье, разил бы глаголом, так сказать. Ну, убили и убили, чего теперь? У вас тут принято так поступать. - А «у нас» – это как? – Хуа Чен выделил главное. – Чем эти народы и государства отличаются от той страны, где выросла ты сама? - Радикально? Ничем. Просто ландшафт другой, мода непривычная, этикет навороченный, а в остальном все так же. Люди не меняются. Из века в век они убивают других людей. - Ты так спокойно об этом говоришь? - А что, обязательно стонать, мол, с рук моих весь океан не смоет кровь? - Убийство есть убийство, – Се Лянь возвысил голос. - А трава есть трава. Дерево есть дерево, камень есть камень, тут можно до бесконечности продолжать. Кстати, вы обращали когда-нибудь внимание, что на этих Небесах нет ни одного бога милосердия? Зато богов войны хоть отбавляй. Мы порицаем лишь тех, кого поймали на горячем, а прочее не в счет. Как полагаете, много людей ежегодно гибнет на воде? Что, кто-то тащит на суд Повелителя Вод? - Его Превосходительство не лично их убивает, это неверная аналогия, – не согласился Се Лянь. - Людям от этого сильно веселее помирать, – фыркнула Юн Лин. – К тому же, говорят, иной раз он сам не прочь потопить корабли. - Слушая тебя, невозможно поверить, что ты вела жизнь добродетельной заклинательницы, – заметил Хуа Чен. - Мне повезло. Горный пик, на котором я жила, был достаточно высоким и отдаленным, чтобы кто-то услышал мои рассуждения. Золотое было время, – погрустнела Юн Лин. – Я могла остаться добродетельной заклинательницей, а со временем стать наставницей или даже побороться за место в совете старейшин. Только это все уже прошло. И тут так глупо вышло. Я расстроилась из-за Ци Жуна, разболталась, а этот придурок Лан Цаньцю оказался рядом. Сложно все время сдерживаться, знаете ли. И неизвестно, что все-таки с Ци Жуном, куда он исчез. С ним хоть можно было нормально поговорить… Так, что там опять случилось? Ваше Высочество, подключитесь-ка к духовной сети. Что-то мы явно упустили, пока болтали с Генералом Тайхуа. Духовная сеть взорвалась залпом новых сообщений. На Небеса взошел очередной небожитель, и старожилы спешили выяснить у Линвэнь, что за собрат им достался.