Девушка с печальным взглядом

«Как ты?» — знакомый голос прохрипел в динамике. — Неплохо, — Кэролин грустно улыбнулась, забыв, что Джеймса нет в зоне видимости. — Пока работаю удалённо, маленькая фирма наняла на три месяца. Они подписывали с производителем консигнацию, а теперь у них требуют выплату за неустойку. Тут юрист хороший нужен, а пока они в финансовом дерьме. Держу их на плаву, чек авансом мне выписали. Нос на улицу не сую, октябрь премерзкий был: слякоть, ветер, грязь, бр-р-р! А этой оторве хоть бы хны, гуляет, развлекается, за одно в магазин ходит! — Хэй, Джеймс, это ты? — легонько оттолкнув подругу, Кэтрин влезла к микрофону. — Я её пыталась вывести — свежим воздухом подышать, по лужам попрыгать, так она ни в какую. Ты бы приехал, а то совсем от рук отбилась, сил моих больше нет! — Да иди уже, несчастная, а то Ник не дождётся. Ты матери обещала, что приедете к четырём. Уже без четверти пять, — Кэролин ухитрилась ткнуть блондинку между лопаток. «За час до вашей квартиры не доберусь, увы, — он будто еле сдерживал смех. — Мы с Сэмом из Бруклина уезжаем, обнаружили объект с нежелательной активностью». — И надолго? — девушка махнула сожительнице закрыть дверь с другой стороны и взволнованно поковыряла резинку старого ноутбука — на новый ещё не накопила. «Знаю, о чём ты. К четвёртому не успеем. Отметишь без нас, а потом Сэм обещает навести шума. Так Сэм?» «Да, повеселимся, как следует. А то ходишь последнюю неделю мрачнее тучи. Тебе двадцать два или сто два исполняется? Я уже говорил, вы с Баки два сапога па…» «Не обращай внимания. Он не в себе, как всегда, » — недалёкое бурчание Уилсона в ответ на фразу Барнса коснулось динамика. Кэролин тихонько рассмеялась. — Как он, Джеймс? Без изменений? «Сейчас, подожди, — послышалось копошение. — Да, никак места себе не найдёт. В словах осторожен, лишнего брякнуть опасается», — на той стороне Баки понизил голос. — Мы же поговорили по душам и не держим на него зла, — раздумчиво она покачалась туда-сюда на стуле, удерживая трубку плечом. — Чего не сделаешь под джином или что вы там пили? «Он чувствует вину. Считает себя разлучником. Будто бы погубил счастье, которое не имело место быть между нами», — Джеймс тяжело, сожалеюще вздохнул. Во рту Кэр засвербела горечь. — Когда вернётесь, я с ним поговорю, — пообещала она, уходя от темы. — А по поводу того, что не увидимся четвёртого не переживай. Отмечать я не буду. Кэтрин уедет, молодой человек — Ник — как раз послезавтра отвезет её на озеро. Элис я порой позвонить боюсь, ей несладко. Отец на неё срывается, Райли чудит: его из полиции и вытрезвителя забирали. За каких-то пять дней! Ох, зря она за него замуж вышла. Зря-а-а… «Мы около моста, я ещё могу повернуть назад, приехать. Если поспешу, вечером буду у тебя…» — Нет уж, работай! Джеймс, ты приезжал ко мне каждый вечер весь август; в сентябре я еле уговорила тебя приезжать раз в две недели, не нужно срываться ко мне по первому поводу! И знаешь… — слова неприятно застряли в горле. «Что? Кэр? Связь прервалась? Я не слышу тебя!» — Нет, ничего особенного. Просто будьте осторожны. С усилием девушка окончила звонок и прижала телефон к губам. Она поговорит с ним. Обязательно расставит все точки над «i». Обязательно озвучит ультиматум, что бы не мучить ни себя, ни его. Но не следует расстраивать сержанта сейчас, когда на носу миссия по зачистке города от скверны. Уж лучше в тишине и спокойствии… Сделать что?! Разрушить его жизнь известием, что не в силах поддерживать их «половинчатые» отношения, в которых каждый печётся друг о друге, но не решается на слова любви? Но, с иной точки зрения, сколько ещё Барнс будет перекрывать ей кислород? Нет. Либо они незнакомцы, либо одно целое. Дверной звонок вторгся в её размышления. Кэролин побежала к глазку, поднялась на носочки и ужаснулась. Двое: высокий блондин с красными глазами и черноволосый — с плешью — мужчина стояли на пороге и смотрели ровнёхонько на неё.

***

— Сэм, дай мобильный. Кэр звонила мне вчера, теперь не берёт. Может, с твоего дозвонюсь, — Баки, благодарно кивнув, набрал заученный до автоматизма номер. Насмешливые гудки. И надоедливый женский голос твердящий, что абонент вне зоны действия сети. — Ясное дело, не отвечает. Половина двенадцатого, — проворчал Сэм, давя на газ. От въезда в город их отделяла миля, не больше. — Хотя, я бы тоже не отвечал. — Ты на что намекаешь? — На то и намекаю, Баки. У вас самые странные отношения, про какие я когда-либо слышал! Вы не вместе, но без изменений и отлагательств ты звонишь и узнаёшь, как прошёл у неё день. При встрече вы молчите, будто впервые столкнулись друг с другом, но обмениваетесь такими взглядами, что у меня сердце ойкает. Ты зависишь от Кэр! Зависишь от голоса, от интонаций, от лица и улыбки, однако не делаешь первого шага. Мне иногда кажется, ты под пытками не согласишься произнести три очевидных слова, которые она ждёт. А она ждёт, дурак! Но воспитанная, видишь ли, сочуствует твоим сложностям в общении из-за потерянных лет в заморозке и всей дребедени, которую ты ей на уши навешал. Баки, девушки, что в сороковых, что в двухтысячных, одинаковы, и с ними либо так, либо никак, вообще! Ты определись — покинь её или наплюй на всё и будь с ней. Не мучай девчонку, это неправильно. Все ваши мысли только друг о друге, так что заканчивай с этим. — Я понимаю, — в горле вдруг пересохло. — Но Кэр говорить о нас не хочет, мне кажется, она… — Ему кажется! — Сэм эмоционально пнул руль. — Поэтому и не хочет, ты ж за неё решаешь! А ей свободы хочется. Ей, может, любить тебя хочется! Но Кэр трусишка, мы это когда выяснили? И ни капли не феминистка! Ей твоя инициатива нужна. — Но я не уверен, — Баки прикрыл губы кулаком, — до чего неловко признаться другу в слабости. — Уверенности ты из колодца не натаскаешь. Сколько вы знакомы? Год? Баки, возьми себя в руки и утри сопли. Тут твоё счастье, если ты не понял, ходит вокруг да около. Не поймаешь — улетит! Стукнувшись затылком о мягкий подголовник, Баки прикрыл глаза. Вдохнул. Выдохнул. — Да. Ты, наверное, — услышав недовольное цоканье, он исправился. — Ты точно прав. Сегодня же я ей… Телефон затрезвонил, Барнс мгновенно глянул на экран и удивлённо-нетерпеливо принял звонок от Кэтрин. «ДЖЕЙМС! — крикнула так, что услышал Сэм. — Наконец-то. Я с часу дня звоню, ты недоступен. Я на грани звонка в полицию. Кэр у тебя? Дома её нет, ноут работает, мобила разбита, дверь взломана, записку не оставила. Я извелась вся. Так она с тобой? Джеймс, алло? Джеймс!» — Баки, что там? — Уилсон обеспокоенно повернулся, поглядывая на плохо освещённую дорогу через мост. — Гони, Сэм, — Барнс перевёл остекленевший взор на друга, что у того холодок пробежал по позвоночнику. — Гони! В квартиру он ворвался с внезапностью землетрясения. Кэтрин взвизгнула и, будто на допросе, принялась описывать, что да как было, когда она пришла. — А ты где шаталась?! — взревел Баки, нависнув над блондинкой. — Родителей с парнем знакомила! Личную жизнь я могу иметь? — вызывающе вздёрнула нос Кэтрин, заламывая пальцы. — На, валерьянки выпей, что ли! Рычишь, как собака бешеная! — Не подействует она на меня, — насупленно кинул Баки, отрывисто задерживаясь взглядом на стенах квартиры. Худшие предположения сверлили мозги, нелепость бессилия выводила из себя. Ярость вырвалась на волю разорванной в пух и прах подушкой, Баки намерился впечатать здоровый кулак в стену, но Кэтрин повисла на его локте. — Ау, Барнс, там гипсокартон! Я обязалась хозяйке квартиру в сохранности держать! — Тебе плевать на неё? Ты думаешь о стенах квартиры, когда Кэр неизвестно где? — взбесился тот, злобно надвигаясь на Кэтрин. — А ты на ней зациклился! Винишь себя, что рядом не оказался, когда искать её надо. Громишь, рвёшь, орёшь, но на Кэролин свет клином не сошёлся. На ней жизнь не кончается, а меня могут лишить крыши над головой. Но ты не слышишь. Потому что ты больной, Джеймс! — Кэтрин неудержимо всплеснула руками. — Она для тебя, как… как опиум! Боль прошлого глушит? Серые будни скрашивает? Она не предмет, Барнс, она человек, и то, как тебе… — Что ты знаешь об этом? — угрожающе прохрипел он. — Уж побольше тебя! — ЗАТКНИТЕСЬ ОБА! — молчавший доселе Уилсон, что тихо созвонился с кем-то и сосредоточенно щёлкал кнопкой мыши ноутбука, не выдержал перепалки. — Грызётесь, как кошка с собакой, а делу это не поможет. Рты закройте, не сбивайте волну. — Ты нашёл её? — непривычно обнадёженно шепнул Баки. — К GPS её подключил. — Ты шутишь! — выдохнула Кэтрин, подпрыгнув с Соколу. — Если начну шутить, Барнс меня сожрёт, — Сэм неодобрительно проследил за другом. — Не зря в её браслет маячок вставили. — Его не найдут? — Баки взъерошил волосы на макушке, чтобы занять неожиданно живущий вольной жизнью протез. — Излучение мало, не должны. Если, конечно, её похитили. Спокойно, не кипятись, — миролюбиво показал ладони он. — Мы не знаем, что случилось, потому готовимся к разным вариантам! — Жесть. Вы, что, ФБР? Вроде же мир спасаете, а не слежку за людьми ведёте, — не в тему протянула Кэтрин. — Я Капитан Америка, Кэтрин, и не спрашивай, чем я занимаюсь. Я сам не могу дать ответ, — звякнуло уведомление. — Баки… У нас… Сказал бы проблема, но это удача. — О чём ты? — Она в Аллентауне. И, похоже, мы нашли голову тухлой рыбы. Это главный штаб наркош. Хоакин с ребятами проверяют, но посмотри на маршруты камазов, самолётов и на даты, — Уилсон указал на перечень цифр. — Картерет, Инвуд, Хемпстед, вчерашний Линден, по всему Бруклину... Да что там! По всему Нью-Йорку притонов пруд пруди! И все связаны с этой базой. Она будто в центре паутины, и в наших силах прихлопнуть паука. — Говоришь так, будто Кэр наживка, — округлил глаза Баки. — Кэр в плену, — стойко удержался от надменного тона Сэм. — И мы её спасём, а она поможет нам накрыть шайку наркодиллеров. — Ты про тех, о которых в новостях трещат? Мол, увеличилась незаконная торговля, все дела, — посеменила за военными Кэтрин. — Да. — Я могу помочь? — Дома сиди и нос на улицу не суй. Ещё лучше, позвони Нику, пусть приедет, одной опасно. Слышал, он тебя вывезти отдохнуть, — Барнс глянул на часы, — уже сегодня хотел. Отправляйтесь-ка вы раньше. И молчком, Кэтрин, — отрапортовал Баки и захлопнул дверь перед самым её носом.