Aliis inserviendo consumor (Служа другим, расточаю себя)

После истории с ритуалом кот и не думал уходить из Санктума. На него можно было наткнуться везде: на кухонном шкафу, на подоконнике в библиотеке или в гостиной, на кресле, под креслом, под столом, за и под кроватью, растянувшимся под покрывалом. Поначалу Стивен дергался и чертыхался, когда на него вдруг сверкали из-за угла два зеленых огонька и слышалось пронзительное «мяу», и поспешно хватался за связь, чтобы снова не выставить себя идиотом и не напороться дважды на те же грабли. Локи же происходящее только веселило: кот с первых минут проникся к нему если не симпатией, то по крайней мере уважением и особенно не донимал, а порой и вовсе растягивался у него на коленях, с довольным урчанием подставляя пушистое пузо под ласку. Стрэндж же сразу стал его фаворитом: кот его буквально преследовал, не упуская случая нашипеть на него, цапнуть за ногу или заехать хвостом по лицу, будто чародей нанес ему личную обиду. Стивен ругался, жаловался, развешивал объявления по округе в надежде, что объявится хозяин наглого зверя: больно уж ухоженным он был для бродяги. Но все было тщетно. А выгнать его на улицу рука не поднималась ни у кого: кот бы просто замерз насмерть на улицах декабрьского Нью-Йорка. А со временем Стивен даже привык к постоянному присутствию пушистого нарушителя спокойствия и как-то почти сроднился с ним. И все же порой у него возникало чувство, что кот упрямо от него чего-то ждет: слишком уж красноречивым бывал его взгляд порой — точь-в-точь как у Локи, когда его горе-ученик творил очередную глупую дичь. Но он никак не мог понять, что. — Да прими ты его уже наконец! — не выдержал как-то бог, застав ученика в гостиной за очередной игрой в гляделки с наглым существом, бессовестно растянувшимся на столе поперек древнего фолианта, совершенно точно для этого не предназначенного. Стрэндж нехотя отвлекся и крайне скептически посмотрел на наставника. — Куда его принять, учитель? — поинтересовался язвительно. — Он и так тут полноправный хозяин — скоро меня с поста Хранителя выгонит. Локи закатил глаза на такое тугодумие и, склонившись над чародеем, постучал ему по лбу костяшками пальцев. — Тук-тук, — позвал ехидно. — Стивен, ты дурак? Он же к тебе в фамильяры напрашивается, бестолочь! Стрэндж так оторопел от этой новости, что даже забыл возмутиться привычной бесцеремонности учителя. — Он — кот, — только и выдал он первое, что пришло в голову. — А ты — маг, — любезно подсказал бог. — Что еще очевидного скажешь? — Нет, в смысле… — Стивен помотал головой, собираясь с мыслями. — Он обычный кот. Какой из него фамильяр? Локи снисходительно фыркнул и все же опустился в кресло напротив. — Ты где у котов такие глаза видел? — вопрос был явно риторическим: глаза у животного действительно были не по-кошачьи яркие, умные и выразительные и больше походили на глаза самого Локи. — Нет, что-то есть в нем ведьминское, — бог почесал кота за ухом, и тот согласно заурчал, укоризненно глядя на чародея. — Или ты думал, что все коты магам с ритуалами помогают? — он насмешливо посмотрел на ученика. Тот зябко повел плечом и отвел взгляд: вспоминать свой прокол и недавний нагоняй не хотелось совершенно, но в одном учитель был прав — больно сведущим был этот кот, потому что не бывает столько совпадений. И Стивен всерьез задумался: он понятия не имел, почему это до невозможности наглое, бесцеремонное и жутко приставучее животное выбрало именно его, но отказываться от своего решения оно явно не собиралось. Да и… Положа руку на сердце, чародей уже так привык к его постоянному присутствию в Санктуме, что и забыл, каково это — просыпаться одному и читать пыльные свитки без теплого клубка на коленях или под боком. — Ну и как тебя признать, а? — ворчливо поинтересовался он у кота, будто тот мог дать ему ответ. Кот лениво приоткрыл один глаз и как-то очень насмешливо посмотрел на чародея. Видимо, это должно было значить: «А ты догадайся, раз такой умный, хозяин». Стивен закатил глаза: дожили, теперь его еще и кот поучает. Мало ему было Локи. — Попробуй дать ему имя, — сжалившись, с иронией предложил бог, с упоением наблюдая за дилеммой ученика. Чародей посмотрел на учителя: тот сидел, подавшись вбок и подперев голову кулаком, и явно наслаждался происходящим — перевел взгляд на кота, снова на учителя. Различий в целом не было никаких. Стрэндж мстительно ухмыльнулся. — Вот назову его Локи, а то больно уж вы похожи, — полным предвкушения голосом. Бог тихо рассмеялся: идея его явно позабавила. — Осторожней с такими угрозами, чернокнижник, — ехидно заметил он. — Не боишься, что как корабль назовешь, так он и поплывет? — голос звенел весельем, а в глазах плясали черти, но Стивен видел, что на самом деле учитель даже не против. Он посмотрел на кота, который наконец соизволил подняться и теперь гордо восседал на столе, с каким-то насмешливым ожиданием глядя на потенциального хозяина. Шутки шутками, но почему-то другие имена на язык не шли совершенно, зато Локи ложилось так гладко и правильно, словно кота только так всю жизнь и звали. Его Локи был хаосом: бесцеремонным, непредсказуемым и при этом поразительно надежным — ни одно другое имя не ассоциировалось у чародея так прочно с домом, безопасностью, защитой. Для всех Локи был досадной раздражающей переменной — но для него он был единственной константой. — Ну что, паршивец, — ворчливо обратился Стрэндж к на удивление терпеливому коту, — будешь Локи? Из кресла напротив укоризненно цокнули: — Тц, как невежливо! — бог покачал головой, на что Стивен закатил глаза, прекрасно зная, что учитель больше забавляется происходящим. Коту же идея явно понравилась: он как-то очень лукаво прищурился и обернулся на Локи, посмотрел на него вопросительно, будто спрашивая разрешения. И бог разрешил: на губах зазмеилась тонкая озорная улыбка, в изумрудных глазах вспыхнуло колдовское пламя, отражаясь в кошачьих глазах напротив, — казалось, бог вместе с именем поделился с ним частичкой своего огня. Нареченный именем бога получает в дар его защиту и благословение — и кот явно это если не понимал, то интуитивно чувствовал и потому благодарно склонил голову в ответ. Стивен невольно повторил его жест. Стрэндж протянул было к зверю руку, но тот внезапно извернулся и больно укусил его за палец — тот дернулся, чертыхнулся, но не успел даже возмутиться, как почувствовал, что где-то под сердцем натянулась и запела еще одна нить — меньше и тоньше первой, но такая же крепкая. Он замер, прислушиваясь к ощущениям, — а кот вдруг жалобно мяукнул, подошел ближе и, исподлобья глядя на хозяина, принялся зализывать рану. Уголки губ против воли дрогнули в улыбке: глядя на эту умилительную картину, злиться было совершенно невозможно — больно уж виноватый вид был у обычно наглого зверя. Стивен тепло усмехнулся и свободной рукой зарылся в густую черную шерсть. У судьбы было странное чувство юмора, раз она, однажды забрав все, теперь окружила его Локи — но чародей не имел ничего против.