Аксиома последнего лета

      Ночка выдалась весёлой. Игорь Павлович поднял отряд раньше положенного и уже проводил профилактическую беседу. Вожатый был явно не доволен поведением ребят. А пацанам все понравилось. Они лишь кивали головой и хихикали между собой, совсем как девчонки. Мозг отключался. Азарт и месть брали верх.       Девчонки, кстати, были посвящены в произошедшее сразу, как только ушёл Игорь Павлович. Мужская половина «Бегущих в ночи» спать легла далеко не сразу. Обсуждения планов после отбоя не остались просто обсуждениями. Ребята взяли у инициативных девчонок помады и карандаши для глаз, которые было не жалко, и пожелали всем «спокойной ночи». Только не второму отряду.       Операции по проникновению в соседний корпус могли бы позавидовать все голливудские блокбастеры. Шухеры были расставлены со всех сторон, никто не переговаривался — общались только не задолго до действия придуманными жестами. Пацаны даже разулись и не побоялись пройти босыми ногами по земле. Сланцы с тапками добавили бы лишнего шума.       Как и открытие портала. «Бегущим в ночи» пришлось заходить через главный вход. Из-под двери вожатской тогда сочился свет. Слышался смех Ольги Сергеевны. Тогда ребята подумали, что всё пропало. Только от идеи не отказались. Атмосфера так и толкала на безумные поступки.       Парни прошли в мужскую комнату. Девушек трогать не стали. Света практически не было, но хорошо ориентироваться всё равно удавалось — планировка была точно такой же. Каждый подошёл к своей жертве. Правда, в руках ножей не было. Зубная паста, детский крем и то, что можно было забрать у соотрядниц. Руки тряслись от куража.       На лицах второго отряда вырисовались буквы сразу в нужном порядке. «Мы бегущие в ночи». Оригинально и со вкусом. Только о наказании никто не подумал. В комнате после послания остались не тронутые ребята. Их лица были тоже награждены зубной пастой и помадой.       Рассказ о ночной атаке второго отряда был закончен, а стопочка объяснительных мирно лежала на комоде. Там ребята тоже постарались. Ветераны лагеря уже знали, что эта писанина всё равно ни до кого не доходит. Так, вожатые могли почитать их на последней планёрке и то, только чтобы посмеяться или посоревноваться в количестве или оригинальности. Поэтому и объяснительные «Бегущих в ночи» были больше похожи на фантастический рассказ. Кто-то, оказывается, лунатил, кого-то позвал друг, в кого-то вселился злой дух.       Один уникум даже выдумал историю про призрака «Зелёного Шума». Маленький мальчик поперхнулся зубной пастой, пока умывался, и умер. Никто из его друзей не заметил пропажи. Мальчик обиделся и не захотел мириться с несправедливостью этого мира. Он решил остаться призраком и приходил каждую смену, чтобы намазать главных плохишей смены зубной пастой.       Только одного парни не учли. Второй отряд сегодня накрывал завтрак. Стаканы с чаем были либо на половину пусты, либо залиты до краёв так, что можно было облиться. Порций на некоторых столах не хватало, поэтому первому отряду пришлось бегать до окошка противных поварих, которые утверждали, что всем всего должно было хватить. Кое-где на тарелках даже можно было найти волосы или другую грязь.       Парни из «Бегущих в ночи» после такого были настроены серьёзно. Пока Игорь Павлович разбирался с поварихами и просил новые порции, Ольга Сергеевна пыталась охладить пыл ребят. Кто-то был готов начать драку прямо в столовой. Вожатая прыгала между двухметровых столбов, которые могли сдвинуть её с места одним движением руки, и обещала разобраться. — Мальчики, пожалуйста, успокойтесь, — беспокойно вопила Оля. — Сегодня олимпиада. Оставьте силы для неё.       Новость о спортивном соревновании действительно утихомирила ребят. «Бегущие в ночи» быстро доели завтрак и побежали вперёд Сергеевны за маршрутным листом к старшей вожатой. По всей территории лагеря были распределены точки, где нулевой отряд принимал нормативы. Отжимания и подтягивания, приседания, метание, бег на короткие и длинные дистанции, пресс, растяжка — сдавали всё. И награда за каждый норматив должна была стать собственностью первого отряда.       Ребята переоделись в спортивки и хотели сразу распределиться по точкам, но этого не случилось. Отряд должен был ходить целиком. На каждую точку они приходили последними. В какой-то степени, «Бегущим в ночи» даже повезло. Принимающий сразу мог сказать цель, она задавала планку, которую во что бы то ни стало нужно было не просто перешагнуть, а перепрыгнуть.       Ребята работали наизнос и яро друг друга поддерживали. Первыми были подтягивания с отжиманиями. На них заявились Кирилл с ретроградом — обладатели лучших банок в первом отряде. Бородачу потеть не пришлось. Второй отряд оставил за собой цифру пятнадцать, которую он преодолел только немного вспотев. Кирилл, уже раскрасневшись, добил тридцатку и спрыгнул с турника под бурные аплодисменты.       Ретрограду пришлось несладко. Руки юноши под конец затряслись. Вены вздулись. Пот тёк со лба. Наверное, только благодаря подбадривающим крикам соотрядников справился, в которых звучало каринино: «Лёнечка, ты всё сможешь! Совсем немного осталось». Девушки тоже отжимались, правда, здесь побить рекорд не удалось. Во втором отряде была какая-то каратистка. Она-то всех уделала.       Следующим был бег по футбольному полю. Ветров сразу отправился в километровое путешествие, так как раньше занимался лёгкой атлетикой и ещё помнил, как правильно дышать, чтобы в боку не кололо. Ему составила компанию Рената, но быстро выдохлась, пытаясь обогнать юношу.       На короткие дистанции тоже быстро набрались желающие, правда не из девушек. Пацаны-то не раз пробежали только ради того, чтобы узнать, кто будет быстрее, а вот представительницы прекрасного пола боялись опозориться, да и просто подобный спорт не любили.       Алиса покумекала со своими тараканами и согласилась попробовать. Романова собиралась только пресс сдать и забила себе место ещё в столовой, хотя на него и не претендовали. Раньше девушка с удовольствием посещала уроки физкультуры и неплохо бегала как раз на короткие дистанции. Сколько бы Рома ей не объяснял — бок все равно кололо, а ком в горле не давал нормально вдохнуть, так что за бег на километр она получала, в лучшем случае, четвёрку.       Правда, последние года два Алиса спортзала толком и не видела, как и её класс. Учителя поменяли на совсем молодую, которая не парилась насчёт старших. Большая часть уроков стояла либо первым, либо последним, поэтому и сама физкультурница не раз уходила с них.       Романова зря переживала. Её поставили в пару с одним из соотрядников, что дало ей стимул пробежать как можно лучше. Не побить рекорд, так пацана обогнать. Второго сделать не удалось: длина ног сделала свое дело, а вот показать хороший результат по времени — вполне. Алиса выиграла несколько сотых у футболистки из второго отряда.       Ещё не до конца восстановив дыхание, Романова встретила друга, который тоже справился с поставленной задачей, и покатилась вместе с ним по траве. На белую футболку было плевать. Рената прибежала чуть после, но рекорда не побила.       Отряд остался на поле: метание сдавали здесь же. На него снова вызвался Ветров. У пацанов за проведённые смены в лагере уже сложилась хорошая тактика для улучшения результата. Жульничество это, конечно, плохо, но для победы все средства хороши.       Соотрядники столпились у предполагаемого места падения мяча и были готовы действовать. Замер делали так: юноша делал бросок, и принимающий считал шаги до конечного места. Пока кружководка смотрела себе под ноги и бубнила под нос числа, соотрядники оперативно прокатывали мяч дальше. Рекорд, конечно, побили.       Приседания сдавали около медицинского корпуса. Кто бы мог подумать — Белинская сама вызвалась поучаствовать. Было ли её желание подкрепленно дополнительным вниманием парней? Вопрос оставался открытым, но Алиса дала на него ответ в голове. Конечно, да. Фигура у Белинской была действительно неплоха. Карина ходила в спортзал и пару раз брала занятие с тренером, чтобы разобраться, как пользоваться тренажёром, поэтому надежды на неё возлагали многие.       И не напрасно. Под бурные крики она дожимала последние секунды выделенного времени и смогла перешагнуть лучший результат. Разница между ними была всего в одно приседание, но это совсем не важно. Всё равно больше. Белинская тяжело выдохнула и еле доковыляла до лавки не без помощи Лёни. Ноги стали ватными и совсем не слушались.       Пресс был одним из последних нормативов. Его принимала Кира в зимнике. Алиса даже не удивилась, когда увидела хореографшу. Зимник был её территорией. Полянская носила ключи от костюмерной, которая находилась в одном из маленьких коридоров. До неё Алиса ещё не добрела — за реквизитом для номеров всегда ходил Игорь Павлович. Девушки обменялись улыбками.       В углу зала был разложен гимнастический коврик рядом с диваном, на котором и сидела хореографша. Хорошо придумала. Стоять здесь всю первую половину дня мало кому захотелось бы. Часть отряда смогло занять диван, остальные сели на полу, что тоже было неплохо. На улице ужасно парило, а линолеум немного охлаждал.       Первым сдавал парень. Алиса не помнила его имени. Кажется, он порвал гитару, которую Романова так старательно рисовала. Юноша немного размялся и лёг на коврик. На его ноги уселся Кирилл. Романова решила воздержаться от лишней физической нагрузки — она уже разогрела мышцы, пока бегала. Гитарист прямо полетел и легко побил результат второго отряда. После юноша добавил, что учится в кадетском училище, поэтому подобное испытание для него было лёгким.       Алиса поправила коврик и ещё долго пыталась на нём устроиться. Неочень хотелось удариться головой об пол в процессе. Ноги держал Ветров. Они ещё в школе сработались. Сначала Дарина пыталась удержать Романову, но та уж очень сильно брыкалась. Кира заглянула в листок: — Сорок четыре. Побьёшь? — Иначе нельзя, — улыбнулась Алиса и легла на спину.       Пока хореографша включала таймер, Романова несколько раз успела изменить своё мнение. Алиса бегала глазами по потолку и даже хотела отказаться. Ветров ущипнул подругу за ногу и одобрительно кивнул. Он был уверен, что Романова справится.       Раз, два, три. Щелчок таймера. Понеслась. Алиса двигалась быстро. Она решила сделать, как можно больше на первом дыхании, пока мышцы ещё не забились. Мир перед глазами сливался в рябое пятно, поэтому Романова закрыла глаза. От такой картинки начинала болеть голова. Локти громко стучали по полу. Соотрядники что-то кричали и считали вместе с Полянской. Алиса практически ничего не слышала.       Минута была больше похожа на час. Отбитые локти начинали гореть. Тело становилось ватным, только живот окаменел. Темп замедлился. Алиса подняла веки, но ничего толком не видела. В глазах темнело. Она уже забыла, сколько должна была сделать, чтобы принести отряду заветные фишки, поэтому старалась изо всех сил. Неизвестность пугала. Проигрыш ещё сильнее. — Пятьдесят! Пятьдесят один! — где-то далеко звучал голос Киры. — Стоп.       Алиса откинулась на пол. Пацаны столпились вокруг и хлопали девушке. Она смогла. Смогла побить рекорд, но встать уже нет. Всё тело сковывала боль. Романова даже не понимала, что происходит. Тяжёлая ноша пропала с ног. Алиса плавно покрутила головой: мир постепенно возвращался. — Господи, поднимите её уже, она не встанет сама. — мягкие ладони коснулись рук и потянули на себя. — Чего ж ты так подорвалась? А если бы сердце остановилось?       Романова кое-как встала на ноги и плюхнулась на диван. С ней говорила Кира. Алиса расплылась в довольной улыбке и, махнув рукой, протянула: — Да ладно, вам. Чутка перестаралась, с кем не бывает.       Романова перекинулась ещё парой фраз с хореографшей, пока отдыхала. Алисе было приятно, что за её здоровье так волновались, и одновременно обидно за то, что в полной мере не оценили её старания. Ничего плохого же не случилось. Только несколько фишек в копилку добавилось.       На последние два норматива Алиса не пошла. Живот болел сильно, ходить было трудно. Ольга Сергеевна разрешила девушке отдохнуть в корпусе. Её проводил Ветров. Друг хотел даже взять Алису на руки, но та засмеялась и слабо ударила его по плечу. Совсем беспомощной она себя не ощущала.       На обед идти тоже не хотелось. В комнате было так тихо и спокойно. Алиса поглаживала себя по животу и довольно улыбалась. Было приятно ощущать себя значимой, сделать вклад в общее дело отряда. Даже сковывающая движения боль после таких мыслей становилась слабее. А на обед всё же пришлось пойти.       История с порциями повторилась, правда сейчас «Бегущие в ночи» смогли обойти систему. Хотя их столы и накрывались последними, никто не запрещал зайти в столовую раньше, поэтому ребята спокойно поменяли свои тарелки на порции второго отряда, злорадно усмехаясь. Это они ещё итогов олимпиады не знали.       На тихом часу Алиса планировала спать. До комнаты пацанов идти не было желания и смысла. Романова надеялась на понимание соотрядниц. Половину времени действительно удалось хорошо подремать. Правда, потом Карина уронила чемодан. Девушка старалась вести себя тихо, но не расчитала вес, и не удержала его в руках. — Белинская, я тебя точно когда-нибудь убью, — сказала Алиса и, немного сморщившись от боли, поднялась с постели.       Хотелось покурить. Романова дошла до туалета. Из-за стены доносились возгласы других девушек. Так вот почему было так тихо. Делиться не хотелось. Алиса немного постояла у двери, так как услышала имя Ветрова, и, не узнав ничего интересного, вышла из корпуса.       Романова двигалась к своей любимой лавочке. Там точно никто не помешает и не попросит поделиться. Алиса не была жадиной, просто это было опасно. Поды и прочие электронные сигареты один за одним забирали вожатые. Вот и за свой было страшно. Когда его заберут из твоих рук — это одно, а вот из чужих уже совсем другое.       Алиса уселась на полюбившиеся доски и подняла ноги к себе: так мышцы меньше болели. Немного покопавшись, девушка достала под из лифчика и затянулась, не сразу выпуская пар. Романова давно не курила на улице. Обычно это был туалет или холл детского корпуса. В школе тот же туалет или кабинет. В кабинете тоже весело было. Особенно наблюдать за тем, как учительница делала комплименты модницам за новый парфюм.       Послышался треск веток: кто-то шёл. Алиса запаниковала. Девушка только что сделала затяжку. Выдохнуть уже было нельзя: пар не успел бы рассеяться. Романова нервно закинула под в карман шорт, когда из-за угла показалась хореографша.       Полянская шла из душа. С ещё совсем мокрых вишнёвых волос капала вода. Полотенце висело через плечо, на котором ещё и ютились ручки шоппера. Кира тут же подлетела к девушке, шурша по плитке влажными сланцами. — Живот болит, да? — спросила Полянская, осмотрев позу сидящей.       Алиса лишь кивнула головой и поёрзала на месте. Девушка была уверена, что Кира ничего у неё не отнимет, но пар все равно не выдыхала. Романова боялась расстроить хореографшу. Кира же так распереживалась за её здоровье после немного необычного подхода на пресс, а теперь ещё и узнает, что та курит. — Алис, ты язык за обедом откусила?       Романова отрицательно помотала головой. Кира была удивлена. Хореографша привыкла к тому, что Алиса сразу же начинала тараторить и шутить к месту и неочень. Полянская толкнула девушку и уже раздражённо воскликнула: — Ты издеваешься? — Нет, — сквозь зубы сказала Алиса, но пар предательски вылетел изо рта.       Кира проводила взглядом поднимающийся туманчик вверх и рассмеялась, пока Алиса откашливала остальное и жадно глотала кислород. — Ты думала, что я не знаю? — Полянская усмехнулась и аккуратно потрепала плечо отдыхающей. — То-то вы и ходите впятером в один туалет.       Романова улыбнулась и скинула ноги на землю. Телу стало неудобно, а вот на душе явно полегчало. — Вы не злитесь? — Злюсь, — хореографша снова засмеялась. — Потому что не делишься. У меня недавно испаритель сгорел.       Алиса удивилась, но достала под из кармана и вложила в уже протянутую ладонь, едва касаясь руки пальцами. Полянская вдохнула никотин и прикрыла глаза от удовольствия, пока Романова не сводила своих с хореографши. — Вы ничего не попутали? — Алиса всё-таки дала голос. — Я на вожатую не похожа. — А наше общение на формальное, — Полянская ловко перевела стрелку и вновь затянулась, перед этим выпустив прошлые клубы пара. — Забудь моё отчество. Мне надоело ощущать себя старой. — Так неинтересно, — Алиса усмехнулась и, схватившись за запястье рядом, поднесла руку хореографши к своему рту. — Попрошу Алиса Васильевна. — Помолчи, — ухмыльнулась Полянская и заткнула отдыхающую подом. — Потом повыпендриваешься.       Полдник не порадовал: ненавистная холодная творожная запеканка. Алиса даже смотреть не могла на то, как её увлечённо жевал Ветров. Романова решила проведать Дарину. До награждения ещё было время, а чай уже допит. Позвав за собой Белинскую, Алиса дошла до соседнего стола и попыталась отпроситься у Ольги Сергеевны. Та отказала. Вожатая как раз после полдника должна была забирать Дарину из медицинского корпуса.       «Бегущие в ночи» сидели на последнем ряду трибуны, важно раскинув ноги. Результаты они уже знали. Оставалось только смотреть на реакцию второго отряда. Руки и ноги приятно жгло. Оно того стоило. Все перекидывались фразами и хвалили друг друга. Игорь Павлович посматривал на отряд и улыбался.       Это объявление результатов не было похоже на остальные. Помимо фишек старшая вожатая выдавала грамоты за поставленные лагерные рекорды. Награждение старшей категории выглядело даже смешно. «Бегущие в ночи» по очереди выходили в центр летника под аплодисменты зала и гордо размахивали полученными грамотами.        Второму отряду досталось всего лишь две. Символично. Остальной лагерь кричал «Первый всегда первый», заставляя главных героев торжества подняться с мест. Как раз зашла Дарина и тут же побежала по ребятам, обнимая каждого. Второй отряд даже не двигался.       Юля что-то говорила напарнику, активно жестикулируя. Монолога слышно не было, но он явно не казался добрым. Вожатый напрягся и ударил ногой по сидению перед собой. Пластик с треском разлетелся по сторонам.       Отряды быстро вывели из летника, чтобы отдыхающие не успели увидеть произошедшее. «Бегущие в ночи» уже накидывали шутки и громко смеялись, когда проходили мимо второго отряда, называя их вожатого истеричкой. Игорь Павлович быстро прикрыл их рты.       Проводить дискотеку после олимпиады было гениальным решением. Добить тела отдыхающих, так скажем, окончательно. Но практически все главные спортсмены лагеря решили пойти. Алиса металась по корпусу и старалась найти себе компанию.       Белинская пожаловалась на жуткую боль в ногах и предпочла остаться вместе с ретроградом. Дарина ещё около летника побежала за Юлей и не вернулась. Алиса на это не злилась. Наоборот, было интересно, что вожатая второго отряда расскажет Лебедевой. Ветров предупреждал, что зайдёт за Яной и пересечётся с подругой уже на дискотеке.       Пришлось идти с Ольгой Сергеевной. Романова думала, что вожатая дождётся Киру — они же подружки. Алиса сама бы подождала Полянскую, но Сергеевна упрямо тянула девушку за руку в сторону гремящей музыки. По дороге вожатая нахваливала Романову. Только Алиса, да Ветров получили сегодня по две грамоты. Девушка уже представила, как показывает их маме. — Я рада, что ты влилась, — сказала Ольга Сергеевна. — Не без помощи, — Алиса усмехнулась и оглянулась, но позади никого не было. — Ты про Полянскую? — улыбнулась вожатая и легонько толкнула отдыхающую в плечо. — Она часто про тебя рассказывает. — Почему вы все называете её Полянской? — возмутилась Романова, пропуская вторую фразу мимо ушей. — У неё имя есть.       Снова свет прожекторов, повторяющиеся песни из раза в раз, флешмобы. Алисе они нравились. Романова пыталась танцевать, но недавний рекорд давал о себе знать. Приходилось держать руку на животе, чтобы не было так больно.        Сергеевна затянула отдыхающую в свой круг. Ребята из разных отрядов смеялись над вожатой, что смешно танцевала в центре, постоянно забывая движения. Рядом с Алисой втиснулся Кирилл и довольно улыбнулся.       Заиграла знакомая песня. Романова искала по залу лучшего друга. Рома подкрался сзади и дёрнул девушку за руку. Алиса ухмыльнулась и ударила Ветрова в ответ, начиная кричать выученные строки прямо на его ухо. Юноша громко смеялся и изображал девчонку, отыгрывая жестами текст песни. — Губы пахнут малиной, девочка-аскорбинка, — совершенно не попадая в ноты, пела Алиса. — Мальчики, соберитесь, это так не красиво, — Ветров прикрыл рот руками, приготовившись к самому главному.       Друзья давно знали, что нужно делать. Лебедева на каждой тусовке включала эту песню ради данного момента. Они вытянули руки перед собой и начали по очереди показывать палец вверх и половинку сердечка. — Френдзона! Френдзона! — кричали они в один голос, не переставая смеяться.       Шоу лучших друзей сменилось медленным танцем. Роман театрально поклонился и побежал к Яне, что уже недовольно смотрела в его сторону. Алиса ещё долго кричала вслед: «Яна, Яна! Мы друзья! Он только твой, я не претендую». Девушка сложилась от смеха пополам. Ветров обернулся и показал подруге кулак.       Романова и не поняла, как оказалась в объятиях Кирилла. Парень крепко прижимал Алису к себе и покачивался под медленный бит в своё удовольствие. Сил вырываться не было — смех неплохо вымотал и так забитые мышцы Романовой. Девушка положила руки на плечи бородача и смирилась со своим положением. Одно радовало — в этот раз от Кирилла не несло потом. Футболку что-ли додумался поменять после олимпиады.       Алиса нудно качалась в такт и оглядывалась по сторонам. Кирилл что-то бубнил на ухо, но Романова его не слушала. Девушка всё ещё надеялась избавиться от тяжёлых рук на пояснице и искала спасение. Может, Лебедева объявится или Карина прямо сейчас захочет рассказать новые подробности про ретрограда.       В проходе с улицы показались вишневые волосы. Алиса резко начала хлопать по плечу парня, чтобы тот её отпустил. Кирилл не понимал, что происходит, и лишь расслабил руки. Этого было достаточно. Романова оттолкнула бородача и подбежала к Кире. Хореографша смекнула что к чему и, ухватившись за руку отдыхающей, вылетела из летника.       Сил хватило даже до футбольного поля. Девушки переглядывались, по очереди глотая воздух, пока бежали. Спонтанный побег от глупого парня добавил энергии. Алиса сидела в одной из беседок и восстанавливала дыхание, когда Полянская стояла рядом и стучала пальцами по смартфону. — Алиса Васильевна, — усмехнулась хореографша. — Какая у вас фамилия? — Как у Петра Первого, Кира Александровна, — Алиса подняла руки к голове, изображая корону. — А тебе зачем?       Полянская улыбнулась и показала Романовой экран своего телефона. Была открыта её страничка в одной из социальных сетей. Девушка выхватила гаджет из рук и начала тыкать на всё вподряд, пока хореографша пыталась отнять свою вещь. Алиса добавилась в друзья и успела оценить парочку, на её взгляд, лучших фотографий. Кира уже было выхватила телефон, как Романова подорвалась с места и отбежала на достаточное расстояние. Алиса ловко зашла в «Камеру» и начала запись, подняв телефон над собой: — Всем привет! Это мой видеоблог, — засмеялась девушка, поглядывая на подбегающую хореографшу. — А это хозяйка телефона. — Алиса, отдай!       Кира прыгала вокруг Романовой и сама смеялась, но смартфон всё же хотела вернуть. Алиса ловко увиливала от хореографши, тянув руку с телефоном всё выше, даже не обращая внимания на боль. Она пропала.       Подобные игры всегда заканчиваются плохо. Романова, пока отходила назад, не заметила под ногами камень и с криком полетела на траву, прижимая телефон к груди. Кира как раз в этот момент ухватилась за локоть младшей и, не понимая, что происходит, упала сверху. Алиса неплохо приложилась спиной, но лишь громко засмеялась. Хореографша чуть не оглохла от диапазона голоса, который звучал прямо над ухом.       Полянская приземлилась на Алису и, видимо, вспомнив, что у той забиты мышцы, опёрлась на одну руку. Романова замолчала. Девушки встретились взглядами и одновременно улыбнулись. Открытые участки тела щекотала полусухая трава и маленькие веточки. На площадке рядом резвились дети.       Алиса ухмыльнулась и, приподнявшись на локте, чмокнула старшую в покрасневший кончик носа. Хореографша на мгновение замерла, но после засмеялась, выхватила телефон и подскочила на ноги. — Доигралась? — прямо, как мама, пробубнила та, поднимая Алису за собой. — Зато видеоблог хороший получился, — прокряхтела Романова.       Полянская развернула отдыхающую с спиной к себе. Её тёмная футболка и шорты были усеяны песком, пылью и высохшей травой. Алиса игриво покачала туда-сюда бёдрами. — Ну ты и свинья, — проговорила Кира, отряхивая девушку.       Свечка оставила двоякое впечатление. Ольга Сергеевна поблагодарила отряд за сегодняшний день и убежала на планёрку, как будто не могла найти нужных слов для более важной темы — взаимоотношений со вторым отрядом, например. Игорь Павлович снова включил «душнилу». Вожатый запел сказку про золотое правило морали.       Ребята его особо и не слушали. Они мысленно махнули рукой на Палыча уже после первой фразы. «Бегущие в ночи» были готовы к новым приключениям. Руки чесались, глаза горели, мозг взрывался от новых безумных идей, а действительно адекватные мысли Игоря Павловича были пропущены мимо ушей. Все хотели разборок и скандалов.       Дарина всё-таки поговорила с Юлей. С Юлией Андреевной, если быть точной. Лебедева сидела на крышке унитаза и вещала, пока Алиса чистила зубы и смывала макияж. Со слов Дарины, вожатая второго отряда не понимает, что происходит, и не собирается что-либо делать.       Юля считала, что подростки уже взрослые и должны разбираться в своих потасовках сами. Вожатые не их родители и ругать за каждую осечку не обязаны. В этих словах был смысл, только насчёт судейства так ничего и не выяснилось. Только повторилась история о разбитом в щепки стуле в летнике. Погорячился вожатый, с кем ни бывает.       Алиса усмехнулась и вышла из ванной комнаты. Остальное слушать было неинтересно. Лебедева упрямо нахваливала Юлю. Знала бы Дарина, как та относится к Полянской, возможно, изменила бы своё мнение. Только Алиса ничего не рассказала.