Перекресток судеб

С момента последней встречи прошло около недели, и Чуя по итогу заболел. Тогда он так и не захотел идти домой, и Мичизо был вынужден с ним остаться почти до самого утра на улице. Он не хотел оставлять Накахару одного, и вынужден был потом лечить рыжика отпросившись с работы. – Тачихара, тебе не следовало… – Помолчи, вот у тебя еще не допитый чай, и это выпей, должно помочь от горла, – в этот момент раздался звонок телефона. – Тебе звонит какой-то «Заебал». Отвечать? – Да, дай, сейчас разберусь, – буквально через пару секунд голос Чуи стал серьезнее, – привет… Я не могу, болею… Хорошо, позвоню как выздоровею... Пока. – Кто это был, если не секрет? – Ширасэ, хотел со мной пойти в ресторан. – Зачем это ему нужно, я думал, что он не обращает на тебя внимание. – Я тоже не понимаю зачем, но если хочет, то я лучше пойду, чем начну спорить. Следующие пару дней он изо всех сил пытался поскорее выздороветь, чтобы наконец выйти на работу, все-таки ему нравилось то, чем он занимается, даже если его руководство не такое хорошее какое могло бы быть. Он попрощался с Тачихарой и вышел на работу в первый день после болезни. По просьбе Ширасэ он договорился сегодня пойти с ним в ресторан. Зачем ему это? Чуя узнает потом, а пока он просто хочет отстреляться и наконец-то досмотреть сериал, который он начал смотреть, пока болел. Накахара уже начал одеваться, как вспомнил, что завтра у него должна была начаться течка, а значит на всякий случай нужно было взять с собой таблетки, приглушающие запах, не хотелось бы, чтобы все в таком заведении почувствовали его. После того, как он чуть подкрасил глаза тушью, он позвонил и заказал такси. Краситься его когда-то научила Юан, а потом и Хигучи, которая была рада показать, как можно подкрасить глаза, чтобы голубой был еще ярче. Иногда эти знания были очень даже кстати, и сейчас это подходило под его винную рубашку, черные брюки и кожаную портупею, которая была немного спрятана под пиджак. Теперь этот пиджак висел на стуле, который был отодвинут Ширасэ. На это Чуя усмехнулся, но все же принял эту игру в вежливость. – И что же тебе нужно Ширасэ? – Я просто хотел поужинать с тем, кто скоро станет моим мужем. Тебя это смущает? – Честно говоря, да, но раз уж я пришел давай поужинаем, – Чуя открыл меню и принялся выбирать. Вскоре было заказано проверенное вкусное вино, и пару блюд. За все время пребывания они успели переброситься только парой фраз вначале и сказать свой заказ официанту, а сейчас они смотрели друг другу в глаза и чего-то ждали от партнера. – Как самочувствие? – начал нормальный разговор Ширасэ. – Знаешь, не так хорошо, как могло бы быть, но по сравнению с состоянием, когда я болел, то сейчас все просто отлично, – Накахара решил, что сегодня он будет поддерживать разговор по максимуму, раз этого, судя по всему, и добивается Буичиро. – Как ты поживаешь без меня? – Рад, что тебе лучше. Я вот начал изучать программирование, чтобы не сидеть весь день без дела, но иногда заглядываю в бар, чего греха таить. А ты, как я понимаю, завтра пойдешь на работу? – Я вышел уже сегодня, мне нравится примерять одежду, сниматься, это для меня как смысл жизни. Кстати, ты собираешь получить компанию отца, просто если да, то как по мне учить программирование – это конечно хорошо, но после того, как ты узнаешь, чем занимается твой отец. – О, да, я как раз хотел тебе сказать, что буквально недавно договорился с ним, что со следующего года я буду работать с ним, чтобы в будущем взять компанию под свои бразды правления. – Неплохо, а я вот навряд ли буду продолжать компанию матери, хотя я еще об этом думаю, ведь это прибыльно, и часть ее работы мне очень нравится. Дальше их разговор не клеился, однако это и не нужно было, ведь еду уже принесли, так что, попивая вино они наслаждались вкусом блюд, пока это прекрасное чувство не было разрушено голосом альфы. – Чуя, у тебя началась течка. – Спасибо, сейчас приму таблетку. – А может ко мне? Выбор, конечно, был, но его одновременно не было. Нет, Чуя мог не поехать с Ширасэ, но потом точно произошло бы что-то неприятное, так что лучше не рисковать. Да и если подумать более позитивно, то партнера у Накахары давно не было, а сейчас прекрасный шанс – это исправить и отдаться человеку, которого ты знаешь. И каким бы его муж ни был мудаком, он не был насильником, так что в постели, даже после пары ссор, с ним было нормально. Приемлемо. – Ну давай, – этому спокойствию в голосе удивился даже Ширасэ, который рассчитывал на бурную отрицательную реакцию, которую позже можно будет направить против рыжего. А сейчас он просто хочет расслабиться, а Чуя красивая омега, как бы он ни пытался это отрицать, поэтому на лице альфы появился немного самодовольный оскал. Они расплатились и вызвав такси поехали к себе. Во время дороги стояла гробовая тишина, которую они не хотели нарушать. Для них эта тишина была привычна, однако для таксиста она была холодная, будто между двумя парнями ничего нет, она такая же одинокая и бездушная. Она не была похожу на ту, когда партнеры пытаются не сорваться на чужих глазах. Хоть Накахара и выпил таблетку, яркий запах мяты шлейфом тянулся за ним, от этого таксист прекрасно понимал, что у него течка, но от манер двоих он понимал, что они друг друга не любят. Когда пара зашла в квартиру Ширасэ, чтобы хоть как-то разбавить тишину и бездействие, которое становилось напряжённым, поцеловал Чую. Поцелуй был грубый, даже немного с животной страстью, но это мало кого волновало, потому что Накахара отвечал Буичиро также. Было непонятно, как они добрались до спальни и это было непонятно только потому что тела изголодались по друг другу. Все-таки они очень давно не проводили ночь вместе, сколько бы ни врал Ширасэ, а друг с другом они не спали чуть ли не год. Но сейчас это их не волновало, они старались снять друг с друга одежду и при этом не порвать ее. Таблетка медленно переставала действовать, и альфа внутри Ширасэ все сильнее пытался вырваться и пометить эту омегу. Но у них не было химии, так что оба понимали, что происходит, и они этому бесспорно рады, они не хотят общего ребенка, и точно не в следующие несколько лет. Сейчас Ширасэ целовал и оставлял засосы на шее, но Накахара был не против таких меток. В ближайшее время у них навряд ли будут какие-то партнеры. На носу у них рождественский ужин с родителями, а после благотворительный бал, который обещает быть масштабным. Все это сделано для того, чтобы показать состояние семьи, и запах, метки на этой паре будут достаточно показательными, от этого конечно было не очень приятно, но что не сделаешь, ради того, чтобы хоть немного порадовать мать с отцом. Отчасти поэтому сейчас Чуя стонет под Ширасэ, ну от течки тоже, парни понимают, что этот секс не будет чувственным он будет нужен для них, как воздух на месяц, но на всякий случай они купили в запах партнера духи, чтобы метку можно было продлить. Все, что сейчас происходит в постели останется в этом мгновении, оно не протянется долго, но оно будет приятным. Даст им силы, поможет усмирить их природу и дальше оставаться обычными людьми. Альфа проник одним пальцем в уже мокрую дырочку Чуи, начиная растягивать его, при этом немного отвлекая поцелуями и поглаживаниями. Однако уже после третьего пальца это все закончилось, так как Ширасэ нашел простату и теперь попадая только в нее, слушал прекрасные стоны, разносившиеся по всей квартире. Через минуту таких действий первым не выдержал Накахара. – П-пожалуйста, войди уже в меня! Светловолосый не смел перечить, он и сам был на приделе. Натянув презерватив, он неаккуратно и резко вошел полностью, но под течкой и диким возбуждением это не было так больно, поэтому уже скоро Буичиро начал двигаться. Друг с другом они чувствовали себя хорошо только во время течки или гона, когда природа брала вверх. Когда они закончили они просто лежали, рядом друг с другом думая о своем и не говоря ничего. Так и продолжалось, пока они совсем утомленные не заснули и здесь сущность альфы, которая все еще чувствовала яркий запах мяты и секса, взяла еще немного вверх и обняла Чую, который в свою очередь также отреагировал на запах альфы. Запах муската, который был не всем приятен, от этого Ширасэ иногда было трудно найти партнера, но с Накахарой повезло, он был не против. Даже сейчас он прижимался к запаховой железе альфы и сквозь сон была видна небольшая улыбка. Когда на следующий день Накахара пошел на работу. Хигучи долго его гримировала, чтобы убрать яркие засосы на шее. Но все это было ничто по сравнению с тем, что Чуя получил небольшой одобряющий взгляд. Это было приятно, но одновременно от этого тошнило, почему мать не может принять, что он другой человек, не тот которым Мико хочет его видеть. – Почему? – Я не разговаривал с этой женщиной, и я прекрасно понимаю, что на нее вы повлиять не сможете, но я всегда говорю, что вы должны пообщаться и высказать ей свое видение ситуации. – Она меня не послушает. – А вы попробуйте. Рождественский ужин был уже близок и каждый раз он был не тем, каким хотел видеть его Накахара, только в этот раз ему будет лучше. После этого ужина он побудет с Тачихарой, который обещал познакомить его с парой друзей, а там они уже выпьют немого и разойдутся. По крайней мере такой первоначальный план. Сейчас друзья сидят в кафе, попивая кофе и отдыхая после рабочего дня в компании друг друга. После того раза, когда они познакомились у них, редко получалось пересекаться на работе, но даже несмотря на это. они находили немного времени друг для друга, было приятно сидеть и общаться в такой компании. До сих пор Чуя так и не смог привыкнуть к тому, что у него есть с кем что-то обсудить, с недавних пор он начал немного жаловаться Тачихаре на семью и на Ширасэ. Однако сейчас они обсуждали кто как проведет новый год, но как только узнали, что у обоих нет плана, они решили провести его вместе. – У меня или у тебя? – спросил Мичизо. – Ты же знаешь, что я не живу один, так что, конечно, у тебя. – Ну хорошо. Что ты обычно пьешь? – Вино, но я куплю его сам. Нужно ли что-то покупать? – Да, можно я тебе список ближе к делу пришлю, разобью покупки на пополам. – Давай. Они пока что не знают, что нужно дарить друг другу, но это что-то явно будет запоминающимся. Они постараются. Они знают друг друга немного, но понимают лучше, чем кто-либо, что очень приятно, а также иногда настораживает.  Прошла неделя и вот Чуя уже собранный ждет в доме Ширасэ. За время течки они не раз переспали, у них не было других партнеров, от этого Накахара решил вновь плыть по течению. Ему осталось всего ничего, и он навсегда останется жить с нелюбимым человек, да и любовь он свою никогда не встретит, как бы это грустно не звучало. Если он и получит взаимность, то заставит их страдать, а такого никому не пожелаешь, омега вообще хочет меланхолично прожить жизнь. Как бы ему ни было хреново, рыжий слишком жизнелюбивый, чтобы думать о смерти. Не его это. Пара впервые за долгое время пахнет друг другом, но лица их не выглядят радостными обществом друг друга, только родителям на это все равно, их планы на детей слишком масштабны и это продолжается уже слишком долго, чтобы сейчас взять и все отменить. Омеги с радостью в глазах смотрят на детей, мысленно уже видя еще большую выгоду для их деятельности популярности семьи, если их дети смогут наконец-таки пожениться. Все это, конечно, цели, а мечты Чуи и Буичиро не берутся в расчет. Они всего лишь инструменты в такой сложной системе как популярность, они могут только мечтать, а их цели не должны мешать целям родителей. Именно от такого давления Накахара забросил свою цель уехать подальше от родителей, эта цель стала несбыточной мечтой. Это удручало, но и поделать с этим он ничего не мог, уж слишком долго он безуспешно боролся.  Вот его матушка что-то щебечет, а отец снова что-то обсуждает с Ширасэ-старшим. Накахара уже не думает о том, как его раздражают эти люди, он всего лишь мечтает быть сейчас не здесь. Его голова погружена в мысли о предстоящей Новогодней ночи, которую он собирается провести с Тачихарой, он уже не в настоящем рождестве, которое он проводит с семьей, он уже далеко, он с друзьями Мичизо, он думает о показах, где он будет проходить по подиуму. Он настолько погрузился в сладостные мысли, что очнулся только от мамы. которая захотела с ним поговорить. К тому моменту они уже вышли на улицу и машины с их водителями уже ждали, чтобы отвезти их на набережную. – Чуечка, я понимаю, что ты не хочешь быть с Буичиро, но ты же знаешь, как для меня это важно. В особенности у вас, как я понимаю, сейчас все хорошо, так почему бы не попробовать. – Мам, я знаю, чего ты хочешь, но я не хочу жить свою жизнь с ним… – сделал попытку проговорить то, что ему посоветовал психолог. – Ты прекрасно знаешь на что я шла, чтобы твоя жизнь была удачной, – давит на него Мико. Чуя просто опускает глаза и ничего не может ей сказать. Внутри он раздражен, что не смог ей ничего ответить, что она вновь на него надавила, да так, что он ее послушал.  «Я ничего не хочу!» Звонит телефон, пока он едет с семьей. На экране светиться "Мичизо". Он отвечает, но прекрасно знает, что нельзя ничего говорить родителям. Они всегда могут все испортить, а его счастливая жизнь держится только на рыжем друге. – Привет, я сейчас еду с родителями на набережную, – первое, что сказал он, чтобы разговор, которым заинтересуются родители, ничего не рассказал о его плане отметить остаток вечера не с Ширасэ, а с друзьями. – Привет, напиши потом, а еще посмотри переписку, я жду. После этого альфа сбросил, а Чуя через всплывающие сообщения увидел адрес и быстро выключил телефон, чтобы родители ничего не увидели. – С кем ты говорил? – спросил Горо-сан. Накахара был удивлен, так как его отец мало интересовался его жизнью. – Отец, это был друг, с которым я недавно познакомился. – Альфа? – ясно, ему интересно только то, сможет ли в него влюбиться парень. Хорошо, значит придется соврать на благо своего счастью и жизни Тачихары. Семья Накахар хранит слишком много секретов, в которых Чуя не хочет разбираться. А может настало время? – Омега. Познакомились на работе. – Ясно. Оставшуюся прогулку Горо молчал и не сказал ни единого слова сыну. После всего Чуя и Ширасэ «вместе» поехали домой. На самом же деле они расстались через пару кварталов. Чуя позвонил Тачихаре и сказал, что скоро приедет.  Хоть сейчас и рождество, но родители дарят либо машины, либо что-то семейное. Прямо как сейчас, Чуе достался кулон. От Ширасэ он вообще ничего ждал и правильно делал. А друзьям, к которым он сейчас едет, он по дороге купил хороший виски и вино себе, с Мичизо они вообще договорились не дарить ничего. Именно с двумя бутылками в руках, в чужой квартире уже в час ночи, оказался Накахара. Он был не против компании, особенно когда понял, что этим людям все равно на его статус, они вообще не интересуются новостями. – Я Мотоджиро Каджи, рад знакомству. – Я Кюсаку Юмено. Они оказались очень интересными личностями. Они знают друг друга со школы и, как понял Чуя, они находятся постоянно на какой-то своей волне. Но эта волна не напрягала его, наоборот он подхватывал ее, а вино, веселые шутки и приятная компания, исправляли этот вечер. Впервые за последние пару лет Чуя почувствовал, что он наконец-то свободен. Что может вновь вздохнуть полной грудью. Под конец они меняют свои планы и решают в такой же компании провести Новый год, который будет меньше, чем через неделю. Накахара уже изрядно выпивший и Тачихара не в лучшем состоянии уходят из этой гостеприимной квартиры. – Ты им понравился, – говорит Мичизо и улыбается пьяной улыбкой. – Да? Мне показалось, что они меня посчитали чудаком. – Нет, что ты. Ты бы видел, какие они чокнутые, но это их вайб, а ты хоть и не дотягиваешь до него, – увидев нахмуренные бровки Мичизо чуть исправил себя, – что хорошо, потому что с этими чудаками иногда бывает трудно. Так или иначе, ты идеально вписываешься. Эта ночь казалась бесконечной, но под конец, когда Чуя выкуривает третью по счету сигарету, Мичизо целует его. Может от некой безысходности или алкоголя или от собственных чувств, Накахара ему отвечает. Их поцелуй со вкусом сигарет, нежный, но внутри Чуи все кричит, что это неправильно. – Нет, – все же резко отстраняется Чуя. – Прости, я не должен был отвечать. Я пойду спать. Мичизо остался со своими мыслями и недокуренной сигаретой в пепельнице. Так не должно было быть, но видимо это судьба. Каждая его любовь находится где-то далеко и каждый раз он до нее не дотягивается. Грустно, но факт. Это очередные чувства, на которые не ответят взаимностью. Накахара увлечен Тачихарой лишь как другом. И альфа это понимает. Сейчас это был отчаянный шаг, на который его подтолкнул алкоголь, а трезвый ум сейчас желает только одного, чтобы на утро омега этого не вспомнил. Любовь жестока, особенно когда это френдзона. От этого даже небольшая симпатия побуждает на непонятные поступки, даже если знаешь, что тебе не ответят. Мичизо позволяет пролить себе пару слезинок, которые скатываются по щекам и запиваются пивом. Сон в эту ночь придет ему только под утро, до этого он просто будет находиться в прострации и совершит пару поступков, которые впоследствии могут изменить ход этой грустной истории.