Дьявол внутри. Возвращение в Новый Орлеан

Со дня похорон Мари прошло две недели, но лето лето уже увяло, как цветы магнолии. Жизнь начала возвращаться в свое русло. Школа помогала Хэйдену преодолеть горечь утраты, а для Кейн то же самое сделала работа. Однажды за ужином, когда он снова заговорил об этом, Кейн рассказала сыну о том, что случилось с Мари и о том, что случиться с человеком, который посмел забрать ее у них. После того дня, они больше не касались этого в разговорах, и она надеялась, что эта история поможет ему избавиться от ночных кошмаров.Она часто думала об этой ночи, понимая, что он усвоил даже больше, чем она могла представить. Ей хотелось бы, чтобы он смог подольше наслаждаться своим детством, пока реальная жизнь не поглотит его.Может быть, то, что она проводила с ним столько времени, отвечая на бесконечные вопросы с безграничным терпением, сделало его умным не по годам. Или может быть, дело было в его неутолимой жажде познания, в постоянном чтении, в поиске ответов на вопросы. Как бы оно ни было, суть в том, что ее сын, когда подрастет, станет идеальным мужчиной, и эта мысль всегда отражалась гордой улыбкой на ее лице.Отставив кофейную чашку, она постаралась отбросить мысли о личном, встала из-за стола и набросила пиджак, показывая своим людям, что она готова отправиться на работу. Машина стояла в нескольких метрах от парадной двери, готовая отправиться на местный склад. В ее собственности было два ночных клуба, но она проводила большую часть времени в здании у реки, которое отец купил много лет назад. Выцветшая потрескавшаяся краска на внешних стенах, отлично скрывала наличие внутри шикарного офиса. Кейн отлично знала, в каких конкретных местах установлены подслушивающие и подглядывающие устройства ФБР и других спецслужб. Она постоянно раздражала агентов, когда улыбалась и приветственно махала прямо в камеру. Меррик, сидя рядом с ней, поправляла под пиджаком наплечную кобуру, повернувшись грудью к Кейн. Обычно Меррик не любила много разговаривать, а работала быстро и эффективно. Она всегда точно выполняла указания и хранила секреты семьи Кэйси, и теперь она была полностью на стороне Кейн. — Ну, что у нас сегодня на десерт? – спросила Кейн. — Могла бы быть я, если бы ты разумно использовала возможности. Кейн позволила себе задержать взгляд на соблазнительной ложбинке и вздохнула. – Такое предложение сложно отклонить, поэтому не забудь о нем, когда мы закончим с делами. Ты видела Мука, перед тем как он отвез Хэйдена в школу? – Конечно. Не беспокойся. Я не позволю, чтобы с тобой или с твоим мальчиком что-то случилось. – Она погладила Кейн по коленке. – Что касается твоего первого вопроса, тебя ждет твой дядя Алекс. Он давно хотел тебя увидеть, но я сказала ему тогда, что было не самое лучшее время для этого. Но больше он не может откладывать встречу, поэтому я решила, что тебе стоит поговорить с ним. Алекс Бакстер, старший брат ее матери, был единственным из родственников по материнской линии, который попытался заменить отца Кейн. – Он сказал, чего хочет? – Нет, но сказал, что это важно, и что это не касается семейного бизнеса. Уже в ресторане, Меррик увидела, что Алекс один и заняла свое обычное место за дверью. – Кейн, как ты? – Алекс стоял с таким видом, будто ждал, что племянница обнимет его, и сразу сел, когда она прошла мимо и уселась за стол. – Я в порядке. Спасибо, что пришел спросить. Если это все, то нам пора заканчивать. Я отложила кучу дел, чтобы отдохнуть с Хэйденом, и теперь у меня накопилась куча работы. Как бы я не хотела поболтать с тобой, я занята. – Я сказал твоей личной питбульше, которая сейчас за дверью, что у меня важный разговор, так что ты можешь уделить мне десять минут. – Поосторожней. Даже не пытайся сказать ей такое в лицо. Она может укусить и за меньшее. О чем же таком важном ты собирался мне сказать, что даже рискнул разговаривать с Меррик? – Кейн расслабилась в кожаном кресле и подперла рукой подбородок. Она благодарила судьбу за то, что такие милые разговоры встречаются не столь часто, но не смотря на это, они были очень раздражающими. – Ты так похожа на своего отца. Кейн. И что только моя сестра нашла в этом человеке? Всю жизнь пытаюсь разгадать эту загадку. – Он покачал лысеющей головой, вспоминая старшего Кэйси и тот влюбленный взгляд, каким на него всегда смотрела его сестра. — Учитывая то, что ты и Эдит жили на его деньги, и до сих пор живете, тебе бы стоило говорить об отце хоть с каплей уважения. В сотый раз тебя предупреждаю, чтобы ты был поосторожнее, когда говоришь о нем или о мамином выборе. — Не надо злиться, – поднял руки Алекс, переходя наконец к тому, зачем он сюда пришел. – Я хочу поговорить о людях, близких тебе, которые недавно позвонили и попросили меня смягчить удар, перед тем как сами придут к тебе. Пообещай, что ты выслушаешь меня, вместо того, чтобы разбить что-нибудь в гневе. Кейн провела рукой по своим черным как смоль волосам, пытаясь справиться с раздражением, которое, казалось, заполнило собой всё пространство. Так было всегда: он обвинял отца Кейн и всю его семью в смерти мамы, а сам палец об палец не ударил, чтобы помочь своим племянникам. – Говори прямо, зачем пришел, или выметайся к чертям! Не успел Алекс сделать племяннице замечание по поводу ее выражений, его прервал голос другого дяди Кейн, Джарвиса Кэйси. – Наверно, тот человек, о котором говорит Алекс, обратился за помощью не к тому члену семьи. Им нужно было послать любимого дядю, а не самого назойливого. Поддразнивающая реплика Джарвиса, заставила Кейн улыбнуться впервые за утро. Ее дядя Джарвис был единственным человеком, которому она доверяла. Джарвис был на пару лет моложе брата, но на некоторых фотоснимках они выглядели почти как близнецы : оба высокие, темноволосые и красивые. Алекс смотрел на них, пока они приветствовали друг друга. В семье Бакстер обычно появлялись на свет рыжеволосые коротышки, в то время как в семье Кэйси – великаны с темными волосами и синими глазами. Именно глаза Далтона, говорила ему Тереза, забрали в плен ее сердце с самого первого раза, когда она заглянула в них. – Меррик, – позвала Кейн , – пожалуйста, проводи Алекса к выходу. Мы с ним закончили. Алекс проследовал за Меррик, понимая, что просьба уйти, не шутка. Когда они остались одни, Кейн подпрыгнула и заключила Джарвиса в объятья. – Как ты, малыш? Держишься? – спросил Джарвис. – Все еще пытаюсь убедить себя, что ее нет. – Тебе нужно заботиться о себе, Кейн. Ни в чем себя не вини. Прошло всего несколько недель, так что тебе стоит дать себе небольшое послабление. Прогуляйся по улице, купи старику чашку кофе, и я расскажу тебе длинную историю. Они вышли наружу, за ними следовала Меррик и еще три человека. Под каждым пальто этих четверых был достаточно оружия, чтобы разнести весь квартал, если бы это понадобилось. – Что происходит? — Кейн повернула голову и посмотрела на противоположную улицу, где стояла уже ей знакомая машина ФБР. – Почему ты всегда смотришь на них, если знаешь, что они следят за тобой? – Джарвис, надвинул шляпу пониже. – Думаю, что дамы из суда присяжных ни за что не осудят меня, если смогут увидеть мои удачные фотографии. Дядя рассмеялся над шуткой и хлопнул ее по спине. – Я рад слышать, что к тебе возвращается чувство юмора и иронии. Я скучал без них. – Они прошли по улице и зашли в кафе, где Кейн обедала почти каждый день. – Твой папа любил заказывать здесь яичницу. – Ты вышел из дома в такой дождь, чтобы рассказать мне про папу и яичницу? – Кейн помахала официантке и показала ей два пальца, перед тем как показать на кофейник. – Может быть, я просто хотел тебя увидеть.— Джарвис стучал пальцем по столу, и Кейн поняла, что его что-то беспокоит. Когда официантка принесла две чашки кофе со сливками и сахаром, Кейн положила руки на стол, готовая услышать все, что расскажет ей дядя. – В чем дело? – Звонила Эмма. Если бы Джарвис вдруг встал и ударил ее, это не ошеломило бы ее так сильно. Рука Кейн сжалась в кулак, когда она услышала это имя. – Что ей нужно? Джарвис опустил голову и сжал в руках шляпу, мокрую после дождя. Он очень надеялся, что этот кулак не упадет на его голову, когда он закончит. Ему казалось, что от ее взгляда заледенело все вокруг. – Она в городе, и хочет с тобой встретиться. Я предложил ей свою защиту при условии, что она не станет пытаться связаться с Хэйденом без твоего разрешения. Я не хочу указывать тебе, что делать, но тебе нужно разобраться с этим. – С чем – с этим? Все кончено! Она ушла, разве ты не помнишь? – Она уехала домой… – сказал Джарвис. – Здесь был ее дом, и здесь была наша жизнь!– Голос Кейн поднялся на октаву, и она ударила кулаком по столу. – Я знаю, куда она уехала. Для безопасности Хэйдена, я знаю о ней все, каждый ее шаг. Джарвиса удивил этот взрыв эмоций, ведь Кейн всегда контролировала себя будучи на публике. – Просто поговорить, Кейн. И все. – Джарвис попытался успокоить ее. Он понимал, что рискует, но думал, что это было бы лучшим решением для всех. Он был готов сделать для счастья Кейн все, что угодно.Кейн повернулась на стуле и обратилась к Меррик: — Позвони Муку. Скажи ему, чтобы сегодня они ехали сразу домой, и чтобы он не открывал дверь никому, кроме нас с тобой. Если он хоть что-то сделает не так, ему не сдобровать. Меррик не стала задавать вопросов. Она просто взяла телефон и передала сообщение ответственному за безопасность Хэйдена.Кейн посмотрела на Джарвиса. – Скажи Эмме, чтобы ждала меня в «Эрин Гоу Броу» в час. У нее будет двадцать минут. И в следующий раз, дядя, не ставь интересы кого-либо выше интересов семьи.