Changing of the Seasons

— Прости, Таббо. Я знаю, что ты был очень привязан к нему. Но хорошо, что его усыновили. Таббо нахмурился, глядя на даму из приюта. — Я знаю, что это хорошо. — язвительно сказал он. Как бы сильно он ни любил Томми, он хотел, чтобы другой получил семью, которую заслуживал, даже если они больше не встретятся. — Мне просто интересно, как его усыновили посреди ночи, а я даже не заметил, хотя мы спим в одной комнате! Здесь никого не усыновляли посреди ночи. Таббо знал, что иногда это случалось в очень захватывающих историях. Но их приют был скучным и закрывал свои двери прямо перед закатом, несмотря ни на что. — Прости, Таббо. Я знаю, что ты был очень привязан к нему. Но хорошо, что его усыновили. — Ты меня вообще слушаешь? — спросил Таббо, нахмурившись. Хозяйка приюта моргнула, но ничего не ответила. Что-то было не так, Таббо был уверен. Он уже думал, что это было немного странно, что он проснулся и обнаружил, что Томми пропал. Это стало еще более странным, когда женщина из приюта теперь повторяла одно и тоже, будто у неё заела пластинка. — Прости, Таббо. Я знаю, что ты был очень привязан к нему. Но хорошо, что его усыновили. — Ладно, я сам разберусь! — рявкнул Таббо, развернувшись и отступив на шаг. Малыш замер. Обычно, над входом висела железная подкова. Он знал это, потому что они с Томми должны были снять её и отшлифовать, когда им было особенно плохо. Подковы не было на месте. Когда Таббо посмотрел на мусорную корзину, то увидел, что оттуда выглядывает кусок железа, сильно проржавевший и явно отколотый от целого. — Прости, Таббо. Я знаю, что ты был очень привязан к нему. Но хорошо, что его усыновили. Когда малыш оглянулся, воспитательница смотрела на него неморгая. Гипноз. Другого и быть не могло. Таббо слышал об этом в действительно страшных историях, но никогда не думал, что увидит это. Таббо вздрогнул. Он ничем не мог ей помочь. Жертвы должны были либо справиться с этим самостоятельно, либо остаться такими до конца жизни. Не обращая внимания на навязчивое чувство вины, Таббо тихо выскользнул из комнаты. Это была не его забота. Если воспитательница была загипнотизирована, это означало, что фейри украли Томми. Это означало, что, как и в рассказах, Таббо должен был спасти его! Во-первых, ему нужно было получить информацию. Ранее он не видел ничего странного в их комнате, поэтому сомневался, что сможет найти хоть что-то. Малыш знал, что в городе есть охотник на фейри. Он приходил каждый год, чтобы нацарапать странные символы краской и отказывался объяснять зачем, как бы он и Томми ни приставали. Эти странные символы, похоже, были бесполезны, но, может быть, охотник узнает, кто украл его друга. Таббо выскользнул через заднюю дверь, направляясь к одной из дыр в заборе. Технически они не должен был покидать приют, иначе он рискует потерять свой ужин, но Таббо был уверен, что Томми сейчас куда важнее. Кроме того, рядом не было никого, кто мог бы накричать на него за это, а значит, что ему сейчас было можно всё. Таббо протиснулся в дыру, оглядываясь. Как же ему найти охотника в этом большом городе? Малыш решил отправиться в самое отвратительно и вонючее место, которое он знал. Ему пришлось незаметно прокрасться под носом у хозяина, когда вошла большая толпа. Таббо сморщил нос и чопорно вскочил на свободное место рядом с охотником. Охотник повернулся, чтобы посмотреть на него, его слепые глаза смотрели пустым взглядом. — Что тебе нужно? — Охотник хмыкнул. Таббо отклонился, когда напиток охотника почти выплеснулся из его чашки. — Кто-нибудь из фейри усыновляет детей? — спросил он, немного понизив голос. Таббо видел, как это делают взрослые, когда хотят что-то скрыть. Он не хотел оставаться здесь дольше, чем необходимо, и был уверен, что охотник расскажет кому-нибудь, если подумает, что здесь есть ребенок. Охотник хмыкнул. — Они крадут их, да. Заставляют их работать или играть в свои маленькие игры. Для них это забавное развлечение: украсть ребёнка, прождать столетие, а затем вернуть его в скорлупу его старого дома. — Нет, не как кража, а как усыновление. Фейри усыновляют детей? — Продолжал настаивать Таббо. Иначе не было никакого смысла заставлять воспитательницу поверить в то, что Томми был усыновлен. Слишком много усилий для обычной кражи. Охотник покосился на него, глядя поверх его головы. — Слышал, что некоторые из них это делают. — пробормотал он, делая большой глоток. — Они превращают их в своих собственных маленьких монстров, как будто их убийство недостаточно. — Кто? — Таббо продолжал настаивать. — А мне-то откуда знать? — Охотник хмыкнул. — Скорей всего, это Зимний Двор, но осеннего короля тоже иногда замечали около детских приютов. Это может быть любой из этих ублюдков. Ты закончил свою небольшую викторину, или я должен дать тебе хороший пинок, чтобы ты свалил отсюда? — Не стоит. — сказал Таббо, соскальзывая со своего места. У него было все, что он хотел знать. Он оставался низко к земле, огибая шумные группы, собравшиеся вокруг столов. Он вздохнул с облегчением, когда вырвался обратно на яркий дневной свет и чистый воздух снаружи. Взрослые были странными. Почему им вообще нравилось проводить время в подобных местах? Таббо не понимал этого. Но теперь у него была информация! Не подтверждение, но он сузил список до двух Дворов. — Зимний Двор кажется более вероятным, — сказал Таббо, направляясь к окраине города. И он знал место, где уже раньше похищали глупых маленьких детей. Помощница воспитательницы рассказывала им эту историю, чтобы напугать их всех и заставить вести себя прилично, и Таббо хорошо запомнил эту историю. Детей похищали прямо на опушке леса, под низкими ветвями массивной сосны. Таббо остановился, оглядевшись. Он должен был просто ждать здесь? Ему нужен был знак? Может ему стоит крикнуть? Должен ли он сказать, что он просто доверчивый ребёнок, который хочет быть похищенным? Или он должен просто сказать, что ищет друга? Людям никогда не приходилось иметь дело с такими вещами в историях. — Привет? — тихо сказал Таббо. Он прочистил горло, стараясь не пискать. — Я ищу Томми? Или того, кто мог его забрать? Тишина. Таббо нахмурился, даже заглянув за дерево. Это было так несправедливо, всех остальных так легко крали, а ему приходилось терпеть и ждать! Таббо пнул снег. Может, когда у них появился Томми, им уже был не нужен еще один семилетний ребенок? Ух, неужели ему снова придется посетить то противное место? — Признаюсь, я не ожидал, что ты придешь. — Таббо подпрыгнул, завизжав, когда он чуть не поскользнулся и не упал. Позади него послышался тихий смех, и Таббо повернулся в сторону звука. Логично, что Таббо знал, что Томми был похищен фейри. Но это не подготовило его к тому, чтобы увидеть его лично. Он ожидал увидеть больше клыков, когтей и прочего. У существа перед ним были темно-карие глаза и вьющиеся каштановые волосы с небольшой седой прядью спереди. Его кожа была мёртвенно-бледной, а его белая одежда практически сливала его со снегом. — Значит, гипноз тебя не обманул. — сказал мужчина, склонив голову набок, чтобы посмотреть на Таббо. — Я почти ожидал этого, но, признаюсь, я думал, что ты будешь действоватт. — Почему?! — возмутился Таббо. Это был Томми! Конечно, он хотел бы убедиться, что он в безопасности. Они были лучшими друзьями! — Это то, что вы, смертные, всегда делаете. — сказал мужчина. — Сжаться и притвориться, что всё хорошо, что нет монстров, которые бьются в темноте. — Значит, ты собираешься сделать Томми что-то плохое? — сказал Таббо, глядя на фейри. Он бы не колеблясь укусил его, если бы мог. — Нет! — отрезал фейри. — Конечно, ты поторопился с выводами. В конце концов, для тебя я просто монстр. …Почему он так говорит о себе? Таббо действительно был сбит с толку этим разговором. — Что тебе нужно от Томми? — спросил Таббо. Он не мог позволить фейри отвлечь его от того, что действительно важно! — Как сказала твоя воспитательница, мы его усыновляем. — сказал фейри. — Помогаем ему перестать быть отвратительным смертным и занять своё законное место в качестве моего младшего брата. Таббо в шоке отшатнулся. Он знал, да, что фейри превращают детей в себе подобных. Даже охотник так сказал. Но он предположил, что это одна из тех страшных фраз, которые взрослые говорят, чтобы напугать тупых детей. — Верни его! — сказал Таббо. Он хотел вернуть Томми! С чего эти фейри вообще взяли, что им можно красть Томми? — Или я буду драться с тобой! Фейри фыркнул. — Может быть, мне стоит представиться. — лениво сказал он. — Я Уилбур, принц Зимнего Двора. Ой… Эммм… Таббо не ожидал этого. Он знал, что Уилбур появлялся в рассказах, и это определенно были не самые приятные истории. Таббо взвизгнул, когда холодная рука схватила его за кудри, потянув голову вверх, чтобы он посмотрел Уилбуру в глаза. — Единственная причина, по которой я оставляю тебя в живых, это то, что ты нравишься Томми. — сказал Уилбур с холодной улыбкой. — И я рассказываю тебе все это, чтобы ты дважды подумал, прежде чем делать глупости. Теперь он мой, моим и останется! — Таббо слишком дорожил Томми, чтобы просто так отступить. Пути назад уже нет. — Он больше не твой. — Томми — мой друг. — сказал Таббо. Они обещали держаться вместе, несмотря ни на что. Таббо не мог нарушить обещание. — Был твоим другом. — Уилбур поправил его. — Пока ты смертен, ты больше никогда его не увидишь. Я не хочу, чтобы ты загрязнял наш солнечный свет своей отвратительной грязью. Таббо взвизгнул, когда его толкнули в снег. Он замер, глядя на Уилбура. — Беги назад к своей никчёмный смертной жизни. — сказал Уилбур, скривив губы. — И забудь о нём. Это последняя милость, которую я дам тебе. Таббо закрыл глаза, когда подул сильный холодный ветер. Но когда малыш снова открыл их, Уилбура уже не было. Он медленно поднялся на ноги, дрожа от сырой одежды. Но у него не было времени подумать об этом! Ему нужно было придумать план! Какой план? Таббо потер подбородок. Мог ли он попытаться заключить сделку, чтобы спасти Томми, как это было в сказках? Он посмотрел на снег и вздрогнул. Люди, отправлявшиеся на территорию фейри в рассказах, были могучими рыцарями и крутыми алхимиками, а он — просто тощий семилетний мальчишка, который буквально гулял по лезвию ножа. У него не ни шанса. И вообще, этот придурок Уилбур сказал, что то, что они делают, необратимо. Так что если он не успеет спасти Томми, то это будет Томми-фейри. А если он попытается спасти Томми-фейри, то это могут посчитать кражей. А за кражу Зимний Двор в одной из историй оторвал вору все его конечности. Таббо не хотел разлучаться со своим лучшим другом, и не хотел лишаться своих конечностей. Малыш фыркнул, пиная снег. Он не мог просто так отпустить Томми. Они держались вместе уже много лет, лучшие друзья несмотря ни на что. Если бы забрали Таббо, Томми сделал бы все, чтобы воссоединиться с ним. По какой-то причине его мысли постоянно возвращались к тому, что сказал Уилбур: " — Пока ты смертен.» Значит ли это, что если он не смертный, то сможет увидеть Томми? Охотник сказал, что осеннего короля иногда видели около приютов. Фактически, король Осени был бы его следующей остановкой, если бы он пережил Зимний Двор без травм. Это означало, что он, возможно, тоже искал человеческого ребенка для усыновления. Это была глупая идея. Никчёмная, как сказал бы Уилбур. На самом деле Таббо не был каким-то особенным ребенком, и над ним не ворковали немногочисленные семьи, посещавшие приют. Но Таббо не хотел терять своего друга, и рисковать всем было его последним выбором. Он повернулся, побрел прочь и надеялся, что идет в правильном направлении. До Осени предстояла долгая прогулка. И это бло действительно так. Но когда деревья начали меняться, Таббо слегка хрипел, его ноги еле волочились при ходьбе. Сколько еще ему нужно было пройти? Он поднял голову, с облегчением увидев ярко-красные и оранжевые осенние листья. Таббо глубоко вздохнул, в животе заурчало от запаха имбирных пряников. Он любил вкус имбирных пряников. Может быть, если бы он был не очень хорошим ребенком, он бы съел один. Шорох листьев был единственным предупреждением, которое он получил, прежде чем на тропинку выскользнула лиса. Её карие глаза казались слишком умными для животного. — Привет. — Сказал Таббо, потому что ты должен вести себя хорошо, когда разговариваешь с фейри. — Привет. — ответила лиса, подползая ближе. — Что привело сюда такое маленькое чудо, как ты? — Я ребенок Шлатта. — сказал Таббо с уверенностью ребенка, полностью верившего в свой план. Лиса чуть не падает, спотыкаясь о лапы. — Ты в порядке? — Да, я… — Лиса смотрит на него, явно сбитая с толку. Таббо знал этот взгляд. Так на него смотрели люди, посещавшие их приют. — Чего ты ждёшь? — Ты в порядке? — терпеливо повторяет Таббо. Лиса покачала головой, странное движение для четвероногого животного. — Нет, отойди назад. Ты сын Шлатта? Но ты ээм… Ты человек. — Это грубо. — терпеливо сказал Таббо. — Ты знаешь, где он? — Ага. Конечно, я знаю, где он. А если серьезно, давай рассмотрим первую часть. — Ты можешь отвести меня к нему? — спросил Таббо. Лис долго смотрел на него, прежде чем покачать головой. — Знаешь что, да. Он может иметь с тобой дело. Прогулка определенно была приятнее в компании. Фанди, лис, казался немного взволнованным, но он позволял Таббо задавать ему всевозможные вопросы, так что Таббо решил, что он все равно хороший. Они остановились перед ужасно огромным деревом. Таббо присвистнул, глядя вверх. Это дерево должно было быть в сто раз больше его! Нет, еще больше! — Жди здесь. — сказал Фанди. — Я пойду за Шлаттом. — Хорошо. — сказал Таббо, задыхаясь, когда Фанди вошел прямо в дерево. Мог ли и он это сделать? Таббо протянул руку, чтобы проверить это, прежде чем тут же отдернуть ее и оглядеться. Здесь никого не было. Если он ненадолго сойдёт с тропинки, а потом сразу же вернётся, ничего же не должно случиться? Никто не узнает. Таббо сделал шаг вперед, шатаясь, когда мир перевернулся с ног на голову. У него заболел желудок, как в тот раз, когда он ел заплесневелый хлеб. К несчастью для своего плана, он врезался во что-то лбом. Таббо ошеломленно покачал головой, глядя вверх. Малыш почти мог принять его за человека из-за спутанных каштановых волос и щетины на лице. Но широкие бараньи рога и светящиеся янтарные глаза с горизонтальными зрачками говорили о другом. — Вы Шлатт. — заявил Таббо. Сейчас нет смысла притворяться или врать. — А ты ребенок, утверждающий, что он мой сын. — сказал Шлатт. Таббо пожал плечами. — А теперь назови мне причину, почему я не должен убить тебя прямо сейчас. — Вы бы не стали. — уверенно сказал Таббо. Он уже все продумал. — Или Вы бы уже сделали это. Я знаю, что вы хотите ребенка. А я хочу, чтобы меня усыновили. Взам-… Взавыг-. — Взаимовыгода. Смелые слова для ребёнка. — сказал Шлатт, посмеиваясь. Таббо не был уверен, хорошо это или плохо. — Но это не объясняет, почему этим ребенком должен быть ты. — Вам не нужно меня усыновлять. — сказал Таббо. Ему просто нужно было остаться и больше не быть смертным. — Я довольно хорошо читаю, и воспитательница сказала, что у меня очень хорошая память и что я смогу заниматься математикой, как только пойду в школу. Так что я тоже могу быть полезен. Он пожал плечами, не удивляясь тому, что ему пришлось вытащить эту карту. Большинство семей, посетивших приют, не интересовались им дольше одного момента. Слишком странный для семей, которым нужен красивый, послушный ребенок, чтобы хвастаться, слишком спокойный для семей, ищущих дикого ребенка, чтобы вырастить бойца. — И я тоже могу писать письма. — сказал Таббо. Матрона часто заставляла его это делать. — И правда. — сказал Шлатт. В его глазах было странное выражение. — Ты хотел бы стать моим слугой? Таббо задумался, прежде чем кивнуть. Если бы он мог иногда видеться с Томми, это того стоило бы. — Да. А если ты меня не возьмешь, то я просто пойду в Летний Двор или в Весенний Двор. Он знал, что это называется конкуренцией. Это было важно, когда ты устраивался на работу. Таббо однажды видел, как точно так же делал один из жителей деревни, и он, очевидно, остался и получил много денег за свою работу! — Это было очень по-детски, что Фанди пытался меня убить. — сказал Таббо. Он хотел, чтобы Шлатт знал, что он умен, умеет планировать и может быть полезен. — Правда? — сказал Шлатт. — А откуда ты это знаешь? — Я не сходил с тропы. — сказал Таббо. — Так с чего бы фейри подходить ко мне? Во всех историях они либо хотят заключить сделку, либо подраться. У меня не было ничего, что он хотел бы, так что ясно, что он собирался доставить мне неприятности. Он видел, как дети делали так же в приюте. Намеренно придирались к кому-то до того, как прибудут семьи, чтобы жертвы пошли в слезах к воспитательнице. Запуганного ребенка прогоняли с большого собрания. — Последний вопрос. — сказал Шлатт, и Таббо немного заерзал в нерешительности. — Зачем тебе это? Слова Шлатта такие тёплые и успокаивающие, что Таббо почувствовал, как его рот открывается прежде, чем он успевает подумать. — Потому что Зимний Двор забрал моего друга и сказал, что мы больше не сможем видеться, если я смертный. Значит, я больше не могу быть смертным, потому что хочу его увидеть. Шлатт искренне рассмеялся. — Ну хорошо. — Сказал он. Таббо взвизгнул, когда теплые руки обвились вокруг него, поднимая и нежно прижимая к груди. — Я сделаю твою ложь правдой и усыновлю тебя. — Правда? — сказал Таббо. Он действительно не ожидал такого результата. - Правда. — сказал Шлатт. - Ты будешь моим сыном, и я буду заботиться о тебе, несмотря ни на что. Тебе больше не нужно быть смертным. И, возможно, Таббо следует беспокоиться, но на самом деле он просто так рад, что не умрет и не потеряет Томми. Он позволяет себе опереться на плечо Шлатта, чувствуя, как нервная энергия, толкавшая его вперед, покидает его. - Хорошо. - Сказал он. - Я верю тебе. - Черт, малыш. Ты лёгкий, как пёрышко. — сказал Шлатт. Он поворачивается и идет дальше в сторону странного дерева. Таббо зевнул. — Мне придется накормить тебя, прежде чем Двор решит, что я усыновил скелет. - Можно имбирных пряников? — пробормотал Таббо. Он снова зевнул, прижавшись щекой к прохладной ткани модного костюма Шлатта. — Конечно, малыш. — сказал Шлатт. Теплая рука погладила его кудри, и Таббо наклонился к ней. Он почувствовал, как его опускают на кровать, которая больше походила на облако. — Мне нужна от тебя последняя вещь. - Какая? - Что ещё ему нужно было сделать? - Твое истинное имя. — сказал Шлатт. Таббо задумался об этом на несколько минут. Где-то глубоко внутри него кричало чувство самосохранения. Что он откажется от всего, если сделает это. Но он уже знал о рисках, когда пришел сюда, чтобы предложить себя. - Тоби Андерскор.

***

- Перестань ёрзать. - Таббо заскулил, уткнувшись головой в ногу отца. — Мне холодно. - Заскулил Таббо. Он усмехнулся, когда его слова, наконец, произвели желаемый эффект: тёплый пиджак его отца был накинут на его плечи. Таббо хихикнул, сильнее закутываясь в него. Это было скорее одеяло, чем пиджак, но он все равно любил его воровать. - Теперь мне холодно, ты, маленький засранец. — сказал Шлатт. Но его рука провела по волосам Таббо, провела по основанию одного из его выпуклых рогов, говоря ему, что папа на самом деле не сошел с ума. - Перестань спорить с ребенком, или мы опоздаем. - Недовольно сказал Квакити. Таббо почувствовал, как руки отца обвились вокруг него, поднимая. - Ты смущаешь меня. — сказал Таббо. Но он не сопротивлялся, обнимая отца за шею. - Я не знаю, почему это делаешь ты, а не Фанди. Ему нравился Квакити. Крылатый фейри был забавным и обычно давал ему конфеты в обмен на игру в карты. Но Таббо также нравился Фанди и то, как лис позволял ему прижиматься к его тёплому меху. Он хотел их обоих, но пришел только один. — Он сейчас занимается Двором. — сказал Шлатт. Он мягко ударил Таббо головой. Таббо хихикнул от ласкового жеста. - Может, ты поиграешь с младшим сыном Филзы. - Может быть. — сказал Таббо, свернувшись калачиком. Он надеялся, что жители Зимнего Двора будут хорошими. Зимний Двор был красив, но не так хорош, как их дом. И потребовалась целая вечность, чтобы добраться туда. Таббо вновь начал ёрзать. - Филза. — сказал Шлатт, когда они вошли в новую комнату. Таббо зарылся в пиджак, чувствуя себя немного не в своей тарелке. — Давно не виделись, приятель. - Сказал незнакомый голос. — Это тот маленький Подкидыш, о котором я так много слышал? Я думал, ты оставишь его в Осеннем Дворе. - Я хотел, но побоялся оставлять его одного. - Таббо закатил глаза. Его папа был слишком заботливым. Если он не был на руках у отца или рядом с ним, то он был спрятан под крыльями Шарлатана, прижимался к Фанди или бегал с Коннором. - Я сочувствую, мне потребовалось шесть веков, прежде чем я впервые оставил Техно в покое. А Уилбуру потребовалось еще больше времени. У Томми так и вовсе совсем нескоро покинет гнездо. Таббо хихикнул, услышав чьи-то приглушенные жалобы. — Он собирается прятаться из-за этого? - Я не уверен. — сказал Шлатт. Он чувствовал, как отец расчесывает ему волосы. — Ты позволишь им увидеть тебя, милый? Таббо медленно стряхнул пиджак и выглянул наружу. Он решил, что это чем-то похоже на отцовский конференц-зал. Но с тремя незнакомцами. — Ой, посмотри на него. - Зимний Король заворковал. Таббо покраснел. — Ты выбрал милого ребенка. — Ты, маленький хулиган. — сказал второй принц. В нем было что-то знакомое, но Таббо не мог понять, что. Малыш в замешательстве склонил голову набок. - Мы встречались? - Спросил он. Руки отца сжались вокруг него. — Ты похож на кого-то, кого я встречал раньше. — спокойно сказал второй принц. Это был не совсем ответ. - Почему бы тебе не пойти поиграть с Томми, пока мы закончим эту скучную встречу. Таббо понял, что его отец пытается перевести тему, но все равно дернул его за рукав. - Драться запрещено. - Отец предупредил его. - Не заходите слишком далеко. Если попадешь в беду, позови меня. - Конечно. — сказал Таббо. Он был уверен, что все будет хорошо. И когда он встретил Томми, чьи золотистые кудри и озорная ухмылка напоминали ему о его доме, он понял, что всё будет прекрасно.