Another Love / Другая Любовь

— Сяо, поцелуй меня… — тихо шепчет Эви, удобно сидящий на чужих бёдрах, склоняясь к уху подростка. — Ты дрожишь… тебе холодно? — он проводит пальцем по обнаженной груди, срывая слабый болезненный стон. — Н-нет… всё в порядке… — сквозь сбитое дыхание отвечает Алатус. Он слабо приподнимается на локтях и едва уловимо касается чужих губ. — Разве это поцелуй? — с ухмылкой спрашивает Эви, отстраняясь назад. Он накручивает на палец хвостик чёрной косички и ехидно улыбается, смотря в янтарные глаза и улавливая в них страх. — Прости… — Ну-ну, — он опускает ладони на холодные бледные щёки Сяо и склоняется к его лицу. — Тебе не за что извиняться, я всё понимаю, — он берет руку Сяо и опускает на свою обнаженную грудь. — Чувствуешь, как быстро бьется мое сердце? — Д-да… — Это потому что я хочу люблю тебя, Сяо… — бледные губы Эви жадно опустились на шершавые и искусанные губы Алатуса. Он углубляет поцелуй, заставляя подростка под собой вздрогнуть. Очевидный дискомфорт, который испытывает сейчас Сяо, явно никак не беспокоит его. Эви прикусывает нижнюю губу юноши до крови, сразу принимаясь слизывать проступающее алое пятнышко. Металлический вкус заставляет сердце пропустить удар. Алатус слабо ёрзает, чем лишь раззадоривает Эви. — Тебе не нравится…? — разрывает поцелуй, а затем немного двигает бёдрами, пытаясь уловить хоть малейшее возбуждение со стороны Сяо. — Н… нравится… — почему-то рядом с Эви вся уверенность куда-то исчезает, в голове сразу пустота, этот юноша словно змей, который душит свою жертву, не оставляя ей ни малейшего шанса на спасение. — Иногда мне кажется, что я на тебя давлю… — пальцы Эви вновь скользнули вниз по чужому телу. Он остановился на багровой ссадине, глаза словно сверкнули безумием, ладонь принялась поглаживать травмированное место, заставляя Сяо слабо скулить от боли. — Это ведь не так, да? — тихо шепчет, выдавая весьма странную улыбку. — Нет… — тело словно онемело. Ему больно и неприятно, сильное и необузданное чувство страха не даёт нормально дышать и говорить. Постоянное придыхание, нервное сглатывание слюны и дрожь — единственное, как сейчас он может реагировать на слова и действия Эви. — У тебя кровь… — подросток смотрит на вновь проступившее алое пятнышко на нижней губе. В глазах пробежала искра, а уголок рта нервно дёрнулся. Эви жадно припал к губам Сяо, больно сминая их в поцелуе и наслаждаясь привкусом чужой крови. Сяо проснулся в холодном поту. Голова болит, в ушах стоит неприятный звон. Он тяжело дышит, пытаясь вспомнить, что же ему снилось, но безуспешно. Юноша поднимается с кровати и растеряно вертит головой по сторонам. Он находится в комнате общежития, уже совсем скоро начнётся учебный год. В голове до сих пор не укладывается, что он наконец-то вырвался из дома. Осталось отучиться всего год и он сможет навсегда вычеркнуть свою «семью» из жизни. В апреле ему исполнилось 18, он с трудом помнит, как смог выбить у отца, который является директором колледжа, в котором Сяо учится, проживание в общежитии. Хоть Алатус и считает его ужасным и жестоким человеком, но мужчина всегда держит данное обещание. Как было и в случае с общежитием. Наконец-то тело не покрыто ссадинами и побоями, наконец-то внутри живёт надежда, что его больше не тронут. — Тук-тук, — звонкий голос уже знакомого человека вырывал Сяо из раздумий. Венти заглянул в комнату, держа в руках дорожную сумку. — Это же 603 комната, да? — Да. — Иронично… — усмехнувшись, проговорил юноша. — Значит, мы с тобой соседи. Он прошёл глубже, бросил сумку около свободной кровати и сразу же направился на выход. Юноша явно куда-то спешит, так что задерживать его разговорами Сяо не стал. Венти «исчез» так же неожиданно, как и появился. Алатус опустил взгляд на тёмно-зелёную сумку с вещами, так небрежно брошенную на пол. «Блин… нужно собираться на приём… — он лениво сполз с кровати и принялся быстро переодеваться. Закончив с одеждой, он посмотрел в зеркало на деревянной дверце шкафа, сразу же ударяя себя ладонью в лицо, — а умываться кто будет?» Психотерапевт, к которому ходит Сяо, ничего не знает о насилии в семье и сильном давлении со стороны отца. Доктор знает лишь то, что Алатус страдает от эротофобии, и с этой проблемой он пытается помочь. Кое-как он смог выпытать у Сяо, что в 16 лет его изнасиловали. Очевидно, это и была причина появления подобного страха. Алатус напрочь отказался рассказывать подробности, что сильно усложнило задачу психолога, бороться с фобией, не проработав при этом причину ее появления, оказалось довольно тяжело. Вот уже как год Сяо регулярно посещает доктора, но до сих пор не смог полностью побороть свой страх. — Здравствуйте! — юноша прошёл в привычный светлый кабинет психолога и присел на мягкое кресло. — Здравствуй, Сяо, — мужчина мягко улыбнулся, поправил очки и опустился на кресло напротив. — Как твои успехи? — Никак, господин Бай Чжу… Я как застрял на пятнадцатом шаге по борьбе с фобией месяц назад, так и не сдвинулся с места. — Ничего, бóльшая половина уже позади, так что мы справимся и с этим, тебя никто не торопит. Ты выглядишь слегка растерянным. Что-то случилось? — Я… встретил брата Эви… Вы… помните Эви? — Конечно, помню, — мужчина вздохнул и сочувственно покачал головой. — Он напугал тебя? — Я… не знаю… они с Эви — близнецы… но Венти… он… какой-то другой. — После всего, что Эви сделал с тобой, твоё подсознание может проводить какие-то параллели и вызывать триггер. Будет лучше, если ты сократишь общение с Венти. Это возможно? — Мы… будем жить в одной комнате… в общежитии. — Ох-ох, — он вновь покачал головой, затем призадумался. — Может, попросить твоего отца, чтобы он… — Нет! — резко ответил Сяо, заметно дёрнувшись от одного лишь упоминания отца. — Если посмотреть на всё с другой стороны, то это общение между тобой и Венти, возможно, сможет избавить тебя от ночных кошмаров и травм, которые вызвал Эви. — Но… Вы сказали, что он может триггерить меня… — Помнишь я советовал тебе таблетки? Попей их снова. Параллельно будешь привыкать к своему соседу по комнате. Быть может, он станет твоим ключом к тому, чтоб наконец отпустить ситуацию с Эви и всю ту боль и травмы, что он тебе причинил. Договорились? — Да, хорошо. — И не забывай, что у тебя не выполнен 15 шаг. Никто не подгоняет, просто держи его в уме и старайся хоть немного продвигаться и думать над его исполнением, ладно? — Да, доктор.

***

Очередное «кукольное» платье и макияж, он бегает от стола к столу, заказы, заказы, заказы… ноги гудят, а улыбка больше становится похожей на нервный тик. Венти мечется от посетителя к посетителю, разнося заказы, мило хихикая и игриво отвечая на комплименты пьяных клиентов. В голове уже абсолютная пустота, эта рабочая неделя была просто адской и невыносимой, сегодняшние туфли растирают ноги до крови, похотливые взгляды некоторых посетителей заставляют ненавидеть эту работу, но удобный для учебы график и большая зарплата, конечно, перевешивают в этой неравной борьбе. Он опускает взгляд на часы. Рабочий день окончен. Облегченно выдохнув, Барбатос направляется в раздевалку. — Вен, обслужи еще третий столик, пожалуйста, — останавливает его управляющая, — люди уже 10 минут ждут, пока у них примут заказ. — Н-но, Джинн… — Венти, всего пара минут. — Да, хорошо… — обреченно вздыхает, уже натягивая на себя улыбку и направляясь к клиентам. И всё по кругу, от стола к столу. Стоит принять один заказ, его тут же останавливают другие посетители и просят принять и у них. С кем-то поговорить, кому-то улыбнуться, с кем-то сфотографироваться… на белых чулках уже проступает кровь от разодранных туфлями ног. Он старается улыбаться и делать вид, что всё хорошо, но сил уже просто нет. «Всего пара минут…» — Венти сидит на скамейке в раздевалке, стягивая обувь, спустя два часа после того, как согласился помочь. Ноги пекут. Он кое-как стягивает чулки, которые так безжалостно прилипают к открытой ране. Пластыря нет, а судя по времени можно не рассчитывать, что в метро будет свободное место в вагоне. — Ого… — довольно милый голос прервал размышления Венти. Юноша поднял голову на говорящего — Син Цю. Этот парень учится на первом курсе на журналистике. Он приятный в общении, вежливый и воспитанный. На лицо — довольно милый. — Привет, — устало проговаривает Барбатос, смотря тому в глаза. — Тяжелый день? — Син Цю опускает взгляд на разодранную ногу друга. — У меня где-то пластырь был, подожди. — У тебя смена уже началась, Джинн будет ругаться, если опоздаешь. — Ничего страшного, — отмахнулся, уже выискивая в своем шкафчике нужную вещь, — и вообще, это они должны заботиться о комфорте и здоровье своих сотрудников. Мальчиков в подобных местах всегда мало, хотя они привлекают больше внимания, вот пусть и ценят каждого, — он протянул Венти пластырь. — Хах, незаменимых нет. — Не без этого, конечно, но всё же думаю, что за опоздание на пару минут меня не уволят. Тем более Джинн, она слишком мягкая, — проговаривает, уже переодеваясь в «кукольное» платье. — Если б Аято лично следил, то я бы подумал, а так… — Пожалуй, — Венти заклеил раны и наконец поднялся на ноги, принимаясь быстро переодеваться. Уже довольно поздно, опоздать в общежитие и ночевать на улице желания нет. — Я побежал, спасибо! Он выскочил из кафе и буквально влетел в метро. Как и предполагал — свободных мест нет. В такое время всегда людно. Он кое-как протиснулся между людей, ехать далеко, стоять на проходе желания нет. «Как шпроты в банке… Скара бы сюда.» — мысленно усмехнулся, уже доставая телефон и отправляя другу сообщение.

Вы 21:10

Привет, ты как?

Скар 21:12 Блять. (1 фото)

Вы 21:12

Нихуя ссадина. Это Тарталья?

Скар 21:13 Нет. На работе вчера

Вы 21:14

Бился головой об стену?

Скар 21:15 Жиза, конечно, но не в этот раз. Какой-то пьяный тип начал приставать ко мне, ну ты знаешь, как это бывает, когда в ночную работаешь. Так вот пока охранник выпихивал этого долбоеба, он меня ударил, теперь у меня фонарь, как второе Солнце, блять.

Вы 21:16

А Джинн что?

Скар 21:16 Вчера Камисато был. Дал мне неделю выходных оплачиваемых.

Вы 21:17

Блять, Скар, напейся и под видом клиента въеби мне. Я тоже хочу неделю оплачиваемого отдыха.

Скар 21:17 Заебался сегодня?

Вы 21:18

Еще как. Ноги растер. Сегодня у нас «день лолей», так что мы блять все в этих кукольных платьях и лакированных туфлях. Ненавижу.

Скар 21:19 Нихуя меня пронесло. Живём-живём

Вы 21:20

Чаильд не пошел в кафе разнос устраивать за лицо твоё?

Скар 21:20 Хотел, но я смог уговорить его не устраивать мне проблемы на работе

Вы 21:21

Ого. Он про вечеринку тебе что-то рассказывал?

Скар 21:21 Нет, а что? Что-то случилось?

Вы 21:22

Нет, ничего.

Общежитие закрывается в десять. Венти влетел в помещение ровно в 22:00. Он тяжело выдыхает и протягивает вахтёру студенческий. Женщина сочувственно осматривает парня, затем задерживает взгляд на его лице и качает головой. Комната 603. Барбатос тихо проходит внутрь, не зная, спит его сосед или нет. Свет не горит, абсолютная тишина словно намекает, что нужно не издавать ни звука. На носочках он проходит до своей кровати и только сейчас замечает, что он в комнате один. Облегченно выдохнув, он включает свет и принимается разбирать сумку с вещами, которую бросил утром. — Доброй ночи, — в комнату прошел Сяо. С его волос капает вода, на щеках — румянец, а в руках полотенце и пара тюбиков. — Доброй… — Венти держит в руках шорты и футболку и присаживается на край кровати. Сил совсем нет, а нужно еще сходить в душ. — Выглядишь уставшим. — Да… тяжелый день на работе. Взгляд Сяо задерживается на лице Венти. Он рассматривает его с таким интересом, что по спине второго невольно побежали мурашки. Барбатос встает, берет с собой полотенце, вещи личной гигиены и спешит в душ. В этом общежитии одно душевое помещение на этаж. К счастью, оно находится довольно близко к комнате. Венти проходит внутрь и направляется к ближайшей свободной кабинке. — Фух… — облегченно выдыхает, уже становясь под еле тёплую воду и расставляя баночки на маленькую полочку с зеркалом. Случайно словив своё отражение, он вздрогнул. «Пиздец… — вся косметика, что была на лице, потекла, оставляя за собой черные разводы. Вместо красивых стрелок и пушистых ресниц с той стороны зеркала на него смотрит уставшее лицо с черными потёками под глазами. — Забыл на работе смыть мейк… так вот почему они смотрели на меня… гений.» Он принимается смывать макияж, грубо обтирает нежную кожу мочалкой, затем вздыхает и вновь смотрит на своё отражение: — Отвратителен. — Венти, ну-ка быстро иди сюда! — строгий голос матери заставил ребенка вздрогнуть. Мальчик лет семи робко идёт на голос женщины. Она стоит на кухне около напольных весов, сжимая в руках тряпку, и наблюдает за сыном. — Быстрее ногами перебирай! — … — ребёнок подошел к весам и опустил глаза. — Раздевайся, — строго командует женщина. Перебарывая смущение и стыд, он принимается стягивать с себя домашний вязаный свитер, затем поднимает полный надежды взгляд на женщину, но она холодно смотрит на него и стоит на своём: — Штаны тоже снимай. — … — нервно сглотнув, он стягивает с себя штаны, оставаясь перед женщиной в одном белье. — Становись на весы, — командует, ребёнок вздрагивает и робко наступает на стеклянную поверхность электронного устройства. — Двадцать один… — зло прошипела женщина, бросая полный ненависти взгляд на сына. — Отвратителен.