Another Love / Другая Любовь

Ночные смены в кафе обычно менее загруженные, чем дневные, но даже так работы хватает. Скарамучча опускает заказ на столик клиентов, забирает грязную посуду, мило улыбается и уходит. Каждый раз, когда он ловит на себе подобные взгляды, как сейчас, в голову невольно приходит мысль о том, чтобы сменить работу. Посетители по ночам часто в нетрезвом виде, а по уставу он должен всем улыбаться и, если попросят, не отказывать в диалоге или совместном фото. Охрана пристально следит за безопасностью персонала, в любой момент они готовы вышвырнуть из заведения нарушителя порядка, от этого становится как-то спокойно, но желание сменить работу не пропадает. Про подобные заведения всегда поговаривают, что в них оказывают эскорт услуги, хоть это и не так, но Скарамучче не хотелось бы, чтоб подобные слухи ходили и о нём с Венти. — Пятый столик, Скар! — вырывает его из размышлений голос Джинн. Юноша кивает, натягивает уже привычную улыбку, которая чем дальше — тем больше становится похожей на нервный тик, и направляется к посетителям. Очередные пошлые взгляды, глупый флирт и заигрывание, он вздыхает, подавляя в себе раздражение. Ему нравится его работа, если б только не было подобных «экземпляров». Восход солнца оповещает о том, что смена окончена. Пора собираться и идти домой. Юноша проходит в раздевалку, сразу же присаживается на скамейку и сбрасывает обувь. Эти туфли так неприятно трут, снять сейчас обувь сродни блаженству. Он облегченно выдыхает и опускает взгляд на свои ноги — крови на белых чулках нет, это уже хорошо, значит просто натёр, но хотя бы не разодрал. — Скар, — голос Тартальи заставил вздрогнуть. — Господи, напугал, — холодно бросил ему брюнет, уже принимаясь снимать с себя форменные чулки. — Кто тебя пропустил? — Джинн, — пожал плечами Чаильд, — она же знает, что мы с тобой встречаемся. — Ну да, это ведь повод пускать постороннего человека в раздевалку. — Она не устояла перед моим шармом. — Значит она не годится на роль администратора, раз отказывать не умеет, — раздраженно проговорил Скарамучча, поднимаясь на ровные ноги. Он открыл свой шкафчик, положил вещи на скамейку, аккуратно поставил внизу обувь, сложил чулки и выдохнул. Ноги ужасно гудят и немеют. Стоило ему развернуться, как Тарталья прижал юношу спиной к железной дверце и склонился к его лицу: — Скажи, Скар, ты и Кадзуха… что между вами? — Чайльд, ты ёбнулся? — он уперся руками в чужую грудь, стараясь отстранить парня от себя, и повернул голову в бок. — Нет ничего между нами, мы репетируем вместе просто, вот и всё. — Я же вижу, как он на тебя смотрит, Скар… — рука Тартальи скользнула под пышную юбку косплейного платья. — Ты только мой. — Ты преувеличиваешь, никак он на меня не смотрит, хватит страдать хернёй, отпусти, блять, мне переодеться нужно и домой пора. Хотелось бы успеть перед парами в душ. — Скажи, что любишь меня, — раздраженно проговаривает Чайльд, настойчиво поглаживая Скарамуччу по бёдрам. — Люблю, и говорил это уже, отпусти, — он упёрся сильнее, пытаясь отстранить того от себя. — Я хочу тебя, — жарко выдыхает ему на ухо Тарталья. — Прямо сейчас, — его рука скользнула на пах юноши, и тот вздрогнул. — Отпусти… меня с работы за это уволить могут… Чайльд, не надо… — Ты ведь любишь меня? Так почему нет? — рука сжалась, срывая с чужих уст тихий скулёж. — П-пожалуйста, поехали домой… — Ты только мой, Скар, — шипит ему на ухо, уже забираясь ладонью под нижнее белье, — никому не отдам тебя… — Отпусти меня… — хотелось сказать это как можно строже, но из-за страха и дрожи в голосе получилось больше похоже на жалостливую просьбу. — Хах. Тарталья грубо схватил юношу за руки, а затем бросил спиной на пол буквально в сантиметрах от лавочки, из-за чего брюнет заметно вздрогнул, понимая, что вот-вот и он ударился бы головой о твёрдую скамью. Чайльд навис над ним, устраиваясь между чужих ног, и склонился к лицу: — Не будешь меня отталкивать? Может, позовешь на помощь? — Добиваешься моего увольнения, да? Ты ужасен. — Не так хорош, как Кадзуха, да? — Ёбнутый, я сказал, что между нами ничего нет, хватит бросаться обвинениями и ревновать к каждому столбу. — Так а ты повода не давай. — Так а ты не ищи повод там, где его нет. — Хах, — чувствуя полное физическое превосходство, Тарталья расплылся в ехидной улыбке. — Боишься меня? — Ещё чего, — фыркнул Скарамучча, отворачивая голову в бок. — А стоило бы, — он взял чужие руки в свои, завёл их над головой и прижал к полу, а сам ближе придвинулся к лицу парня, заставляя того сильнее раздвинуть ноги. — Ты такой красивый, Скар… — он жадно впился в сухие губы. Самоконтроль сходит на нет. Он привык просто брать то, что он хочет, а сейчас он хочет Скарамуччу. — Кхем, — раздался сторонний голос и хлопок двери. — Вызвать охрану, или ты сам уйдешь? — Син Цю скрестил руки на груди и одарил Тарталью весьма презрительным взглядом. — Мы не договорили, — Чайльд поднялся, оставляя своего возлюбленного на полу, и быстро покинул комнату. — Отличные разговоры, — холодно проговорил Син Цю ему вслед. — А ртом разговаривать не пробовал? Говорят, помогает. — Спасибо, — Скарамучча принял сидячее положение, обнимая колени, и безжизненно уставился в пол. «Что это было сейчас…? Он реально готов был брать меня без моего согласия…? Нет, это даже для него — слишком… не может быть… припугнуть хотел?» — Если у тебя проблемы, то могу помочь… у меня друг работает в полиции, так что… — Син Цю протянул Скарамучче руку, помогая подняться с пола. — Всегда можешь обратиться ко мне… Ваши отношения кажутся не совсем здоровыми… — Спасибо, что помог сегодня, но дальше я сам, — прервал его речь Скар. — Понял, — улыбнулся тот.

***

Альбедо опустился спиной на кровать, закрыл глаза и глубоко выдохнул. Рубедо сидит на соседней кровати и нервно закусывает губу. Его взгляд бегает по сторонам: то на Альбедо, то на пустую третью постель. Внутри становится больно и неприятно. Самое ценное, что у него есть — его дорогой брат-близнец, и он так грубо впился в его губы, так нагло перешёл черту, беспардонно ворвался в чужое личное пространство. Пустая третья кровать словно постоянное напоминание о том, что Альбедо тоже может вот так просто в один день исчезнуть, оставив после себя лишь воспоминания, или, того хуже, холодную каменную табличку на кладбище, как это уже случилось с братом. Подобные мысли давят. Они никогда не ссорились, никаких недопониманий и междоусобиц. А сейчас между ними словно образовалась пропасть. — Альбедо, прости меня, — на одном дыхании проговаривает Ру, переводя взгляд на близнеца. — Я… правда не понимаю… то есть… не знаю, что на меня нашло… — Этот поцелуй… что он обозначает, Ру? — Ничего… совсем ничего… — Ты всем вот так в губы впиваешься, а потом говоришь «не знаю, что на меня нашло»? — Ох… — слова Альбедо больно ранят, но его можно понять. Рубедо вздыхает и закрывает лицо руками. — Нет… конечно, нет… — Тогда… почему? — Я… не знаю… — Ты уверен, что ты не знаешь? — Альбедо поднялся со своей кровати и сел на пол около ног брата. Он опустил руки на его дрожащие колени и поднял взгляд вверх. — Посмотри на меня. — Не могу… — тот продолжает сидеть, закрывая ладонями лицо. В глазах стоят слёзы злости и обиды на самого себя. — Ру, — более настойчиво повторяет Альбедо, слабо поглаживая брата по коленям. — Посмотри на меня. — Мх… — он простонал от безысходности, противиться просьбам брата ему не под силу. Юноша убирает руки от лица и сразу же встречается взглядом с Альбедо, сидящим около его ног. Он кажется таким милым и покорным, таким открытым и мягким, от подобных мыслей внизу живота сразу начинает тянуть. Рубедо закусывает губу, стараясь переключить внимание на боль. — Я не злюсь на тебя и не обижаюсь, — проговаривает Альбедо, поглаживая ноги брата. — Я просто хочу понять, почему ты сделал это… чем был вызван такой поступок? Страх? Возбуждение? Подходящая атмосфера? Тайное желание? Импульсивный поступок, не имеющий никакого фундамента под собой… что это было, Ру? — Да… просто… импульсивный поступок… — соврал, нервно сжимая пальцы. Внизу живота по-прежнему тянет. Нужно собраться, иначе Альбедо заметит. Говорить ему правду о влюблённости в родного брата как-то не поворачивается язык. — Вот как, — холодно проговаривает Альбедо, опуская взгляд на едва заметный бугорок на пижамных штанах. — Ты хорошо подумал…? — пальцы слабо сжали чужие ноги чуть выше колен, словно намекая на что-то, но ведь этого не может быть. Он не может ни на что намекать. Точно не может. Рубедо лишь кивает в ответ, в знак того, что он уверен в своём ответе. — Хм… — Хм…? — неуверенно переспросил тот. — Похоже, мне снова показалось, — Альбедо покачал головой и поднялся с пола. — Считаю, что этот странный конфликт исчерпан? — Д-да. — Славно, — он улыбнулся и направился на выход из комнаты. — Схожу воздухом подышу. Стоило ему оказаться за дверью, юноша прижался спиной к стене и съехал на пол. Сердце бешено колотится, дыхание вмиг сбилось, а щёки обдало жаром. Он закрывает лицо ледяными руками, пытаясь хоть немного его охладить. «Альбедо, блять, это что сейчас было?» — ругает сам себя, опуская голову.

***

На удивление последующие два дня прошли без происшествий. В помещении колледжа до сих пор стоит слегка неприятный запах масла, хоть окна и открыты, вытяжка работает, но помогает это не так сильно, как хотелось бы. Последняя пара за спиной, сегодня у Венти выходной, после вчерашней смены ноги до сих пор болят. У Скарамуччи тоже нерабочий день, что уже говорит о том, что какое-то время они сегодня проведут вместе. — В общежитие не идешь? — Сяо заглянул в аудиторию, где только-только закончилась пара у Венти. — Нет, иди сам, я сегодня позже буду. — До вечера, — Алатус направился по коридору, ускоряя шаг и стараясь как можно быстрее покинуть здание колледжа. Каждая минута здесь вызывает сильную тревогу. В общежитии ректора не бывает, так что только там он чувствует себя в безопасности. Осталось отучиться один год и можно бежать куда подальше. Всего лишь год. Венти быстро собрал свои вещи и направился на выход, сталкиваясь в дверях со Скарамуччей. Юноша выглядит непривычно растерянным и несобранным. Он слабо улыбается другу и кивает в сторону окна, из которого видно то самое кафе, где они иногда проводят время: — Пойдем? — Прямо в окно? — усмехнулся Венти. — Третий этаж… низковато… Дорога заняла не больше пяти минут, всё это время Скарамучча молчит и смотрит под ноги, он совсем не переводит взгляд на Венти, никак не пытается начать или продолжить разговор. Он словно где-то не здесь. — Что случилось? — уже сидя в кафе, Венти помешивает кофе, наблюдая, как лопаются маленькие пузырьки пенки. — Это какой-то пиздец, Вен, — проговаривает Скарамучча, смотря куда-то в стол. Он даже не притронулся к своему заказу, но, что более странно, они сидят за столом уже порядка пяти минут, но брюнет так и не принялся вытирать его антисептиком, как делает это обычно. — Снова Тарталья? — Смотри… — он закатывает рукава черного худи, оголяя предплечья, и протягивает руки к другу. На его запястьях хорошо видно отпечатки чужих пальцев. Они настолько явные и чёткие, что становится даже жутко. Это не выглядит как простой синяк или ссадина, это больше похоже на клеймо, умышленно сделанное таким образом, чтоб можно было распознать в этих отметинах отпечаток чужой руки. — Блять, Скар… — Венти слабо поглаживает друга по рукам. — Болит, наверное, пиздец как? — Уже нет… — вздохнул брюнет. — Мы со стороны с тобой сейчас выглядим как парочка, — холодно проговорил и опустил руки под стол. — Тц, ну и пусть, — отмахнулся Венти, — не всё ли равно что и кто думает? — Да… всё равно… — он безотрывно смотрит в стол, так и не прикасаясь к своей чашке. — За что он тебя? — Приревновал к Кадзухе… это было так страшно, пиздец… он прижимал меня к полу и хотел… хотел… короче, хотел меня. Вот только я не хотел… у меня даже в голове успела проскочить мысль, что он проигнорирует моё нежелание… — Не проигнорировал? — На работе Син Цю помешал… а дома… короче… — он отмахнулся и снова вздохнул, — дома всё было по обоюдному согласию. — Но следы на руках он тебе оставил. — Когда я проснулся потом и увидел это, то… сказать, что я ахуел — это ничего не сказать… это ведь явно должно было быть пиздецки больно, но я не помню такого… — Думаю, ты просто был в шоке. — Возможно… короче, мы снова посрались с ним на этой почве… и, как ты можешь понять, уже помирились. — Как-то ты быстро его прощаешь… я понимаю, любовь и всё такое, но, блять, Скар… а если в следующий раз он не остановится? — От одной мысли в дрожь бросает… да, у него бывают приступы агрессии и всё такое, но он никогда не пробовал брать меня силой… даже, когда морозил его целый месяц, он просто терпеливо ждал… я просто ахуел, когда он набросился на меня… до сих пор не понимаю, припугнуть хотел, или… — Пиздец… понимаю, что говорить тебе о том, чтоб ты его бросил — бесполезно, но… если тебе нужна будет помощь, если когда-то сбежишь от него или еще что… не забывай, что у тебя есть я, ладно? — Д-да, конечно, — растеряно проговорил, продолжая смотреть в стол. — Скар… — сочувственно протянул Венти, подсаживаясь к другу. Он опустил руки тому на плечи и слабо обнял его. — Посмотри до чего он тебя довёл… дрожишь от одних воспоминаний о том, что даже не произошло… ты боишься его. — Физически он ведь сильнее меня… хоть я и могу в большинстве случаев поставить его на место просто словами и интонацией, но… — Но… — согласился с ним Венти, поглаживая друга по спине. — Может, стоит переступить через себя…? — Я не знаю, Вен… — он опустил голову другу на плечо и грустно вздохнул. — Теперь мы с тобой точно выглядим, как парочка. — Ну и пусть, — усмехнулся Барбатос, — кстати, интересно, почему твой Чайльд не ревнует тебя ко мне? — Не знаю… — А не мешало бы, — игриво протянул Венти, скользнув рукой ниже, останавливая её на талии друга, и сразу получая смешок в ответ на свои действия. — Согласен, мне тоже смешно. ***

«Подслушано»

Kaya-Kakaya 22:22 @noname Чё за дела? Уже несколько дней прошло, а единственный козерог, которого я знаю, до сих пор в говне не утонул. Халтура Неизвестный 22:23 @kaya Гороскоп был на неделю, дружок, а неделя еще не закончилась. Dilduс 22:23 Снова хернёй страдаете Lumi 22:23 @diluc твой ник Dilduс 22:24 @kaya блять, прибью тебя Kaya-Kakaya 22:24 @lumine крысятничесвто у вас семейное, понял ✍️ Kaya-Kakaya 22:25 @noname меня прибить хотят, можешь сделать это первым? 👉👈 Неизвестный 22:25 @kaya стань на колени и попроси лучше. Kaya-Kakaya 22:25 @noname понял 🛐🛐🛐 Кадзуха 22:25 о, началось 🍿👀 Скар 22:26 Сколько лет я спал? Что это за группа? Kaya-Kakaya 22:26 @noname кстати, Неизвестный, где туман? Неизвестный 22:26 @kaya у Аяки Аяка 22:27 Что? У меня ничего нет Неизвестный 22:27 Тогда у Кадзухи Кадзуха 22:27 🤔🤔🤔 Kaya-Kakaya 22:27 @noname я серьезно, чё тумана не было? Неизвестный 22:28 @kaya Почему не было? Я покурил в туалете, у меня ок туман был. Kaya-Kakaya 22:28 @noname Меня не позвал? Такая же крыса, как и Итэр, получается ✍️ Неизвестный 22:28 @kaya так приходи, я как раз не одет, жду тебя~ Kaya-Kakaya 22:28 @noname ползу 🥵