Another Love / Другая Любовь

Альберих стоит около серой пятиэтажки, номер квартиры Неизвестный ему не сказал. Юноша быстро пишет тому сообщение и поворачивается спиной к двери. Он пьян, слабо пошатывается, но отлично помнит, что обещал не пытаться увидеть и изучить личность НН. Кэйа слышит, как пищит домофон, железная дверь открылась. Тихие шаги, а затем ему на глаза опускается повязка. — Пойдём со мной… — тихий шёпот отдалённо знакомого голоса. Юноша чувствует, как его берут за руку и ведут в подъезд. Кожа человека, чья ладонь сжимает его запястье, довольно гладкая и нежная. Она словно манит и просит пощупать её, так что Кэйа выпутывает свою руку из его хватки и берет того за ладонь. Как и ожидалось — безумно приятная на ощупь, такая мягкая и приятная. По количеству пролётов Кэйа понимает, что это третий этаж. Он слышит, как звенят ключи на связке, дверь открывается, и его проводят в помещение. В нос сразу ударяет приятный аромат освежителя. — Что это за запах? — Кэйа пытается распознать знакомые нотки в цветочном аромате. — Понятия не имею, — отвечает приятный мелодичный голос полушепотом. — Купил то, что было по акции. Я к запахам не привередлив. — Понял. Его проводят куда-то в комнату и усаживают на диван (?). В квартире стоит абсолютная тишина, слышно лишь тихие шаги хозяина дома. Комнатные тапочки шоркают по полу, НН куда-то отходит, оставляя Кэйу одного, но очень быстро возвращается. — Выпьем? — он берет руку юноши в свою и передаёт ему стакан. — О, отличное начало, — улыбнулся Альберих. — То, что нужно после этого унылого говна в чате. — Как мило называть душевные разговоры «унылым говном», — он усмехнулся и слабо стукнул стаканом об стакан. — За отличный вечер, Кэйа. — За отличный вечер, Неизвестный. Крепкий алкоголь обжигает горло, он пробирается глубже, окутывая горячим облаком. Щеки сразу приобретают розовый оттенок, жар растекается по всему телу. Кэйа слышит, как НН открывает окно, впуская в комнату прохладный воздух. — Тебе тоже жарко? — нарушает тишину Альберих. — Ага, — протягивает тот, забирая пустой стакан из чужих рук. Кэйа выдыхает, его сердце пропускает удар. Он чувствует себя очень странно, не понимает границы дозволенного, не видит юношу перед собой, не знает, что можно делать, а что нельзя. Кажется, впервые он чувствует себя настолько растерянным. Холодные ладони опускаются на щеки. Его лицо поднимают вверх, а губы накрывают мягким поцелуем. Дыхание начало сбиваться, НН проводит языком по ровной дорожке зубов, а затем углубляет, делая этот поцелуй более пошлым и развязным. Кэйа покорно принимает, переплетая языки. Рука скользнула в волосы на затылке Альбериха и сжала их. Его голову оттягивают назад, разрывая этот поцелуй. Он чувствует как дорожка слюны опустилась на подбородок. Холодные пальцы ласкают смуглую шею. Его голову тянут за волосы на затылке, поднимая ее верх. Острые зубы впиваются в шею. Мягкий тёплый язык накрывает болезненный укус. Рука расстёгивает рубашку и сразу же пробирается под одежду. — Мх… — Кэйа роняет слабый стон, когда холодные пальцы касаются соска на груди. Рубашка снята и брошена на пол. А следом за ней — шуршание одежды и вновь звук брошенных вещей. Кэйа томно дышит, он уже возбужден, в штанах давит, хочется снять их, как и повязку с глаз. Но он обещал, что не будет пытаться увидеть НН. — У тебя встал, — тихо шепчет ему на ухо Неизвестный. — Ещё бы, — усмехнулся в ответ Кэйа, — не первый раз уже на тебя встаёт. — Ого, какие откровения, — указательный палец скользит по груди, спускаясь ниже и ниже. — Мм… нравится дразнить, да? — О, да, — властно проговаривает он. — Готов встать на колени и умолять меня? — Да хоть в ноги тебя целовать, — пьяно шепчет Кэйа, чувствуя, как на его пах опустилась рука, так беспардонно сжимая возбужденную плоть. — Футфетиш? — к его лицу склоняются, мягкие волосы слабо касаются щеки. — С тобой — что угодно… — Снимай штанишки, — томный выдох на ухо, а затем слабый поцелуй в мочку. — Хах, — Кэйа принялся растягивать ремень на штанах, затем приподнялся и быстро стянул с себя одежду. — Белье снимать не будешь? Петтинг? — слабая ухмылка со стороны. — Нечестно как-то, я ведь не вижу тебя. — Я б тоже завязал глаза, но тогда мы будем с тобой как два слепых крота. Хочешь? Не знал, что ты такой стесняшка. — Потрогать хоть можно? — с нотками обречённости спрашивает Кэйа. — Я подумаю. Такой властный и холодный, но в то же время приятный и комфортный НН заставляет всё тело Кэйи дрожать. Юноша сидит уже полностью обнаженный, закусывает губу и отчаянно борется с желанием сдёрнуть с глаз повязку. — Кэйа… — тихий шёпот над ухом вызывает дрожь. Тело покрылось мурашками. Холодный воздух и сильное возбуждение заставляют соски набухать. Горячий язык коснулся одного, принимаясь тщательно вылизывать его, слабо посасывая и срывая сдержанные стоны. Его руки опускают на мягкие волосы на чужой голове. Дорожка из поцелуев скользит от груди к паху. Без особых церемоний, головку пропускают в рот. Кэйа вздрагивает. Язык проходится по каждому миллиметру, мягко касаясь чувствительных точек. Рука берет у основания и слабо надрачивает, пока язык так тщательно лижет розовую головку. Холодные пальцы касаются выпуклых венок. Альберих тихо стонет, поглаживая чужие волосы. Он слышит хлюпающие звуки, отчего становится понятно, что парень растягивает сам себя, не отрываясь от оральных ласк. — А мне нельзя? — усмехается Кэйа. — А ты хочешь? — Хочу. На его пальцы выдавливают смазку. Юноша садится сверху на чужие бёдра и прижимается всем телом к обнаженному телу Кэйи. Альберих слышит томное дыхание у себя над ухом, а затем тихий шёпот: — Так растерялся из-за моего согласия, что забыл, что нужно делать? — Хах, ещё чего… — сквозь сбитое дыхание проговаривает, хотя в душе понимает, что НН прав. Кэйа опускает руки на его бёдра, быстро пробираясь к колечку мышц. Очевидно, юноша и правда сам себя растягивал. Два пальца скользнули внутрь без особого труда. Тихое возбужденное мычание и сдержанный стон слетели с уст юноши. Он вцепился зубами в шею Кэйи, пытаясь заглушать эти звуки. — Нравится, да? — ехидно тянет Альберих. — Много говоришь. Кэйа чувствует, что юноша отклоняется назад, стараясь насадиться на его пальцы. Альберих довольно хмыкает и пропускает третий палец. Он осторожно двигает рукой, ощущая как мышцы его сильно сжимают. Довольно узко и тесно. Очевидно, юноша не живёт половой жизнью, либо не находится в позиции снизу. — Давно не было? — с усмешкой спрашивает Кэйа, наслаждаясь ощущениями, как НН ёрзает у него на бёдрах. — Ещё одно слово не по делу, и у тебя сегодня тоже ничего не будет. — Понял. Он разводит пальцы, подготавливая зажатого и тугого парня, срывая очередной стон. Чувствуя, что юноша расслабляется, Кэйа убирает руку. Он сразу ощущает, как НН приподнимается, берет его возбужденный до предела член в свою руку, и медленно насаживается. Мышцы напрягаются, обхватывая твёрдую плоть. Он входит глубже и глубже в сопровождении тихих стонов. Кажется, орган коснулся той самой точки. По комнате разнесся громкий затяжной стон таким непривычно высоким тоном. Юноша сел до упора и замер, позволяя себе привыкнуть. — Так сладко стонешь… — прерывисто проговаривает Кэйа. — Уверен, твоё лицо сейчас такое милое… красное… потное… — он припадает к чужой шее, показательно вдыхая его запах. — Съел бы тебя… — Подавишься… — на выдохе звучит ответ. Кэйа слабо начинает двигать бёдрами, НН быстро улавливает его такт и подмахивает. Альберих чувствует, что юноша отклоняется назад. Холодные пальцы упираются в ноги выше колен. Юноша сидит на бёдрах, он ускоряет темп, быстрее и глубже насаживаясь. Кэйа поглаживает его по бёдрам, затем плавно скользит рукой на пах. Он берет в кулак возбужденный член парня и принимается стимулировать его рукой, подстраиваясь под текущий ритм. — Ах… мх… — его стоны становятся более несдержанными и громкими. Кэйа чувствует, как сжимаются пальцы юноши. Разум затуманен. Он не видит парня, но эти звуки, этот запах, эти касания… всё сводит с ума. Кэйа сдержанно стонет, пока юноша сжимает его внутри. Эта ночь кажется настолько нереальной, что появляется ощущение сна. Удовольствие и возбуждение растекается по телу, которое уже жаждет разрядки. Атмосфера неизвестности, властный тон, особая аура этого юноши словно выбивает Кэйю из этого мира и переносит в какой-то вакуум, где нет ничего и никого, лишь они вдвоём. — Ммх… я… сейчас… — кое-как выдавил из себя Альберих, предупреждая партнёра о подступающем финале. Пара быстрых и резких движений, и НН отстраняется. Кэйа роняет очередной стон и кончает. Он чувствует, что попал на свой живот, холодные пальцы прошлись по влажному торсу, спускаясь ниже и размазывая сперму. — Ты… не кончил…? — восстанавливая дыхание, спрашивает Альберих. — Нет. — Дай… мне… Его руку берут и опускают на пах. Кэйа принимает удобное для себя положение, опускаясь на пол, около сидящего на кровати (?) парня. Альберих пропускает его член в рот и жадно сосёт. Впервые в своей жизни он хочет не просто довести до финала как можно быстрее, а хочет доставить удовольствие. Он редко делал подобное и обычно это была простая «формальность», когда всё делают руки, а губы лишь слабо касаются, но сейчас всё не так. Он развязно облизывает, слюна стекает по стволу до основания. Холодные пальцы поглаживают длинные тёмные волосы, накручивают хвостик на кулак и сжимают на затылке. Кэйа ускоряет движения языком, сжимает губы и берет немного глубже. — Ах… Мхм… да… — довольно высокий и затяжной стон. Кэйа чувствует, как его тонкие ноги вздрагивают. — Хватит… я… сейчас… нет… хва…тит… Кэйа… Эти звуки такие сладкие и приятные. Хочется слышать своё имя этим возбужденным голосом снова и снова. Пальцы на голове сжимаются, тело ёрзает, очередной стон, Кэйа отстраняется и белая вязкая жидкость попадёт ему на лицо. — Ах…а… ммх… — он слышит, как юноша пытается перевести дыхание и успокоиться после оргазма. Хочется взглянуть на него, увидеть хотя бы кусочек, хоть цвет глаз или волос, да что угодно… но он обещал. Кэйа вздыхает и откидывается на спину на полу чужой квартиры. Ему сейчас абсолютно плевать, как он выглядит, никакого смущения или стыда. На него набрасывают одежду, а шорох вещей означает, что Неизвестный уже приводит себя в порядок. — Я проведу тебя в ванную, — полушёпотом говорит он, берет Кэйу за руку, помогает подняться и ведёт за собой. Дверь за его спиной закрылась, и Альберих наконец-то смог снять повязку. Он стоит один в светлой ванной комнате, из зеркала на него смотрит разгоряченный, раскрасневшийся и возбужденный парень. На шее, плечах и груди виднеются красные пятна. Рука сама потянулась к одной из «отметок». Юноша касается багрового укуса, ощущает на себе зубы и губы Неизвестного, и внизу живота сразу начинает тянуть. — Пиздец… — он упирается руками в раковину и всматривается в зеркало, задерживая взгляд на каждом засосе. «Люблю…» Тихий стук в дверь и фраза полушёпотом: — Ты там уснул? — Присоединишься? — А ты хочешь? — Конечно. — А ты сможешь? — Хах, обижаешь. — Глаза закрой… — Закрыл… Щелчок двери, тихие шаги, комнатные тапки шаркают по плитке на полу. Кэйа так и не начал одеваться, увидев это, НН издаёт смешок: — Ты специально не одевался? — Конечно, чтоб не утруждать тебя раздеванием. — Меня? Хах. Помнится мне, ты разделся сам, — тонкие холодные пальцы скользнули по телу. — И с радостью раздел бы тебя. Глаза Кэйи закрыты, он стоит лицом к зеркалу, всё так же упираясь руками в раковину. Неизвестный завязывает юноше глаза и прижимается к его спине. — Мм… так ты всё же ниже ростом, — хмыкает Кэйа, ощущая голову юноши на своём плече. — Либо я просто хочу тебя запутать. — А смысл? — Аргумент, — он жарко выдыхает на ухо Кэйи и проводит языком по мочке. Руки поглаживают обнаженное тело, проходясь по напряжённому животу и спускаясь ниже и ниже. — Мм, ты готов на второй заход? — игриво протягивает Альберих. — Ходить потом не сможешь. — Ты себя переоцениваешь. — Я просто сдерживался. — Мм, а я если я попрошу не сдерживаться? — он слабо кусает Кэйу за мочку, вызывая новую волну мурашек в чужом теле. — Позволь мне посмотреть на тебя… — Хм… ты уверен, что тебе это нужно? — Ты думаешь, моё отношение к тебе изменится, если я увижу твоё лицо? — он разворачивается и немного опускает голову, предполагая, что так он «смотрит в глаза». — Зачем тебе это, Кэйа? Вот мы излили друг другу душу, выпили вместе и переспали. Разве… это не всё, что тебе нужно было? — Нет, далеко нет… — он робко протягивает руки вперёд, пытаясь коснуться чужого тела. Неизвестный опускает ладони Альбериха на свою талию, а свои руки кладёт ему на щёки. — А что же…? Разве это не было просто… секс без обязательств? «Поможем друг другу снять напряжение», — проговорил фразу, сказанную Кэйей в переписке. — Я думал, ты пришёл ко мне просто снять стресс из-за неразделенной любви… — Я… люблю тебя, — его руки вздрогнули, а пальцы слабо сжались, сминая ткань мягкой домашней кофты на спине Неизвестного. — В тебе говорит алкоголь, — со слабой усмешкой проговаривает он. — Уже на утро ты заберёшь свои слова обратно. — Я приду к тебе завтра. — Что…? — Уйду, переночую где-нибудь под подъездом и вернусь к тебе утром… и скажу это ещё раз. Без алкоголя. Без секса. Без помутнения. Я уже давно всё обдумал. — Ого… а ты… можешь быть настолько серьёзным… — Я правда люблю тебя… я не знаю, как ты выглядишь, но я уже знаю твою душу… — Ты влюблён в образ, который сам себе придумал. — Это не так… — его руки скользнули на спину Неизвестного. Подавлять чувства и эмоции становится сложно. Алкоголь отступает и просто «забыться» не получается. Альберих прижимает юношу к себе и опускает голову, утыкаясь носом в мягкие волосы на макушке. — Ты… задушишь меня… — он упирается руками в грудь, пытаясь отстраниться, но его не выпускают. — Я… больше так не могу… я схожу с ума, понимаешь? Все мои мысли заняты тобой… каждый день я сижу в чате, надеясь увидеть сообщение от тебя… каждая наша личная переписка перечитана мной сотни раз… я помню каждую мелочь и деталь, что удалось разузнать о тебе… я влюблён в тебя… настолько сильно, что не могу жить… вот просто не могу… — Ты… не знаешь обо мне ничего… — Того, что я знаю, мне достаточно. — Нет… не достаточно, Кэйа… — Значит… скажи мне… скажи мне то, что, как ты думаешь, оттолкнёт меня. — Не хочу… — он поворачивает голову в бок и Кэйа чувствует влагу на своей коже. — Ты… плачешь? — Тц… — Почему ты плачешь? — он наконец ослабляет хватку, позволяя юноше выпутаться. — Хочешь знать правду, да…? — Да. — Пообещай мне… что не снимешь повязку… даже… даже, когда я всё тебе расскажу… обещаешь? — Обещаю… говори. Юноша опускает руки на плечи Кэйи и приподнимается на носочки. Он подвигается к уху брюнета и слабо выдыхает. Несколько фраз, сказанных им, зависают в голове Альбриха словно на повторе. Его сердце пропускает удар. Конечности слабо вздрогнули, а дыхание вновь сбилось. Эта информация повергает в шок и вызывает слишком смешанные чувства. Неизвестный отстраняется и отходит на шаг. — Мне… выйти…? — звучит тихий полушёпот. — Войти, — Кэйа тянет руку вперёд и, наощупь найдя запястье юноши, вновь притягивает его к себе и обнимает. — Это ничего не меняет… — Что? — он заметно вздрогнул. — Что слышал. Твои слова… они не меняют моих чувств к тебе… я всё равно люблю тебя… хочу быть с тобой… — Но… разве… разве это разумно…? Это ведь не имеет смысла… эти… «отношения»… — Я тебе не нравлюсь…? — Нравишься, но… — Раз нравлюсь… почему нет? Если дело в том, что ты сказал мне на ухо… то… на мои чувства твои слова не повлияли… я как любил тебя, так и люблю… Холодные руки вновь опускаются на щёки Кэйи. Неизвестный приподнимается на носочки и едва уловимо целует того в губы. Пальцы пробираются в волосы на затылке, поглаживают их, очевидно наслаждаясь. Он стягивает резинку, распуская длинные тёмные волосы. Комнату наполнил аромат шампуня, и НН показательно вдыхает его, так громко и жадно наслаждается чужим запахом, словно в последний раз. — Ты… дрожишь…? — руки Альбериха лежат на талии юноши. — Ну… — он шмыгает носом, от чего становится понятно, что он снова плачет, слабо поглаживает Кэйю по щеке, а затем замирает. — Как-то… так… Неизвестный стягивает повязку с глаз юноши, раскрывая свою личность. Его взгляд опущен вниз, не хватает смелости посмотреть Альбериху в глаза. Его руки дрожат, а по щекам стекают слёзы. Кэйа молчит, ошарашено смотря на Неизвестного. Сердце бешено колотится, ладони потеют, а лицо обдаёт жаром. — Ну… как оно? — неуверенно спрашивает Неизвестный. — Я в ахуе. — Жалеешь…? — Нет… но… нас ждёт серьёзный разговор. — Хах… так и думал… можешь забыть… всё, что между нами было… и всё, что я тебе сказал… не стоило мне… снимать повязку… — Я… люблю тебя… Он наклоняется вперёд и припадает губами к губам Неизвестного. Тот не отвечает на поцелуй, но и не отталкивает. Он чувствует себя как никогда обнаженным, он словно показал кому-то свою нагую душу. Кэйа отстраняется и обречённо вздыхает: — Запал пропал? — Что за странное чувство… — Ты такой милашка оказывается, — он вытирает чужие слёзы с бледной и холодной щеки. — Кэйа… ты… останешься… на ночь…? — Хех, — он обнимает дрожащего от волнения и, кажется, страха, юношу и прижимает к себе. — Останусь.