Another Love / Другая Любовь

Последняя пара за спиной, Сяо собирает вещи и направляется в аудиторию Эви. Подросток проходит в пустой кабинет и останавливается, опираясь спиной об стол преподавателя. — Сяо, привет, — звучит знакомый голос. Он поворачивает голову и встречается взглядом с леденяще холодными глазами друга. — Ты бы домой шел, — обращается к нему Эви, — совсем неважно выглядишь. — А подежурить…? — Я помогу, — со слабой улыбкой вмешивается Сяо. — Ты правда неважно выглядишь. — Х-Хорошо… Он уходит, оставляя Эви и Алатуса наедине. Первый переводит взгляд на Сяо и улыбается: — Пришёл забрать меня домой, хи-хи? — Ты сегодня в хорошем настроении, Эви? — Да, наконец-то помирился с братом. Вернее, мы как бы не ссорились, но определённый напряг между нами был… А сегодня мы проболтали с ним всю ночь и уладили всё. — Чувствуешь себя лучше? — Намного, — он подходит к Сяо впритык и едва ощутимо целует его в щеку. — Прости за тот раз… не хотел тебя напугать. — Всё в порядке… — Что ж, пойду найду тряпки для уборки, хи-хи. Эви уходит в конец аудитории, там есть маленькое подсобное помещение, где хранятся швабры, веники, тряпки и прочие принадлежности. Стоит ему скрыться за дверью, как в помещении появляется ректор. — Вот ты где, Сяо, — звучит холодный голос мужчины, и подросток вздрагивает. Отец трогает его нечасто, но каждый раз это происходит в настолько неожиданный момент, что подготовиться просто невозможно. Подросток вжимается спиной в стол и дрожит, уже ощущая на себе горячее дыхание ректора. — П-папа… м-мы… поедем домой…? — кое-как выдавливает из себя Сяо. — Нет, — холодно отвечает тот. — Я закрыл за собой дверь, так что нам никто не помешает. А теперь будь хорошим мальчиком и опускайся на колени. — Я… н-нет… н-не надо… — Давай, Сяо, не скули. Мужчина грубо берет подростка за волосы и тянет его голову вниз, заставляя опуститься на колени. Он утыкает Сяо носом в свой пах и прижимает. Подросток упирается руками в бедра, пытаясь отстраниться, но Чжун Ли сильнее сжимает его волосы и недовольно рычит. Ректор расстёгивает ширинку, и Сяо охватывает паника. Он принимается активно упираться, вырываться, скулить сквозь слёзы и прерывисто повторять одно и то же. — Н-не надо… папа… не надо… — Достал! Мужчина резко отталкивает подростка от себя, а затем с силой ударяет его по лицу. Сяо падает на пол, а ректор садится сверху, придвигаясь пахом к заплаканному лицу и опуская руку на тонкую шею. — Кхе-кхе… — привлёк внимание Эви. — … — ректор вздрагивает от неожиданности и поднимает взгляд на студента. — Эви… — сквозь слёзы выдавливает Сяо. — Уходи, Эви… — Господин ректор, — подросток подходит к нему впритык и холодно смотрит в глаза. — Зачем Вы делаете это? — Тебя это не касается. Уверен, ты такой же порочный, как и мой сын. Есть только один способ очистить это. — Не согласен, — Эви склоняется над сидящим на Сяо мужчиной и опускает руку ему на щеку. — Я куда грязнее и порочнее, чем Ваш сын. Эви впивается губами в губы мужчины, сразу же проталкивая свой язык в его рот. Он так беспардонно и нагло себя ведёт, что ректор ошарашено смотрит в синие глаза, буквально впав в ступор и боясь пошевелиться. Рука Эви скользнула ниже, пробираясь под рубашку ректора. Подросток придвигается к уху мужчины и тихо и жарко шепчет ему на ухо: — Вы даже не представляете, на что я способен. — К чему ты? — стараясь держаться холодно, сквозь сильное возбуждение проговаривает мужчина. — Я обслужу Вас куда лучше, чем Сяо, — с легкой улыбкой отвечает подросток. — Предлагаю сделку. — Эви, нет… не надо… — Алатус дрожит от страха, всё ещё ощущая руку мужчины на своей шее. — Какую сделку? — Берите меня, — всё с той же улыбкой проговаривает Эви. — Вместо Сяо, — он пробирается тонкими холодными пальцами под офисную одежду. Скользит по груди, и задевает ногтями чувствительные точки на теле мужчины. — Когда хотите, как хотите, сколько хотите… я доставлю Вам такое удовольствие, что Вы забудете обо всем на свете. Только… не трогайте Сяо. — Какие громкие речи, хах. — Могу показать на деле, — он вновь придвигается к уху мужчины и выдыхает, пуская по телу второго волну мурашек. — У Вашего сына фобия… не хочу, чтобы он это видел. — Любишь его, да? — Чжун расплывается в ехидной улыбке. — Раз готов на такое. — Люблю. — Эви… не надо… — Помолчи, Сяо, — с улыбкой проговаривает Эви. — Я буду в порядке. Ректор встает, поднимает Сяо за шиворот и заталкивает в подсобку с принадлежностями для уборки. Он закрывает дверь на защёлку и поворачивается к Эви: — Что ж, если ты действительно окажешься настолько хорош, как говоришь, я приму твоё предложение. — Эви! — Сяо бьёт руками в дверь. — Пожалуйста, не надо… не надо! — Тише, — Эви прислоняется к двери и поглаживает ее ладонью. — Все будет хорошо, Сяо. ~ «И больше он ко мне не прикасался… несколько месяцев… до самой твоей смерти, Эви…» — Сяо открывает глаза, в этот раз он не забыл сон, что ему снился. Юноша закусывает губу и поворачивается на бок. В нос ударяет уже знакомый приятный запах шампуня. Он опускает взгляд — Барбатос мирно спит, прижимаясь к его груди. «Венти… снова пришёл ко мне ночью…» — он слабо усмехается, понимая, что вот уже который раз, пианист приползает ночью к нему под бок и ложится спать, утыкаясь в грудь или плечо. — Мм… — Барбатос морщится, зевает и поднимает голову. — Уже утро…? — Уже день, — усмехнулся Сяо. — Сегодня воскресенье. — Точно… завтра на пары… не хочу… — Венти, эм… ты ведь хотел на свидание сходить, да…? — Эй, — юноша обижено пинает Алатуса в бок. — Так на свидания не приглашают, Сяо. — Тц… — тот отводит смущенный взгляд в сторону и поворачивает голову. — Я уже говорил, что ты милый, когда смущаешься? — Тц… — Алатус закрывает лицо рукой и вздыхает. — Венти… я… эм… я хочу… пригласить тебя… на свидание… — Хи-хи, куда пойдём? — А куда ты хочешь? — В кино хочу. — Значит пойдём в кино, — Сяо прижимает Барбатоса к себе. Из ниоткуда берётся чувство сильной тревоги, а вслед за ним — желание оберегать и заботиться о Венти.

***

Комната 602. Кадзуха сидит на кровати и сосредоточенно смотрит на целый веер из карт, который держит в руках. Затем переводит взгляд на Скарамуччу, у которого осталось всего две карты. — Казу, ходи, — прерывает раздумья брюнет. — Тут уже без вариантов. — Почему это? Вдруг у меня ещё есть шанс… я не хочу сдаваться. — Я ведь не предлагаю тебе сдаться, я предлагаю наконец-то походить. — Ммм… — он сводит брови и, выбрав две парные шестёрки, бросает их, как ход. — Ты проиграл, — пожимает плечами Скар, легко отбиваясь. — Хмм… — он оценивающе и задумчиво рассматривает парня: комнатные тапки, удлиннённые шорты, футболка и кофта. — Шорты снимай. — Что??? — Кадзуха закрывает лицо руками. — Почему не кофту??? Ну нееет… Скааар… — И ты думаешь, что после этих стонов я передумаю? Да за следующий проигрыш расплатишься бельём, Казу. — Как стыдно… — он неуверенно стягивает с себя шорты и одёргивает бежевую футболку, стараясь прикрыться. — Слишком милый… Партия, ещё одна, и ещё одна… Кадзуха остаётся в одной лишь футболке, он тянет ее вниз, пытаясь хоть как-то прикрыть себя. — Всё, хватит, — Каэдэхара опускает смущенный взгляд. — Больше не играем. — Я же говорил, что так будет, — брюнет снова пожимает плечами. — Это твоя идея была, так что грех жаловаться. — Я хотел попробовать… Кадзуха сидит на кровати, поджимая ноги, он тянет и держит футболку, чтобы та прикрывала пах и голые бёдра. Скарамучча подползает к нему спереди и опускает руки на колени. Он пристально смотрит в алые глаза, ни на секунду не отводя взгляд. Руки скользят вверх по гладкой коже и останавливаются на ягодицах. — Я тоже… хочу попробовать… — тихо шепчет брюнет, придвигаясь к уху Кадзухи. Он жарко выдыхает тому в шею, а затем проводит по ней языком, вызывая табун мурашек. Каэдэхара опускает руки на плечи Скарамуччи и откидывается спиной на кровать, утягивая парня за собой и позволяя ему оказаться меж разведённых ног. — Тогда… попробуем…? — смущённо спрашивает Кадзуха и отворачивает голову в бок.

***

Листья уже давно опали, слабый ветер колышет ветви голых деревьев, Венти идёт под руку с Алатусом, прогуливаясь каменными тропинками городского парка. Людей не особо много, погода не радует, серое небо намекает на скорый дождь. — Так себе фильм, — комментирует Барбатос, выдавая задумчивое выражение лица. — А ты его вообще смотрел? — с уст слетает лёгкая усмешка. — Ты весь фильм рассматривал меня… — Неправда! Не весь… ты просто с таким лицом сидел, будто там не романтическая комедия, а «записки патологоанатома». — Юмор какой-то не смешной у них. А романтика… фу. — А романтика… — Венти останавливается и одёргивает Сяо. Он подходит впритык и опускает руки тому на плечи, — а романтика у нас своя… — Я люблю тебя… — сам от себя не ожидая, выдаёт Алатус. — Ой… чего это ты вдруг…? — Барбатос смущается и отводит взгляд в сторону. Вместо ответа Сяо кладёт руки на талию Венти и прижимает парня к себе. Сердце бешено колотится, щеки краснеют, а руки начинают дрожать. — Хех, разве это не забавно…? — Барбатос утыкается носом в плечо и вдыхает приятный запах порошка, исходящий от чёрной тканевой куртки. — Что именно? — Ты — бывший парень моего покойного брата… а я — бывший парень твоей второй личности… и вот мы стоим посреди парка, обнимаемся, прижимаемся друг к другу и говорим о любви… — И любим… — Одновременно иронично, странно и как-то удивительно что ли… — Что-то в этом есть… — юноша наклоняет голову, касаясь щекой мягких волос. Сяо глубоко вздыхает, ощущая на душе полное спокойствие и умиротворение. Рядом с Венти так тепло и уютно, хочется остановить время и раствориться в моменте. На лице невольно появляется улыбка. Он поднимает голову и боковым зрением замечает знакомые лица. Юноша заметно дёрнулся, от чего Венти отстраняется и вопросительно смотрит на Сяо: — Что-то случилось? — Посмотри туда, — он указывает в бок, и тот послушно поворачивает голову. — Видишь эту парочку…? — Где…? — Вон… женщина в чёрном пальто и мужчина в серой куртке… целуются… — А… вижу, да. — Это… моя мама… и мой психолог…