У домика на берегу моря

      Очередной день отпуска подходил к концу. Солнце давно скрылось за морем, но луна только-только показалась из-за линии коттеджей наверху пляжа, так что было еще темно. Гарри, Рон и Драко, все трое слегка запыхавшиеся, только что вышли на берег. Сегодня они захотели втроем искупаться ночью, заодно решив отойти подальше от знакомого домика, у которого спуск к глубине в воде был слишком плавным. Так что время провели на примерной границе магловского пляжа, перед концом области с маглоотталкивающими чарами.       — Бр-р-р, ну и холодина, — выпалил Уизли, хватая одно из лежавших на земле полотенец и накидывая его на себя. — И вы так каждый день купаетесь? — он упал на расстеленный на песке плед, который они притащили с собой.       — Представь себе, — Малфой взял лежащую рядом с ним палочку и направил её на майку, которую не снимал при заходе в воду. Полоски на малиновой ткани тут же блеснули, словно радуясь жару воздуха, подувшего на них и высушившего вещь.       — К тебе отдельные вопросы, — проворчал Рон, подвигая к себе кучку одежды и принимаясь копаться в ней. Драко, между делом, подхватил оттуда свою, заодно захватив вещи Поттера, стоящего неподалеку. Малфой швырнул ему его футболку и Гарри поймал её в воздухе, благодарно кивнув.       — Внимательно слушаю, — повернулся Драко к Уизли, натягивая на ноги шорты.       — Ты, идиот, врал о том, что не умеешь плавать, в то время, как именно ты нырнул дальше и глубже всех, — в тоне того слышался оттенок зависти. Он, не глядя на Малфоя, надел на себя футболку. Драко развел руками.       — Я не виноват, что меня, в отличие от вас, учили плавать с самого детства, — он плюхнулся рядом с Роном, подтягивая к себе бутылку с водой.       — Что за привилегии богатых, — буркнул Рон, выискивая что-то в сумке.       — И ничего не привилегии, — отчеканил Малфой, пока Поттер так же молча подобрался к ним, сев с другого бока от Уизли и бросая на свои колени полотенце. — Просто мои родители хотели быть уверены в том, что я не утону, когда мы съездим на очередной курорт, где есть море или бассейн, — четко договорил он, выдержав на себе взгляд коллеги.       — И всё же это возмутительно — настолько искажать правду…       Гарри зевнул, разрядив обстановку и прервав Рона.       — Что ищешь? — он приоткрыл ранее прищуренные при зевке глаза.       — Ту согревающую медовуху, которую купил в фургончике, — Уизли всё еще копался в содержимом сумки. — Не думал, что она понадобится, но, в противном случае, я здесь околею…       Поттер, оглядевшись и пихнув его в бок, указал Рону на лежащую на другом конце пледа бутылку. Тот со вздохом притянул её к себе и открыл, чтобы отпить.       — В следующий раз я с вами не пойду, — выдал Уизли, опуская бутылку меж своих скрещенных по-турецки ног, всё еще придерживая её за горлышко.       — Ну и зря, — фыркнул Драко, откидываясь на плед и закидывая руки за голову. — Между прочим, после восхода луны тут очень даже красиво.       — Ага, и холодно, — с толикой иронии добавил Рон, заставив Малфоя вздохнуть.       — Если ты такой неженка, это твои проблемы. И вода здесь, между прочим, не холодная — не понимаю, с чего ты жалуешься…       — Так ведь в море вечно не просидишь, — Уизли потянулся за крышкой, чувствуя, как по всему телу медленно распространяется устойчивый жар.       — Зато в одежде, которую ты мог бы захватить, просидишь, — отрезал Драко, приподнимаясь на локтях. — Погоди закрывать, дай-ка… — он взял переданный бутыль и немного глотнул из него, затем отдав напиток Поттеру, дрогнувшему от температуры стекла и алкоголя.       — Ума не приложу, где ты её там откопал, — пролепетал он, делая осторожный мелкий глоток. Рон, чье лицо приняло самодовольное выражение, забрал бутыль и всё же закрыл его с помощью волшебной палочки.       — Просто пока вы решали что-то с одеждой Драко… — он между делом ввернул: — Ничего против не имею, крутая яркая майка, ты знаешь… Но пока вы торчали, думая над тем, покупать ли её, я зашел в спрятанный отдел и — вуаля! Алкогольные напитки на любой вкус из любых стран.       — Н-да, то место и правда удивительное, — протянул Малфой, снова ложась. Гарри с усмешкой посмотрел на него сверху вниз.       — Вы, кстати, задумывались насчет наличия лицензии у той торговки? — вспомнил о своих размышлениях во время посещения фургончика он. Рон пожал плечами, а вот Драко чуть нахмурился.       — Ну, судя по тому, сколько у неё всего в машине, она обязана у неё быть, — неуверенно предположил он. — Да и к тому же, она в ней путешествует по разным странам, значит, фургон время от времени проверяют. И пропускают же, так что с этим всё должно быть нормально.       — Да и если не нормально — во-первых, у нас отпуск, во-вторых, мы — спецназ, а не Отдел Магического правопорядка, — дополнил Уизли. — Уверен, даже мой отец на нашем месте не стал бы проверять все вещи, находящиеся там, под страхом того, что он к концу этой проверки состарится.       — Главное, чтобы так не работали на границах, — заметил Поттер, потягиваясь и поёжившись при этом от прохладного ветерка, дующего по направлению к морю. Рон поднял взгляд к его часам.       — Сколько времени? — зевнул он. — Спать уже хочется… Вам нет?       — О, мы давно сбили режим, — весело хмыкнул Драко. — Сейчас только полдвенадцатого.       — «Только», ага, конечно, — буркнул Уизли. — Это для вас мало, а я бы предпочел стабильность — через десять дней нам нужно будет возвращаться, а по новой восстанавливать режим сна не хотелось бы.       — Как хочешь. Я всё равно останусь, если Гарри тоже, — Малфой принял сидячее положение. Поттер ненадолго задумался.       — Я предпочту, по меньшей мере, дождаться восхода луны, — в итоге решил он. — Если уходишь, будь добр, оставь бутылку — тут действительно холодновато сегодня.       — Дождаться восхода луны… — Рон демонстративно громко всхрапнул. — Романтики. Хорошо, я оставлю, но, — он сделал ударение на этом слове, — Драко, за тобой должок.       — Почему с меня? — возмутился тот. — Вообще-то, это Гарри попросил оставить медовуху.       — Цыц, — коротко скомандовал Уизли. — Я в любом случае бы тебя попросил, только повода и ждал.       — Валяй уже, — цокнул языком Малфой, запрокидывая голову и неосознанно стараясь разглядеть в разрыве тонких грязноватых туч звезды.       — Научи меня плавать дельфином, — помедлив, выдал Рон. Драко удивленно поднял брови.       — Баттерфляй? Разве ты не умеешь?       — У тебя получается гораздо лучше, — нехотя признал Уизли. — В общем, дашь пару советов или вроде того…       — А «волшебное» слово, как говорят маглы? — Рон на это поморщился.       — Иди к черту, профессионал во всём и вся, — проговорил он, но под насмешкой Драко всё же сдался. — Ладно-ладно, пожалуйста.       — Ну, вот так бы и сразу, — приободрился Драко и протянул коллеге руку. — Обмен засчитан, идёт.       — Фу ты, ну ты, как серьёзно, — всхрапнул Уизли, но сжал его ладонь, вставая. — Заранее спасибо. Мне забрать отсюда сумку или вы сами потом дотащите?       — Не думаю, что она нам понадобится… — Малфой прервал говорившего это Гарри.       — Оставь. Пусть послужит мне в качестве подушки.       — Спать собрался? — Рон подхватил с песка свою палочку. Драко цокнул языком.       — О да, это же так круто, быть затопленным возможным приливом, — пошутил он вслед удаляющемуся Уизли, напоследок махнувшему. Гарри помахал ему в ответ, а Малфой притянул к себе разворошенную Роном сумку, наводя в ней порядок.       — Как ты? — спустя некоторое время, когда Уизли уже удалился на приличное состояние, поинтересовался Поттер. Драко вопросительно выгнул бровь.       — Ну, я имею в виду… Ты так спокойно плавал рядом с Роном сегодня. Правда ничего не тревожило?       Малфой задумался, устремив взор в только начинающее блестеть под светом луны море. Он застегнул сумку, разглаживая её складки.       — Да нет. Я же был в одежде. Пускай даже в такой открытой… Да и он всё равно уже всё видел. К тому же, ночь…       — Ты всё еще сосредотачиваешься на таких мелких факторах? — в Гарри слизеринцу послышалась секундная грусть.       — Нет, не совсем, — торопливо начал он. — Они проскакивают уже совсем на другом уровне, чем, например, в первый раз, когда ты ночью вытащил меня в море. Тогда я заранее думал о риске показать себя, а теперь… пожалуй, такие мысли теперь появляются только автоматически и почти ни на что не влияют. Я их даже не замечаю, пока ты не спросишь. Не знаю, улучшение ли это… — пролепетал Малфой, укладывая сумку на другой конец пляжного коврика, но пока не спеша на неё опускаться. Гриффиндорец, подумав, подвинулся к нему, забирая лежащую рядом бутылку, чтобы снова открыть. Он протянул её Драко, который принял бутыль и глотнул слабоалкогольный сладкий напиток. Стало еще теплей, чем прежде.       — Думаю, что да, — наконец проговорил Поттер, в свою очередь отпивая медовухи. — Скорее всего, это слишком глубоко въелось в тебя, как некоторые другие привычки, вроде прикрывания плеч и до конца застегнутых рубашек…       — Это так заметно? — в тоне Драко играла досада наполовину с изумлением.       — Для меня. Я же наблюдаю за тобой, так что должен замечать подобные моменты.       — Да, наверно, — отчасти нервозно согласился Малфой. — Может, это даже хорошо, хоть и немного… — он запнулся, не сумев сформулировать мысль, отражавшую странное чувство, покоившееся внутри — видимо, потому, что пока оно было совсем слабо.       — Нарушает личное пространство? — предположил Гарри.       — Нет, — медленно покачал головой Драко. — Может, это просто потому, что это ты, — он тут же пожалел о том, что позволил этим словам перескочить из мыслей на язык. Чтобы занять чем-то руки и как-то оправдать едва заметный, но ощутимый для него на контрасте с окружающей прохладой румянец, Малфой перехватил бутылку и сделал еще один маленький глоток, тут же чувствуя, как приятное греющее покалывание, похожее на то, которое давало сливочное пиво, постепенно добирается до кончиков пальцев. Поттер внимательно проследил за его лицом, не осознавая, что уголки его губ приподнимаются при виде чужого смущения.       — Прекрати сверлить меня, — спустившись до полушепота, проворчал Драко, боковым зрением ловя на себе не спадающий с него взгляд. Гарри издал пару тихих смешков, откидываясь назад. Послышался шорох песка — это Поттер подгребал его под плед, делая себе импровизированную подушку. Вслушиваясь в пересыпание мелких песчинок, белевших под ночным светом, Малфой молча наблюдал, как на ближних к берегу волнах образовываются очертания лунной дорожки. Месяц продолжал подыматься вверх, освобождаясь от ранее перекрывающих его домов и пальм, и пуская свой летний, но всё отдающий серебром свет по растянувшемуся на несколько километров пляжу.       Драко отставил бутылку назад, а сам опустился на ранее оставленную им для себя сумку. Плеск волн на фоне остальной тишины был более звонким, четким и менее фоновым. Периодически пролетающие наверху чайки что-то одиноко выкрикивали, разбавляя звуки побережья, доносящиеся отовсюду.       — Привычка, — виновато промямлил Поттер, переводя взгляд на звездную карту. — Ты когда-нибудь думал, почему Большую и Маленькую медведиц назвали именно так? — вдруг спросил он.       — А ты умеешь рушить тишину, — оправился от секундного замешательства Малфой. — Нет, просто принял это за факт. А тебя с чего это волнует? — он шевельнулся, сдвигаясь вбок, чтобы посмотреть на лежащего рядом Гарри — тот оказался ближе, чем предполагал Драко.       — Просто подумал, что они больше похожи на жирафов, — признался Поттер. Малфой, подобно ему, обратил взор к небу.       — А по мне, на два перевернутых ковша.       — Нет, такое название уже существует. А вот про жирафов никто не подумал…       — Прям уж-таки никто, — из Драко вырвался смешок. — До тебя же это как-то дошло.       — Хочешь сказать, это глупость?       — Нет, почему? Действительно похоже на жирафов, хоть и вверх тормашками... Один наклонился, чтобы урвать с куста вкусные листья, другой… — Малфой прищурился, придирчиво разглядывая Маленькую Медведицу. — Пожалуй, другой либо стоит нормально, либо, наоборот, только оторвался от еще одного кустика…       Гарри тихо засмеялся, услышав эти размышления, сказанные абсолютно серьёзно.       — Да у тебя фантазия похлеще моей, — заметил он, беря стоящую между ними бутылку, накренившуюся набок.       — Я просто хотел поддержать беседу, — невинно молвил Драко и повернул голову в сторону гриффиндорца. — Не подавись, — усмехнулся он, глядя, как Гарри, не поднимаясь, отпивает согревающий янтарный алкоголь.       — Даже лежа это сделать не так-то просто, — отозвался тот, сглотнув и ставя бутылку на место. Малфой по пути перехватил её, ненавязчиво коснувшись чужой руки и отбирая из неё напиток. Приподнявшись, он также сделал глоток — но, по своему обычаю, более мелкий.       — Мне кажется, или она густовата? — осведомился он, ложась обратно и чувствуя, как тепло, на сей раз, достигает всех частей тела. Даже босым ступням, обычно мерзнувшим, стало уютно, так что Драко поставил мысленно галочку насчет того, что дальше можно не пить — даже несмотря на то, что это наверняка не единственная купленная Уизли бутылка, на которой экономить вовсе не обязательно.       — Может быть. Думается мне, она перебродила — уж больно привкус терпкий, — признался Гарри.       — Да и черт с ней, — заключил, погодя, Малфой, отворачиваясь в другую от него сторону. — Главное, что всё еще греет — пока это делается не за счет самого алкоголя, всё в порядке, — он уставился на лежащую рядом с пледом ракушку. — Как думаешь, мы еще сыграем в квиддич здесь? — у него чуть сел голос. Поттер искоса глянул в его сторону, продолжая греть одну из ладоней о бутыль.       — Конечно. А ты сомневаешься? — задал ответный вопрос он, ложась на бок и повернувшись к затылку Драко. Тот недолго помолчал, прежде чем взять небольшую поблескивающую раковину.       — Не знаю. Вряд ли я выиграю еще раз, — Малфой вынул из кармана палочку и, коснувшись её кончиком ракушки, неслышно произнес заклинание. Крохотный остаток моллюска поднялся невысоко над песком, плавно размахивая широкими крыльями черной бабочки.       — Ты слишком четко умеешь дозировать магию, — в Поттере взыграло недовольство.       — А ты слишком четко читаешь мои мысли и слишком хорошо играешь в квиддич, — Драко посмотрел на него, лукаво улыбнувшись.       Гарри на несколько долгих секунд завис. Луна полностью взошла на небо, ничем не прикрытая и наполовину круглая. Её мягкие размытые лучи скользнули по лицу Малфоя, и серые глаза блеснули — то ли под влиянием света месяца, то ли от чего другого. В сочетании с улыбкой лучистая светлая радужка смотрелась, как показалось Поттеру, слишком завораживающе, чтобы отвернуться и тем самым скрыть трепетные чувства, сейчас, кажется, отразившиеся на его лице.       Уголки губ Драко опустились, и именно это заставило Гарри принять прежнее положение. Он поднес горлышко бутылки к губам. Малфой, дождавшись, пока Поттер опустит медовуху, отобрал её у него. Нащупав лежащую неподалеку крышку, он кое-как закупорил бутыль и, убедившись в том, что ничего не протекает, положил его за свою спину.       — Пока хватит. Это не обычный алкоголь, чтобы его так пить — у тебя уже ладони горячеют, — он посмотрел на Гарри. Щеки у того неясно от чего покраснели, хотя во мраке ночи это было не так заметно. Зато потемневшие от прилившей к лицу крови губы было видно прекрасно. Драко невольно задержал взгляд на их мягких контурах, но одернул себя, снова обратившись глазами к небесному куполу. Оттуда из «жирафистого» созвездия ему подмигнуло несколько огоньков.       В воздухе всё еще витал легкий запах алкоголя, но из-за того, что бутылка уже была закрыта, он испарялся с каждой минутой, разгоняясь ночным бризом с более стойким морским странно-приятным запахом, сегодня казавшимся слабее обычного — может, из-за того, что его сейчас больше разбавлял идущий от берега воздух. Песок под пледом потвердел, прижатый лежащими на нем телами. Свысока начал доноситься шелест огромных листьев пальм и, может, кустов, стоящих у возвышающихся над пляжем домиков. Плеск волн, смешавшись с ними, стал тише, превратившись в более однообразный, не задевающий слух шум.       — Знаешь, какой ты красивый в воде?       — Что? — Драко перевел рассеянный, с толикой удивления взор на Поттера, только что сказавшего эту странную фразу. Тот уже опять успел развернуться к нему.       — Я имею в виду, когда плаваешь, — Гарри, наверно, старался придать тону будничность, но у него это не вышло — голос всё равно остался низковатым и тихим. — Твоё тело такое… — Малфой напрягся при этих словах, но его напряжение тут же было развеяно. — Кажется, утонченное, хотя это слишком… И движения — слишком плавные, даже когда плывешь быстро, а когда ныряешь — так красиво выгибаешься…       — Заткнись, — пробормотал Драко, понимая, что жар, играющей в теле, сосредоточился на щеках. А ему вовсе не хотелось иметь такие же глупые покрасневшие скулы, как у Поттера. Ведь для него даже не существовало оправдания в виде алкоголя — он-то пил меньше и был почти трезв.       Гарри мимолетно улыбнулся, и эта улыбка замерла перед глазами Малфоя — несмотря на всю свою наивность, она также была слишком искренней, чтобы не запомниться. Он всегда усмехался, когда Драко так выражался. Вроде бы грубо, но таким голосом, по которому сразу было понятно, что за этим невежливым словом кроется — а крылось за ним всегда что-то непомерно прекрасное и красивое, такое же, как и сам Малфой. Казалось глупым то, что он пытается это «что-то» спрятать, но, с другой стороны, Гарри нравилось думать, что из-за этого только он и может увидеть ту теплую сторону, прячущуюся в слизеринце. Ведь за это Поттер и любил его.       Любил?       Улыбка на губах Гарри дрогнула, и Драко очнулся от короткого забытья.       — Гарри?.. — вырвалось. Непонятно как и почему вырвалось вместе с тоном, совершенно не прикрытым никакой грубостью или напускной язвительностью.       При его мелодичном звуке у Поттера совсем сорвало крышу и ощущение того, что он делает. Он лишь краем сознания понял, как потянулся к Драко и впечатался поцелуем в его губы. Пальцы, лёгшие на покрасневшую щеку, уловили секундную дрожь, вызванную неожиданностью этого действия.       Мягкое движение губ было таким не из-за отсутствия смелости — её у Гарри сейчас было предостаточно, но вся она была направлена лишь на то, чтобы как можно нежнее коснуться, обнять и забрать себе всю ту прятавшуюся внутри Малфоя красоту, хрупкость и, однако, стойкость, которую Поттер обычно замечал в нем последней.       Сквозь полуприкрытые ресницы Гарри уловил, как изумленные глаза Драко стали спокойнее, а зрачок расширился. Поттер растворился в вязком тепле, когда горячие губы двинулись ему навстречу, углубляя контакт и целуя так же медленно, бережно, и в то же время точно. Поцелуй был влажным, безумно тягучим, таким же, как мёд, чей терпкий привкус чувствовался во рту от недавно выпитого алкоголя, который из-за своей перебродившести отдавал слабой кислотой.       И не было ничего, из-за чего можно было прервать дыхание или неровно вдохнуть. Но, несмотря на это, два сердца сейчас сбились с привычного ритма, ускорившись и отдаваясь эхом в груди.       Поттер опустил руку на прикрытый яркой тканью торс, ощутимо, но осторожно оглаживая его, чтобы случайно не задеть голую кожу и не спугнуть Малфоя, сейчас так податливо двинувшегося ему навстречу всем телом и положившим руку на шею гриффиндорца, где глухо и быстро билась уязвимая жилка.       Драко отстранился первым. Воздух, который он глотнул, показался слишком холодным, а зрение далеко не сразу смогло сфокусироваться на пылающих щеках Гарри. Малфой едва уловимо дернулся — он не заметил, как во время поцелуя на его спину легла чужая ладонь, сейчас провевшая сверху вниз по позвоночнику и заставившая слегка выгнуться.       — Ты… поцеловал меня, — выдохнул Драко, всё еще потрясенный и находящийся в смятении. Поттер неловко пожал плечами.       — Люди обычно целуют что-то красивое…       — Ты… — Малфой не сумел договорить, когда Гарри, съехав вниз, уткнулся лбом ему в плечо. — Эй…       — Ты мне ответил, — тихо прервал его Поттер. И Драко окончательно смешался.       Он не мог не ответить. Он не мог противиться ни движению губ, заставшему врасплох, ни неожиданной нежности, ни жару, разлившемуся по всему телу теперь отнюдь не из-за согревающего алкоголя, а из-за чего-то другого — того, что сейчас расцветало в груди, распускалось щекочущими побегами совсем медленно и почти незаметно.       — Я… — Малфой осторожно отодвинул от себя Гарри. — Нам нужно домой, — потвердевшим голосом произнес он, садясь и ощущая, как начинают мерзнуть ноги и вновь отходит краска от лица. Поттер издал смешок, в котором Драко почудился отголосок безысходности. Но он не мог дольше оставаться тут, как ни в чем не бывало — умиротворение, царившее в воздухе перед поцелуем, улетучилось. Шелест листвы вновь утих, как и ветер, а крики чаек отдалились, оставив море плескаться прибоем, в одиночку разгоняя тишину.       Малфой с ощутимым трудом встал. С неизданным им внутренним вздохом он понял, кому нужно будет тянуть на себе сумку с пледом и поднимать Гарри. Всё произошедшее пару минут назад воспринималось ненастоящим, до боли глупым. Потому что, несмотря на то, что Драко полностью мог осознавать и контролировать свои действия, он, как идиот, поддался бешено колотящемуся сердцу и мягкости чужих губ, чьё прикосновение подействовало на него, как на подростка с кучей гормонов. Это отнюдь не радовало.       — Вставай, ну, — Драко присел на корточки, дергая край пляжного коврика. Поттер молча, без возражений поднялся на песок, отворачиваясь от него и притягивая к себе сумку. Похоже, Малфой переоценил действие, что оказал на него алкоголь.       — Извини, — подал голос Гарри. Он был уже явно отошедшим от выставленных на показ чувств, а потому его тон приобрел прежнюю четкость — и вместе с этим, как почудилось Малфою, лёгкую холодность.       — Да брось, с кем не бывает, — отмахнулся Драко, беря концы пледа. — Подсоби-ка…       Он говорил совершенно нейтрально, будто поцелуй не оказал никакого эффекта, будто он воспринял его чисто как ошибку, совершенную друзьями по пьяни. Хотя на деле он просто думал, что так его воспринял сам Поттер.       Гарри сделал шаг назад, хватая противоположные края коврика и подходя с ними к Малфою, чтобы их сложить. Драко перехватил у него плед, остальное складывая сам.       — Правда, я всё же думал, что ты по девочкам, — хмыкнул он, понемногу приходя в себя и даже выдавая фирменную ухмылку. Поттер только протянул что-то вроде «Ой-й», наигранно-устало.       — Зато по тебе сразу видно, кто тут гей, — проворчал он, поправляя сумку на плече и закидывая в неё наполовину пустую бутылку медовухи, поворачиваясь в сторону пляжа, который выводил к их домику.       — Нет, просто я, в отличие от некоторых, могу позволить себе красиво выглядеть…       — Хоть что-то ты себе позволяешь, — едва слышно буркнул Гарри, застегивая сумку и подчеркнуто не глядя на стоящего рядом Малфоя. Тот, помедлив, положил руку на его голову, не сильно, но ощутимо толкая её кончиками пальцев.       — Придурок. Теперь я точно знаю, что на корпоративе с тобой пить не буду, — Драко засунул ладони в карманы, пробуя температуру воды и шагая в неё, чтобы таким образом пройти вдоль берега.       — Можно подумать, ты бы стал напиваться и с кем-то другим, — Поттер обогнул его сзади, и за Малфоем раздался плеск — Гарри умылся соленой водой, чтобы на время взбодриться. — Думаешь, Рон уже спит?       — Да какая, черт возьми, разница? — поморщился Малфой, останавливаясь и пропуская гриффиндорца выйти на берег вперед себя. Тот пожал плечами.       — Хорошо, уцепимся за другую тему…       — Да не надо ни за что цепляться, — пробормотал Драко. — И без того язык заплетается от усталости.       — Только ли от неё?.. — усмехнулся Поттер, заставив собеседника закатить глаза. Те и правда были застланы мутной пеленой сонности.       — Тебе помогли те записи, что я оставил поперек твоих? — внезапно спросил Гарри, когда они уже довольно долго молчали, идя по блестящей отраженным светом мелкоте и приближаясь к повороту.       — Не помогли бы — я бы не носил эту майку, — туманно отозвался Малфой, поворачиваясь в сторону и глядя на значительно расширившуюся и посветлевшую лунную дорожку, протягивающуюся к самому горизонту, где грязные на фоне неба тучи скрывали часть звёзд. — Надо отдать тебе должное. Ты с юмором отнесся к самым глупым моим мыслям, написав что-то на примерно том же тупом уровне, — уголок его губ приподнялся. — Не знал, что ты так далеко меня видишь и понимаешь, пока не прочитал.       — Можно подумать, я знал, — сказал скорее самому себе Поттер, сгребая ногой кучку песка, когда-то бывшую замком, в сторону. — Просто повезло, что у нас схожие модели мыслей, вот и всё… Я просто отчасти поставил тебя на место себя из прошлого, подумав, что бы тогда могло мне помочь.       — Умно, — отметил Драко. — Тебе стоило идти на какого-нибудь целителя души, а не на аврора…       Гарри фыркнул.       — Глупость какая. Да вы с Роном бы поубивали друг друга. А я загнулся бы от обилия пациентов — во всех такие старания не вложишь.       — Зато твой почерк соответствовал бы профессии, — пошутил Малфой, ухмыльнувшись и вогнав Поттера в секундный ступор, после которого он с осуждением посмотрел на Драко.       — Иди ты… Просто тот листок был слишком маленьким для моих контраргументов.       — Вовсе нет, он был нормальным.       — Ага, был. Пока его кое-кто не исписал своей исповедью.       — А кто меня об этом попросил? — с тенью язвительности напомнил Малфой, слегка развеселившийся от этого диалога.       — Да я откуда знал, что в тебе так глубоко сидят мысли о том, что ты плохой?.. — оправдываясь, воззвал Гарри, также приободрившийся. — Мой кривой почерк просто был потоком энергии, направленным на то, чтобы всё это опровергнуть и донести до тебя твои же собственные хорошие стороны!..       Слыша серьёзность и торопливость, с которой Поттер пояснял своё неумение красиво писать, Драко, не сдержавшись, коротко засмеялся. После этого, как и всегда, стало легче, как после каждого проявления подобной простоты Гарри, которую тот умудрялся сочетать с действительно работающими и вселяющими в Малфоя уверенность действиями, и словами.       — Ты — отдельный вид искусства, честное слово, — хихикнул Драко, когда смех угас, а в раньше назойливо царапающейся изнутри груди поселилось облегчение с уже привычными трепетом и теплом, всегда передающимся от Поттера. — Хорошо-хорошо, у тебя действительно получилось это сделать…       — У нас, — на автомате поправил Гарри, сердце которого на пару секунд снова пробудилось от спокойного биения, когда Малфой весело, по-своему похвалил его. — Нам действительно осталось немного — может быть, осталось бы и еще меньше, если бы я с начала знал, как легок ты на подъём.       — Да всё потому, что ты захлестнул меня своей помощью, как волна, — нарочито ворчливо оправдался Малфой. — И, между прочим, возможно, даже перестарался…       — Неправда.       — Вот и правда. От твоей бережности любая девушка бы уже откинулась в твои объятья, уйдя в нокаут.       — Ну, ты же — не девушка.       — Вот это удивил, так удивил!..       Дорога до дома за такими шутливыми разговорами, в которых, впрочем, играли прикрытые за шутками чувства, показалась странно короткой. Действие согревающей медовухи давно спало, но Гарри и Драко этого даже не заметили, увлекшись игрой с тем теплом, что ютилось внутри них при взаимодействии друг с другом.       Когда прихожая деревянного домика встретила их тишиной и запахом сосны, луна уже достигла высшей точки, а море стало холодеть подобно песку. Сон свалил почти мгновенно, перекрывая собой спутанные мысли, которые еще преследовали Малфоя, невольно припомнившего пряный поцелуй, испытанный им совсем недавно. Губы всё еще покалывали застаревшим, почти испарившимся вкусом терпкого медового алкоголя…