Одиночки

Сережа снял очки, потянувшись в кресле. «Вместе» на высоте, но работу за компьютером никто не отменял, а привычка сидеть допоздна остается неизменной со студенческих времен. Часы показывают почти двенадцать. Разумовский виновато кусает губу — обещал приехать к Олегу на ужин, а сам опять задержался. Сережа все еще имел собственную квартиру, но уже все чаще оставался у Волковых. Если подумать, то у него все время было распределено примерно одинаково между работой — в разных вариантах — собственным жильем и домом любимого человека. Точнее любимой семьи. Алиска — своя. Маленькая, активная, веселая, добрая. Очень нежная. Сережа с удовольствием брал ее на руки — неплохой тренажер, кстати — целовал, когда укладывал, слушал ее с интересом — у ребенка бывают очень интересные мысли. Он любил ее. Очень сильно. Не всегда было легко, поскольку никогда до этого не жил и не общался с детьми. Но Алиса — родная, несмотря на отсутствие общих генов. Олежа тоже свой. Любимый, заботливый и крайне терпеливый. Сережа находит подтверждение этого в телефоне: два пропущенных и три сообщения в чате. Волновался. Или же хотел узнать, появится ли вообще альфа у них. Разумовский набирает номер, надеясь, что не разбудит поздним звонком девчушку, которая наверняка уже дрыхнет. — Да? — отвечает хрипло Олег. Кажется, спросонья, что кольнуло виной. — Прости, что разбудил, милый, — произнес Сережа, тоскливо глядя в экран. — И прости, что не приехал на ужин. Увлекся, заработался и забылся. — Нормально все, — скуляще зевнул омега. — Только предупреждая, ладно, в следующий раз? — Следующего раза не будет, — заверил Разумовский, выключая технику. — Как же, ага, — усмехнулся Олег, кажется, выходя из комнаты, судя по звуку закрывающейся двери. — Прости, я правда не хотел срывать наши планы, — заскулил Сережа, поднимаясь на ноги. — Завтра увидимся, да? — Ты не хочешь приезжать? — спросил уже хмуро омега. — Ну, не думаю, что сейчас подходящее время, — ответил Разумовский. — Уже поздно. — Ясно, — произнес прохладно Олег. — Тогда увидимся. — Так, стоять-стоять, — протараторил Сережа, чтобы мужчина не успел сбросить звонок. — Ты злишься? — Я не злюсь, — спокойно ответил омега. — Ты обижен? — продолжил спрашивать Разумовский. — Олеж, тебе что-то не понравилось, пожалуйста, давай не будем задвигать этот вопрос в долгий ящик и разберем сейчас. — Не с чем разбираться, езжай к себе, — коротко ответил Олег. — Завтра встретимся. — Волчик, — тянет мягко Сережа, собираясь на улицу. — Ты расстроился, что я не еду к вам, верно? В ответ была тишина. Тяжелая, какая бывает, когда Волков не хочет говорить о переживаниях, но его заставляют. — Сереж, — медленно произносит Олег, через короткий промежуток времени. — Ты вообще хочешь оставаться у нас? Или ты приезжаешь из вежливости? — Хочу, Олежик, — ответил ласково Сережа, заходя в лифт. — Просто я сейчас поздно закончил, приеду в первом часу, тебя разбужу, Алиску… Будет лучше, если я поеду к себе, а завтра уже нормально встретимся. Это не связанно конкретно с вами или вашим домом. Просто я доставлю неудобства сейчас. — Ладно, я понял тебя, — вздохнул Олег. — Просто мне кажется, что тебе некомфортно с нами, и сбегаешь в свою квартиру, чтобы отдохнуть от нас. — Мне непривычна жизнь… в семье, — признался Сережа, выходя на парковку. — Бывает утомляюще, правда, но не настолько, чтобы мне прям уж отдых нужен был. — Просто… может, мы уже начнем жить вместе? — неуверенно произнес Волков, вздыхая. — Ты давно уже предлагал, а я все откладывал, находил причины отказывать… — Олег, что произошло? — нахмурился альфа, остановившись у машины. — Почему ты так резко передумал? — Забей, — вздохнул Олег. — Давай, до завтра. Они все же завершили звонок, но Сереже было неспокойно. Ему глубоко в душе наверно нужно было место, где было его пространство. Возможно, ему бы и хватило работы, где было устроено все, как ему хочется. Но альфе не было тяжело в доме Волковых. Там было уютно, там было как-то по-семейному, как было в очень далеком детстве, которое почти исчезло из памяти. Поэтому Сережа все же направился в знакомую теплую квартиру. Ключи ему выдали несколько недель назад, поэтому не пришлось тревожить звонками. Его выполз встречать Март — зевающий ленивый кот, который почему-то проявил к нему неожиданную любовь. А так в целом в доме была тишина и темнота. Март терся о ноги, громко мурлыча, заполняя молчание уютом. — Хороший котик, — прошептал альфа, погладив кота. — Остальные котики спят? Они пошли тихонько в глубь квартиры. Темнота была не плотной, разрываемая несколькими ночниками в коридоре, в гостиной и на кухне. Теплый полусумрак был приятен, добавляя какой-то нужной атмосферы. На часах был уже час ночи. Сережа приоткрыл дверь, заглядывая в комнату к Алиске. Тишка сразу поднял морду, тревожно глядя на нарушителя спокойствия. То ли он узнал альфу, то ли урчащий Март в ногах доказал, что это свой, но пес через некоторое время сладко зевнул и продолжил спать у кровати девочки. У нее в комнате тоже горел маленький ночник — ей было неуютно в темноте — одеяло сбилось и почти полностью лежало на полу, а любимая игрушка продолжала оставаться в тоненьких ручках. Сережа скользнул в комнату, тихонько подходя к кровати. Он взял и расправил одеяло, снова укрывая сопящую девочку, которая что-то тихонько промычала. Альфа поправил сбившиеся волосы и аккуратно поцеловал в висок. Такая маленькая. Действительно своя, от другой бы не было такого теплого трепета на душе. Он вышел, прикрывая снова дверь. Дальше была комната омеги. Олег ночника не оставлял, но был свет из окна, который окрашивал комнату в серый цвет. Сережа тихонько рассмеялся — что дочь, что отец. Вместо собаки в комнате спал кошак, но одеяло было знакомо сбито, а вместо игрушки в руках была подушка, на которой спал альфа в общие ночи. Разумовский подошел, целуя крепкое обнаженное плечо. Олег вздрогнул от прикосновения, а затем замычал, переворачиваясь на спину. У него сон был намного более чуткий, чем у Алисы. — Прости, что потревожил, — прошептал Сережа, подтягивая одеяло, укрывая омегу. — Сереж? — полувопросительно произнес Олег, сонно щурясь. — Я думал, ты не приедешь. — Ты переживал, что я не здесь, вот и приехал, — ответил тихо альфа, начиная переодеваться. Олег зашуршал на кровати, а через миг включилась лампа. — Зачем? Я бы в темноте справился. — Все равно уже проснулся, — зевнул Олег, садясь на постели. — Так почему ты здесь? — Ты сонный, милый, встрепанный воробушек, — улыбнулся Сережа, глядя на растрепанного лениво моргающего мужчину. — Ты меня не слышишь, завтра это обсудим снова, ладно? А пока ложись. Сейчас лягу. — Ладно, — вздохнул омега, заваливаясь обратно на бок, утыкаясь носом в подушку. — Я рад, что ты здесь. — Я тоже рад, — улыбнулся альфа, выключая лампу. Затем он забрался позади Олега под одеяло, обнимая крепко руками, утыкаясь в взъерошенную макушку, глубоко вдыхая сладковатый аромат. Он приехал домой.