Экзорцист

Больно ударившись плечом, на котором еще вчера была рана, оставленная зубами Смитсона, Гермиона несколько минут пролежала, пытаясь прийти в себя. Когда темнота в глазах наконец рассеялась, она поняла, что лежит на полу в кладовке среди метел и тряпок. Снейпа рядом не было, и прямо сейчас это обстоятельство ее даже радовало. Поднявшись и отряхнувшись, она осторожно выглянула в коридор. «Око» не показало, где именно находился демон, и ей следовало быть осторожной. Покрепче сжав палочку в руке, она выскользнула за дверь и быстрым шагом направилась к себе в кабинет. Первым делом ей хотелось переодеться, чтобы, если что, не умереть в футболке с глупым принтом, которая, к тому же, была ей велика на несколько размеров. Рабочий день в Мунго уже давно был окончен, и стена в коридоре напротив окна была расцвечена неоновыми всполохами. Гермиона замерла, на миг позабыв обо всем и любуясь яркими цветами. Это было ее самое любимое время в больнице – пересменка, когда основной состав персонала уходил домой и оставались лишь дежурные врачи и медсестры. Пациенты, даже самые буйные, обычно утихали, и в эти моменты она испытывала странный покой. И, видимо, на автомате погрузилась в это состояние и сейчас. Вот только стоять и размышлять о вечном было некогда. Не тогда, когда по больнице бродил демон. И Снейп. Неизвестно еще, что хуже. Встряхнувшись, она быстрым шагом направилась дальше по коридору. Пробегая мимо одной из палат, дверь которой была распахнута настежь, она периферийным зрением уловила какое-то необычное движение. Ей показалось, что находящиеся внутри пациенты разом синхронно повернули головы в ее сторону. Уже пробежав мимо, она притормозила и тряхнула головой, убеждая себя не поддаваться истерии. Не могли же сразу все пациенты, находящиеся в палате, – а было их там человек пять – быть одержимыми демонами? Решив, что вернуться будет означать, что она поддалась безумию и панике, Гермиона двинулась дальше по коридору. И похолодела, услышав за спиной топот сразу нескольких пар ног. Резко обернувшись, она поняла, что за ней идут пациенты из той самой палаты. Их лица ничего не выражали, но вот глаза… В глазах горело нечто опасное. Хищническое. Ужас всколыхнулся в душе при одной мысли о том, что Смитсон вернулся в Мунго не один. Гермиона попятилась, но демоны не ускорились, а продолжили следовать за ней умеренным шагом. Справа мелькнула еще одна распахнутая дверь другой палаты, и Гермиона, как в кошмарном сне, увидела, что находящиеся внутри люди тоже, как по команде, резко повернулись в ее сторону. А потом начали вставать – чтобы присоединиться к тем, кто уже следовал за ней. После третьей такой палаты Гермиона наконец не выдержала и, без особой надежды метнув за спину заклинание, побежала. Судя по звукам за спиной, ее магия демонов не остановила – наоборот, они тоже сорвались на бег. Завернув за угол, она заскочила в туалет и спряталась в одной из кабинок, затаив дыхание. К ее огромному облегчению, демоны пробежали мимо, и топот ног вскоре удалился. Гермиона на цыпочках начала красться к двери и замерла, уловив боковым взглядом что-то черное, двигающееся рядом. Похолодев, она вспомнила, что не закрыла магией зеркало. Медленно повернувшись, она наконец встретилась лицом к лицу с той, кого собственными руками обрекла на страшные муки. С Гермионой, живущей в зеркале. Она выглядела так, словно сгорела заживо и обуглилась. Почерневшая кожа на лице отходила пластами, а каждый сантиметр обнаженного тела был покрыт уродливыми черными струпьями. Спутанные волосы были абсолютно седыми, словно разом потеряли свою пигментацию. Единственным, что все еще было живым, это глаза – и они смотрели на Гермиону с болью и упреком. – Прости… – смогла выдавить из себя она, чувствуя, как сжалось горло от подступающих слез. Скрипнула дверь. Существо из зеркала, бросив многозначительный взгляд на настоящую Гермиону, медленно повернулось в сторону выхода – независимо от самой Гермионы, которая замешкалась на пару секунд. А затем вскинула палочку. На пороге стоял один из пациентов с мерзкой демонической ухмылочкой. Он что-то прошипел на неизвестном языке – том самом, на котором говорил Смитсон, – и прозвучало это торжествующе. Скосив глаза на зеркало, Гермиона почувствовала, как по спине поползли холодные мурашки. Вместо пациента там отражалась мерзкая покрытая чешуей когтистая тварь. Злобно оскалившись, она высунула отвратительный раздвоенный язык, покрытый мелкими шипами, и резко выстрелило им вперед. И тогда зеркальная Гермиона прыгнула. Сцепившись с демоном, она прокатилась по полу туалета и, оседлав его, стала душить. Обернувшись на пациента, настоящая Гермиона с ужасом увидела, как тот корчится на полу, больше не делая попыток напасть. Не став дожидаться конца схватки, она вылетела из туалета и захлопнула за собой дверь. И тут же обругала себя, услышав приближающийся топот демонов, явно привлеченных звуком хлопка. Демоны показались из-за угла, и Гермиона снова бросилась бежать. Выскочив в холл к посту дежурной медсестры, она вскрикнула, когда та, выбежав из-за стола с безумным взглядом, попыталась схватить ее за руку, клацнув зубами. – Айрин, ты что делаешь! – прокричала Гермиона. – Депульсо! Айрин отбросило к стене, и толпа демонов сзади взревела. Гермиона бросилась вперед к отделению травматологии, надеясь, что среди пациентов, получивших ранения не от темных проклятий, а от обычных предметов, демонов не будет. Однако, стоило ей приблизиться к спасительной двери, как та с грохотом слетела с петель, и в холл хлынула еще одна толпа одержимых с искаженными лицами и горящими глазами. Оказавшись в кольце, Гермиона застыла, лихорадочно размышляя, как выкрутиться. Даже с демонами внутри своих тел пациенты все равно пока что оставались людьми: с ними еще не произошла трансформация, которой подвергся несчастный Смитсон. Поэтому, уже подняв руку, чтобы метнуть в одержимых атакующее заклятие, Гермиона на миг ощутила сомнение, и это секундное колебание позволило одному из самых прытких демонов подобраться достаточно близко, чтобы напасть. На нее бросилась одна из пациенток, которую Гермиона хоть и не лечила лично, но запомнила очень хорошо: ее уши из-за воздействия стихийной магии ее маленького сына стали длиной до пола. Злобно взревев, женщина тряхнула этими странными отростками и прыгнула вперед, пытаясь сбить Гермиону с ног. – Депульсо! – снова воскликнула она, кое-как увернувшись. На нее тут же бросились еще трое, а за ними приготовились к прыжку пятеро из травматологии, и у Гермионы на миг промелькнула мысль, что это конец. Даже если она использует атакующую магию, демоны просто задавят ее количеством – а судя по тому, что она видела, те продолжали все прибывать и прибывать. Похоже, больница святого Мунго была захвачена. Это была последняя связная мысль, промелькнувшая у нее в голове: дальше все слилось в безумный круговорот. Гермиона оттолкнула одного демона ногой, от второго прикрылась магическим щитом и, резко развернувшись, метнула отталкивающее заклинание еще в пятерых. Которых тут же сменили следующие десять. Демоны напирали, злобно рыча, и вскоре Гермиона оказалась в центре свалки, умудряясь пока что держаться на ногах. Левую лодыжку пронзила резкая боль, и она с отвращением пнула в лицо укусившего ее мужчину, тут же заработав сильный удар в скулу от другого. Чувствуя, как темнеет в глазах, она покачнулась и наугад бросила заклинание, понимая, что вот-вот погибнет, если не начнет атаковать всерьез. Однако на месте сметенных магией демонов тут же вставали другие. Скрюченные пальцы, искаженные яростью лица, оскаленные зубы, горящие нечеловеческой ненавистью глаза – всё мелькало вокруг с бешеной скоростью, и Гермиона едва успевала поворачиваться, отбиваться, толкать, пинать и бросать в разные стороны заклинания. В конце концов демоны, навалившись массой, все же подмяли ее под себя, вцепившись ногтями, зубами, вырывая волосы и выкручивая руки и ноги. Гермиона закричала, не понимая, где ее палочка, и осознавая, что это все-таки конец. Как вдруг на потолке что-то ярко вспыхнуло, и демонов вмиг смело с нее, разбросав в разные стороны. А из льющегося сверху потока света выпрыгнул Снейп, заслонив Гермиону собой. Он медленно поднял руки, и с его обращенных вверх ладоней сорвалось два снопа пламени, озаривших весь холл. Люди вокруг резко замерли, как будто для них остановилось время. Снейп сделал резкое движение рукой, словно прокручивая что-то, и по помещению пронесся единый вздох полусотни пациентов. Созданное им зарево просветило их тела насквозь, словно рентгеном, и Гермиона с ужасом увидела, как внутри, словно в клетках, бьются отвратительные темные твари, тщетно пытаясь покинуть ставшие вдруг негостеприимными оболочки. Снейп резко опустил руки, и здание содрогнулось. Едва сумевшая подняться на ноги Гермиона, покачнувшись, влетела грудью Снейпу в спину, а затем пространство резко рвануло вверх, а они вместе с демонами, которых буквально выдрало из тел людей, полетели куда-то вниз.

***

Гермиону болтало и бросало из стороны в сторону, пока падение наконец не стабилизировалось, и она увидела рядом Снейпа. Он выглядел так, словно не падал, а летел и контролировал свой полет. Заметив Гермиону, он скривился и шевельнул губами, явно выругавшись. Сделав изящное движение рукой, он подлетел поближе, и она поняла, что он действительно управлял происходящим, а не просто сверзился кувырком вместе с демонами куда-то вниз. – Вы с ума сошли, Грейнджер! – выкрикнул он, и от этого бархатистого рыка у Гермионы по спине побежали мурашки. – Зачем вы в меня вцепились? Если бы вы не трогали меня, я бы не утянул вас за собой! – Вот еще! – несмотря на ситуацию и неконтролируемый полет неизвестно куда, Гермиона разозлилась. – Очень нужно мне вас трогать! Это ваша спина на меня напрыгнула! Вам стоит лучше за ней следить. Снейп закатил глаза. – И что мне теперь с вами делать, Грейнджер? – Не бесить, – огрызнулась Гермиона, пытаясь разглядеть, куда они падали, но повсюду виднелись лишь густые плотные облака. Спрашивать, что внизу, ей из принципа не хотелось. После драки с демонами она все-таки умудрилась отыскать на полу свою палочку, поэтому приземление ее не особо беспокоило: она знала, что сумеет обеспечить себе мягкую посадку. Словно прочитав ее мысли, Снейп раздраженно вздохнул и резко нырнул вниз, а затем снова взлетел, подхватив Гермиону на руки. Она рефлекторно прижалась к нему, осознав, что лететь с ним было гораздо удобнее, чем бултыхаться в воздухе, но все же из чистого упрямства проворчала ему на ухо: – Думаете я не способна наложить смягчающие чары, чтобы не разбиться? – Думаю, что там, куда мы направляемся, ваша магия не работает совсем, – ответил Снейп, и ей показалось, что его голос прозвучал устало. – И куда же мы направляемся? Снейп не ответил. Сделав полукруг, он изменил направление и теперь летел не отвесно вниз, а снижался по диагонали. Облака быстро рассеялись, и взору Гермионы открылась безжизненная равнина, покрытая высохшей рыжей травой и редкими скалами, просто торчащими из земли. Она простиралась во все стороны, насколько хватало глаз, и даже с огромной высоты невозможно было разглядеть, где заканчивалась эта пустошь и начиналось хоть что-то. Куда бы они ни попали, казалось, что здесь весь мир выглядел так: как бескрайнее мертвое ничто. – Добро пожаловать в лимб, мисс Грейнджер, – прогудел у нее над ухом голос Снейпа, и глаза Гермионы удивленно расширились. Но спросить она ничего не успела, потому что внезапно полет ускорился и земля резко рванула им навстречу. Летать Гермиона ненавидела, поэтому зажмурилась, чтобы не видеть, как они несутся прямо на одну из остроконечных скал, торчащих посреди равнины. Умом она понимала, что, если бы Снейп хотел ее угробить, то просто оставил бы в свободном падении и она разбилась бы, но сердце все равно испуганно замерло в груди. Хотя его слова о том, что ее магия тут не работает, еще следовало проверить – чисто из вредности. Снейп мягко приземлился рядом со скалой и осторожно опустил Гермиону на землю. Она тут же прошлась туда-сюда, с радостью ощущая под ногами твердую почву, и попробовала наколдовать воды. А потом огня. Затем попыталась приманить к себе камешек при помощи Акцио. – Можете кинуть в меня Аваду, – любезно предложил Снейп и, небрежно шевельнув пальцами, разжег костер прямо посреди песка и камней. Пламя весело затрещало, привнося в унылый пейзаж ощущение тепла и уюта. – Благодарю, мистер Снейп, я приберегу ваше предложение до более удобного случая, – ядовитым тоном отозвалась Гермиона. – Может, лучше расскажете, что мы делаем в лимбе? И куда делись все демоны, которые вроде бы поначалу летели с нами? – Лимб – нейтральная территория, мисс Грейнджер. Не принадлежащая ни аду, ни раю. И здесь нет людей, чьи тела можно захватить. Идеальное место для схватки с демонами, – Снейп подошел и коснулся ее ссадины на скуле, оставленной одержимыми пациентами. А потом бесцеремонно повернул ее голову за подбородок и изучил рану от ногтей на шее, после чего оттянул ворот футболки и заглянул внутрь, чтобы рассмотреть длинную царапину, уходящую вниз к груди. Его взгляд был явно по-врачебному незаинтересованным, но Гермиона все равно с удовольствием шлепнула его по руке. И постаралась ударить посильнее. Снейп закатил глаза и вытащил из одного из многочисленных внутренних карманов пальто небольшой флакон с зельем. – Успокойтесь, мисс Грейнджер, там нет ничего, чего я уже не видел, – и, воспользовавшись тем, что Гермиона в ярости открыла рот, чтобы разразиться гневной тирадой, влил ей туда пахнущее плесенью зелье. Ее тут же затошнило, но она поспешила проглотить. – Узнаю эту дрянь, – поёжившись от омерзения, сказала она. – Это лекарство Стива от демонических ран? – Оно самое, – сухо отозвался Снейп и отвернулся, показывая, что благодарностей ему не нужно. Впрочем, Гермиона и не собиралась. Вместо этого она озадаченно огляделась по сторонам, пытаясь сопоставить то, что было вокруг, с тем, что она видела несколько месяцев назад, когда открывала портал в лимб, чтобы вытащить душу ребенка. – А где же все остальные души? – спросила она, наконец сообразив, что не давало ей здесь покоя. – Это выжженная пустошь лежит на самой окраине лимба, душ здесь нет. Обычно, совершая ритуал экзорцизма, я изгоняю демонов сюда. Их разбрасывает по огромной территории, которую вы видели сверху, но все они, как правило, всё равно стекаются ко мне – к единственному живому существу в лимбе на многие мили. Поэтому нам с вами остается всего лишь дождаться их. – А отправить меня обратно вы не можете? – угрюмо спросила Гермиона, мрачно созерцая тоскливый пейзаж вокруг. – Зачем я вам тут? Вносить смятение в ряды противника? Судя по лицу Снейпа, он явно считал, что она и на это не способна, но тактично промолчал. – Лишенные тел демоны – невероятно юркие и изворотливые создания, мисс Грейнджер. Если я открою для вас портал, есть вероятность, что кто-то из них ускользнет вслед за вами, а мне бы этого очень не хотелось. – И сколько же нам ждать? – недовольно осведомилась Гермиона, скрестив руки на груди. Снейп пожал плечами. – От пары часов до нескольких дней. – Что?! Погодите, а зачем нам вообще их ждать? Вы ведь выполнили главную задачу экзорциста – изгнали их из тел людей. Да еще и предотвратили возможность повторного захвата, поместив демонов сюда. Зачем теперь вы их ждете? Думаете, они придут пожать вам руку как победителю? Ничего не ответив, Снейп отвернулся, снял пальто и бросил прямо на землю, сделав приглашающий жест рукой. Сев у огня, он задумчиво уставился в пламя, явно не собираясь ничего объяснять. Скрестив руки на груди, Гермиона встала прямо перед ним, загородив собой обзор, однако глаза Снейпа так и не сфокусировались на ней, продолжая смотреть куда-то вдаль. Подавив в себе желание невежливо помахать рукой у него перед лицом, Гермиона шумно вздохнула и плюхнулась рядом, тоже уставившись в огонь. Она буквально кипела, но из принципа решила не нарушать молчание первой. И мысленно взвизгнула от радости, когда через несколько минут Снейп не выдержал. – Спрашивайте, – мрачно проговорил он, по-прежнему не сводя взгляда с костра, который горел без дров вопреки всем законам физики. – С чего вы взяли, что я хочу что-то еще спросить? – холодно осведомилась Гермиона равнодушным тоном. – Сначала вы встали передо мной, чтобы привлечь внимание, а когда не вышло, шесть раз громко вздохнули, четыре раза посопели, дважды пошмыгали носом и раз пятнадцать поёрзали, думая, что я не замечаю, – спокойно перечислил Снейп и наконец соизволил повернуться к ней. – Спрашивайте, мисс Грейнджер. Ожидание затянется, а другого способа скоротать время здесь все равно нет. – То есть на крайний случай за развлечение сойду и я? – Вы всё верно понимаете, – с готовностью кивнул он, показывая, что готов отвечать и на другие вопросы. – Вы мерзавец! – О мертвых нужно отзываться хорошо – либо не говорить вовсе, – протянув руку к костру, он провел ладонью над пламенем, и оно потянулось за его пальцами, словно заигрывая. Гермиона задумалась и решила зайти с другой стороны. – Значит вы действительно умерли и заключили договор с дьяволом? – О таких вещах не шутят, мисс Грейнджер, поэтому – да, всё действительно так и было, – устало отозвался Снейп и потер кончиками пальцев переносицу. Проследив за ним взглядом, Гермиона заметила темные круги, которые пролегли у него под глазами, и легкие морщинки, собравшиеся вокруг рта. И задалась вопросом, когда он в последний раз нормально спал. – Но зачем дьяволу с вашей помощью охотиться на собственных демонов? Они ведь должны ему подчиняться? Разве он не может просто щелкнуть пальцами и приказать им сделать то, что ему нужно? Снейп вздохнул, а затем медленно покачал головой. – Эти демоны – беглецы, мисс Грейнджер. Их выпустил в ваш мир порезвиться никто иной, как покойный Темный лорд во время одного из своих темномагических ритуалов. Он хотел могущества и в итоге открыл низшим демонам лазейку, через которую они долгое время просачивались на Землю, пока эту брешь не прикрыли. – Темный лорд, – с отвращением повторила Гермиона, про себя отметив, как выразился Снейп, говоря о Земле – «ваш» мир. – Почему меня это не удивляет? Кто еще, как не он мог связаться с демонами ради власти? И вы теперь должны переловить их всех? – Дьяволу не нужны беглецы и отступники, мисс Грейнджер. Я не охотник, – он помедлил, но затем все же закончил предложение: – Я каратель. Гермиона тупо моргнула, когда пазл у нее в голове наконец сложился. – И вы вот так просто согласились на это? Вы могли спокойненько гореть себе в аду, а вместо этого носитесь по Земле, загоняете демонов в лимб, как скот… и убиваете. – А вам уже, как я смотрю, захотелось создать общество защиты несчастных демонов, угнетенных бесчинствующим экзорцистом? – язвительно отозвался Снейп и, поднявшись, отошел к скале. Положив ладонь на холодный камень, он некоторое время молчал, а затем проговорил ничего не выражающим голосом: – Дьявол – это не работодатель, предлагающий взять сверхурочные часы, мисс Грейнджер. Ему нельзя пригрозить трудовым кодексом и профсоюзом, – его голос прозвучал глухо, и у Гермионы по спине пробежали мурашки, когда он едва слышно добавил: – Ему так просто не отказывают. Он умолк, погрузившись в раздумья, и Гермиона попыталась представить себе, что он мог пережить в аду до того, как ему подвернулась возможность вернуться оттуда на Землю. Попыталась – и не смогла. А затем поняла, что, вероятно, и сама на его месте поступила бы так же – не упустила бы шанс начать жизнь заново. Особенно после всего, что выпало на долю Снейпа во время Второй магической войны. К тому же, он был не прав: ей бы и в голову не пришло защищать демонов. Не после всего, что она успела увидеть. Еще раз прокрутив в голове всё произошедшее в больнице, она вспомнила еще один давно волнующий ее вопрос. – Что это был за язык, на котором говорил Смитсон? Ни один из лингвистов, к которым я обращалась, так и не смог его идентифицировать. – Ничего удивительного, мисс Грейнджер, – Снейп вернулся к огню и снова сел рядом с ней. – Этот язык был придуман задолго до того, как появилось человечество. – Это язык демонов? – Демонов, ангелов. Высших существ. Я понимаю его, потому что мне эти знания были переданы вместе с силой, которой я пользуюсь для того, чтобы справляться с беглецами, – шевельнув пальцами, он засветил маленький огонек на их кончиках и задумчиво склонил голову, глядя на свет. А затем повел рукой, и огонек потух, рассыпавшись крошечными искорками. Заметив взгляд Гермионы, он сказал: – Да, мисс Грейнджер, мне действительно больше не нужна палочка. Эта сила имеет другую природу и иные механизмы действия. – Откуда вы узнали, что я хотела спросить? Легилименцией балуетесь без моего согласия? – проворчала Гермиона, подозрительно сощурившись. Он закатил глаза. – Легилименция так не работает, мисс Грейнджер, уж вам-то стыдно не знать. К тому же, так просто проникнуть в чужой мозг без ведома его обладателя невозможно. А также, к вашему сведению, все настолько интимные манипуляции с женщинами я обычно произвожу с их полного согласия. – То есть, если я вас вконец достану, вы меня не убьете без моего согласия? Хорошо, ловлю вас на слове, – Гермиона поёжилась и подсела поближе к огню: в лимбе было не слишком холодно, но, если сидеть без движения, становилось зябко. – А зачем вам нужен Стив? Он ваш доктор Ватсон или что-то типа того? – Что-то типа того, – подозрительно терпеливо отозвался Снейп: у Гермионы сложилось впечатление, что он давно ни с кем нормально не беседовал и просто соскучился по разговорам. – Мне часто нужны лекарственные и… иные зелья, а Стив на данный момент является лучшим зельеваром Британии. Как вы понимаете, самому мне заниматься этим просто некогда. – Ага, – зевая, ответила Гермиона, и Снейп покосился на нее, а затем предложил: – Поспите, мисс Грейнджер. Скорее всего, в ближайшее время нападения демонов нам ждать не стоит. Думаю, они задержатся, чтобы сначала сбиться в стаю. Спите спокойно. – То есть, вы хотите сказать, что на нас скоро нападет стая озлобленных демонов, разъяренных тем, что их изгнали с Земли? – уточнила Гермиона, тревожно оглядываясь по сторонам. – Да уж, умеете вы пожелать спокойной ночи. Снейп встал, кивнув ей на свое пальто. – Можете лечь сюда. Не беспокойтесь. Я разбужу вас, как только замечу их приближение. Гермиона недоверчиво посмотрела на него, но он отвернулся и, снова отойдя к скале, стал смотреть вдаль. Так и не разобравшись, было ли это проявлением тактичности или равнодушия с его стороны, Гермиона кое-как устроилась на его пальто, с радостью обнаружив, что оно было достаточно большим, чтобы еще и накрыться вторым краем как одеялом. Земля была жесткой и лежать было неудобно, поэтому она заерзала, пытаясь найти удобную позу. – Засну я так, конечно, ждите, – кое-как наконец устроившись, проворчала она. И провалилась в сон – впервые за последние годы быстро и без видений.