Навстречу тьме

Солнце так приятно греет кожу. Волны разбиваются у моих ног, и я слышу крики чаек над головой. Зарываюсь пальцами ног в песок и вдыхаю соленый воздух. Будто нечто целебное. Элайджа прижимается носом к моим волосам и вдыхает. Мы оба сидим на маленьком пляжном полотенце, моя спина покоится на его груди, а голова откинута назад. Я решила, что это мое любимое место. Прямо здесь, на солнце, на пляже, с этим мужчиной. — Для того, кто ненавидит воду, ты кажешься чрезвычайно расслабленной, — шепчет он мне на ухо. Я улыбаюсь и поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него. Мне нравится, как солнце оттеняет каштановый цвет его волос. Даже его глаза выглядят менее карими и более золотистыми. — Мне нравится солнце и запах океана. — В океане есть мертвые тела, — невозмутимо говорит он, и я не могу удержаться от смеха. — И грязные подгузники. И мусор. Топливо. Рыбное дерьмо. А ты просто лежишь, вдыхая, как будто хочешь разлить аромат по бутылкам и забрать его с собой домой. Теперь я смеюсь во все горло, но он просто смотрит на меня сверху вниз, как будто я сошла с ума. Иногда он совершенно не представляет, насколько прямолинейным может быть. — Ты делала то же самое, когда я впервые увидел тебя, — говорит он, когда я, наконец, успокаиваюсь, делая несколько глубоких вдохов. — В смысле? — я оглядываюсь на него и покрываю легкими поцелуями его шею. Не знаю, насколько сильно ему нравится, когда я проявляю привязанность, но он никогда не отстраняется. — В ту ночь, когда мы встретились. Шел дождь, я кое-кого искал, — его голос едва слышен за шумом волн. — Ты откинула зонтик назад и открыла рот, пробуя дождь на вкус и вдыхая городской воздух. Моей первой мыслью было, что это мерзко. Дождь в городе, наверное, такой загрязненный, — я улыбаюсь его гримасе. — О-о-о, — воркую я. — Но ты все равно пошел за мной. Мой любимый маленький преследователь, — говорю я, поворачиваясь в его объятиях и прислоняясь к нему на четвереньках. — Ты сделала то же самое, когда я наблюдал, как ты уходила на работу на следующий день. Ты вышла из своей квартиры, а я следил с другой стороны улицы, — слушая это, я завожусь. Я потираю бедра друг о друга и чувствую, как влага покрывает нижнее белье. — Если бы мы не были на публике, Ноунейм, — говорю я, покусывая раковину его уха. — Я бы толкнула тебя на песок и трахнула прямо здесь, на пляже. — Ты возбудилась после того, как я рассказал о том, что преследовал тебя, как добычу, малышка? Как я следил за тобой, оставлял тебе еду после похмелья и наблюдал, как ты работаешь? Моя маленькая крыса намочила свои трусики? Я хнычу, когда он грубо переворачивает меня на задницу между своих ног. Он подтягивает колени, одна из его рук скользит вниз по моему телу и забирается под леггинсы. — Я не вижу здесь много людей, а ты, Лайра? — я нервно оглядываюсь, когда его пальцы опускаются ниже пояса моих трусиков. Пляж практически пуст, за исключением нескольких парочек, но они относительно далеко от нас. Большинство людей находятся позади нас на тротуарах. Они не увидят, что он делает. Для них мы просто пара, смотрящая на океан. — Ответь мне. — Нет, сэр, — выдыхаю я. Его кончики пальцев, наконец, скользят по моей промежности, собирая влагу, которая там скопилась. Он легко проскальзывает, целясь в клитор с привычной легкостью. Моя голова откидывается ему на плечо, я позволяю ласкать свое тело. Он знает каждое местечко, где нужно прикасаться ко мне. Он знает, что мне нравятся мягкие, успокаивающие движения вокруг клитора. Или когда он прикладывает к нему пальцы с обеих сторон, как ножницы, и гладит, пока я не кричу. Он двигается дальше вниз, и палец проскальзывает внутрь, мое влагалище жадно сжимает его. Мне нравятся легкие прикосновения и то, как он дразнит меня. Я борюсь с желанием прижаться к нему, когда он несколько раз толкается внутри меня, прежде чем обвести мой клитор, а затем снова вернуться. Он поддерживает этот ритм, удерживая меня на грани срыва. — Тебе нравится, что кто-нибудь может увидеть нас, да? Маленькая шлюшка, скачет на моей руке на публике. Любой может пройти мимо и увидеть, как ты прижимаешься ко мне, тяжело дыша и постанывая, как шлюха, — он набирает скорость, и я двигаю бедрами, пытаясь добиться большего трения. Я промокла даже через леггинсы. — Да, Элайджа. Я хочу, чтобы они увидели. Я хочу, чтобы они увидели, как ты заставляешь меня разрываться на части, — он добавляет еще один палец, растягивая меня. С каждым движением он касается точки G, и я чувствую, как глубоко внутри меня нарастает напряжение. — Хорошая девочка, — шепчет он, его дыхание обжигает мою кожу. Его другая рука грубо сжимает и играет с моим соском, и эта вспышка боли смешивается с удовольствием. — Кончай для меня, Лайра, — требует он, его голос приобретает командный тон. Он снова находит точку G, и я взрываюсь, перед глазами вспыхивают звезды, мои пальцы впиваются в его бедра, а внутренние стенки сжимаются вокруг его пальцев. Он держит их внутри меня, постоянно надавливая на это место, тыльная сторона его ладони трется о клитор. Этого слишком много. — Элайджа, — я почти кричу, когда один оргазм сливается в два, мое тело болезненно дрожит и вибрирует от такого удовольствия, что я чувствую, как брызгаю на его руку. Все пульсирует с каждым толчком, когда он медленно высвобождает свою руку. Он и раньше доводил меня до сквирта, но никогда полностью одетую и на публике. Я поворачиваю к нему голову и вижу, что он ухмыляется, как дурак. Его мокрая рука высвобождается из моих леггинсов, с нее капает. Стыд распространяется по моему телу, как лихорадка. Я чувствую, как мои щеки краснеют от смущения, что все увидят доказательства того, что мы сделали, и подумают, что я обмочилась. Но даже несмотря на мое смущение, я вижу, что в нем все еще таится желание вернуть свою руку на место, чтобы я кончила снова и действительно устроила беспорядок на всеобщее обозрение. — Убери за собой, маленькая крыса, и я вознагражу тебя позже, засунув свой член в твою горячую пизду и трахну, пока ты не обрызгаешь весь мой член, — я беру его пальцы в рот, по одному, и слизываю свои соки с его кожи. Мне капает на подбородок, и я издаю чавкающий звук, посасывая их. — Такая жадная, — бормочет он, засовывая пальцы мне в горло, пока я не начинаю давиться. — Покажи всем вокруг, насколько ты нуждаешься во мне. Вылижи меня дочиста, маленькая крыса, — я продолжаю, облизывая его ладонь и даже собирая капли, которые стекали по его предплечью. Потом он крепко целует меня в губы, втягивая мой язык в свой рот и облизывая губы, пробуя меня на вкус. Он действительно стал отлично целоваться, и я хотела бы похлопать себя по спине за то, что была хорошим учителем. — Хочешь пойти перекусить? У тебя, наверное, разыгрался неплохой аппетит, — он целует меня в щеку и поправляет мои леггинсы. — Ты хочешь, чтобы я пошла в ресторан с этим огромным мокрым пятном на штанах? Люди будут пялиться, Элайджа, — мои щеки снова пылают, когда я думаю о том, сколько глаз будет устремлено на меня, если он заставит меня вот так разгуливать по пляжу. — Мы проделали весь этот путь не только для того, чтобы доставить тебе оргазм, а потом уйти, — продолжает он, вставая и отряхивая джинсы. — А еще, у меня такое чувство, будто тебе нравится, что люди смотрят на тебя. Пойдем, Маленькая крыса, — говорит он и протягивает мне руку. Я встаю и пытаюсь спустить кофту как можно ниже. Сейчас я невероятно промокла и мне неудобно в этой одежде, но он прав. Несмотря на то, что это унизительно, мне отчасти нравится мысль о том, что люди пялятся на меня. Поэтому вместо того, чтобы спорить, я беру его за руку.