Renovatio

Did they try to take my identity? So what the hell have they done to me? (Cold — with my mind)       Несмотря на всю ту жесть, что с недавних пор начала творится в моей жизни, ночью я спал относительно нормально. Может быть даже хорошо. И это несмотря на то, что вчера мне все кости переломали, на этом долбанном допросе. Видимо те загадочные опыты ставились не только на обычных людях, как Ичиносэ и многие другие. Но так же и на агентов спецслужб. Причём у них набор способностей куда больше и сильнее, как я полагаю. Вот и пробник суперсолдата. А если в итоге помрёт, то легко будет наклепать ещё. Боюсь представить, что будет когда тех будет целый легион. Мне сразу вспомнилась известная фраза «Имя нам легион, ибо нас много». И в данном случае — это всё вполне могла быть не метафора. Если бы мы с Химицу не растворили эти бумажки в уксусе. Однако, я тоже обладаю какими-то силами, а значит и за мной тоже могут прийти, чтобы разобрать на части для изучения или создания новой супер вакцины. А это значит нужно быть начеку практически всегда.       Внезапно появилось желание поиграть на басу. Сначала просто перебирал струны, а потом начал играть что-то лирическое. Не знаю почему, может мне её исполняла в детстве мама, чтобы я быстрее засыпал? * И я играл и тихо пел так самозабвенно, что даже не сразу услышал, как кто-то кашлянул несколько раз прямо над ухом. Громко и настойчиво. И только сейчас я заметил Ирину, которая каким-то образом попала в мою квартиру. — Чем обязан? — не подал вида, что чем-то удивлён, я. — Просто мимо проходила, дай думаю, зайду к тому, кого вчера спасла. Мило тут у тебя, — наигранно улыбалась она. — Посмотреть хотела всё ли у тебя хорошо. Классно играешь, кстати. Не думал профессионально заниматься? — Пока ещё не думал. А как вы собственно в мой дом попали? — А у тебя все двери открыты, — объявила Ирина, присаживаясь напротив меня. — Прям заходи и бери, чего хочешь. — Хорошо, что у меня брать почти что нечего, — ухмыльнулся я, продолжая делать вид, что занят и ждал, пока она не перейдёт к сути своего нежданного визита. Но Ирина закинула ногу на ногу и смотрела на меня. — Чем обязан, говорю? — спросил я, отложив гитару в сторону. — И что же, даже спасибо не скажешь, за то, что я тебя вчера спасла? — обиженно надула губки она, хотя выглядело всё весьма наигранно. — Спасибо, конечно. Но думаю, что без вас это похищение тоже не обошлось, — подметил я. — Так что вы тоже должны у меня прощение просить. Ирина продолжала наигранно улыбаться, хотя я слышал, как она еле слышно выругалась на русском языке. — Прости ещё раз за то, что произошло. Этого больше не повторится, — выдавила из себя она. — Прощаю. Если это всё — вы уже знаете, где выход. А мне на занятия пора, — сообщил я, хотя желание идти в школу сегодня особо не было (как в принципе и всегда). Но и столько прогуливать тоже не стоит, как подметила Химицу. А то ещё и, правда, исключить могут за непосещение. — Погоди, это ещё не всё, — продолжила вещать она. — Видишь ли, вчера и правда всё пошло не по плану и такого с тобой не должно было случится. Но твои способности поражают. Хотя ты не был подопытным или участником эксперимента над генетическим кодом. Получается ты уникум. Не мог бы ты проехать сейчас со мной? — В вашу подпольную лабораторию небось? — фыркнул я. — Что, припарировать меня будете? — Нет, что ты, — запротестовала Ирина. — Просто возьмём у тебя анализы, сделаем пару тестов и можешь быть свободен. — Что-то верится с трудом, — признал я.       Ирина недовольно зарычала, хоть внешне оставалась относительно спокойна. Однако, когда потянулась за чем-то внутри пиджака, я немного напрягся. Неужели пристрелит меня прямо тут, в моём доме и сымитирует, что это была допустимая оборона? Мол, я на неё напал, а она оборонялась. И только я, было, собрался дать отпор, как вдруг понял, что во внутреннем кармане у неё был не пистолет, а что-то вроде визитки с номером и адресом. Правда, смущало название «Организация праздников, торжеств, похорон» (насчёт последнего тонко подмечено), а также её фамилия и инициалы — Мостовая И. В. Не удивлюсь, что это её «В» означает — «Вельзевуловна». — Что это? — спросил я рассматривая визитку со всех сторон. — Номер телефона, по которому меня можно найти, — пояснила она, вставая и расправляя юбку. — На остальное можешь не смотреть, потому что нельзя же написать в лоб, мол «Майор КГБ». Вот и приходится соблюдать какую-никакую, но конспирацию. Послышался скрип входной двери и бряцанье ключей. — Нико-кун, ты дома? — послышался голос Химицу из прихожей. — Давай быстрей собирайся, а то мы в школу опоздаем.       Войдя в гостиную, Химицу замерла, как в немой сцене «Ревизора», молча переводя взгляд, то на меня, то на Ирину. — Здравствуйте, — недоумевающее поздоровалась подруга детства с ней. — А вы собственно — кто? — Добрый день, меня зовут Ирина. Очень приятно, — продолжила ломать комедию майор. — Я тут праздники организую, и помогаю Николаю подобрать соответствующее оформление, правда ведь? — сквозь зубы процедила она, как бы намекая мне не болтать лишнего. — Да… да, точно, — подхватил эту идею я. — И спасибо вам Ирина за помощь. Если что я с вами обязательно свяжусь ещё. — Вот и договорились, — улыбнулась Мостовая настолько приторно, что у меня заныли зубы. — Если что, моя визитка с номером у Николая уже есть. Ну а мне пора. До встречи.       Проходя мимо Химицу, она как-то странно посмотрела в мою сторону и даже, по-моему, подмигнула. Отчего я невольно вздрогнул, смотря на то, как перекосилось лицо Химицу. Когда за Мостовой закрылась входная дверь, я тут же поспешил исправить положение: — Слушай Солнышко, я… — хотел было сказать я.       Но Химицу остановила меня на полуслове, потом выпила большой стакан воды из-под крана и тут же бросила этим стаканом в мою сторону. Хорошо, хоть промазала, но правда осколки по всему дому теперь собирать надо. — Ты чего творишь?! — не понял я, пытаясь дальше уворачиваться от тарелок и чашек, летящих в мою сторону. — Сдурела что ли?! — Это я сдурела?! — кричала она, кидая в меня всем, чем придётся. — А ты не сдурел, случайно: уже всяких шлюх к себе домой водишь, даже средь бела дня! И это после того, как говорил, что любишь меня и ни на кого никогда не променяешь, скотина такая?! — Ты думаешь, что между мной и этой Ириной, что-то есть… эээ… то есть было?! — догадался я и рассмеялся предположением Химицу. Что её только сильнее злило. — А что, скажешь, нет?! — в ход уже пошли сковорода и кастрюля. Ещё немного и до вилок с ножами доберётся. — И судя по её довольному виду, у вас тут очень весело было! Что же не буду вам мешать, голубки, — и, перестав в меня бросать всё подряд, Химицу вся в слезах собралась убежать, но я её успел остановить, крепко обняв, хоть она и вырывалась. — Пусти меня скотина! Подлец! Негодяй! Алкоголик! Сволочь! Да я тебя… — договорить она не смогла, потому что я крепко её поцеловал, несмотря на все старания Химицу ударить меня посильней. Но с каждым новым ударом, она била слабее и слабее, пока вообще не перестала драться, а лишь отвечала на мои поцелуи. Когда же порывы нежности утихли, мы посмотрели на часы — было уже половина одиннадцатого. — Ну вот, на занятие опоздали, — расстроилась Химицу. — Ещё и ноготь сломала. Из-за тебя всё, дурака кусок, — улыбаясь, буркнула она, слегка ударив меня кулачком. — Прости, что так вышло, и я не хотел ничего такого, — поклялся я. — Больше не повторится. — Уж надеюсь, — сказала Химицу, осмотрев беспорядок. — И для начала, чтобы встать на путь исправления, бери метлу и убери тут всё. Пока я завтрак буду готовить. — Есть, Химицу-сама, — в шутку отдал ей часть я. Химицу хихикнула в ответ на это.       Убравшись в доме, сидя за завтраком (состоящем из простой яичницы с колбасой, помидорами и сыром, а также по кружке чёрного чая. И так как тарелок почти не осталось, ели прямо со сковородки), я вкратце пересказал Химицу о том, что случилось до того, как она пришла ко мне. Она как всегда слушала очень внимательно, а потом внезапно отчего-то покраснела. — Ой как стыдно-то, — прошептала она, продолжая краснеть. — Прости меня, пожалуйста, за все, что тут устроила. Просто сам понимаешь: прихожу, а тут у тебя какая-то куртизанка сидит. Что я должна была подумать? — Курти… что? — не понял я. — Ты сама, что ли это слово только что придумала? — Вовсе нет, — обиделась она, подцепив палочками кусок омлета. — Если бы ты чаще на уроки ходил, то знал бы что так называли раньше вращающаяся в высшем свете, ведущих светскую жизнь и находящихся на содержании богатых и влиятельных любовников «девушек легкого поведения». — Очень интересно, — подметил я. — Завтра обязательно пойду и послушаю ещё что-нибудь на эту тему. А сейчас пойдем, погуляем, пока погода позволяет. Сколько ещё тёплых дней у нас осталось? Надо ловить момент, пока не стало холодно. — Хорошо. Тогда, наверное в парк? — предложила она. — Я как раз семечек и орешков купила. Может белочек покормим. А если их не будет, так и сами поедим, правильно?       Я согласился и быстро доев, мы направились в сторону парка. Того самого, где я когда-то признавался Кетрин в любви (хотя любовь ли это была на самом деле, непонятно? Ведь наши с ней отношения изначально начались почти, что на спор с Кёске. И если бы я спорил с ним на деньги, то непременно проиграл) и где всё в конечном итоге у нас с ней кончилось. Теперь у меня есть Химицу. То самое моё рыжее солнышко, которая, радуется всему, словно маленький ребёнок и может любить не за что-то, а просто так. Просто потому, что ты есть. И никого мне больше в этом мире не надо. Лишь бы она была рядом со мной, а я рядом с ней.       Прогуливаясь по осеннему парку, среди падающих листков сакуры, всё это навевало какую-то ностальгию, грусть, тоску и надежду на то, что в итоге всё будет хорошо. У меня с Химицу. С той девочкой, которая не побоялась изначально общаться с соседом, который приехал из социастической страны и не знал и слова по-японски, того, кого она долгое время ласково называла аники (что в переводе на русский будет «старший брат», хотя мы с ней одного возраста. Просто Химицу пошла в школу на год позже из-за того, что много болела) и носилась везде и всюду за мной, как хвост (я сам её иногда хвостиком называю, но ей это не нравится ещё больше, чем прозвище Солнце). Мало что с того времени изменилось: мы по прежнему почти постоянно вместе, она мне частенько готовит еду и убирает, и всё также любит меня. Собственно, как и я её (пусть даже до недавних пор просто как сестрёнку). Вот и сейчас, я смотрю, как Химицу ловит лепестки сакуры, как прикармливает белок своими запасами, как валяется на земле в куче опавших листьев и понимаю что для счастья человеку и правда мало надо. — Как здорово-то, — говорила она, продолжая лежать на листьях. — Листья сакуры, чистое ясное небо, все эти белки. Я даже ёжика и кролика тут видела, представляешь, Нико-кун? — Представляю, — усмехнулся я, стоя рядом с ней. — Но тебе лучше уже встать. И не потому, что на нас косо смотрят. А потому что так можно простудиться. Все-таки уже не лето.       Химицу ненадолго задумалась, протянула мне руки, чтоб я помог ей подняться, но вместо того, чтобы встать, наоборот потянула меня вниз. Я не удержался и упал прямо рядом с ней. Теперь наши лица были настолько близко, что я не удержался и поцеловал Химицу, в волосах которой застряли редкие опавшие осенние листья. А она целовала меня. И не было в тот момент никого счастливее нас. Когда же мы, наконец, разъединились, то она сказала мне тихо: — Люблю тебя. — И я тебя, — ответил я с обычной громкостью. — И не скрываю этого! Я люблю тебя! — кричал я, словно от любви у меня отшибло разум и в тоже время нормы приличия. А пожилая пара, что хотела присесть в беседку рядом быстро поспешили искать место поспокойнее. Причём по-моему снова сработали мои способности, отчего от моего громкого голоса с соседнего дерева взлетела стая птиц, а люди в страхе обходили нас стороной. — Тише ты, — звонко рассмеялась она. — Зачем так кричать-то? — А мне нечего скрывать, — твёрдо сказал я. — И я не боюсь в этом признаться. — Привет Химицу, Анохин-кун. Чего шумим? — поздоровалась с нами подошедшая откуда-то Сая-тян, всё в том же морковном свитере, джинсах и кроссовках. И что только Кёске в ней нашёл (он говорил мне, что она ему нравится, и чтобы я поговорил на этот счёт с Химицу. Однако я посоветовал ему вариант получше, потому что вряд ли кто вытерпит Саю рядом, более пяти минут. Я так точно). — Привет Сая-тян, — обрадовалась Химицу увидев подругу, вскочив на ноги, и обняла её. — Какими судьбами здесь? Ты тут одна? — Да нет. Со своим парнем, — огорошила меня и Химицу этой новостью Сая. Похоже, поезд Кёске ушёл, пока он решался, покупать билет или нет? Ну, ничего, найдет себе другую пассию. Получше этой ворчуньи. — Правда? — удивилась Химицу. — Здорово, и как его зовут? Ответ пришел к нам сам. — Привет дорогая. Прости что опоздал, — начал извиняться подошедший к нам запыханный Кёске одетый в повседневную одежду, целуя Саю в щеку. Отчего мы с Химицу ещё больше удивились. — О, ребята, и вы здесь? Рад вас видеть. Хотя тебя Ник, слышал издалека. Поначалу думал, показалось, а потом понял, что возможно и нет. — Ладно, чего тут стоять? Пойдемте, прогуляемся, что ли, раз так тепло всё ещё? — предложила Химицу.       И пока она шла рядом с Саей-тян, я буквально клещами вытягивал из друга правду о том, как же так вышло, что они с Саей теперь пара: — Просто я тогда подумал над твоими словами, — рассказывал он. — Что, мол, найди вариант получше и подумал, а зачем? Если Сая мне больше других нравится. Вот и решил рискнуть — поступил как ты в своё время с Кэтрин: подошёл и в лоб предложил Сае встречаться. И что странно она не так долго думала, чтобы согласится. — Что ж очень рад за вас, — искренне сказал я. — Ну а как твои дела с Химицу-тян? — спросил он. Я же посмотрел ей на её рыжую макушку, идущую впереди меня, а также смеющееся личико в пол оборота и честно ответил: — Лучше не бывает.       Мы довольно долго гуляли по парку, болтали, смеялись, в общем весело проводили время (и что странно Сая тян меня сегодня даже ни разу не подколола и не ворчала. Хотя может это потому, что сейчас с ней Кёске и Химицу. Без них она бы оторвалась на мне по полной). Довольно быстро мы и сами не заметили, как день клонило к своему завершению, и нужно было возвращаться домой. При выходе из парка, Кёске и Сая с нами распрощались: он пошёл провожать свою новую подругу, на станцию метро, а мы с Химицу направились в сторону наших домов. Причём шли в полной тишине, просто наслаждаясь обществом друг друга и теплым осенним днём. Пока Химицу не спросила меня: — О чём думаешь? — Думаю, какой сегодня был замечательный день, — честно ответил я, посмотрев на неё. — Согласна, — мечтательно вздохнула она, прижимаясь ко мне. — Вот бы он никогда не заканчивался. И я к тому же очень рада, что у Кёске-куна с Саей-тян всё хорошо. Они такая чудесная пара. -Ты знаешь, спорить не стану, — поддержал её я. — В этом что-то есть. К тому же рядом с Кёске, Сая не так часто стала ворчать, по поводу и без. Глядишь, он её перевоспитает ещё.       Химицу слегка толкнула меня локтем под ребро. На что я взял её на руки и начал кружить вокруг своей оси. Пока она громко визжала, то ли он страха, то ли от радости, а прохожие смотрели на нас, словно увидели двух сумасшедших сбежавших их психбольницы. Когда же мы прекратили дурачиться, и я отпустил Химицу, она сделала всего пару шагов и чуть не упала, от того, что у неё кружилась голова. Я же вовремя подхватил её, взял на руки и решил так донести прямо до дома. Раз я был виноват, то мне, и исправлять ошибки, верно? Дойдя до моего дома, я поставил её на ноги. — Ну тогда до завтра? — спросил я. — Если в школу придёшь, то да, — улыбнувшись, сказала она. — Приду, конечно, — заверил я. — Не хочется, чтобы исключили за несколько месяцев до конца учёбы. Химицу ненадолго задумалась, а после нерешительно спросила: — А можно, я сегодня у тебя переночую? Папа просто по делам в другой город уехал на пару дней и мне одной дома неуютно. — Ну разумеется можно. Чего вообще спрашиваешь? — обрадовался я. Когда же мы сидели за столом и ужинали тем, что осталось от завтрака, я предложил — Спать в моей спальне будешь, а я себе и в зале постелю. Так устроит.       Химицу покачала головой, слегка покраснела, но всё-таки предложила: — А может, вместе поспим? — В каком смысле? — не понял я. — В прямом. Как ты спал с Кэти-тян, когда вы встречались.       Честно говоря, я не припомню, чтобы мы просто спали, когда были вместе. Обычно нам вообще тогда не до сна было. И если Химицу намекает на то, что я думаю, то… — Ты… в этом точно уверена? — поинтересовался я. — Потому что если не хочешь, то заставлять я тебя не стану и…       Договорить я не успел: она приложила свой палец к моим губам и прошептала: — Ну, хватит уже. Иди ко мне.       Дальше я и сам не заметил, как с нас слетела одежда и мы с ней оказались в одной постели абсолютно обнажённые. Где я был с ней максимально осторожен и деликатен. Словно Химицу хрустальная ваза, которая требует бережного отношения. Однако даже когда ей было больно, она просила меня не останавливаться и продолжать. Что не совсем понятно: это было по причине того, чтобы не обидеть меня или просто такая изощрённая форма мазохизма? В такие моменты я просто сбавлял темп, чтобы она успела привыкнуть и боль немного утихла. Когда же мы окончательно выдохлись, то быстро приняли душ, а после просто уснули в одной кровати в обнявшись друг с другом. Надеюсь, никто из соседей не слышал, чем мы тут только что занимались? Так как в некоторые моменты Химицу кричала очень громко. Однако, несмотря на все мои нынешние неприятности, я был уверен, что все их мы непременно преодолеем и в конечном итоге всё же будем счастливы вместе несмотря ни на что. По-другому ведь и быть не может.