Feels Like Falling

      От: меня <a.minyard@gmail.com>       Кому: двойнику <a.m.minyard@gmail.com>       Тема: RE: ежемесячный отчет Уровень здравомыслия: эмодзи глаз в новом году решил начать мыть кофейник в комнате отдыха, после того как я им воспользуюсь. уже три раза не смог этого сделать, так что в этом году ничего не получится.       RE: ностальгия. я ударю тебя ножом в следующий раз, когда мы увидимся, это поможет?       Поездка Эндрю прошла в размытых цветах и активной деятельности. Рене показала ему все свои любимые места, места, где она пустила корни за полтора года, прошедшие с тех пор, как она окончательно обосновалась в Нью-Йорке. Сразу после окончания колледжа она путешествовала по миру в составе таких организаций, как «Habitat for Humanity» и «Корпус мира», помогая обездоленным людям. Затем она перенесла свою благотворительную деятельность в более домашние условия, чтобы наконец-то жить со своей девушкой Элисон, которая играла в нью-йоркской экси-команде.       Теперь она работала в некоммерческой организации, которая помогала бездомным и малообеспеченным подросткам, предоставляя им возможности и защищая их от банд. Эндрю знал, что Рене часто бывает тяжело работать с детьми — их истории и взгляды слишком близки ей, — но она находила эту работу необходимой и удовлетворяющей, как и он свою собственную работу.       Они с Элисон договорились о разрядке еще в колледже ради Рене. Они не были друзьями, но относились друг к другу вежливо. Был один день во время визита Эндрю, когда Рене нужно было срочно разобраться с проблемой одного из ее детей; Эндрю планировал провести это время, читая свою электронную почту и переписываясь с семьей или друзьями, но Элисон просто взяла свой кошелек, вероятно, стоимостью в тысячу долларов, сделала отсылку на «Дрянных девчонок» и заставила его пойти за покупками.       У Элисон был хороший вкус в одежде и какое-то сверхъестественное чутье на распродажи. Он смог пополнить и обновить свой гардероб по более низким ценам, чем ожидал. Элисон большую часть времени делала вид, что ей скучно, но при этом болтала о своих планах запустить линию модной одежды, как только уйдет из экси. Она уже работала над комплектом женской одежды для спорта — в основном потому, что, прямо скажем, ей хотелось иметь чертов спортивный бюстгальтер, который бы удобно сидел и не мешал девушкам прыгать.       В целом, он хорошо провел время, посещая их, но был более чем готов вернуться домой и оставить позади их (по общему признанию, очень удобный) диван. Вернувшись в Денвер, он провел несколько дней, слоняясь по своей квартире, пробуя пару новых рецептов и читая. В канун Нового года рано вечером он общался по скайпу с Ники и Аароном; в Германии было уже за полночь, и Ники был пьян от алкоголя. Аарон зевал во время звонка, поскольку только что вернулся с двенадцатичасовой смены, а Кейтлин уже собиралась уходить на свою. Эндрю решил начать Новый год с надлежащего ухода за собой и лег спать до полуночи, чтобы выспаться.       Начало января было холодным и ветреным, и обычное послепраздничное уныние Эндрю в этом году казалось более серым, чем обычно. Он и Нил не разговаривали после вечеринки, за исключением редких сообщений во время его поездки. Эндрю с нетерпением ждал его возвращения. Не было смысла так остро ощущать его отсутствие; он прекрасно обходился без него в течение многих лет.       Во вторник в середине месяца Эндрю читал заметки по делу и защищал свой ноутбук от любопытных кошек. Он сложил стопку неважных бумаг — в основном оплаченных счетов — рядом с собой на диване, чтобы Сэр мог лечь на нее, дабы он не пытался забраться к нему на колени и спать поперек клавиатуры. Он включил игру «Диких Кошек» для фонового шума; он не обращал внимания, пока не прозвучал звуковой сигнал ворот и он не услышал, как дикторы сказали «Джостен».       Это была их первая домашняя игра за пару недель; Эндрю знал, что команда вернулась в город прошлой ночью. Он надеялся, что Нил напишет ему либо сегодня вечером, либо завтра, чтобы они могли поскорее увидеться. В его районе открылось новое тайское заведение, и он хотел его посетить.       Из телевизора донесся коллективный стон толпы и болезненные вздохи дикторов. — Похоже, это было больно, — сказал комментатор. — Джостен упал и, похоже, в ближайшее время не встанет.       Все внимание Эндрю было приковано к экрану. — Потеря его станет большим ударом для сезона «Диких Кошек, — сказал другой комментатор. — Особенно в разгар плей-офф.       Судьи наконец заметили, что Нил получил травму, и прекратили игру. Другая нападающая подбежала проверить его — на задней стороне ее майки значилась фамилия Парк, так что она, должно быть, Грейс — и затем судорожно подала сигнал домашней скамейке.       Эндрю, затаив дыхание, наблюдал, как медицинский персонал команды спешил на площадку, не замечая ничего из того, что говорили дикторы, их слова гудели вместе. Его зрение затуманилось, сосредоточившись на распростертом и неподвижном Ниле. Повторы удара показывались в замедленной съемке, и Эндрю приходилось беспомощно наблюдать, как голова Нила в шлеме снова и снова отскакивала от плексигласа, прежде чем он безжизненно рухнул на землю.       Это был не первый раз, когда Нил получал травму во время игры, хотя у него никогда не было серьезных травм от экси. Однако Эндрю впервые стал свидетелем этого, не находясь непосредственно под рукой. Ему пришло в голову, что никто и не подумал бы связаться с ним, чтобы сообщить новости о состоянии Нила.       Врач команды уложил Нила, который, по крайней мере, начал двигаться своими силами, на носилки, которые под бурные аплодисменты унесли с корта. Эндрю встал, поймал свой ноутбук в последнюю секунду перед тем, как он упал, и положил его на кофейный столик. Он был взволнован, как будто под его кожей был провод под напряжением. Что он мог сделать? Кому он мог позвонить, чтобы узнать, куда везут Нила? Как быстро он мог добраться туда?       Его все более панические мысли были прерваны механическим голосом, повторяющим: «Равно-равно-равно-равно-равно-равно…» снова и снова до бесконечности.       Он остановился от удивления, потрясенный неожиданным голосом. Ему потребовалось несколько мгновений, чтобы понять, что это исходит от его компьютера. Король прошлась по клавиатуре, каким-то образом ухитрившись включить преобразование текста в речь и открыть функцию поиска в системе, прежде чем устроиться своим пушистым задом прямо на клавишу «=» и набрать строку из них. Ее желтые глаза были широко раскрыты и подозрительно смотрели на Эндрю. «Равно-равно-равно-равно…» постоянно повторялось из жестяного динамика.       Эндрю прогнал ее и открыл настройки своего ноутбука, чтобы сбросить то, что она сделала; ему потребовалось более пяти минут и поиск в Google (поскольку его ноутбук услужливо повторял ему каждое нажатие клавиши), чтобы выяснить, как отключить преобразование текста в речь. Он понятия не имел, как, черт возьми, Королю удалось включить его, просто пройдясь по клавиатуре.       Эта пауза избавила его от первоначальной паники по поводу травмы Нила, но его все еще мучило беспокойство. Он не знал, что делать, и ненавидел чувство неопределенности и беспомощности. Он достал телефон, чтобы отправить Нилу текстовое сообщение: «Ответь, когда получишь это». Затем он сел смотреть оставшуюся часть игры, надеясь на свежие новости.       К тому времени, как игра закончилась через полчаса, он не узнал ничего нового и достиг новых высот дискомфорта. Если бы он все еще был контактным лицом Нила на случай чрезвычайной ситуации, он бы знал, что происходит. Хм. Это навело его на мысль.       В его телефоне до сих пор не было контактных номеров Бойд-Уайлсдов, но он знал их когда-то. Он размышлял об этом в течение нескольких секунд, прежде чем номера их мобильных телефонов всплыли в его голове, номера пришли к нему естественным образом, как и всегда. Если бы он подумал об этом, то все еще мог бы назвать все номера телефонов своих приемных семей, которые ему приходилось запоминать на протяжении всего детства.       Надеясь, что он не изменил его за прошедшие годы (хуже разговора по телефону был только разговор с незнакомцем), Эндрю набрал номер Мэтта, так как он был наиболее вероятным кандидатом на роль экстренного контакта Нила. Только когда после четырех гудков на его звонок ответил прерванный зевотой стон, он вспомнил, что на восточном побережье уже за полночь. — Что? — спросил недовольный голос на другом конце провода. По крайней мере, это был знакомый недовольный голос. Эндрю слышал ворчание Мэтта после пробуждения в командном автобусе достаточное количество раз, чтобы узнать его даже годы спустя. — Это Эндрю, — сказал он. — Миньярд. Эндрю Миньярд. Мы вместе играли в экси в колледже. — Вот почему он никогда не звонил людям, если мог избежать этого. — Привет, как дела? — легко ответил Мэтт, как будто они часто разговаривали друг с другом и не было ничего необычного в том, что Эндрю случайно позвонил ему посреди ночи.       Эндрю завидовал его натуре. У Эндрю было много черт, но легкомысленность не была одной из них. — Кто это? — пробормотал женский голос на том конце провода, где говорил Мэтт. — Эндрю, — сказал Мэтт слегка приглушенно. Он, видимо, не считал нужным добавлять все квалификаторы, которые были у Эндрю. — Миньярд? Какого хрена он звонит? — Это Нил, — сказал Эндрю, чтобы вернуть внимание Мэтта. — Он получил травму сегодня в игре, и мне интересно, если… — он замолчал. Очевидно, что у них не было больше информации, чем у него, если они понятия не имели, почему он звонил. — Насколько плохо? — спросил Мэтт, мгновенно насторожившись. — Я не знаю. Его унесли на носилках. — Проклятие. Я… э-э, здесь. — На линии раздалось несколько шаркающих звуков, а затем Дэн сказала: — Привет, Эндрю. У нас есть номер врача «Диких Кошек» на случай непредвиденных обстоятельств, так что Мэтт позвонит ему.       Последующее молчание было неловким. Эндрю почесал Сэру подбородок, чтобы заверить его, что он не сходит с ума и ни с кем не разговаривает. Он всегда вел себя немного странно, когда Эндрю разговаривал по телефону, явно расстроенный психическим состоянием Эндрю. — Итак, э-э, Нил сказал нам, что ты теперь юрист, — нерешительно сказал Дэн. — Угу, — ответил Эндрю.       Это был хороший знак, что Нил говорил о нем с Дэн и Мэттом, верно? Хотя он сомневался, что они были его самыми большими поклонниками, учитывая, как они защищали Нила. Может быть, они сказали Нилу держаться от него подальше. Что, возможно, было бы положительным моментом, поскольку Нил был самым противоречивым человеком на планете. Если его друзья предупредили его, чтобы он не проводил время с Эндрю, он, скорее всего, стал проводить с ним больше времени, просто назло им. — У меня есть вопрос о том, как мы можем разорвать договор аренды, — продолжила Дэн. — О, — сказал Эндрю, не ожидая, что она начнет разговор на тему закона. — Это не моя специальность, но у меня был урок, посвященный этому, в школе.       Дэн начала длинную историю о проблемах, которые у нее и Мэтта были с их арендодателем, который звучал как первоклассный мудак. То, на чем он мог сосредоточиться, успокоило его нервы. Слушая ее, он задавался вопросом, был ли это ее план.       Прежде чем он успел дать ей какой-либо совет, раздался громкий голос Мэтта, который просил вернуть телефон. — Я пришлю вам электронное письмо о том, что вам следует делать и к кому следует обратиться, — сказал Эндрю. — Мне придется поискать различия в пенсильванском законодательстве. — Хорошо, — сказала Дэн, звуча несколько удивленно. — Спасибо, Эндрю. — Я разговаривал с Джерри, — сказал Мэтт, когда ему вернули телефон. Эндрю предположил, что Джерри был врачом «Диких Кошек», а не каким-то случайным другом Мэтта. — Он говорит, что это не такая уж серьезная травма, но им пришлось пойти в больницу на рентген. Нила скоро выпишут, хочешь забрать его? — Я… да, — сказал Эндрю. — Какая больница? Я поеду за ним.       Мэтт передал информацию, когда Эндрю согнал Сэра с колен и поспешил надеть ботинки. Он критически посмотрел на свои спортивные штаны, покрытые кошачьей шерстью, прежде чем пожать плечами. Было почти одиннадцать, будний вечер, и он собирался забрать кого-нибудь из больницы. Никто не собирался осуждать его выбор одежды.       Он поблагодарил Мэтта и направился к своей машине, радуясь, что смог сделать что-то продуктивное, а не бесполезно беспокоиться. Дорога до больницы заняла у него менее пятнадцати минут плюс еще пять минут кружения, прежде чем он нашел место для парковки, за которое ему не пришлось платить кругленькую сумму.       Мэтт дал ему конкретные указания относительно того, на каком этаже и в какой комнате он может найти Нила. Рядом с отведенной Нилу палатой стоял мужчина, прислонившийся к стене и лениво листавший свой телефон. Он был примерно на два десятка лет старше Эндрю, с седыми волосами на висках и оценивающими карими глазами, которые резко глянули в сторону Эндрю, когда он откашлялся. — Ты — помощник Нила? — спросил человек, который должен быть Джерри, не выглядя особенно заинтересованным. Эндрю кивнул. — Отведи его домой и проследи, чтобы он пару дней не вставал на это колено. — Колено? — спросил Эндрю. — Что с его головой? — У ребенка голова твердая, как бетон, — проворчал Джерри, передавая прозрачную папку на молнии с кошельком, телефоном и ключами. Предположительно Нила, если только он не делал Эндрю соучастником воровства. — Звучит правдиво, — признал Эндрю. Он указал на дверь и поднял брови, спрашивая разрешения войти. — Давай, — сказал Джерри, отталкиваясь от стены и пряча телефон в карман. — Скажи ему, чтобы он позвонил мне завтра.       Эндрю вошел в палату с облегчением от того, что наконец-то смог убедиться, что Нил почти не пострадал. Он сидел на узкой больничной койке и мрачно смотрел в окно. Конечно, это была отдельная палата. Только лучшее для профессиональных спортсменов. Он выжидающе поднял глаза, когда дверь открылась, и его рот приоткрылся, когда он увидел Эндрю. — Эндрю? — спросил он. — Они позвонили тебе? — Мне никто не звонил, — сказал Эндрю. — Как ты себя чувствуешь? — Хорошо, — фыркнул Нил. — Хорошо, — повторил он более решительно, когда Эндрю скептически поднял бровь. — Ничего не сломано и не порвано, я просто растянул колено. — Ты ударился головой. — Никаких признаков сотрясения мозга, — сообщил Нил. — Серьезно, почему ты здесь? Мне жаль, что они побеспокоили тебя; на самом деле это не так уж и важно. — Я смотрел игру и видел, как ты падаешь, — сказал Эндрю, сглатывая вызванный воспоминаниями ком в горле. — Я хотел убедиться, что с тобой все в порядке. Позвонил Бойду, и он вызвал врача вашей команды. — Ты смотрел? — спросил Нил, явно не веря. — Мне понравился гол, который ты забил во второй четверти. У тебя улучшилась работа ног.       Лицо Нила сделало что-то странное при этих словах, что-то похожее на то, как он обычно смотрел на Эндрю, когда тот закрывал ворота. Эндрю невозмутимо смотрел в ответ.       Их молчаливую перепалку прервала медсестра, ворвавшаяся с парой костылей, бумажным пакетом из аптеки и документами на выписку Нила. Эндрю стоял в стороне, пока они вдвоем изучали инструкции по уходу, вполуха слушая, тайком листая медицинскую карту у кровати Нила и запоминая незнакомые сокращения, чтобы потом попросить Аарона объяснить их.       Затем медсестра помогла Нилу переодеться из больничного халата в спортивные штаны, и Эндрю отвел взгляд. Возможно, он и видел Нила полностью обнаженным больше раз, чем мог ясно вспомнить, но сейчас он все равно имел право на уединение.       Нил зашнуровал ботинки и передал пакет с рецептами Эндрю. — Отвезешь меня обратно на корт? — спросил он. — Ты не пойдешь на ночную тренировку. — Эндрю одарил его ровным взглядом. — Нет, но моя машина там, и мне нужны вещи из моего шкафчика. — Нил фыркнул от смеха.       Эндрю протянул пакет, который дал ему Джерри. — Это вещи? — Нил потянулся за ним, но Эндрю удержал его. — Я понесу. А ты сосредоточься на ковылянии.       Нил встал на одну рабочую ногу, потратив несколько мгновений на то, чтобы удержать равновесие на костылях. Затем он вышел в коридор, металлические костыли издавали характерные звуки «клип-клоп» при каждом шаге. — Ты уверен, что должен ехать? — спросил Эндрю. — Это мое левое колено, — пожал плечами Нил. — Моя машина с автоматом. — Святотатство, — вздрогнул Эндрю. — Если на то пошло, стоит ли тебе вообще идти в свою квартиру? Как ты собираешься подняться по этой извилистой лестнице к своей кровати?       Нил сделал паузу. — Я не думал об этом. Пожалуй, я посплю на диване. — Пойдем ко мне, — сказал Эндрю, не подумав. — У меня есть свободная кровать.       Нил пошатнулся в своем клип-клоппинге, чуть не опрокинувшись на лицо. Эндрю схватил его за локоть, чтобы удержать, решив, что такая реакция слишком драматична для данной ситуации. — Я буду тебе мешать, — заикался Нил, возобновляя свою кривую походку. — Просто подбрось меня до дома; я буду в порядке. — У тебя хоть есть еда в холодильнике? — спросил Эндрю. — Тебя не было в городе несколько недель. — Нет… — признался Нил очень неохотно. — Я собирался сделать покупки завтра. — Он нерешительно пожевал губу.       Эндрю пожалел его. — Подумай хорошенько, — сказал он. — Я пойду за машиной. Оставайся здесь. — Я могу это сделать, — упрямо сказал Нил. — Холодно, а у тебя нет пальто, — спокойно ответил Эндрю. — Хоть раз в жизни перестань быть таким упрямым и противоречивым. — Не указывай мне, что делать, — сварливо сказал Нил, но смягчил свой тон кающейся улыбкой и прислонился к стене рядом с выходом, вместо того чтобы настоять на том, чтобы последовать за Эндрю на улицу.       К тому времени, когда Эндрю вернулся с машиной и они вместе усадили Нила на пассажирское сиденье, а его костыли — на заднее, он был молчалив, а его лицо было напряжено от усталости и боли. — Разве они не дали тебе обезболивающее? — спросил Эндрю. — Дали, но оно уже не действует, — ответил Нил. — И они не дали тебе рецепт на больше? — язвительно спросил Эндрю, глядя на белый пакет, который он засунул в подстаканник между передними сиденьями. — Я приму его перед сном, — сказал Нил. — Мне не нравится, каким несосредоточенным они меня делают. — Я помню, — сказал Эндрю, проворачивая ключ зажигания своей машины. Он откашлялся. — Куда?       Нил открыл рот и снова закрыл. — Ты уверен, что ничего, если я останусь с тобой? На пару дней, пока я не сниму этот чертов бандаж. — Если бы это было не так, я бы не предложил, — честно сказал Эндрю. — Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя обязанным. — Так... поступают друзья, не так ли? — слабо спросил Эндрю. Он не думал, что сказать Нилу, что он хочет, чтобы тот был рядом и присматривал за ним, было хорошей идеей. — Верно, — сказал Нил с некоторой горечью, — друзья. — Разве нет? — спросил Эндрю. Он думал, что они, по крайней мере, восстановили эти отношения. — Конечно, — сказал Нил. — Не обращай на меня внимания, мне просто больно. — Он откинул голову на подголовник и закрыл глаза, морщины на лбу выдавали тот факт, что ему было больно. Никто из них не сказал больше ни слова, пока они не прибыли в квартиру Эндрю.       Подъем на лифте был таким же тихим. Когда Эндрю открыл дверь, Сэр упрямо подбежал, чтобы разобраться, и тут же опасно запутался в ногах. Эндрю подхватил его на руки, и тот мгновенно начал сопротивляться, как будто его похитили. Король же, бросив взгляд на костыли, скрылась в спальне Эндрю и побежала по полу, словно, сплющившись, она могла защититься от злых металлических предметов.       Эндрю показал Нилу свободную комнату. Смотреть было особо не на что: двуспальная кровать занимала почти всю площадь, с переполненной книжной полкой у одной стены и жалким столиком, зажатым между противоположной стеной и кроватью.       Нил огляделся вокруг, казалось, ничего не замечая, поэтому Эндрю поставил сумку с вещами на столик и отступил в ванную комнату, чтобы найти неиспользованную зубную щетку из своих дополнительных туалетных принадлежностей под раковиной. Он слышал, как Нил медленно идет за ним, отвлекаясь от распаковки рецепта и кладя его рядом с раковиной как раз в тот момент, когда Нил появился в дверях. — Ты не против, если я сегодня не буду принимать душ? — уныло спросил Нил. Он начинал поникать. — Это не повлияет на меня в любом случае, — ответил Эндрю. — Я весь грязный и потный. Не хочу пачкать твои простыни. — Нил жестом показал на себя. Эндрю мгновенно вспомнил прошлые случаи, когда они с Нилом пачкали простыни потом и… другими веществами… и прочистил горло. — Иди спать, — сказал он хрипло. — Ты выглядишь мертвым на своих ногах. Ну, на ноге.       Нил издал глухой смешок, а затем выглядел раздраженным на себя. — Ты не смешной, — настаивал он.       Эндрю решил, что не стоит спорить, что он рассмешил Нила, и отступил, чтобы дать ему возможность воспользоваться уборной. Он собрал разбросанные бумаги с дивана и журнального столика и открыл свой ноутбук, чтобы как следует завершить работу. При этом он быстро отправил Марлене электронное письмо, чтобы сообщить ей, что завтра работает из дома. Ему нравилась гибкость, которую иногда давала ему его работа: когда он не был в суде или на собраниях, его начальство не возражало, если он время от времени не появлялся в офисе, пока его работа была выполнена.       Затем он пошел в свою комнату, чтобы переодеться в одежду для сна и заверить Короля, что он не позволит этим ужасным костылям убить ее. Он подождал, пока Нил проковылял обратно в комнату для гостей, а затем сам пошел в ванную и выключил свет.       Забираясь в постель, он размышлял о том, что это не должно быть так уж важно, что Нил спит под его крышей. Это вообще не должно на него влиять. Тем не менее, прошло немало времени, прежде чем он заснул, а его сознание все время помнило, что Нил лежит по другую сторону стены.       Ему удалось поспать всего пару часов, прежде чем неприятный будильник разбудил его. Он подумывал выключить его и перевернуться, но кошки уже маршировали вверх и вниз по его одеялу и кричали. Кроме того, он может работать из дома, но у него действительно много работы. Он встал, накормил своих явно голодных животных (даже Лорд превратился в королеву драмы во время кормления), заварил гигантский кофейник и устроился с ноутбуком на диване.       Несколько часов и чашек кофе (и посещений уборной) спустя, Нил проснулся, клип-клокая при выходе из комнаты для гостей и затуманено моргая. Сэр был рад видеть его, спрыгнув с подлокотника дивана, где он только что лежал у локтя Эндрю, и бросившись к Нилу, издавая тихие звуки, которые звучали почти как кряканье. У него действительно было ужасное чувство самосохранения. Ему повезло, что он был строго домашним котом, иначе он бы бродил по улицам, пытаясь подлизаться к автомобилям и мотоциклам. — Завтрак? — спросил Нил, тщательно избегая Сэра своими костылями.       Эндрю посмотрел над спинкой дивана и поднял бровь. — Если это требование, чтобы я тебя обслужил, то у меня для тебя плохие новости. — Нил покраснел. — Я просто спросил, не запрещено ли что-нибудь. — Давай, — сказал Эндрю, указывая рукой на кухню. — Что мое, то твое. — Приятно знать, — сказал Нил. — Тогда я возьму Сэра домой.       Он запрыгал на кухню и принялся производить невообразимое количество шума. Эндрю задумался, действительно ли он использует все имеющиеся в его распоряжении тарелки и, возможно, бьет их все вместе, чтобы измельчить на мелкие кусочки. Он поднял глаза на жужжание блендера — он и забыл, что у него есть блендер, где, черт возьми, Нил его нашел? — прежде чем пожать плечами и вернуться к ноутбуку. У него было чувство, что если он позволит себе посмотреть, что делает Нил, то его заставят помочь. Ему и так было хорошо, спасибо большое.       После бесконечного и шумного завтрака Нила (и, возможно, уборки? Ближе к концу раздавались звуки плещущейся воды), он поковылял обратно в гостиную. — Почему ты не на работе? — спросил он, как будто его вдруг осенило, что человек, работающий полный рабочий день, не должен быть дома в одиннадцать утра в среду. — Я работаю из дома, — сказал Эндрю, указывая на разбросанные документы и книги по юриспруденции вокруг своего места на диване. — Почему? — Нил сузил глаза. — Потому что я могу, — ответил Эндрю. — Вполне справедливо, — сказал Нил. — Грейс позже принесет сумку с моими вещами, но я хочу принять душ перед этим. Могу я одолжить что-нибудь, чтобы переодеться?       Эндрю передернул плечами и поднялся с дивана, направляясь в свою комнату, чтобы найти что-нибудь для Нила. Он никогда бы не признался, что на самом деле задумался над этим, выбрав пару своих наименее потрепанных спортивных штанов и старую толстовку, которую они с Нилом носили попеременно еще в колледже. Судя по выражению лица Нила, когда он передал ему толстовку, на него нахлынули те же воспоминания, что и на Эндрю.       Нил сделал паузу, прежде чем направиться в ванную комнату, достаточно долгую, чтобы Эндрю не мог не спросить: «Тебе нужна помощь?». Он попытался сделать свой тон насмешливым, но промахнулся на целую милю, поскольку все те разы, когда они принимали душ вместе, обрушились на него, начиная с первого раза сразу после того, как он привез Нила из Балтимора.       Во взгляде Нила появилось недоверие. — Я буду в порядке, — сказал он. — Повязка мягкая и съемная, и я обещаю, что ничего не усугублю.       Эндрю безмолвно кивнул и вернулся к своей работе, тщетно пытаясь помешать своему мозгу воспроизвести образы Нила, принимающего душ. К тому времени, как Нил вытерся и оделся, ему удалось сосредоточиться на своей работе, сохраняя бесстрастное выражение лица. Хотя Нил всегда умел читать его, как бы неподвижен он ни был, он надеялся, что его мысли с рейтингом X не будут транслироваться громко и ясно.       Нил устроился в кресле Эндрю, взяв с собой подушку с гостевой кровати, чтобы смягчить больное колено. Он открыл книгу (украдкой взглянув на обложку, Эндрю понял, что он взял ее с книжной полки в комнате для гостей — это была первая книга из серии, о которой он рассказал Нилу пару месяцев назад). Они погрузились в тихую сосредоточенность, только щелканье клавиш ноутбука Эндрю и случайный переворот страницы нарушали абсолютную тишину.       Грейс появилась ближе к вечеру, неся знакомую спортивную сумку Нила, набитую одеждой и другими предметами первой необходимости. Она была резкой и деловой, пока приветствовала Эндрю, когда он открыл дверь, войдя, чтобы проверить Нила и выразить ему сочувствие. Как только это было сделано, она провела следующие несколько минут, безжалостно издеваясь над ним.       Эндрю удалился на кухню, чтобы начать готовить ужин, позволив им двоим поболтать, пока тесто поднимается. Примерно через час она извинилась и ушла, но не раньше, чем резко приказала Нилу не быть идиотом и дать своему колену зажить. — Она мне нравится, — решил Эндрю, закрывая за ней дверь. — Ты весь ее визит прятался на кухне. — Она твой друг. Мне было бы неудобно там находиться. — Эндрю пожал плечами. — Это твое место, — сказал Нил. — В любом случае мне понравилось ее мнение. — Это все те оскорбления, которые она швыряла в мой адрес? — Нил уныло покачал головой. — Она не ошиблась, — заметил Эндрю. Он задумчиво покачал головой: — Хотя, ты ведешь себя менее болезненно, чем я ожидал. Ты действительно отдыхаешь и не нагружаешь его, как и было предписано.       Нил слегка покраснел и отвел взгляд. — Да, ну, я не хочу усугублять ситуацию. — Раньше тебя это не останавливало. — Но Олимпийские игры будут в этом году, — сказал Нил с самодовольной улыбкой. — Приглашения на Национальный корт выдаются только после окончания сезона в мае, а я очень хочу поехать. Так что я буду вести себя хорошо и дам ране зажить как следует. — Он пожал плечами. — Кроме того, я усвоил урок в свой первый профессиональный год. У меня была ноющая травма лодыжки, которая почти вывела меня из строя на весь второй сезон, пока Девон буквально не привязал меня к кровати. — Его взгляд был устремлен вдаль, затуманенный воспоминаниями.       Эндрю задумался, кто такой Девон, и намеренно не стал спрашивать. — Ужин? — резко сказал он. — Ты предлагаешь или говоришь мне сделать самому? — язвительно спросил Нил. — Я готовлю ужин, — сказал Эндрю. — Полагаю, меня можно уговорить приготовить достаточно и для тебя. — Спасибо за твою снисходительность, — ответил Нил.       Эндрю разогрел сковороду и сформировал блины, перекладывая их на тарелку по мере завершения. Когда он использовал все тесто, он разложил их по тарелкам, положив сверху сметану, копченый лосось и каперсы. Он отнес тарелки в гостиную, чтобы поесть там, отступив от своих обычных правил — всегда есть за столом, чтобы кошки не лезли в его еду.       Нил отложил книгу. — Панкейки? — спросил он. — Блины, — поправил Эндрю, чувствуя, что краснеет. — Я получил рецепт от миссис Поповой. — Я уже говорил, как завидую, что ты нашел себе бабушку? — Нил просветлел. — Она не моя бабушка, — запротестовал Эндрю, отбрасывая кучу бумаг и ставя тарелки на кофейный столик. — Почему бы тебе не поставить стол в свободной комнате или что-то в этом роде? — спросил Нил, пытаясь остановить лавину бумаг, летящих на пол. — Зачем тебе вообще свободная комната? Стоимость двухкомнатного жилья по сравнению с однокомнатным или холостяцким просто смехотворна.       Эндрю сел на диван и задумался. — Мне нравится иметь место, где люди могут остановиться, когда они приходят ко мне. Ники приезжает каждые пару лет — он приезжает на эту Пасху — и время от времени приезжают Аарон, Рене и Робин. Мне нравится держать их под моей крышей, когда они это делают.       Нил смотрел на него пару секунд. — Да, это соответствует твоим наклонностям овчарки. — Овчарка, — повторил Эндрю категорично. — Гав, — сказал Нил с ехидной ухмылкой.       Эндрю решил взять себя в руки и оставить все как есть. — Ешь свой ужин.       Они молча съели пару блинов, после чего Нил издал почти порнографический стон: — Они восхитительны.       Эндрю прочистил горло и кивнул на телевизор: — Хочешь что-нибудь посмотреть? — Конечно. Выбирай. — Нил занервничал. — Ты хочешь посмотреть экси, не так ли? — спросил Эндрю, сузив глаза. — Ну, раз уж ты об этом заговорил, два наших соперника по дивизиону играют друг с другом… но нет. Как хочешь.       Эндрю обиженно вздохнул и включил телевизор, перелистывая каналы, пока не нашел предматчевое шоу экси. Нил бросил на него мягкий взгляд, а затем устроился поудобнее и стал смотреть, вступая каждые пару минут, чтобы выразить несогласие с тем, что говорят эксперты, и яростно разрывая их мнения в клочья. Эндрю время от времени присоединялся к ним с комментариями, начисляя себе воображаемые очки каждый раз, когда заставлял Нила смеяться.