Плюс Человечества

      Мы выбрались на трассу уже под вечер: закатное солнце подкрашивало верхушки деревьев в рыжий. Я остановился у небольшой прогалины.       — Надо хотя бы час подзарядиться, иначе мы заглохнем посреди дороги, — сообщил я. — Бензин кончился ещё по пути туда.       Конечно, мы боялись и хотели оказаться как можно дальше от этого леса, но болтанка на корнях и кочках прилично всех утомила. Я слышал, как Нина облегчённо застонала, когда мы, наконец, остановились. У меня уже тряслись руки, руль с каждой минутой казался всё жёстче, и поворачивать его было всё тяжелее.       — Тебя будут упорно искать? — спросил Марат, оборачиваясь к брату. Он тоже выглядел уставшим, но держался пободрее меня или Нины.       — Если будут, значит я был прав, и с этим заданием дело нечисто, — Давид пригладил короткий ёжик волос. Светлее чем у Марата, пожалуй. С одной стороны Давид был похож на старшую заматеревшую версию брата. Выше, более накачанный, с более широким подбородком и лёгкими морщинками у глаз. Но при этом и вовсе на него не похож. Хоть по комплекции его можно было счесть альфой, лицо каким-то неуловимым образом выдавало бету. У Марата же всё было ровно наоборот.       — А нас? Они смогут нас как-то вычислить? — спросил я. Мы вышли из машины и топтались рядом, пытаясь размять уставшие ноги.       Давид задумался.       — Не уверен, — наконец, решил он и окинул всю компанию таким взглядом, будто увидел только что. — Простите, что сначала я резко на вас отреагировал.       — Это от неожиданности, — усмехнулся Марат. — Теперь уже можно сказать, что я рад тебя видеть?       — Я тоже рад, — он обнял брата и похлопал по спине. — Ты вырос, — он повернулся и протянул руку сначала мне, потом Нине. — С вами я тоже рад познакомиться. Возможно, я вас подставил, тем что ушёл с вами, но я и сейчас не знаю, как в той ситуации лучше было действовать. Саня вряд ли от моего удара потерял память. Значит, он расскажет, что видел троих гражданских. Скорее всего, подумают на Марата. Мы похожи, да и командир знает, что у меня есть брат. Вас попытаются вычислить по пеленгу телефонов, если вы их с собой брали. Не факт, что получится. Связи там нет даже плохой. Думаю, шансы у нас есть. Машину они не видели. Так что её только по рисунку покрышек можно опознать.       — Можем её переобуть, если найдём где, — предложил Марат.       — Тебе лучше не светить свои банковские карты.       — Я снял достаточно наличных, — улыбнулся Марат. — С прошлого раза стараюсь держать запас.       — Было плохое предчувствие, — кивнула Нина и полезла в багажник за продуктами.       Вот, значит, как. Плохое предчувствие было у всех, но все молчали.       — Знаете, после того, что вы сказали про эти развалины… Я всё понять не мог, что мы такое ищем, но все места, где мы были, связаны с Эпидемией. Я знаю, что многие интересуются этой темой. Но такая секретность? Вплоть до того, что я подозревал, что заказчик захочет потом нас убить. Это должно быть что-то очень серьёзное. Если там действительно можно найти образец вируса, это многое объясняет. Боюсь, легко нас не отпустят, — Давид задумчиво посмотрел в лес. — Что вы знаете об этом месте?       Марат отвлёкся на пискнувший планшет.       — Моя копия дневника в бардачке, — я махнул рукой в сторону машины. — Проще дать тебе прочесть, чем всё пересказывать.       — А, это твой аккаунт, — улыбнулся Марат, потыкав что-то в планшете. — Тебе пишет секс-шоп.       — Спам какой-нибудь, — скривился я. И в лесу от этих доставучих маркетологов не скрыться. — Удали.       — «Привет, Белоснежка», — с усмешкой зачитал Марат.       — Стой, не удаляй! — всполошился я. При всей моей любви к родственникам в целом и Стефану в частности, его прозвища меня бесят. Особенно с учётом того, сколько путаницы он в них допускает. — Что-то случилось. Это, наверное, магазин одного из приятелей Стефана.       Или он взломал чей-то аккаунт. Думаю, он может.       — А почему он называет тебя Белоснежкой? — поинтересовалась Нина. Она это уже пару раз слышала, но видимо, раньше уточнять стеснялась.       — Он имеет в виду Красную Шапочку, — вздохнул я, напряжённо глядя в экран. Секс-шоп не отвечал на мой вопрос. — Студентом, я был волонтёром. Развозил старикам продукты и лекарства. Однажды у меня машина сломалась, и я попросил Стефана отвезти меня в последний на тот день адрес. С тех пор он зовёт меня Белоснежкой, потому что я ношу бабушкам пирожки. Я говорил, что это нелогично, но его не переубедишь. Вон как с машиной.       — Стефан Красовский? — вдруг широко улыбнулся Давид. — То-то я смотрю, Бэнц знакомый. А ты его откуда знаешь?       — Он женат на моей сестре, — удивился я. — А ты?       — В школе вместе учились, — сознался Давид. — Не трать время на писанину. У вас же Астронет. Позвони.       Я подумал, что писать в самом деле неудобно. К тому же Нина начала раздавать всем бутерброды, и одна рука у меня оказалась занята.       — Во что вы с Ниной умудрились влипнуть? — лицо Стефана появилось на экране в то же мгновение, как я нажал вызов.       — Привет, Лис, — Давид отобрал у меня планшет.       — Док? — Стефан даже на минуту примолк. А я-то думал, его ничто в мире не удивляет. — Это ты втянул моего шурина в неприятности?       — Тут непонятно, кто кого втянул, — возмутился Марат, не отвлекаясь от манипуляций с горелкой. Он собрался вскипятить нам чай.       — Это ещё кто? — насторожился голос в планшете.       — Мой брат, — ответил Давид. — Помнишь мелкого?       — Да в каком месте я опять мелкий? — возмутился Марат, едва не уронив котелок.       — Мало ли в каком, — хохотнул Стефан. Удивление у него, значит, прошло.       Марат резко позабыл про чай и горелку.       — Да не мелкий ты, успокойся, — осадил его я.       — Ну, тебе лучше знать, — теперь уже развеселился Давид. Любой Боже, неужели взрослые люди за тридцать всё ещё шутят такие дебильные шутки?       — Да, мне лучше знать, — возмутился я. — Мы звоним Стефану не для того чтобы обсудить чей-нибудь член! Нас что, кто-то ищет? Кто?       — Кто, не знаю, — понурился Стефан. — Но ищут основательно.       — Опять вломятся в квартиру? — я там за последний месяц даже улучшил кое-что, ужасно не хотелось бы снова разбирать бардак. Если, конечно, на это раз не будет ещё хуже.       — За ней я пригляжу, — пообещал Стефан. — Не знаю, где вы находитесь. И не вздумайте говорить! Надеюсь, вы не в Питере. И не собираетесь пока сюда возвращаться.       — И куда нам тогда ехать? — нервно поинтересовалась Нина.       Стефан задумался.       — Любой Боже, — наконец, выдал он, — да вы прямо «Бродячий цирк». Весь вечер на арене депрессивный омега, больная женщина, безмозглый авантюрист и добрый доктор.       — Эй! — возмутились мы все хором. Даже «Добрый доктор». Хотя, кажется, в этот раз Стефан с названием угадал.       — Вы брали палатки, вот и сидите где-нибудь в лесу, пока я выясняю, что происходит, — велел он и отключился.       — Почему я безмозглый, — поинтересовался у потемневшего экрана Марат.       — Помнишь, тебя в лесу прикопать хотели? — спросил Давид. — Как думаешь, кто тебя вытащил?       — Отец?       — Нет, отец в этом, конечно, тоже участвовал, но без Стефана твой труп нашли бы дня через два, — Давид похлопал брата по плечу.       — Тот твой друг, который всем доказывал, что у него на абсолютно чёрном рюкзаке нарисован голый Человек-Невидимка? — недоверчиво уточнил Марат. Одна фраза, но я сразу узнал Стефана. — И кто он теперь такой?       — Если ты веришь, что правительство за тобой следит, то это делает он, — усмехнулся я. — Во всяком случае, сам Стефан так утверждает.       — Ланс с ребятами ещё должны быть в лесу, — сжевав пару бутербродов, сообщил Давид. — Возможно, ищут наши следы. Или возвращаются на базу за дополнительной техникой. Мы туда не всё брали. Что-то я не понимаю, как они могут нас искать? Если уже получили ваши имена…       — Сам сказал, они легко могут выйти на Марата, — вздохнул я. — А в недавнем суде над Борисом Королёвым мы оба проходили свидетелями. Даже в новостях имена упоминались.       «Вечерняя газета», этот кладезь консервативного бреда, сочинила романтическую историю из открытых материалов дела. Героический омега спасает своего альфу, а потом приходит редактор и пытается повернуть всё в классическом направлении, где альфа спасает омегу. Такая тупость, что читать больно. Но одно ясно наверняка, мы — пара. Сколько мне пришлось убеждать родных и друзей, что это не так! Вон, Стефан даже поверил. Думал, что я уехал путешествовать только с Ниной.       — Вряд ли Лис следит за всеми, кто читает новости про тебя, — возразил Давид. — Стефан мог перехватить официальный запрос. Но Ланс не мог его послать, у него нет таких полномочий. К тому же, здесь нет связи. Прибамбасы для работы с сетью остались на базе. Но я думаю, что они ещё не успели туда добраться. Разве что «доктор Иванько» как-то сообщил заказчику, и тот ищет нас сам.       — В любом случае, нам нужно ехать дальше, — решил Марат.       Я кивнул, соглашаясь с ним.       — База у нас в бывшем городе Ивенец, — сориентировал нас Давид. — Это на восточном краю Налибокской пущи.       — Мы выехали на другую сторону, — улыбнулся Марат. — Это дорога ведёт из Минска в Белосток.       — Не уверена, что нам стоит ехать в любой из этих городов, — вздохнула Нина. — В них полно камер. Хотя… — она неуверенно посмотрела на остальных. — В лесу как-то не по себе. А уж если нас ищут профессионалы, то и подавно.       — Тут километрах в семи есть заправка, — Марат снова взялся за свой планшет. — Нам нужен бензин. И питьевая вода.       — И ночлег, — добавила Нина.       За ночлег я очень волновался. Нас стало четверо, и при этом мы бросили две палатки. К счастью, осталась моя, я её не ставил, и матрас свой не разбирал. Спальники мы захватили. Правда, их было только три, но мы ещё брали теплые пледы, они тоже были на месте. Это меня не беспокоило. Я волновался о том, как распределить спальные места. Мне было бы комфортно ночевать с Ниной, а братьев Ларсон оставить вдвоём. Но Нина плохо бы перенесла такую близость омеги. Да и теплоте её отношений с Маратом это бы вряд ли способствовало. Отправить в палатку двух альф — вообще не вариант. Да и мне спать с незнакомым человеком не хотелось. Задачка в духе волка, козы и капусты. И пока я над ней размышлял, выяснилось, что спрашивать меня никто и не собирается.       Мы свернули на опушку леса почти сразу за заправкой. Давид поставил палатку и надул матрас. Нина закинула туда свой спальник и пледы. И они просто закрыли замок изнутри, оставив нас с Маратом самостоятельно разбираться со всем остальным.       Я не хотел с ним спать. И не хотел, чтобы он подумал будто я ною, как омега, или чего-то боюсь. Он… По идее, если принимать во внимание гормональную привязку альфы, он ещё должен был меня хотеть. Марат держался спокойно, даже намёков не делал. И это меня только сильнее пугало. Мне казалось, что он просто затаился и выжидает момент, чтобы… не знаю, предъявить на меня права? Но в сложившейся ситуации вариантов не было.       Мы устроились в машине. Между разложенными сиденьями было сантиметров двадцать свободного пространства и это меня слегка успокоило. Немного подумав, я попросил планшет.       Когда мы прокладывали маршрут, решили во все дополнительные места заглянуть до основного, а после Налибокской пущи сразу поворачивать обратно на север. Поэтому три дня назад мы были в самой дальней точке — в Смоленске. Я так и не выложил фотографии оттуда. Половину времени с планшетом там ходила Нина, и одно фото у неё получилось просто шикарным. Но его я ни за что не стал бы показывать, а из остальных не смог выбрать.       А теперь я подумал, что это может нам помочь, и взялся за ту самую фотографию. Старинная церковь, нынче исторический музей, солнце яркими полосами льется через высокие окна, на фоне икон стоим мы с Маратом и смотрим друг на друга. На вид и не скажешь, что мы в этот момент просто сериалы обсуждали. Марат спросил, почему у моих сестёр польские имена, а у меня нет. Вот я и рассказывал ему про «Пещерных человечков». Это сериал про группу посредников, перевозящих товары между эльфами, троллями и прочими народцами, проживающими в разных холмах по всей условной Евразии. Мои родители полюбили его ещё на стадии комикса, который режиссёр и сценарист выпускал в каком-то журнале чуть ли не будучи подростком. Главного героя там зовут Нэш Полуэльф. Комикс сейчас уже забылся, но сериал в кругах фанатов жанра стал легендой. Несмотря на то, что второй сезон так и не выпустили. Кажется в момент, который сняла Нина, я говорю: «Да, смотреть стоит». Вся моя поза и выражение лица демонстрируют это «Да». Так я и подписал фото. Отметил Марата, добавил место и отключился от греха подальше.       — Может, наши преследователи подумают, что мы сегодня были там, а не в этих лесах, — прокомментировал я. Марат явно следил за моими действиями. Мне не хотелось, чтобы он подумал что-то не то. И без него сейчас все мои знакомые всполошатся.       — Ловко, — улыбнулся он, устроился поудобнее и закрыл глаза.       .       Разбудил меня звонок Стефана. Он ехидно поздравил меня с помолвкой и со снисходительной улыбкой слушал мои сбивчивые объяснения истинного значения этой фотографии. Впрочем, потом всё же похвалил за идею. По его словам, возможно, это даже сработало. Он всё ещё не понял, кто нас искал. И я видел, что в этом вопросе его что-то настораживает. Когда я попытался спросить, что именно, он сослался на секретные подробности своей работы. Чтобы не говорить о личности преследователя, он поспешил подтвердить, что на меня вышли действительно через Марата. А после того как я выложил нашу «помолвку», этот таинственный некто взялся шерстить всех знакомых и родственников Давида. Даже Стефан попал в список, что его очень развеселило. В общем, мы были в относительной безопасности, но с высоты своего опыта Стефан не рекомендовал пока возвращаться в Питер и вообще светиться в крупных городах. А если очень нужно, предлагал посылать Нину. Её не искали, видимо, не подозревали, что она с нами. Через Марата выйти на неё было бы и впрямь затруднительно.       — Марта возмущена, что ты не рассказал ей про своего альфу, — выдал Лис напоследок и отключился.       Марта… я понимал, что она просто волнуется, и надо было ей всё как-то объяснить. Все эти два месяца я старательно избегал её расспросов. Убеждал, что ничего страшного не произошло. В то время, как журналисты твердили обратное. И вот, только буря слегка улеглась, я выложил это фото…       Мой телефон был отключен, связи в этом месте всё равно не было. Иначе я бы нашёл там штук пятьдесят пропущенных от сестры. А может и от обеих. Я с опаской проверил сообщения в сети. От Марты пятнадцать, от Ирэны четыре и десяток от разных друзей и знакомых. Я малодушно отложил планшет и пошёл делать завтрак.       Снова я вышел в сеть, когда мы уже поели, собрались и двинулись в сторону крупного села. На всякий случай мы выбрали не самое близкое к пуще место. Лес для этого пришлось объехать и прибыть мы должны были к вечеру. Можно было быть уверенным, что до этого обычная связь не появится, и я мог отложить объяснение с Мартой. Но всё же прочёл все восемнадцать её нервных писем и отправил сообщение, что со мной всё хорошо, меня никто ни к чему не принуждает, и я ей обязательно позвоню вечером. Оставалось надеяться, что она не вспомнит, как мы покупали астронетный планшет, и не поймёт, что я просто избегаю объяснений.       Ирэна была спокойнее, у нее был Стефан и дети, но и она волновалась, я знал это. Поэтому я постарался успокоить и её. И только потом открыл комментарии под фото.       Их было пока чуть больше пятидесяти. Коллеги из Smith Chemical Group, бывшие одногруппники и прочие давние, но не близкие, знакомые спокойно поздравляли. Барни бурно радовался, хотя я от него этого не ожидал. Кристина смеялась, она-то ещё раздумывала, как бы нас познакомить, а мы уже женимся. Нина утром написала, мол, она сразу говорила, что мы — прекрасная пара. Марат дополнил фарс выводком красных сердечек.       Пока только шесть человек написали, что были обо мне лучшего мнения, что я предал свои идеалы и вообще жалок. Они думали, что я презираю альф, а я… Я не презираю. И никогда не презирал. С Ниной же я дружу. Правда, до недавнего времени она была единственной альфой в моём окружении. Но это вовсе не из-за ненависти. Я всегда выступал за улучшение отношения общества к парам омег с неальфами, но это не значило… Впрочем, значило. Я действительно раньше не собирался выходить замуж за альфу. Да я и теперь не собирался. Но вот сказать об этом не мог.       С этими комментаторами уже взялись спорить Диана, Барни и, внезапно, известный эколог-активист Амин, которого я всегда очень уважал. Но портал в бездну только открылся. Пока я дочитал до конца, добавилось ещё более десятка отнюдь не доброжелательных комментариев. Я отложил планшет и смотрел в окно.       Настроение в машине было мрачным. Нина из своей палатки вылезла очень злой. Понятия не имею, что там могло произойти между ними за ночь. Лицо Давида было непроницаемо, расспрашивать Нину при всех мне было неловко, а поговорить наедине некогда. Всем хотелось поскорее покинуть лес.       — Давид, кто твой любимый персонаж Астрогвардии? — спросил я, чтобы хоть немного развеять тревожное молчание.       — Я ещё не смотрел последнюю часть, — с улыбкой сознался он.       — И не смотри, тебе не понравится, — буркнула Нина. Она взяла, отложенный мною планшет и демонстративно углубилась в сеть.       Похоже, между ними и в самом деле что-то случилось. Неужели кто-то из них к кому-то приставал? Безуспешно?       — Я вообще не очень люблю супергеройскую тему, — как ни в чём не бывало продолжил Давид. — Но мне всегда нравился детектив Чопра.       — Он же ничего не делает, — удивилась Нина. Конечно, она продолжала прислушиваться к разговору.       — У него нет таких суперспособностей, как у других, но он много чего делает, — поправил Давид. — Без него вся эта супергеройская шайка топталась бы на месте и не знала, куда бежать. И стреляет он метко.       Полицейский Рам Чопра изначально был комедийным персонажем. В ту пору считали забавным показывать преимущество умных и сильных героев на фоне какого-нибудь незадачливого служителя закона, который не умеет сосредоточиться, говорит глупости и много ест. Но со временем Чопра утратил свою нелепость и стал считаться полноценной частью команды. Он летает вместе с героями в космос, разгадывает загадки, ищет информацию. У них с Джейн-полубогиней есть сын. Я бы не сказал, что герои без Чопры не справились бы, но он для них важен. Возможно, Давид выбрал его потому, что сам медик. Это ведь тоже скорее относится к команде поддержки, чем к супергероям.       Вообще-то у моего любимого Сатура тоже нет суперспособностей как таковых, он просто инопланетянин. Его сила и ловкость присуща всем представителям расы. Не знаю, говорит ли это что-то обо мне.       Впрочем, разговаривать с Давидом о кино было не очень интересно. То ли ему некогда было много смотреть за время службы, то ли он просто не любил это занятие. К тому же, беседу время от времени прерывала Нина, которая, похоже, решила выпустить пар на недоброжелателей под моей фотографией, но только больше распалилась.       — Мне не пора закрыть там комментарии совсем, пока меня не забанили? — спросил я после очередной возмущенной реплики.       — По официальной версии, вы отключили телефоны и очень заняты, — усмехнулась Нина. — А я не с вами, лежу на пляже, и мне скучно. Вот и гоняю всех. Диана и Барни ушли работать. Амин тоже, вроде, ушёл. Правда, появился ещё какой-то пользователь YASno-prekrasno. Не знаю, кто это.       — Ясира — наша сестра, — пояснил Давид. — Можно глянуть?       Нина нехотя отдала ему планшет, он пару минут читал, смешно поднимая брови.       — Ничего себе, — покачал головой Давид, вчитываясь, как я видел, в длинные и наверняка эмоциональные комментарии. — Круто ты их, — он глянул на Нину. — Прямо «Николас — Мастер слова».       Комплимент был удачным. «Мастер слова» — персонаж подросткового мультсериала «Книжники», он был учителем и обладал магией правильных слов. Я знал, что Нина в детстве любила этот мультик. Впрочем, его все любили. Не одно поколение выросло на Книжниках. Мне разве что мало досталось. Когда мне было двенадцать, его всё же закрыли. Но Нина на четыре года меня старше, успела насладиться сполна.       — Ещё ома вернётся, всех раскидает, — хмыкнул Марат. — Давид ему вчера написал про деньги и больше на связь не выходил. Теперь я, оказывается, женюсь. Представь, в каком он настроении.       — Сообщить бы родным, что я в порядке, — вздохнул Давид. — Но за ними могут следить.       Мы понимали, что Давида ищут. После вчерашнего разговора со Стефаном он вёл себя осторожно, но в нашей компании всё равно выделялся. И при этом не мог даже переодеться. На него налезли мои шорты, но вот рубахи или хотя бы футболки на такие широкие плечи у нас не нашлось. Так что Давид красовался в армейской майке, веселеньких голубых бермудах и красной Нининой кепке с надписью «Girl's». То есть оставался очень заметным. Мы надеялись, что в деревне есть магазин, и мы там сможем ему что-нибудь купить.       Уже практически вынырнув из безлюдья на российскую сторону, мы увидели на заправке большую машину военного образца и лишний раз убедились, что стоит быть внимательнее. Давид на время почти сполз под сидение, а Нина села за руль.       — Так почему ты ненавидишь альф? — спросил Давид откуда-то из глубины своего укрытия.       — Я не ненавижу альф, — тут же открестился я.       — Просто от нас одни неприятности, — пояснила Нина.       — Я такого не говорил!       — Говорил и очень часто.       — Я… — я почему-то считал, что не произносил этого вслух, хотя думал довольно часто, это правда. — Я на самом деле так не думаю.       Марат хмыкнул. Неужели я и ему уже успел это ляпнуть? Мне стало стыдно. Если я и думал что-то плохое об альфах, то точно не об этих двоих.       — Я поехал в путешествие с двумя альфами. Разве это не значит, что хотя бы некоторым из них я доверяю? — попытался выкрутиться я.       — А в неприятности тебя в этот раз втянул бета, — кивнул Давид.       — Идея поездки принадлежит Нине, — не дал нам шансов Марат. — А возникла она благодаря моим неприятностям с Борисом. Он тоже альфа.       — Никто меня к этому не принуждал! — возмутился я. — Ладно, я действительно жду проблем от альф. Но это не значит… С бетами не намного лучше на самом деле.       — И с омегами, — добавила Нина.       У меня с омегами трудностей никогда не было. Если, конечно, не считать некоторых моментов на работе или в том небольшом адвокатском опыте, который у меня всё же имелся. Например, я выступал юристом в конфликте Нины с Максом. Но спорить я не стал. Мне вообще не хотелось продолжать этот разговор. Та история случилась задолго до моего знакомства с Ниной, и я ей об этом не рассказывал. Да и речь не о моих прошлых неудачах.       .       Мы раньше не бывали в деревнях. Я даже когда-то думал, что их вообще больше нет. Мне казалось, что все давно перешли на гидропонику, но пришлось поверить, что всё ещё существует, например, виноделие. Это сложная, зависящая от климата, отрасль хозяйства, которой продолжают заниматься в тех местах, где это всегда происходило. Виноград научились выращивать на гидропонных фермах, но ценители вин говорят, что это не то. Кроме того человечество потребляет очень много пшеницы и прочих злаков, и часть по-прежнему выращивается традиционным способом. Мне было любопытно взглянуть на настоящее сельское хозяйство. Думаю, Нина и Марат тоже были заинтересованы. Давид, правда, энтузиазма не проявлял. Он-то не в Питере провел эти годы. Наверное, всякое видел. Хотя, если они всё время копались в глухомани вроде той заброшенной базы, вряд ли у него такой уж интересный жизненный опыт.       На карте Марат нашёл в деревне автомастерскую и надеялся, что мы сумеем там купить покрышки с другим рисунком. Если уж, кроме Давида, это единственная наша примета. А магазин с продуктами и какой-то одеждой там уж точно должен быть. Не голые же они ходят.       Мы миновали поля. Бескрайнее колышущееся море спеющих злаков. Понятия не имею, что там такое росло, но оно было как нежаркое солнце, по поверхности которого прокатывается легкая рябь от дуновения ветра. Так красиво и умиротворяюще, что я почти перестал нервничать.       Автомастерская оказалась кривоватым, но аккуратно покрашенным, гаражом рядом с основательным кирпичным домиком. Зелёный забор, за ним клумбы с цветами, яблоня в углу, на ней яблочки маленькие. Пастораль такая. Только надпись на двери, что мастерская работает до шести, нам не очень понравилась. Было почти семь.       — В деревнях бывают отели? — спросил я в пространство, догадываясь, что вряд ли. Да и для скрытности нам всё равно не стоило туда идти.       — Может, постучать и спросить? — предложила Нина и вышла из машины.       Из-за угла дома вывернул какой-то мужчина, кивнул Нине и скрылся внутри. Я решил, что злобные враги тут прятаться не могут, а я в машине тоже уже больше сидеть не в состоянии. Я вышел и принялся разминаться. Так что пока крутился, пропустил появление хозяина мастерской. Я стоял немного за Горгульей. Потом Марат тоже вышел и сделал пару наклонов. Я ненадолго залип, глядя на его задницу. Нет, вы не подумайте, я никогда не интересовался задницами альф, просто она попала в поле зрения, и я задумался о чём-то не относящемся конкретно к этой части. Скорее к Марату в целом. Вернул меня в реальность стремительно набирающий обороты спор Нины с местным жителем. Она требовала, чтобы мастер немедленно занялся нашей машиной. Но зачем? Мы ведь всё равно хотели здесь переночевать. Можно решить вопрос завтра. Я вышел из-за Горгульи и только теперь увидел Нининого оппонента.       Ну разумеется, альфа. Наверняка в этом и была главная причина для спора. Битва в сети мою нервную подругу не удовлетворила, не скандалить с Маратом в машине ей сдержанности хватало, и вот, наконец, попался противник. Высокий широкоплечий, коротко стриженный, чуть меньше тридцати, примерно как мне. Лицо простое, но на какого-нибудь глупого простачка, как деревенских показывают в некоторых фильмах, он не был похож.       И тут я его узнал.       И он меня тоже.