Starboy

Doja Cat – Vegas

      Все помещение было залито глубоким красным светом, придающим ему завораживающую и интригующую ауру. Интерьер главного зала избегал острых и резких линий, тут все будто “перетекало” одно в другое мягкими, округлыми линиями: диваны в форме полумесяца, светильники-шары, овальная сцена и витиеватые узоры на полу и стенах. Начало настоящего шоу еще не скоро, поэтому разговоры и пьяный смех заглушают мягкие басы современного ритм-энд-блюза. Если вам повезло и вы попали внутрь – атмосфера клуба сразу же расслабит вас, введет в приятный транс и унесет мысли о заботах мира за алыми стенами далеко и надолго. Хотя бы на всю эту ночь.       У широкого бара заняты все сиденья – там подаются напитки гостям. Хоби уже перекидывает шейкер через плечо и ловит его другой рукой, одновременно успевая вести диалог с двумя девушками, сидящим прямо перед ним. Он работает в клубе с того момента, как Юнги вступил в права хозяина, сменив отца. За пять лет работы в Хайб-Холле Хоби прошел путь от бармена до администратора, не удивительно – с его социальными навыками и умением располагать к себе лучшего кандидата не существовало. Он легко заводил полезные и ценные знакомства именно тут, за этой барной стойкой и лучезарно улыбаясь с шейкером в руках. Со временем появились новые бармены, а Хоби, перейдя в собственный кабинет и получив новые рабочие обязанности, работал за стойкой только в исключительные вечера, по личной просьбе Юнги. Сегодняшний вечер был именно таким. – … Я все равно не могу представить этого парня здесь на сцене, – блондинка сделала глоток коктейля, который Хоби секунду назад подвинул к ней, – И вообще я не ожидала что Мин Юнги займется продвижением начинающих танцоров. Хоби пожал плечами перевел взгляд на вторую девушку, но не успел и слова произнести как та выпалила: – Старбой не начинающий танцор! Он выступает уже несколько лет, он самоучка очень талантливый. Ее подруга красноречиво приподняла брови и сделала глоток. – Ну, иметь красивое тело это еще не талант. – Хоён, вы уже успели побывать на его выступлениях? – аккуратно поинтересовался Хоби у той, что уже была наброситься на подругу, – Он действительно настолько хорош, как говорят? – Только я, Реджи не захотела, – Хоён кинула раздраженный взгляд на подружку и заговорила с Хоби уверенным голосом, – Он еще лучше чем говорят, камера не передает всей харизмы, и страсти, и… Реджи усмехнулась, возвращая внимание на себя: – Ну не знаю, то видео, которое смотрела я, передало всю харизму и даже больше. Очень показательное. – То видео с дракой? – вспыхнула Хоён, – Он даже там неотразимый! И ему не выдвинули никаких обвинений, так что оно совсем не “показательное”. Хоби внимательно слушал весь диалог, протирая и так чистый бокал. – Как не “показательное”? Ты можешь себе представить чтобы Вантэ сделал что-то подобное? Конечно же нет, потому что они настоящие артисты высшего уровня… – О Боже, Реджи, не начинай, – Хоён закатила глаза, но блондинка упорно продолжала: – И мне тяжело представить то, как этот твой Старбой выступал в одном месте с таким, как Вантэ, это просто невозможно. – Да ты хотя бы одно видео со Старбоем видела? – Нет, мне и не нужно, я видела одно, мне хватило. Хоби уже хотел вмешаться в разговор, принимающий опасные обороты, как почувствовал что его кто-то тянет за рукав. – Да? Молодой бармен наклонился к нему и быстро проговорил, чтобы другие не слышали: – Господин Мин хочет чтобы Вы подошли к нему на пару слов. – Хорошо, постой тут вместо меня и не дай девушкам перегрызть друг друга. Хоби хлопнул парня по плечу и скрылся за черной дверью с надписью “Только для персонала”.       Дверь кабинета Юнги была приоткрыта, это знак того, что Хосока там ждут. Постучав костяшками пальцев по лаковой поверхности, он, не дожидаясь ответа, зашел внутрь. – А, вот и он! – Юнги прервал разговор с незнакомыми Хоби людьми и встал, чтобы поприветствовать администратора и Хосок машинально улыбнулся ему, – Я как раз рассказывал про тебя, Хосок. Они пожали друг другу руки, и Хоби осторожно рассмотрел двух молодых людей. Они тоже встали поприветствовать его, и он быстро догадался, с кем Юнги пригласил его познакомиться. – Это Чон Чонгук, Хоби, – Юнги сделал шаг в сторону, чтобы они могли поздороваться, – И его менеджер, Дженни Ким. Я говорил тебе о них. – Очень рад знакомству, – произнес юноша и вежливо улыбнулся. – Это взаимно. Хосок пожал его руку, все так же улыбаясь, ответив так же вежливо и оценил про себя силу рук мужчины. Чон Чонгук крепкий на вид, даже через свободную черную рубашку видно очертания мышц, но лицо у него миловидное, будто у подростка. Хоби усомнился на мгновение что человек с такой сладкой внешностью мог бы сломать два носа за один вечер, но вовремя заметил нахальные глаза Чонгука. Улыбка администратора перешла в усмешку – Чонгук, очевидно, соткан из противоречий. – Очень рад вас видеть, – Хоби немного поклонился, прежде чем принять протянутую для рукопожатия руку Дженни, – Надеюсь, сегодняшний вечер пройдет для всех нас успешно. – Я уверена, так и будет. У Дженни взгляд уверенный, но не наглый, как у Чонгука. Ее черты лица тоже мягкие, нежные, но выражение глаз твердое и умиления не вызывает. Тем не менее властности и высокомерия в ней нет – или не чувствуется, – Дженни очаровывает своей уверенностью в голосе, во взгляде, в жестах. Только такой характер и способен справляться с дерзостью Чонгука, которой он пышет. – Хосок будет смотреть твое выступление в первом ряду вместе со мной, Чонгук, – заговорил Юнги, – Я бы хотел познакомить тебя с Вантэ и Лили, но у них возникли неотложные дела. Их пока нет в клубе. “Те самые знаменитые неотложные дела” – сказал бы язвительно Хосок, если бы они были наедине с Юнги, но сейчас даже бровью не дернул: – К твоему выступлению они уже будут здесь, они никогда не опаздывают, Чонгук. – Сам факт того что они выделили для меня время уже дорогого стоит, я это ценю, – сказал Чонгук и Хосок был уверен, что он говорит искренне. – Прекрасно, какой великолепный характер! – Юнги произнес довольным голосом и аккуратно похлопал Чонгука по спине, – Ну что ж, я не буду больше отнимать у вас троих время. Хосок, не мог бы ты проводить Дженни и Чонгука в их гримерную? – Конечно. – Спасибо большое, – Дженни кивнула, и Юнги ответил ей улыбкой. Чонгук поклонился напоследок и Хоби жестом пригласил их за собой. – Сегодняшний вечер принадлежит тебе, Чонгук, – сказал Юнги, заглянув ему в глаза, – Хорошо проведи время.

—

      Тэхен с самого момента пробуждения находился в максимально раздраженном настроении. Кофе было слишком горьким, кондиционер противно шумел, вода из-под крана была какой-то жесткой и сушила кожу, – словом, все было не так. Тэхен брался за книгу, но буквально через пару строчек ему наскучивало и он бросал ее на столе. Лента твиттера бесила его, новости тоже, он никак не мог найти себе нормальное занятие и готов был на стену лезть. В таком паршивом настроении Тэхен вынужден проводить в одиночестве весь день, к счастью недолгий, так как начался этот “день” как только тот проснулся – в два часа после обеда. Вчера они с Лисой были в закрытом клубе, гордо носящим название “кабаре-клуб” и являющимся, естественно, клубом для очень обеспеченных и ищущих развлечений на задницу ЛГБТК+ персон. Конечно, большую часть ночи он не помнил, но проснулся у себя дома и один, спасибо Лисе. Когда Тэхен, сразу после пробуждения, позвонил Лалисе чтоб удостовериться в том, что та жива, Лалиса сначала сбросила, а потом попросила Тэхена не трезвонить с утра пораньше, ибо голова и так раскалывается. Чимин тоже отказался от выслушивания стенаний Тэхена (очень эгоистично), и заявив, что согласен говорить только по неотложным делам, а уязвленное эго и скука Тэхена таковым не является, повесил трубку. Чимин вообще общался с Тэхеном в очень свободной манере и Тэхен сам в этом виноват, потому что не стоило брать на работу менеджером своего друга. Но он никому в этом гадском городе не мог доверять, кроме Чимина и еще пары человек, поэтому привыкал бы к постороннему человеку в роли менеджера очень долго. Честно говоря, терпеть прихоти Тэхена было бы настоящим наказанием и непосильной задачей для любого другого человека, кроме Чимина.       Тэхену не хотелось ехать в клуб и смотреть на чье-либо выступление. Он никогда этого не делал и не собирался, ему претила сама мысль что он должен тратить свое время на чьи-то жалкие дергания на сцене. Его отпуск длился последние дни и эти дни он планировал провести так, чтобы не помнить вообще. Тэхен уже знал сколько, чего, и где он должен был выпить, что сделать после этого и в каких позах. Он заслужил этот отпуск и каждый день был драгоценным, а теперь его просто вот так нагло выдергивают на работу и заставляют смотреть чьи-то кривляния. Да, всего на один вечер, но и этого было достаточно, чтобы Тэхену хотелось шипеть и бросаться на людей. И ради чего все это? Ради трех минут чужого позора. У Юнги явно мало развлечений в жизни, раз он устраивает в клубе “Икс-Фактор”. Мин Юнги знал прекрасно, что Тэхену хочется плеваться, когда он видит выступления стриптезеров “с окраин” – ни пластики, ни харизмы, ни уникальности. Для них есть специальные маленькие забегаловки с неоновыми мигающими вывесками – там они пусть и остаются, для чего тащить таких как Старбой в Хайб-Холл? Видимо, Тэхен думал о престиже клуба больше, чем сам хозяин. Посетители Хайб-Холла приходят не за стояком в джинсах и стопкой водки, среди них нет среднего класса, нет студентов и офисных работников и никто не приезжает в Хайб-Холл на метро. Шоу в клубе Юнги собирают самых искушенных зрителей и гремит на весь Лас-Вегас раз в месяц. Сюда приходят инвесторы, крупные бизнесмены, звезды шоу-бизнеса и политики. Чтобы попасть в клуб недостаточно просто покрутиться на фейс-контроле, вход осуществляется лишь по специальным спискам, а билеты на шоу, в котором участвует Тэхен и другие звезды клуба раскупаются в день, когда открываются продажи. Пригласить сюда никому неизвестного парня просто потому что видео с его прессом было в тренде два дня? Звучит как шутка, и Тэхен бы посмеялся, если бы у Юнги не было проблем с чувством юмора. Он действительно заставит Тэхена и, скорее всего Лалису, сидеть и смотреть на чужие неловкие червеобразные движения. Прекрасное завершение прекрасного дня.       В семь вечера Тэхен начал нехотя облачаться в футболку и черные брюки, абсолютно не найдя в себе желания эпатировать публику и вообще стараться для кого-либо сегодня. Кожу лица все еще слегка щипало от блесток, которые Лалиса наносила ему вчера перед вечеринкой, видимо, они оказались слишком крупными, и теперь наносить макияж не хотелось. Тэхен и так всегда выглядит лучше всех, в любом состоянии, даже в таком не-лакшери настроении. Чимин заказал ему такси и на телефон пришло сообщение от него же: “выходи через пять минут”. Тэхен посмотрел на себя в зеркало перед самым выходом, этого было достаточно чтоб убедиться в очередной раз в собственной неотразимости и, накинув пиджак, вышел.

—

APESHIT – Beyonce

      Зал полностью погружен в темноту, яркими пятнами остаются столы, освещенные светильниками-шарами, будто парящими в воздухе. Освещена лишь сцена, но так ярко, что происходящее на ней будет видно из любого конца помещения, с любого дивана. Шесть девушек, абсолютно разных внешне, но с одинаково сочными фигурами и блестящей от масла кожей, ритмично двигались под звучащую музыку. Следуя мелодии, они будто “растекались” по сцене как вино или, наоборот, вскакивали и возносили руки вверх. Они двигались как одно целое, дополняя друг друга. Девушки обвивали изящными кистями рук себя, друг друга, опускаясь на колени и снова поднимаясь, показывая чудеса гибкости. Музыка вела их, и зрелище было чарующее. Каждый диван был занят и зрители неотрывно следили за танцем, некоторое неосознанно подавались вперед – то ли для того чтобы лучше рассмотреть девушек, то ли следуя призывным жестам танцовщиц. Девушки, присутствующие в зале, в восторге ахали после каждого провокационного движения и будто были восхищены представлением не меньше мужчин. Даже учитывая то, что это лишь “разогрев” перед настоящим шоу.       Тэхен сидел в вип-ложе прямо напротив сцены, и пил уже второй бокал шампанского. По обе стороны от него сидели Чимин и Юнги, первый что-то увлеченно печатал в телефоне, а второй весело общался с Хоби и еще одним мужчиной за соседним столиком. Дженни, которую ему представили перед самым началом выступления, сидела рядом с Чимином и единственная на этом диване реально следила за выступлением. Ее лицо освещали красные лучи, и Тэхен видел, что та действительно заинтересована шоу. Он не успел, но и не особо хотел, завести с ней хоть какой-либо диалог. Единственное что Тэхен отметил для себя до начала шоу – Дженни не похожа на грубоватую и необразованную девушку, которую он ожидал увидеть в роли менеджера. Напротив, она производила приятное впечатление, по крайней мере, после рукопожатия с ней Тэхену не захотелось сразу же помыть руки с мылом. И сейчас, сидя с ним на одном диване, она выглядела очень волевой и решительной бизнес-леди, а не человеком, носящим протеиновые коктейли своему работодателю. Жизнь, конечно, бывает жестока. Тэхен сделал заинтересованное лицо и вернулся вниманием к девушкам на сцене, но на танец ему было откровенно наплевать. Он ждал единственного стоящего момента за сегодняшний вечер – появления Лалисы, – Лили, для тех кто недостаточно близок с ней, – на сцене, чтобы затем с чистой совестью принять свой привычный скучающий вид. После нее должен выступать подопечный Дженни Ким, тогда Тэхен и даст волю всей своей накопленной пассивной агрессии.       Когда бит сменился на несколько секунд с быстрого и дикого на медленный, нарастающий, зал зашумел. Послышались рукоплескания, которые затем превратились в волну аплодисментов, в которой тонули выкрики имени Лалисы. Ее фанаты знали прекрасно, в какой момент она появляется – когда освещение сменяется и свет на сцене гаснет.       Свет погас ровно в бит, и даже у Тэхена пробежали мурашки по спине. Лили умеет эффектно появляться. Юнги довольно кивнул на сцену и откинулся на кресло, а Чимин отвлекся от телефона, погасив экран.       Сцена осветилась одним софитом, и в его свете появился тонкий и изящный женский силуэт. Девушка медленно возвела руки вверх – второй софит с громким звуком включился и осветил ее лицо – публика восторженно зашумела. – Леди и джентльмены, представляем вам – Лили.       Лалиса была королевой женских выступлений. На ней был черный укороченный топ на молнии, открывающий вид на острые плечи и вертикальную линию живота, ужасно короткие шорты, скорее напоминающие нижнее белье и сапоги на шпильках, закрывающих ноги до середины бедра. Сверху на нее была надета полупрозрачная накидка в кристаллах. Девушки на подтанцовке были очень талантливы, но никто не сравнится с ней и ее способностью чувствовать ритм. Лалиса начала отрывистые движения бедрами под бит и каждая кто выступал до нее потерялись на ее фоне. Юнги давно говорил, что Лили не нужна подтанцовка и она сама заполняет все пространство своей невероятной аурой, но Лалиса настаивала на том что ей необходима ее команда. Ее движения были плавными и мягкими, а взгляд такой пронзающий, что поддерживать с ней зрительный контакт стеснялись даже взрослые состоявшиеся мужчины. Тэхен аплодировал вместе с остальными, зная, что только Лалиса смогла бы снова подчинить себе сцену, даже после бессонной ночи в гей-клубе (а возможно даже в нескольких). Ее накидка вскоре оказалась отброшена в зал, а молния на топе расстегнулась почти до конца, приоткрывая вид на грудь – недостаточно, чтобы увидеть всё, но заставляя зал сходить с ума. Тэхен обернулся на Дженни. Девушка откинулась на спинку, закинула ногу на ногу, поставила локоть на мягкую ручку дивана и опиралась подбородком на тыльную сторону кисти. Дженни внимательно смотрела на Лалису, Тэхен не увидел тревоги или тени переживания – Дженни абсолютно не сомневалась, что ее артист не уступает Лили. Как самоуверенно.       Выступление Лалисы закончилось – она опустилась на колени и почти легла спиной назад, на холодную сцену. Зал затопили восторженные выкрики и аплодисменты, Юнги, Тэхен, Чимин и Дженни присоединились к ним. Конферансье повторил имя Лили вновь – и та встала, поклонившись всем присутствующим и послав воздушный поцелуй публике. Юнги вновь что-то сказал своему соседу и тот довольно закивал. – Как отдыхается, красивые? – Лалиса заняла свое место между Чимином и Дженни, – О Боже, здравствуй, не успела поздороваться с тобой заранее, я приехала всего за десять минут до начала. Она протянула руку Дженни и та пожала ее: – Мне так повезло увидеть Ваше выступление в живую. – Давай сразу на ты, мы ведь одного возраста? – Дженни кивнула, – Забудь, уверена Старбой сегодня зажжет ничуть не хуже. Дженни и Лалиса очаровательно улыбнулись друг другу и Тэхену срочно нужно было вмешаться. – Надо было подложить подушку, теперь весь диван будет мокрый, – Тэхен поймал на себе взгляд Чимина, лицо его было искажено омерзением, – От пота. – Тэхен, ты сегодня в великолепном настроении? – Лиса закинула руку на спинку дивана и ухмыльнулась, – Хорошо выспался? Тэхен тоже усмехнулся и сделал глоток шампанского. – Спал как убитый, ни на один звонок не ответил, – добавил Чимин, продолжая смотреть в экран телефона, – Мне бы так поспать хоть раз. Дженни и Лиса дружно прыснули от смеха, пока Тэхен и Чимин обменивались короткими многозначительными взглядами. – Иногда так тяжело следить за их сном, – вздохнула Дженни, беря бокал в руки, и Чимин сокрушенно согласился: – И не говори.       Пока декорации менялись, а гости заказывали себе новые напитки, Тэхен листал посты с хэштегом #starboyLV в твиттере. Чимин уже успел шепнуть ему, что настоящее имя Старбоя – Чон Чонгук и Тэхен хмыкнул – типичное провинциальное имя, другого он и не ожидал. Дженни и Лиса уже оживленно говорили между собой, Чимин без остановки печатал что-то в открытом окошке мессенджера, куда Тэхен время от времени заглядывал.       До начала оставалось несколько минут. Тэхен с каждым глотком вина все смелее увеличивал и приближал фотки по хэштегом. Его пульс ускорился, и он убедил себя в том, что виноват алкоголь, а не восемь чужих кубиков на подтянутом теле. Тэхен знал, что выступление Чонгука будет средненьким и после него он скажет Юнги с Хосоком коронное “я же говорил”, потом улыбнется Дженни извиняющейся улыбкой, но его сердце все равно билось слишком быстро. Даже неприятно быстро, и все усугублялось картинками на экране – вот Старбой прыжком забирается на сцену (у него сильные руки и футболка не скрывает красивые узоры на коже), вот он, покачиваясь, расстегивает пряжку ремня, уворачиваясь от цепких рук охранника и рывком снимает футболку. Тэхен почему-то знает сколько у него кубиков на прессе. У Старбоя взмокшие и растрепанные волосы, щеки тронуты розовым цветом от алкоголя, а губы и вовсе алые. У него блестящие глаза и такие выразительные брови, что хочется перематывать видео вновь и вновь, чтобы увидеть это великолепное в своей разъяренности лицо. Тэхена как будто покалывает где-то в животе с очередным стуком в сердце и становится тяжело от осознания, что ему придется увидеть эту неотесанную дикость в метре от себя и никуда уже не сбежать. Тэхен оборачивается к Юнги, но тот захвачен каким-то рассказом Хосока и Тэхен не успевает его окликнуть, когда свет резко гаснет. Остается гореть экран айфона Чимина, но и тот вскоре скромно потухает. У Тэхена обострились чувства – он слышит как телефон Чимина падает на диван, слышит как трется одежда о поверхность обивки кресел и как звенит чей-то бокал. В животе снова покалывает и Тэхен замирает. – Леди и Джентельмены, – тон конферансье томный и глубокий, – Сюрприз и подарок сегодняшнего вечера – Старбой! – Не намочи кресло, – Чимин наклоняется совсем близко к уху Тэхена. – Я и не такое видел, Чимин-и. – Ну да, – тот явно с недоверием усмехается и тоже откидывается на диван.

Dirty Little Animals – Bones UK

      Аплодисменты и женские визги тут же тонут и пропадают в первых звуках музыки, софиты быстро мигают и собираются в центре сцены. Лиса громко визжит и аплодирует, Тэхен делает два вдоха и выдоха и откидывается на кресло.       В мигающем свете мелькают движения крепкого тела – он расслабленным шагом двигается к краю сцены, прежде чем начать следовать ритму. Его ноги широко расставлены, а ткань красных штанов опасно натягивается, он медленно проводит рукой от шеи, по груди, задевая золотые цепочки и спускается к низу живота. Музыка вторит его откровенным движениям, такая же развязная и дерзкая, как и он сам, пробирается под кожу и пускает волны мурашек по телу. Свет больше не мигает, освещая каждый изгиб и мускул, доступный взгляду. Старбой хорош, он слишком хорош, преступно хорош в своей уверенности и раскрепощенности. Он крадет каждый взгляд на себя, погружая зал в тишину, двигаясь под музыку так, что создается ощущение, что это он управляет ей, а не наоборот. Тэхен понимает, что ему невыносимо душно, хочется вдохнуть холодного воздуха и окатить себя ледяной водой – Старбой спалит собою клуб дотла.       Поле зрения Тэхена неумолимо уменьшается, сужается до очертаний тела Чонгука, медленно опускающегося на одно колено и позволяющему спасть с плеч алую рубашку. Его кожа блестит, от пота или от масла – неважно, наплевать, свет мягко струится по его телу, освещая каждую капельку и заставляя бедное сердце Тэхена пропускать удар за ударом. Волосы Старбоя мокрые – он небрежно отбрасывает прядь, упавшую на глаза и скользит коленями по сцене, выгибаясь так, что его шея открыта и совершенно беззащитна – Тэхен не чувствует под собой дивана. Господи, почему так невыносимо вдыхать раскаленный воздух? – О Господи это просто охуенно блять! – Лиса выкрикивает, совершенно не стесняясь близости к сцене и поворачивается к Дженни, – Это что, греческий бог?!       Тэхен готов умереть прямо здесь и сейчас, он видит как Чонгук очаровательно усмехается, услышав Лису и тут же возвращает себе серьезный вид. На нем остались лишь черные лаковые ботинки Calvin Klein и красные штаны. И еще сбившаяся на спину золотая цепочка. Его штаны сползли вниз, совсем немного, но достаточно для того чтобы было видно, куда именно стекают капельки пота с шеи. Его грудь тяжело вздымалась, а взмокшие угольные волосы то и дело падали на глаза. Губы были настолько раскрасневшиеся и пухлые, что Тэхен невольно приоткрыл свои и не сводил взгляда с чужих. Старбой был настоящим воплощением греха, чистой похотью, грязной, мокрой, дикой. Полной противоположностью Тэхену.       Песня подходила к концу и Тэхен молился чтобы эта сладкая пытка тоже завершилась как можно скорее. – Тэ, расслабься пожалуйста, у тебя лицо как будто бы он всю твою семью прирезал, – Чимин шепчет, но Тэхен с трудом распознает его слова. С трудом, потому что Старбой, поднявшись с колен, вдруг посмотрел прямо на него.       Ебанный пиздец.       Тэхен не успел отвести взгляд, и когда он встретился им с Чонгуком мир схлопнулся и взорвался. Взгляд Старбоя пошлый, темный и тяжелый, ресницы мокрые, под ним хочется сжаться. Тэхен слишком самоуверенный чтобы проиграть и отвести взгляд первым. Не смотря на то, что сердце теперь стучит слишком отчаянно, как будто предупреждая о столкновении, мозг зажигает огромную мигающую алую табличку “ОПАСНО” прямо перед глазами, конечности немеют, но Тэхен слишком уперт, чтобы поддаться. – О Боже, о Господи, – краем сознания слышит Тэхен Лалису, когда Чонгук делает шаг к краю сцены, прямо к Тэхену. Он идет размеренно, медленно, как тигр подходит к заведомо ставшей жертвой антилопе. Тэхен не двигает ни мускулом на лице, пусть внутри все его существо сходит с ума. Ритм песни как будто специально становится еще более диким и беспорядочным, и стук сердца вторит ему тон в тон. Чонгук уже прямо напротив их дивана, опускается на корточки, он так близко, что Тэхен видит маленький шрам у него на скуле. Бежать некуда, Тэхен упустил все свои шансы на спасение. – Почему такой кислый, котенок? У Чонгука глубокий голос, будто мурлыкающий, явно насмешливый, а глаза сверкают то ли от ярких софитов, то ли от внутреннего огня. Он берет Тэхена на слабо. Логичнее было бы взять на слабо заходящуюся в первобытных возгласах Лису, но Чонгук выбрал неочевидную жертву. Тэхен в роли жертвы не был никогда. – Давай, Тэхен, – Лалиса смотрит на него с вызовом и хитрющей улыбкой на лице, – Ты же профессионал. Чимин прожигает взглядом и мотает головой из стороны в сторону. Старбой протягивает раскрытую ладонь.