Twins

У каждой семьи свои тайны. И, как известно, воротить их крайне не рекомендуется.

      Чарли вцепилась в Алека ещё крепче — костяшки тонких пальцев побелели, и вампиру пришлось разжимать их весьма бережно, чтобы ненароком не сломать. Сам Вольтури тоже пребывал в недоумении, но, привычный к различным исходам событий, принял приглашение сесть за стол и даже заказал для Чарли ризотто, сырную пиццу и бутылку красного вина — это уже на двоих, так как Толминио, или же Фил, или бог знает кто ещё, завязал с алкоголем несколько лет назад, точнее — со смерти своего лучшего друга Фергуса Кларка.       Девушка нехотя села, еле сделала глоток красного полусухого, затем ещё один, и уже после нервный смешок слетел с её губ. Алек ласково погладил тёплую ладошку, которая нервно постукивала по его колену, и Чарли решилась задать первый вопрос.       — Вы следили за мной с самого Нью-Йорка? — она вновь попыталась дёрнуть пальцами, и, почувствовав сопротивление, вопросительно посмотрела на Алека — тот в ответ сжал её руку, кивая в сторону мужчины, который задумчиво провел пальцами по подбородку.       — Я не слежу за тобой, Чарли, приглядываю, — он говорил мягко, осторожно переводя взгляд на вампира и обратно на девушку, — Поешь, обезьянка, а то остынет и будет не так вкусно.       Подрагивающие пальцы не сдержали бокал и тот с глухим стуком упал на белоснежную скатерть, разливая вино, которое кровавым пятном проползло к краю.       — Боже мой, — прошептала Чарли и помотала головой из стороны в сторону.       Мужчина принялся вытирать стол, совершенно не выражая недовольства, напротив — он с переживанием смотрел на то, как медленно до Чарли начинает доходить брошенная им фраза. Алек, совершенно не понимая, о чем идёт речь, требовательно, но осторожно, коснулся плеча девушки, и та попыталась что-то сказать, но спазм, застрявший где-то в горле, не давал издать не звука. Тогда Чарли выхватила бокал Алека и залпом осушила его.       — Барт Аркарт? Серьёзно?! — Чарли, внимательно следившая за тем, как медленно кивнул мужчина, громко выдохнула и поверулась к Алеку, чуть поддавшись к нему всем телом, — Это папин друг, точно, только он называл меня так. Барт задерживал отца трижды, но всегда отпускал.       — По старой дружбе? — Алек пристальнее стал следить за незнакомцем, чтобы в случае чего уличить во лжи, но тот чувствовал себя вполне уверенно и спокойно, вытирая руки сухой салфеткой.       — Доносы были ложными, никаких зацепок, — Барт подлил молодым людям ещё вина и откинулся на спинку стула, — Фергус всегда действовал осторожно, да и его люди любили. Он ведь не хотел возглавлять группировку, — мужчина прервался, чтобы привлечь внимание девушки, и выжидающе посмотрел на неё, — Чарли, твой отец был хорошим человеком, но всё же делал то, что делал.       Девушка дерганно кивнула и стала отщипывать тонкими пальцами края пиццы, откладывая кусочки куда-то в сторону — успокаивалась. Алек же находил успокоение в пульсации её венки на запястье, по которому водил большим пальцем.       — И что же, он лично попросил вас об этом одолжении? — вампир всё ещё не доверял человеку, который фактически жил несколькими личностями.       Барт достал сигарету, но, вспомнив о том, что девушка не выносит запаха табачного дыма, убрал её за ухо.       — Можете курить, если хотите, — Чарли безразлично пожала плечами и продолжила ощипывать тонкое тесто.       Барт нахмурился, но спички отложил в сторону. Вместо этого он переплёл пальцы и положил руки на стол, делая глубокий вдох.       — Знаете, у Фергуса было одно единственное правило — своих людей не бросать, а сделать это было сложно, когда со всех сторон на тебя давит английская аристократия, — Барт цокнул языком и чуть дёрнул подбородком, вспоминая прошлые годы, — У его подчиненых были семьи, долги. Некоторые вдовы получали от него ежемесячное пособие в таком количестве, что могли позволить себе не работать, но эти чертовы англичане, — последнее слово было выплюнуто с нескрываемым презрением.       Чарли взволнованно перевела взгляд на Алека, но он держался как полагается наследнику династии Йорков — ни один мускул на лице не дрогнул, лишь по глазам можно было заметить лёгкую степень превосходства.       — В общем, появился один, словно из неоткуда, предложил помощь: за несколько дней избавит от назойливых джентльменов, а в обмен, — тут Барт опустил голову — руки тут же прикрыли морщинистый лоб, — Леопольд сказал, что однажды обратится к нему с просьбой, и тот не имеет права ему отказать.       Чарли, услышав это имя, напряглась ещë сильнее и замерла, глядя на старого знакомого. Тот поднял на неё взгляд, полный скорби и нечитаемого ощущения пустоты.       — Он попросил тебя, обезьянка.       В Чарли что-то перемкнуло — исчезла мягкость и тревожность, ослабли руки, а глаза вновь стали грязного болотного оттенка: мутные, почти сухие. Алек же с трудом сдержал очередной порыв гнева — сейчас не время, сейчас нужно узнать как можно больше деталей.       — Не хотите же вы сказать, что родной отец... — вампир с тревогой смотрел на то, как Чарли уставилась куда-то перед собой, и не понимал, слышит ли она теперь эту часть разговора.       — Боже правый, нет конечно! — прервал его Барт, вскидывая руки, — Послал его подальше к чертям собачьим, отвёз семью к своим родным, чтобы спокойно передать дело в другие руки, но не успел — дали сигнал его убрать. Ну а потом, после переезда в Америку...       Оба смотрели на девушку. Оба ждали хоть какой-то реакции на сказанное. Чарли сузила глаза и вытянула вперёд свободную руку, вторая всё ещё покоилась в ледяных объятиях — и не думала вынимать.       — Можно мне? — она кивнула за ухо мужчины, и тот с сомнением посмотрел на Алека, будто спрашивая у того одобрения, но вампир не шевелился — самого парализовала такая просьба девушки, — И спички, будьте добры.       Барт протянул ей упаковку и коробок. Чарли двумя пальцами вытянула сигарету и зажала её губами, затем подтолкнула коробок спичек к Алеку, который нехотя взял его и пару раз постучал по столу.       — Чарли, — предостерегающе начал он, но пустой взгляд, которым она посмотрела на него, не оставил ему выбора.       Чиркнул. Поднёс пламя к её лицу. Она неумело прикурила и, как ожидалось, зашлась в кашле, морщась от едкого дыма. Но сигарету не бросила, попробовала второй раз — не так глубоко, выпустила небольшое облако и устало откинулась на спинку стула.       — У твоего отца оставалось немного времени. И ему было страшно, но он боялся не смерти, нет, — Барт достал ещё одну сигарету и прикурил, — Он боялся разочаровать вас, Чарли. Твой отец был не таким, как все, и это стоило ему жизни...       Чарли парой движений стряхнула пепел и вновь сделала затяжку, разглядывая дымчатые узоры.       — Почему он ничего не сказал мне о...       — Мистер Аркарт, — перебил её Алек, который понял, что Чарли сейчас приведёт человека к невинной смерти, — Тогда в Олд-Сейбруке, почему вы ничего не сообщили полиции? Вы ведь и там сопровождали семью Кларк, верно?       Барт почесал застылок и затушил сигарету вслед за Чарли, которая теперь постукивала ноготками по стеклянной ножке бокала.       — Для таких как он, — тут мужчина с прищуром посмотрел на Алека и гулко сглотнул, — есть другие законы. К тому же, когда я увидел вас в городе, то решил не особо высовываться, а наблюдать издалека.       — Почему же? — Алек чувствовал, как мужчина нервничает, глядя на него, видел, как несколько капель пота блеснули на высоком лбу, но ему нужно было признание.       — С ФБР шутки плохи верно? — Барт принял оборонительную позицию, скрестив руки на груди, — Или вы что-то другое имеете в виду?       Чарли, наблюдавшая за всем этим диалогом, немного раскраснелась — вино приятно согревало изнутри. Барт довольно хмыкнул, увидев как Алек удовлетворëнно кивнул и решил больше не касаться этой темы.       — А что на счёт дома? — Алек сделал несколько глотков вина, надеясь таким образом не дать Чарли в одиночку опустошить бутылку.       — Ах да, верно, — Барт вышел из-за стола и скрылся где-то за внутренними дверьми, судя по звукам — искал что-то в своём кабинете.       Чарли повернулась к Алеку и уткнулась лбом в его плечо, водя носом по мягкой рубашке.       — Я не верю во всё это, — прошептала она.       Вампир провёл рукой вдоль её спины, чуть прижимая. Чарли с готовностью прильнула, обнимая его руками, словно в нём одном была вся необходимая ей защита.       — Держи, обезьянка, —через несколько минут Барт вновь оказался перед ними, подкидывая ключ в воздухе, а затем вытянул его перед собой, держа двумя пальцами.

      

***

      Алек стоял на открытом балконе, облокотившись о перила, и рассматривал знакомый вид на палаццо. Больше всего его удивляло, что дом, купленный для Чарли — лишь для неё одной, Монро в документах не значился — находился в столь непосредственной близости от самого большого клана. Несомненно, Фергус знал о вампирах, знал о законах и распределении власти.       Как знал и Барт. Этот хитрый старый лис знал гораздо больше, чем мог позволить себе говорить в присутствие Алека. Но когда Чарли отошла, чтобы воспользоваться туалетом, то решился на одно откровение.       — Вы поймали второго?       — Откуда вы знаете? — Алек смотрел хмуро, почти со злобой.       — Те дорогие подарки, что Чарли получала в день своего рождения, — мужчина оглянулся, боясь, что девушка их услышит, и сказал на пол тона ниже, — Конгрессмен не дарил ей ничего, все украшения уже давно были куплены или хранились на выставках без права перепродажи.       Алек хотел было перебить его, но шум льющейся воды стремительно сокращал время их разговора.       — Леопольд мерзавец, но глуп как пробка,— дверь со скрипом отворилась, и Барт поспешно добавил, — есть второй. Всегда был.       Вампир обернулся, услышав, как девушка прошла к балкону. Она затянула халат и вышла к нему — с распаренной кожи, стурясь, поднимался пар, и Алек недовольно проскользил взглядом по её фигуре, останавливаясь на босых ногах.       — Я не чувствую холода, — поспешно пояснила она, на немой вопрос выразительных глаз, — Сейчас я вообще ничего не чувствую — ни холода, ни голода. Даже страха нет, как будто я сплю.       Она так и ничего не съела с самого утра, и теперь Алек боялся, что она снова закроется в ту раковину, из которой не без труда вылезла несколько дней назад. Но нет, напротив, на его недовольное ворчание по поводу легкомысленного отношения к собственному здоровью, девушка лишь рассмеялась, припоминая ему недавний разговор.       — Даже если заболею, то быстро поправлюсь, ай! — от неожиданности Чарли опешила, а в следующую секунду уже оказалась на кровати, под одеялом, а её скривившееся лицо теперь было зажато между мягкими подушками и губами, изогнувшимися в полуусмешке.       — Ты знаешь, что заставляешь самого опасного вампира в мире нянчиться с тобой, словно с несмышленым ребёнком? — Алек сел рядом, а Чарли в это время вывернулась из кокона и улеглась на его колени.       — Ещё скажи, что тебе это не нравится.       Удивительно нежные пальцы коснулись подбородка, очертили контур губ, ямочки на щёчках, каждую веснушку, прямой нос, медные брови, высокий гладкий лоб и зарылись в непослушных волосах. Чарли прикрыла глаза и почти замурлыкала, поддаваясь вслед за каждым движением, касающимся её головы.       Да разве может такое не нравится?       — Как я бы хотела вернуться в тот вечер в твоей комнате, когда мы... — улыбка, слабо появившаяся на уставшем лице, немного дрогнула, — голова сейчас совершенно перегружена, столько информации... Вот бы отключиться на пару часов, но сна ни в одном глазу.       — Думаю, с этим я могу помочь, — движения рук прекратились, когда девушка повернулась на бок к нему лицом и чуть привстала на локте.       — И как же? — она вопросительно выгнула бровь и с сомнением посмотрела на вампира, который чуть надавив на её плечи, вернул девушку в исходное положение.       Чарли нахмурила брови, наблюдая за тем, как пристально смотрели на неё красные глаза: полюбовно и в тоже время с долей интереса. Пару секунд ничего не происходило, и девушка уже открыла было рот, чтобы возмутиться, но мышцы тут же расслабились, взгляд расфокусировался, а руки безвольно опустились. Алеку действительно было интересно, как сейчас Чарли отреагирует на его дар, уснёт или же...       Тихое мерное дыхание и размеренный пульс весьма красноречиво ответили на его вопрос. Ещё через несколько минут Алек перестал воздействовать на неё, позволив девушке устроиться поудобнее. Он не без улыбки смотрел на прикрытые, чуть подрагивающие веки, и осторожно переложил девушку со своих ног на мягкую тёплую постель.       Девушка перевернулась на бок, причмокнув губами и почесала шею, на которой мелькнула цепочка с фамильным кулоном. Алек невесомо вытянул его и стал рассматривать то единственное, что осталось от матери. То, что он успел сорвать с её шеи, когда священник разнимал их. Чарли не снимала его всё это время, носила даже когда принимала ванну, срослась с ним, как он — со своим кланом.       Удивительным ему показалось и то, что Чарли удалось уговорить его не возвращаться в замок, а остаться здесь, хотя бы на ночь. Вне стен, которые давили на девушку — Алек чувствовал это по тому, как осторожно она передвигается даже в пределах его комнаты — она была более расслабленной, даже несмотря на то, что предыдущий день принёс ей слишком большое потрясение.       Сейчас он смотрел на то, как тонкие пальцы сжимали уголок одеяла, а веки невесомо трепетали от движения глаз — Чарли видела сон. Её грудь стала вздыматься чаще, а сердце биться быстрее. Девушка жмурилась и несильно мотала головой из стороны в сторону.       Ей снится кошмар.       Алек осторожно коснулся лба, покрытого испариной, и Чарли, дрогнув всем телом, моментально распахнула глаза, хватая ртом воздух. Она села рывком, не понимая, где находится — глаза беспорядочно бродили по полутеням комнаты, и лишь когда встретили знакомый алый отблеск, изо рта вышел облегчённый выдох. Алек раскрыл руки в обнимающем жесте, и девушка рухнула к нему, пряча перепуганное лицо.       — Ш-ш-ш. Все хорошо. — лёгкое прикосновение губ к макушке невероятно успокаивало девушку — пульс моментально выровнялся.       — Мне приснился плохой сон, — Чарли говорила тихо, чуть с хрипотцой.       — Я так и подумал, — ещё один поцелуй в висок.       — Рассказать? — девушка задрала голову, ища поддержки.       — Если хочешь.       — У меня был заводной пингвин. Такой, знаешь, который машет крыльями и смешно переваливается, — Чарли отстранилась и изобразила покачивание, переваливаясь сидя на кровати и забавно махая руками, но на лице застыл не сошедший после кошмара испуг, — Мы сидели в нашем старом доме, ещё в Шотландии, а он появился из-за угла. Но его ведь никто не заводил!       Чарли вдруг нахмурила брови, изучающе посмотрела на Алека, что не без труда сдерживал улыбку, и закрыла лицо руками.       — В моей голове это было намного страшнее, чем я тебе сейчас рассказываю.       Она развела пальцы, выжидающе глядя на вампира, и, когда тот уже не сдерживал смеха, неуверенно вторила ему, отпуская нервное напряжение.       — Только не говори, что твой дар — насылать кошмары, — она убрала волосы за уши, оттянув несколько прядей вниз.       — Тогда я бы был самым бесполезным среди вампиров, — хмыкнул тот, ложась на подушки, и похлопал ладошкой рядом с собой.       Девушка тут же легла рядом, засунув локоть под подушку и посмотрела на него глазами, в которых плескался живой и искренний интерес: Чарли будто приготовилась услышать сказку на ночь.       Прямо как ребёнок.       — Ты помнишь, что почувствовала перед тем, как уснула? — Алек выжидающе посмотрел на неё.       Девушка прикусила нижнюю губу и опустила глаза, заерзав при этом под одеялом, которым вампир вновь накрыл её.       — Не помню, — она непонимающе уставилась на Алека, — я почувствовала... ничего?       Вольтури же расплылся в довольной улыбке и провел большим пальцем по нижней губе, высвобождая её, иначе бы Чарли снова искусала её до крови.       — Я могу лишить любое существо всех чувств, — он повёл палец ниже, очерчивая подбородок, — зрение, слух, осязание, и всё то, что связано с центральной нервной системой. Обычно это пугает, но ты всегда реагировала на меня иначе.       Чарли облизнула губы и стала постукивать по воздуху пальцами ног — задумалась. Затем на юном лице промелькнуло озарение, сменившееся возмущением — поняла.              — Тогда, когда я чуть не выпала из окна... — она открыла рот и уставилась прямо перед собой, прогоняя в памяти воспоминания.       — Ты выпала, — поправил её Алек и вновь был награждён возмущённым взглядом, — точнее ты падала, когда я успел поймать тебя, но чтобы ты не догадалась, пришлось немного...       — Приврать? — дождавшись кивка, Чарли развернулась на спину, сложив руки в замок поверх одеяла, — То есть каждый раз, когда у меня были обмороки, то на самом деле...       — Так было нужно, — уже более серьёзно отозвался Алек, — я когда увидел тебя на том окне, ни секунды не раздумывал, — он перевернулся, нависнув над девушкой, и приблизился к ней вплотную, касаясь своими губами — её, — С нашей первой встречи ты бесила меня больше, чем это вообще возможно в принципе, но тогда я понял, что хочу прожить с тобой каждую раздражающую минуту.       — Так мне в любви ещё никто не признавался, Александр, —Чарли громко рассмеялась, обвивая руками его шею и притянула его к себе.       Алек целовал её осторожно, купаясь в тихом смехе и ощущения...       Счастья?

***

      Чарли сидела на столешнице, покачивая ногами, и с нескрываемым удовольствием наблюдала за тем, как самый могущественный вампир пытается приготовить ей завтрак.       — Так яичницу ещё никто не запарывал, — она уткнулась носом в собственное плечо, пряча усмешку.       — Твоя нога ужасно отвлекает, — буркнул Алек, который то и дело поглядывал на задранный до неприличия шёлковый халат, — знаешь, давай лучше закажем доставку.       Чарли ловко спрыгнула вниз и на носочках, чуть покачивая бёдрами, прошла к холодильнику и достала пачку апельсинового сока. Затем, подтолкнув ногой стул, взобралась на него под тихое рычание вампира.       — А как ты это делаешь? — Чарли привстала на носочки, переставляя в шкафу коробки с быстрым завтраком.       — Делаю что? — Алек сделал шаг в сторону, но девушка будто специально вскарабкалась на столешницу и сделала шаг в том же направлении, исследуя следующий ящик.       — Рычишь. О, а вот и хлопья, — Чарли посмотрела на него сверху вниз и поняла, что именно повлекло такую реакцию — поверни Алек голову в её сторону, то тут же задел бы нежную кожу бёдер.       Девушка, мысленно усмехнувшись, всё же сделал шаг через вампира и спрыгнула вниз, обхватив того ногами — Алек снова рыкнул и поймал её, прижимая к себе за ягодицы.       — Теперь понятно, почему Барт звал тебя обезьянкой, — он пересадил девушку на стол и протянул глубокую тарелку.       Чарли подтянула под себя ноги и разорвала упаковку — хлопья, шурша, посыпались вниз, образовав небольшую горку, которая тут же была залита апельсиновым соком. Девушка с аппетитом прожевала несколько ложек под пристальный взгляд скривившегося в лице вампира.       — Вообще-то, с Бартом я познакомилась раньше, чем он с отцом, — девушка горделиво вздернула подбородок и чуть сощурилась, загибая пальцы на правой руке, — Мне было пять, точно. Я залезла на старый дуб, который собирались срубить, так как тот мешал расширению дороги. Ну и забралась на самую верхушку, — Чарли мягко улыбнулась, а глаза вновь стали мягкого лесного оттенка, — Никто не смог меня снять, кроме Барта. Тот просидел под деревом всю ночь, уговаривая меня.       Алек лишь прикрыл глаза, чуть усмехнувшись, и покачал головой.        — И что, не спилили?       — Не знаю, — Чарли пожала плечами и съела ещё пару ложек, активно жуя, — По крайней мере, до того как мы уехали, он стоял нетронутым. А обо мне даже в газете написали.       Девушка вытянула ноги вперёд и расставила их чуть в стороны, заключая вампира в своеобразные тиски, на что он выразительно приподнял бровь.       — Ты не ответил на мой вопрос, — Чарли сдвинула ноги, ведя ими вниз и зажимая бёдра, — Вы как дикие кошки? Мурлыкать тоже умеете?       От едва ощутимых прикосновений по ногам на коже рассыпались мурашки, заставив девушку замереть. Движения вампира — плавные, невесомые, лишь то, что он позволил ей увидеть. Вздрогнула, когда, моргнув, упустила момент его приближения, и улыбнулась, глядя в бесстыжие глаза.       — А почему они чёрные? — Чарли протянула руку и провела ей по острым скулам.       — Зависит от чувства голода, — Алек замер, вдыхая запах её кожи, — если видишь, что радужка стала темнее, значит, вампир голоден.       — То есть ты сейчас хочешь... — ей всё ещё сложно давались слова, связанные с убийством, охотой, жаждой, и прочими повадками и особенностями жизни вампиров, поэтому Чарли лишь вскинула медные брови и приоткрыла рот, перестав двигаться.       — Голод бывает разного рода, Чарли, — Алек отставил тарелку в сторону, следя за тем, как зрачки девушки расширяются к краю радужки, почти полностью убирая так полюбившуюся ему зелень, — Но ещё зависит от настроения. К примеру, самый благоприятный для тебя цвет — ярко красный.       Чарли вдруг осунулась, вспоминая, как водила рукой по щеке брата. В тот момент что-то внутри неё перевернулось, раскололось на несколько частей и снова собралось, но уже в иное чувство. Её любовь к брату перешла в нечто большее, схожее с благоговением и восхищением.       — У Монро были такие глаза, — девушка опустила ресницы и коротко выдохнула, — Если он не сделал мне ничего... Не причинил вреда, то может нам можно видеться?       Алек молчал несколько минут, не изменяя при этом выражения лица — сосредоточенное, чуть отстраненное и довольно жёсткое. От такого вида Чарли всегда начинала нервничать, и сейчас нетерпеливо заерзала на столе, слезая вниз.       — Знаешь, наверное, можно попробовать, — он кивнул скорее своим мыслям, но Чарли взвизгнула так громко, что Алек немного опешил от прыти девушки, что с благодарностью повисла на его шее, — но только в моём присутствии.       — Спасибо, спасибо, спасибо!       Тëплые губы целовали всё, что только можно, не оставляя мест, которые бы не обожгло её дыхание, и Чарли самодовольно вглядывалась в тёмные глаза с едва различимым бордовым ободком вокруг зрачка.       — Только есть кое-что, о чём ты должна узнать.       Чарли отстранилась на шаг назад и уперла руки в бока, подозрительно сощурившись, и строго кивнула.       — Я не знаю, насколько вы близки с ним, чтобы делиться... — Алек взъерошил волосы, предавая им весьма неряшливый вид, и оперся бёдрами о столешницу, — В общем, если есть что-то, о чём он не должен знать, то лучше об этом не думать.       Чарли сощурилась ещё сильнее и вновь стала покусывать губы.       — Я думала, только Аро может читать мысли. По крайней мере, так мне рассказывал Деметрий, — она проговорила это немного с укоризной, и это не укрылось от Алека.       — Аро может прочесть все твои когда-либо возникавшие мысли с помощью прикосновения, но вот Монро, — губы вампира растянулись в полуулыбке, — Твой брат — телепат в режиме онлайн.       — О боже, Алек, лучше бы ты не говорил мне этого, — Чарли закрыла раскрасневшееся лицо руками и издала какой-то мычащий звук, — Я же теперь буду думать о том, чтобы не думать о... Господи, стыд то какой, родному брату...       — Если тебя это немного утешит, то ничего нового он не увидит, — Алек постучал указательным пальцем по своему виску и замер в ожидании реакции, которая последовала незамедлительно.       Чарли стала хаотично расхаживать по кухне, пытаясь чем-то занять руки. Она всё время возвращалась к Алеку, который выжидательно смотрел в её бегающие глаза, но потом, помотав головой, снова начинала бродить, накручивая кудри на пальцы и что-то бормоча. Наконец девушка открыла кран и умыла лицо прохладной водой, остужая пылающие щëки.       — И что значит "не знаю, на сколько вы близки"? — она обернулась, разбрызгивая капли вокруг себя, и несколько попали прямо на Алека, — Не думаешь ли ты, что мы с Монро..?       Чарли затянула халат потуже и сделала шаг вперёд, но нога предательски проскользнула по влажному полу, так что теперь девушка фыркала на руках у вампира, которого ужасно забавляла вся эта ситуация.       — Я ничего не имел ввиду, Чарли, — хмыкнул он, наблюдая за попытками вырваться из его крепких рук, — Просто как сестра, ты делаешь очень странные подарки.       Девушка развернулась и сдунула прядь волос с возмущенного лица, а затем укоризненно цокнула языком.       — У тебя очень богатая фантазия, Алек, — Чарли помотала головой и закатила глаза, — Если ты о камасутре, то я её даже не открывала, в отличие от тебя, видимо, — деушка усмехнулась, когда поняла, что попала в точку — Алек деловито отвел глаза в сторону.— Я стащила её из Центральной библиотеки, потому что, когда Монро было где-то тринадцать, он открыл для себя этот чудесный взрослый мир, за что получил немало возмущений от старой библиотекарши... Алек?       Вампир резко посмотрел в сторону двери и аккуратно поставил Чарли на пол и еле слышно шепнул ей на ухо:       — Тебе стоит одеться, у нас гости.