Twins

Жар твоих волос — угли в январском костре.

Я в нём сгораю.

      Двое в чёрных плащах неспешно шли к ничего не подозревающим молодым вампирам, которых никто не познакомил с правилами поведения, и последние две недели Вольтури приходилось подчищать за неумелыми новорождёнными.       — Абонент занят, пожалуйста, перезвоните позднее, — электронный женский голос, доносившийся из динамика жутко раздражал.       — Ну что за упрямство, — Алек написал ещё одно сообщение, а затем убрал мобильник во внутренний карман.       Непроглядный туман становился всё больше похожим на моросящий дождь, что было довольно типично для восточной Европы в это время года.       — Даже не знаю, с чего бы это, — притворно фыркнул Деметрий. — Ах да, может быть дело в том, что ты прилюдно унизил её, так и не сделав официального предложения? Или стой, — он предостерегающе выставил руку, загнув один палец, — может быть всë-таки её задела твоя безграничная радость, когда ты узнал, что она не носит твоего наследника?       — Там вообще всё пошло не по плану, не так я собирался... — буркнул Алек, пиная камень на мостовой, а затем остановился, глядя в мутную воду.— А что касается ребёнка, то ты не хуже меня понимаешь, что это было бы самоубийство, не говоря уже о том, что вся эта ситуация...       — Алек, ты слышишь себя вообще? — перебил его Деметрий, облокачиваясь о перила.— Это не то, что хотелось услышать девушке которая... — он громко выдохнул, откидывая капюшон, и взъерошил волосы. — В любом, случае, это и привело к твоей третьей проблеме.       Вампир вновь вытянул руку вперёд — теперь к согнутому мизинцу и безымянному пальцу присоединился средний. Алек укоризненно посмотрел на ворону, что присела рядом, махая крыльями, и каркнула прямо ему в лицо, будто подтверждая то, что сказал ему друг.       — Ну это же очевидно, разве нет? — вампир смахнул надоедливую птицу одним движением руки, едва коснувшись серых перьев.       — Ей важно было узнать это от тебя, — Деметрий согнул указательный палец, — а не от Кэтрин, чья семья, почему-то решила приехать на месяц раньше — Хайди теперь приходится работать в два раза больше.       — Обращение — следствие союза с вампиром, это и дураку понятно, — Алек нервно усмехнулся, глядя на поднятый большой палец, словно на один единственный оставшийся шанс не утратить доверие Чарли окончательно.       Он вспомнил, какими глазами она посмотрела на него в тот вечер, когда вернулась с прогулки по городу — девушка всё чаще уходила гулять одна, ссылаясь на то, что ей необходимо личное пространство, а вся эта гнетущая атмосфера ужасно давила на неë. Она не сказала тогда ни слова, даже не думала возражать законам, которые по-просту не оставляли ей выбора, но Алек понял без слов — сомневалась. Не хотела стать таким, как он. Не хотела жить такой жизнью. Чарли всё чаще уходила именно в тот момент, когда планировались экскурсии по замку. Как-то она призналась ему, что слышала крики — хотя вампир был уверен, что это невозможно — и что больше не может находиться в такие моменты внутри и убегала через служебный вход, минуя людей.       — Бери пример с Феликса, — Деметрий по-дружески толкнул Алека, и они продолжили движение, — за три дня наш Хэллбой разговорил девчонку быстрее, чем мы за всё это время.       Алек улыбнулся одной стороной лица, до сих пор не веря в то, что, казалось бы, неприступный Феликс оказался тем ещё романтиком, сумевшим не только расположить к себе девушку, но и убедить её довериться и рассказать всё, что было известно о своём создателе. Вайлет оказалась неудачной попыткой воссоздания той, чье имя теперь было на слуху у большинства кланов вампирского мира — виной тому весьма длинный и не очень лестный язык бывшей невесты.        Фрагменты её крови были схожи с одной десятой частью сохранившегося образца до сих пор неизвестной субстанции, и Аро предположил, что девушка была своеобразным донором для инъекций. Само её тело было слабым, но немного совершенне, чем те, кто исполнял приказы неизвестного учёного. Девушка также призналась, что вполне может поддерживает жизнь с помощью человеческой еды, однако долгое время без крови находиться не в состоянии — после одного из экспериментов отца она стала уязвимее, чем обычно, и лишь человеческая кровь была способна вернуть ей силы.       — А вот и наши беглецы, — раздумья прервал Деметрий, который кивнул в сторону двух мужчин. — Того, что повыше, не трогай, Аро заинтересуется.       Вампиры встрепенулись, заметив чужаков, однако в их глазах не было ни капли страха — не знали, кто стоит перед ними.       — Как тебя зовут? — ищейка обратился к тому, кто всё это время водил его за нос, ускользая за считанные секунды "до".       — Константин, — новорождённый сощурил глаза, принимая оборонительную стойку.       — Константин, — повторил Деметрий и указал подбородком в сторону подле себя, — Ты пойдёшь с нами и, возможно, твои проступки будут прощены, но вот твой друг...       Второй вампир хотел было дернуться, чтобы убежать, но с глухим стуком упал на мокрый асфальт. Алек со скучающими видом подошёл к нему и приподнял над землёй, отрывая голову, в то время как Деметрий достал зажигалку и терпеливо ждал, пока тело будет разорвано на части.       — Не советую, — предупредил он другого, что собирался вторить порыву своего знакомого, — если, конечно, не хочешь оказаться на его месте.       Пламя вспыхнуло, поглощая обездвиженное тело, и огненные языки с тихим треском взвились к серому небу. Алек с силой подавил иррациональное желание коснуться их.       — Есть идея! — Деметрий хлопнул в ладоши, чем изрядно напугал не отошедшего от шока вампира. — Учитывая твоё эго, она тебе понравится.       — Моё эго? — Алек всё ещё смотрел на пламя, давая тому ворошить собственные воспоминания.       — Твоё.       — А какое моё эго? — он всё же повернул голову и выразительно выгнул бровь.       — Ну, такое большое, — Деметрий развёл руки в стороны, обозначая большой промежуток.       — На своё посмотри, — огрызнулся Алек, надвигая на лицо капюшон, и направился в обратную сторону.       — Перестань,— крикнул ему в догонку Деметрий и рукой указал новорождённому следовать за ними. — У тебя эго размером с динозавра.       — Давай ближе к делу, — не оборачиваясь проворчал Вольтури. — Что за идея?

***

      Прошло больше месяца с тех пор, как Алек уехал по поручению Аро, и Чарли всё реже стала появляться в стенах замка. Теперь она вовсе предпочитала ночевать в своём небольшом домике.       Кларк знала, что каждый дом имеет свою душу, и этот определённо хранил в себе частичку её отца. Она с любовью ухаживала за старым деревом, промакая его водой со слабым раствором уксуса и смазывая после льняным маслом, она отштукатурила чердак, в котором теперь снова пыталась рисовать — от части потому, что не хотела расстраивать Маркуса, который доверил ей работу в каминном зале. Но всё чаще Чарли ловила себя на мысли, что старается не думать о том, что рано или поздно ей придётся сделать выбор — стать вампиром или же умереть.       В один из вечеров, когда Маркус решил дать девушке пару уроков игры на рояле, которого касались лишь пальцы его жены, она призналась, что ужасно боится.       — Вампиры — парадоксальные создания, Чарли. Мы демоны с человеческими телами, однако, — Маркус чуть скривился в лице, когда тонкие пальцы вновь ошиблись в тональности, — мы всё же боимся смерти. Будучи бессмертными, мы страшимся её хуже любого человека. Да, мы мертвы, но всё же вынуждены искать способы к выживанию, — его рука коснулась её, поправляя положение ладони, — Мы живём в двух мирах, но никогда не будем принадлежат ни к одному из них.       Чарли подняла глаза на нотный стан, и, закусив губу, опустила взгляд на свои руки, которые от чего-то дрогнули и соскользнули с клавиш, распространяя по комнате жалобное звучание полутонов.       — Алек любит вас вне зависимости от того, кто вы, — Маркус осторожно закрыл крышку инструмента, захватив с собой сборник этюдов собственного сочинения, — но если вы не желаете ему участи, подобно моей, то выбор очевиден. Чарли?       Девушка несколько раз моргнула и помотала головой, виновато взглянув на правителя, в чьих глазах вдруг промелькнула тень сомнения.       — С вами всё в порядке? Вы какая-то бледная, — вампир предложил ей свою руку.       — Да, просто тут как-то душно, — Чарли с благодарностью взяла его под руку, а второй ладошкой стала махать перед лицом, стараясь больше не смотреть на Маркуса, который теперь и вовсе погрузился в глубокие раздумия.       Весь путь до покоев Джейн они шли молча, однако перед тем как уйти, вампир наклонился к девушке и прошептал ей на ухо:       — Если вас что-то тревожит, вы можете приходить ко мне в любое время, даже если меня нет на месте, — он выпрямился и серьёзно осмотрел девушку с ног до головы, чуть заметно сощурив глаза, — по крайней мере, вас там точно никто не тронет.       В каком это смысле?       Чарли не успела задать свой вопрос, потому как теперь смотрела на пустой коридор. Дверь же резко открылась и кто-то невесомо затащил девушку внутрь. Этим кем-то оказалась Джейн — безупречная фигура была облачена в безумно дорогое свадебное платье, лиф которого был украшен россыпью драгоценных камней. Сама же девушка с сомнением смотрела на будущую золовку.       — Ну как? — она покрутилась вокруг своей оси, и юбка стала переливаться несколькими оттенками: от нежно-голубого до звеняще-серебрянного.       — Ты очень красивая, Джейн, — Чарли с восторгом наблюдала за тем, как девушка явно смущается под её пристальным взглядом, — Безумно красивая.       — А с фатой сложнее, никак не могу подобрать, — Джейн подозвала к себе одну из вампирш, что тут же принялась показывать ей различные варианты, — Кстати, твоё платье тоже готово. Тамара, помоги Чарли с примеркой.       Вторая девушка в простой одежде с гладко уложенными волосами была той, кто лично шил наряды для самых знатных представителей вампирского мира — свадебные наряды Афинодоры и Сульпиции также были созданы ею. Поэтому Джейн была уверена в том, что ей удастся сохранить баланс между желаемым и тем, чтобы не перейти грань дозволенного этикетом.       — Не понимаю, — недовольно прошептала Тамара, дернув шнуровку корсета, от чего Кларк чуть пошатнулась вперёд, — ты слишком много ешь, дорогая, придётся перешивать.       Чарли взглянула на себя в зеркало, не заметив никаких признаков того, что она пополнела, однако в последнее время все приёмы пищи сводились к визиту в "Белого слона", где она могла часами разговаривать с Бартом о старой жизни, так что вполне возможно, что она и поправилась.       Но чтобы настолько...       — Если не сядешь на диету, то все мои труды будут напрасны, — Тамара цокнула и покачала головой, снимая с девушки платье и вновь делая замеры талии, — ну конечно, целых два сантиметра!       Джейн приподняла очередную фату и удивлённо вскинула брови, на что Чарли растерянно пожала плечами. Один жест Вольтури, и девушки остались в комнате вдвоём.        — Я слишком сильно нервничаю, — призналась девушка, надевая широкую рубашку, принадлежавшую Алеку, — Не думала, что попаду в такое положение, но... Я одновременно и скучаю и не желаю его видеть. Не знаю, что это такое.       Джейн приподняла подол платья и села на широкую кровать, взглядом приглашая Чарли сесть рядом, а затем взяла её руки в свои — действие не привычное для вампирши, и от того более ценное для самой девушки.       — Не думай о том, как сказать «нет», ведь есть миллион причин, чтобы сказать «да», — удивительно мягко и по-матерински настойчиво прозвучали её слова. — Знаешь, мой брат он... В общем, у него довольно сложный характер, но поверь, Алек не из тех, кто бросает слова на ветер.       — Были бы эти слова, Джейн, — Чарли тяжело вздохнула, а затем машинально прикоснулась к груди, недовольно сморщив нос. — Ещё и с сердцем в последнее время что-то странное.       — Бьётся? Для людей это нормально, — блондинка прислушалась и внимательно взглянула на Чарли, чьë лицо, наконец, осветлила лёгкая улыбка. — Монро давно хотел нарисовать тебя. Может, пока замок не окунулся во всю эту суматоху, побудете наедине?       Девушка подозрительно покосилась на невесту, а затем сняла белую вуаль с её головы. Она уверенными рывками оторвала кружево и вернула диадему на светлую головку.       — Как тебе такой вариант? — тёплые ладошки обожгли плечи вампирши, разворачивая ту к зеркалу — в отражении тут же появилась вторая улыбка.— Я не знаю, где найти смелость, Джейн.       Вампирша исчезла буквально на несколько секунд, а затем вернулась с двумя бокалами белого вина, один из которых тут же протянула Чарли.       — Она вот здесь, на дне этого бокала.

***

      Чарли как обычно пообедала у Барта и теперь неспешно попивала кофе, осторожно перелистывая страницы книги по искусству, которую ей посоветовал Маркус. Официант, который знал её пристрастия наизусть, принёс карамельный десерт за счёт заведения и изумлённо взглянул на открытую главу.       — Великое наследие античной Эллады? — тут парень и вовсе присел рядом, вопросительно посомтрев на девушку, а затем перевёл взгляд на книгу. — Не знал, что ты интересуешься монументальной живописью.       — Да, но я немного расстроенна, что самые лучшие колера токсичны, — она сделала несколько пометок в блокноте, а потом протянула его юноше.— Видишь? В составе кадмий и ртуть.       — Моя девушка как-то сказала, что все великие мастера оставляли после себя не только частицу души, но и здоровый отрезок жизни, — кивая, согласился парень.       — Надеюсь, ты бережёшь свою девушку?       — Слава богу, она библиотекарь, — рассмеялся тот, — единственное, что ей грозит — это затеряться среди книг позднего средневековья.       Перезвон колокольчиков заставил Чарли повернуть голову и неестественно поëжиться, глядя в сторону вошедшей девушки, что уверенным шагом направилась к их столику. Солнцезащитные очки в пасмурный день смотрелись инородно, но та не спешила снимать их, наоборот — пододвинула их указательным пальцем ближе к переносице.       — Она приедет на днях, хочу показать ей город и сводить на экскурсию в замок, — парень мечтательно улыбнулся, — думаю, она будет в восторге.       — Не стоит, — тонкие пальцы стали нервно постукивать по кружке, — я была там, весьма посредственная экспозиция, только время зря потеряешь.       — А мне показалась весьма интересной, — недавно вошедшая девушка отодвинула стул и, не снимая перчаток, села за стол, внимательно разглядывая юношу, — ещё никто не жаловался.       — Тео, где тебя черти носят, а ну за работу! — грубый голос повара заставил официанта вздрогнуть, и тот поспешно извинился перед посетительницами.       Чарли недовольно поджала губы, напрягаясь всем телом, даже пальцы ног с силой вжались в пол. Она поднесла к губам напиток, стараясь выглядеть более уверенно, однако понимала, что весь этот фарс — сплошная бессмыслица.       Что ей здесь нужно?              Как назло экран телефона осветился с входящим вызовом, который Чарли тут же смахнула и перевернула мобильник, но вампирша напротив успела разглядеть номер звонившего.       — Так я права? — девушка подперла щеку кулаком и хищно улыбнулась. — Ты влюбилась в Алека.       Чарли пыталась разглядеть её глаза, однако тёмные стекла мешали установить зрительный контакт, ставя Кларк в ещё более неловкое положение.       — Да, — всё же кивнула она и со стуком поставила кружку на стол.       — Тогда мне жаль тебя, — Кэтрин устало вздохнула и взяла в руки солонку с сахаром. — Он стал слишком мягок.       — Мягок? — Чарли заворожено смотрела на то, как белый песок образует небольшую горку.       — Мягок. Как и ты. — спокойно повторила та, — Хотя знаешь, с мужчинами никогда не знаешь наверняка. Они идут туда, куда указывает им член, и никто им не помешает.       Кэтрин замолчала и поставила пустую солонку прямо перед Чарли, которая почувствовала, как тугой комок поднимается вверх прямо к горлу.       — Чарли, не хочешь заказать что-нибудь из обновлённого меню? — внезапно подошедший Барт настойчиво протянул девушке раскрытую картонку.       Чарли сначала непонимающе посмотрела на мужчину, а затем её глаза удивленно округлились. На внутреннем развороте был приклеен ярко-розовый стикер с надписью: "Если тебе нужна помощь, закажи Тирамису".       — Спасибо, но как-нибудь в другой раз, — она вернула ему меню, и мужчина сдержанно улыбнулся ей.       — А вы, сеньора? — Барт деловито повернулся к Кэтрин, которая внимательно смотрела на Чарли, но даже не думал предлагать ей что-нибудь на выбор.       — Я не голодна, — бросила она, махнув рукой, а затем, после того как Барт удалился, тихо, но достаточно уверенно прошептала, чуть приспустив очки, — Я вот что тебе скажу: я никогда тебя не прощу. Я заведую многими делами и считаю, что ты лишь временное увлечение и не более.       Кэтрин легонько щëлкнула пальцем по керамической кружке, которая тут же пошла трещинами, а затем и вовсе лопнула, превращаясь в осколки. Остатки кофе образовали несколько грязных пятен, моментально въевшихся в белоснежную скатерть.       — На счастье, — промурлыкала вампирша и не оглядываясь покинула кафе.

***

      Он не видел её почти два месяца, ещё немного и эти внезапно возникающие задания могли стать причиной того, чтобы отказаться от принципов и плюнуть на всё. И вместо повторяющейся череды дней примчаться сюда, к ней.       Чарли сидела в плетёном кресле, поджав к себе ноги и положив на колени голову. Плечи её были оголены, а тело скрыто за белоснежной шёлковой тканью.       Интересно, есть ли что-то под ней?       Огромные сияющие глаза полюбовно смотрели из-под полуопущеных ресниц на художника, который старательно наносил слой за слоем — каждый мазок заключал в себе безвозмездную любовь и преданность.       — У тебя ведь теперь идеальная память, — по-лисьи улыбнулась девушка и, увидев сдержанный кивок, спросила, — почему же ты заставляешь меня несколько дней сидеть в одной и той же позе?       — Процесс, Чарли, — ответил Монро и теперь встал в полоборота, заметив присутствие Алека, — такое солнце всего лишь несколько минут в день, а ты ведь знаешь, что я дотошен в таких вещах. Вены порежу — не кровь, а масло польëтся, или ты забыла?       Звонкий смех донёс до вампира запах голубых гортензий и белых лилий, которыми девушка была окружена, и теперь аромат её крови немного изменился — стал насыщеннее и ярче, но от того ещё более притягательным.       — Монро, куда ты смотришь всё время? — девушка вытянула шею, чуть извернувшись, и едва не упала со стула, запутавшись в ткани, — Алек?       Вольтури медленно подошёл к мольберту и с видом бывалого знатока стал разглядывать портрет, не до конца понимая, что из увиденного больше походило на реальность.       Хотел бы я забрать её себе.       — Если ты о картине, то с удовольствием, — хмыкнул Монро, собирая кисти, — а вот в другом случае тебе стоит обратиться к ней лично.       Алек перевёл взгляд на Чарли — та стояла, выпрямившись во весь рост, сжимая спереди струящийся шëлк. Тонкие пальцы нервно перебирали складки, а на лице застыла маска неуверенности. Девушка вздрогнула от неожиданности, когда почувствовала на своих плечах тяжесть плаща, который снял с себя вампир.       — Алек, — выдохнула Чарли, делая шаг навстречу, и тут же спряталась в его объятиях.       Сильные жёсткие руки — теперь необычайно нежные и мягко водят вдоль горячей спины, прижимая еще ближе.       — Я звонил тебе сто сорок семь раз, Чарли, — проговорил вампир, наконец оторвавшись от её волос.       Последующие несколько секунд длились безумно долго, и широкие плечи с облегчением опустились, когда прозвучало игривое:       — Ну, теперь мы точно в расчёте.              Чарли наконец посмотрела на него, пытаясь прочесть лицо, которое одновременно выражало и радость, и негодование.       — Ты в порядке? — коснулась рукой щеки.       Вампир податливо прижался к ней — слишком долго ждал.       — Да... просто пару месяцев назад я спорол ужасную глупость, — он обхватил руками её лицо, которое тут же стало на несколько сантиметров ближе — встала на носочки.       — Правда?       Спросила с надеждой, с нескрываемым удовольствием. Сощурила глаза. Губы расплылись в довольно улыбке — Алек теперь почувствовал ладонями ямочки на щёчках.       — Да... я вдруг кое-что понял, но вместо того, чтобы сразу прогнать эту мысль, я стал думать и...       Вновь попал в плен её блестящих глаз. Замолчал, сглатывая яд. Чарли нетерпеливо поджала губы.       — Я знаю, эта мысль верна, но боюсь, она застряла во мне навсегда, — наконец прохрипел Вольтури, ведя руками вдоль скул, и накинул на непослушные кудри капюшон.       — А что за мысль? — Чарли бегло взглянула за его плечо и, не обнаружив там брата, оказалась в непосредственной близости от прохладных губ.       — Что это самые лучшие дни нашей жизни.       Снова поцеловала первая. Не сдержалась. Настойчиво, грубо — не так, как раньше. Даже пыталась прикусить, но разочарованно выдохнула — слишком различны структуры их тел.       Алек опустил руки на талию, сжимая мягкую ткань, через которую отчётливо ощущалась тёплая гладкая кожа.       Кажется, действительно ничего нет.       В оранжерее, кроме них, никого не было. Самих влюблённых скрывала череда дивных цветов, что теперь не отравляли слабое здоровье девушки, а позволяли ей затеряться среди многообразия запахов.       Растения, которыми они были окружены, играли важную роль в том, что скрывала девушка, сама того не зная. Их запахи настолько ярко вбивались в сознание, порой дурманя самые трезвые мысли, что не давали и шанса на то, чтобы заметить одну простую истину.       Чарли нехотя отстранилась и широко зевнула, сладко причмокнув припухшими губами.       — Прости, я... — блуждающий взгляд по её уставшему лицу лишь ещё больше смутил девушку. — День слишком долгий, и давление сегодня... Весь день ужасно клонит в сон.       Алек усмехнулся и подхватил её на руки, чмокнув в висок. Чарли же благодарно улыбнулась ему и, прикрыв глаза, положила свою голову на его плечо.       — Чарли, — шёпотом позвал вампир.       — М? — не разлепляя век промычала девушка.       — Давай уедем.       — Мхм, — также сонно прозвучало в ответ.       Снова ямочки на щеках — не верит, смеётся.       — Я серьёзно, Чарли, — тихо повторил вампир. — Только ты и я.       Стук её сердца вдруг зазвучал непривычно, будто неуверенно спотыкаясь.        — Только ты и я, — сладко повторила девушка, сильнее прижимаясь к нему.       На бледном меловом лице медленно проступила улыбка — такие бывают лишь тогда, когда никто не смотрит. Такие улыбки делают уязвимыми. Но именно такие улыбки позволяют понять, что такое вечность.