Twins

Внешнее обличье чистоты может лгать.

      — Плавнее, Чарли, — мягко, но строго комментировала Ренесми, — нежнее, ты должна почувствовать, когда машина будет готова, и снять ногу со сцепления и одновременно нажать на газ.       Чарли с шумом выдохнула и крепче сжала пальцы на руле, смотря прямо перед собой.       Эта идея посетила её внезапно и почему-то именно сейчас, когда они возвращались из Глазго, накупив гору детской одежды. Ренесми пыталась отговорить её, но аргументы Чарли были твёрдыми и жёсткими. Самым главным был тот, когда она, указывая пальцами на живот, заявила, что иначе пойдёт до дома пешком, и тогда явно что-то случится.       И вообще, эта трасса всегда пустая.       Стрелка спидометра медленно поползла вверх.       Мы не будем ехать быстро.       Чарли слишком резко переключила передачу, так что мотор недовольно зарычал в ответ.       — Мягче, Чарли, — Ренесми настороженно следила за её манипуляциями, готовая в любой момент подстраховать девушку, — перед ямой переключись на первую, машина сама тебя поведёт.       Всего каких-то пару километров.       Это случилось быстро и непредсказуемо. Каким-то образом, рука уверенно переключилась на заднюю передачу, и теперь Ренесми в панике перехватила управление. Однако сцепление так и осталось не тронутым — Чарли растерялась.       Громкий сигнал сзади, визг шин от резкого торможения. Чёрный тонированный лексус трижды прокрутило вокруг себя, приминая металл со всех сторон, и на последок машина перевернулась, слетев с обочины.       Надеюсь, они выжили.       Девушки вышли из автомобиля, и Ренесми едва успела схватить Чарли за руку и не дать той кинуться к пострадавшим.       Взрыв.       Яркая вспышка.       Машина загорелась.       Никто не выбрался.       — Я убила человека, — прошептала Чарли, закрывая ладошками рот, что исказился в неподдельном ужасе.

***

      — Ты всё запомнил, Дон Жуан? — Деметрий с особым наставническим чувством посмотрел на Алека, который гнал по автостраде с такой скоростью, что его телефон не переставая оповещал его о входящих сообщениях — явно из автоинспекции.       — «Я — идиот, я — тупица, я все делал не так», — отчеканил вампир, явно недовольным тем, что ему давали советы по поводу отношений.       Деметрий же закатил глаза и откинулся на пассажирском сидении, при этом подняв указательный палец вверх.       — Не стоит бояться сыграть роль тупого мужика, Алек, — Вольтури провёл рукой по волосам, взъерошивая и так беспорядочные пряди. — В конце концов, в этом и заключается истинное мужское предназначение.       Алек повернул к нему голову, как бы спрашивая, серьёзно ли он, но ни вопрос, ни тем более ответ, так и не прозвучали. Вместо этого Деметрий резко дёрнул руль влево, едва успевая уклониться от машины, которая почему-то сдавала назад.       Если бы вместо них были люди, то те наверняка бы были уже мертвы — металл явно не выдержал такого количества соприкосновения с асфальтом. В добавок ко всему машина взорвалась после нескольких секунд, как Вольтури оказались за её пределами. Однако оба были злы и взбудоражены. Им не нужно было озвучивать свои мысли — сейчас их ждёт внеплановый перекус незадачливым водителем.       Но когда они целые и невредимые показались на трассе, то все мысли разом улетучились.       Вот она стоит, закрывая руками лицо, а плечи её подрагивают от накатившей истерики. Вот она отчаянно мотает головой на попытки второй девушки уговорить её взглянуть. Вот она робко и неуверенно раздвинула пальцы и опасливо, словно через ставни, выглянула из своего укрытия.       Её глаза — её изумительные зелёные глаза — уставились на него не моргая. Казалось, она не видела никого, кроме него, пока Деметрий, улыбаясь, как Чеширский кот, не сделал шаг и не обратился к ней.       — Ты изменилась, Чарли, — лёгким шутливым тоном начал он, — причёску поменяла?       Ренесми одарила его презрительным взглядом, который, кажется, лишь раззадорил ищейку.       Алек же не был в состоянии сдвинуться с места: ноги стали невероятно тяжёлыми, словно гравитация увеличилась вдвое; в горло будто бы вливали раскалённое железо, хоть вампир и не был голоден; внутри него самого бушевала нечеловеческая мука, однако лицо Вольтури было по обыкновению спокойно и отстранённо.       Чего нельзя было сказать о Чарли: девушка стала рвано дышать, хватаясь одной рукой за грудь — где надрывно билось человеческое сердце, а вторая инстинктивно опустилась к животу, мягко поглаживая его.       Глаза вампира расширились, когда он услышал ещё одно сердцебиение — словно крылья колибри, которыми птица отчаянно махала посреди урагана. Чарли, будто почувствовав его интерес, попятилась назад, упираясь бёдрами в капот автомобиля. Ренесми тут же обхватила её плечи и стала водить ладонями вверх-вниз, успокаивая.       — Вы чего тут забыли? — прорычала Каллен, переводя взгляд с Деметрия на Алека, который до сих пор вызывал у неё чувство неподдельного страха.       — Работа, мисс Каллен, — алый взгляд ищейки скользнул к безымянному пальцу девушки, а сам вампир презрительно сощурился. — Я полагаю, вы теперь просто обязаны доставить нас в пункт назначения, потому как...       Он выразительно кивнул в сторону всё ещё полыхающего пламени, а затем подошёл к водительской двери, чем вызвал негодование на лице Ренесми.       — Я думаю, что мужчина лучше справится с...       Девушка обошла его, слегка толкнув плечом, и, прежде чем Деметрий сообразил, плюхнулась на водительское сиденье и, откинув волосы назад, завела машину. Этот звук вывел Чарли из оцепенения, и она с мольбой уставилась на свою подругу.       — Я не думаю, что нам по пути, — бросила та, кивая Чарли на соседнее сиденье.       Однако Деметрий оказался там быстрее, чем Кларк успела развернуться, и теперь она в растерянности смотрела то на Ренесми, которая почти что рычала от непосредственной и непрошенной близости, то на Деметрия, который старательно делал вид, что не замечает её недоумения.       — Вообще-то, нам всем нужно попасть в одно и то же место, дамы, — ищейка взглядом нашёл Алека и одними губами прошептал "не тупи".       Вольтури чуть помотал головой, будто бы смахивая видение, и направился теперь прямиком к Чарли, которая пыталась открыть заднюю дверь, но её пальцы, вспотевшие от напряжения, постоянно соскальзывали с ручки, заставляя девушку пыхтеть от возмущения. Ренесми открыла дверь, собираясь помочь подруге, но тут же была возвращена на место резким движением со стороны.        Алек же теперь стоял позади Чарли, ощущая жар, исходивший от неё, и впитывая запах, который, как и прежде, друманил его разум. И ему стоило огромных усилий не коснуться её волос, которые небрежными локонами спадали вдоль её спины.       — Я помогу, — чуть слышно прошептал он, но девушка вздрогнула от его голоса, и теперь, слишком резко повернувшись, уставилась на него.       Боится?       Она едва касалась своим носом его подбородка, а её дыхание приятно обжигало его шею. Она сделала вдох и прикрыла глаза — Алек видел, как по её телу прошла мелкая дрожь. Затем Чарли также быстро развернулась и, игнорируя его протянутую руку, не с первого раза, но забралась на сидения.       Вампир усмехнулся про себя, наблюдая за ней. Теперь она походила на милого — милого? — бегемотика, который, в перевалочку и с определённой долей неуклюжести, справлялся со своей ношей. Чарли, заметив на себе его тёплый — тёплый? — взгляд, смутилась, покрываясь красными пятнами, и отвернулась, уставившись прямо перед собой и сжимая руки в кулачки. Она не посмотрела на него и тогда, когда он сел рядом с ней и нечаянно задел рукой её бедро, хоть вампир и ощутил, что её сердце забилось ещё быстрее.       — Что вам нужно? — Ренесми бросила взгляд на Алека через зеркало заднего вида и плавно тронулась.       — Есть обстоятельства, которые не терпят отлагательств, — Деметрий чуть оглянулся и нахмурил брови, увидев напряжённую Чарли и такого же хмурого Алека.       Они оба походили на робких и неуверенных подростков на школьном балу, если, конечно, опустить тот момент, что внутри Чарли был восьмимесячный плод их любви.       Ренесми, не выдержав напряжения, решила включить радио, чтобы хоть как-то разбавить гнетущую тишину, в которой было слишком много недосказанности.

Did you really say "No"?

Well I thought you meant "Yes"

There were shadows in your hair

There were flowers on your dress.

      Алек слышал, как она шмыгнула носом, и как в беспокойстве накрыла живот руками. Затем Чарли, отвернувшись к окну, несколько рвано и неуклюже провела ладонью по скулам и щекам.       Плачет?

Then the flowers turned red

And the shadows grew tall

Did I make you disappear?

Were you ever here at all?

      Он очень хотел дотронуться до неё, убрать своими губами то, что приносило ей боль. Внезапно всё его наваждение буквально сошло на нет, и Алек повернулся к девушке как раз в тот момент, когда малыш решил поактивничать и заявить о своём присутствии. Чарли, ещё раз шмыгнув носом, повернулась и стала что-то шептать ребёнку, изредка бросая взгляды на то, как обескураженно тот смотрел на неё.       А что, если это всё не правда?       Тень сомнения, которую Деметрий бы назвал озарением, поселилась где-то внутри вампира, и теперь он с ужасом стал думать о том, что ей пришлось пережить.       Чарли же немного расслабилась — сказалось её общение с малышом, и Алек поймал себя на мысли, что безумно хотел бы прикоснуться к нему, почувствовать то, что заставило её улыбаться.

***

      Как только автомобиль остановился у дома, навстречу к ним вышли уже привычные Чарли вампиры: Каллены были обеспокоены больше всех — они то и дело бросали тревожные взгляды на Ренесми, и та тут же прильнула к своему дедушке, прячась в его крепких объятиях. Деметрий поприветствовал их сдержанным кивком, а затем пожал руку Монро, внимание которого всецело занимали те, кто остался сидеть в машине.       — Чарли, — хрипло обратился к девушке вампир, в нерешительности нахмурив брови.       Девушка подняла на него свой взгляд, полный боли и страдания. Казалось, скажи он ещё раз её имя, и невыплаканные слезы тот час наполнят её глаза.       Не говори со мной так.       Но тем не менее он повторил. Вновь позвал её по имени: с предыханием — так, что мороз по коже; нежно сминая собственные губы под тяжестью двух слогов — слишком желанно, до того, что сводило зубы; с горечью, от которой защипало глаза, и медные ресницы всё же смахнули несколько солоноватых капель.       Не смотри на меня так.       Его глаза проникали в её душу, выкорчевывая упорядоченные чувства с корнем. Гранатовые, с тёмной поволокой, они впивались в её сознание, которое упрямо твердило о ей о договоре, в то время как чувства, которые не угасали ни на секунду, кричали слишком громко — настолько, что нахождение с ним в замкнутом пространстве стало невыносимым.       Она так хотела этого, так ждала, так...       Но руки с силой смяли края рукавов бежевого пальто, не давая хозяйке броситься в обещающие покой объятия.       — Чарли, — стук в окно отвлёк её внимание, и она благодарно приняла помощь своего брата, который помог девушке выйти из автомобиля.       Монро то и дело поглядывал на Алека, который без слов понял всё, что тот хотел донести до него. Тем не менее, угроза всё же была озвучена.       — Ещё раз разобьешь ей сердце — я разобью тебе морду, — прошипел Кларк, прижимая сестру к себе, и, не оборачиваясь, направился к дому.       Чарли же вся продрогла, и теперь с нетерпением ожидала, когда Эсме приготовит ей сладкий согревающий чай. Ожидания скрасил шоколадный торт, который девушка ела вместе с Ренесми. Правда если последней хватило пары кусочков, то Чарли без зазрения совести нанизывала на десертную вилку всё то, что осталось на тарелке — а это был почти целый торт. В последние месяцы она отдавала предпочтение сладкому — могла есть его на завтрак, обед и ужин, запивая всё это сладкии чаем, как делала это и сейчас.       Она с опаской смотрела на то, как Джейн тихо, но совершенно точно, отчитывала брата, который её и вовсе не слушал. Чарли чувствовала его обжигающий взгляд и потому подглядывала за ним украдкой, лишь изредка поднимая глаза.       — Ты меня вообще слушаешь? — Джейн скрестила руки на груди и стала постукивать носочком чёрных туфель о паркет.       — Она славно выглядит, — проговорил Алек куда-то поверх светлой макушки, определенно зная, что Чарли его услышит, — Такой редкий тип женщин, которых беременность делает неотразимыми.       Девушка почувствовала, как к щекам прилила кровь, и теперь они горели, словно жаркая печка в разгар январьской ночи.       Зачем ты так?       Чарли с шумом сделала глоток обжигающего напитка, принимая заботу из рук миссис Каллен, которая, как и все остальные, внимательно наблюдала за происходящим.       — Беременность делает красивой любую женщину, — хмыкнула Джейн, теперь повернувшись в пол оборота и поймав подглядывающие зелёные глаза, — просто у тебя не было возможности это замечать, в силу твоих великих умственных...       — Карлайл, — беспардонно перебил девушку Деметрий, чем вызвал её недовольное фырканье и благодарный взгляд друга. — Тот дампир, Стефан, когда вы видели его в последний раз?       Стефан?       Чарли зашлась в кашле, подавившись шоколадной крошкой — Эсми тут же принялась растирать девушке спину, в то время как она сама легонько постукивала ладошкой по своей груди.       — Пару дней назад, — задумавшись на секунду, ответил Каллен, — он нарушил закон?       Все взгляды устремились на Деметрия, который, проведя пальцем по подоконнику, неопределенно пожал плечами.       — Это мы и собираемся выяснить, — тут он обеспокоенно посмотрел на Чарли, которая со скрипом провела зубцами вилки по тарелке. — Он может быть слишком опасен для Чарли.       — Это бред какой-то, — она сощурила глаза и отрицательно помотала головой, — он никогда не сделал бы мне ничего плохого, ведь он единственный, кто...       — Кто всегда оказывается в самый непредсказуемый,но нужный момент? — Деметрий сделал несколько шагов по направлению к обеденному столу, заведя руки за спину и чуть склонив голову на бок. — Кто дарит тебе дорогие подарки и цветы, несмотря на все твои отказы?       Вампир оперся локтями о поверхность стола и чуть склонился, приблизившись к обескураженному лицу Чарли, что теперь сидела, раскрыв рот, и не знала, что на это сказать. Деметрий, явно довольный тем, что до девушки, наконец, стали доходить истинные намерения самаритянина, продолжил.       — Или может быть он тот, кто зная, какой ужас ты пережила на корабле, — тут Вольтури насторожился, уловив нарастающую панику девушки, но он должен был продолжить, — спокойно наблюдал за тем, какой эффект на тебя произведёт его открытие?       Нет, не может этого быть.       — Карлайл, — Деметрий перевëл свой взгляд на Каллена, который теперь стал мрачнее прежнего — понял, что хотел спросить ищейка, — не обнаружил ли ты в крови Чарли хоть что-то схожее с образцами из замка?       Девушка замерла, затаив дыхание и вцепилась пальцами в холодные руки Эсми, что ни на шаг не отходила от девушки всё это время.       — Я думал об этом, — кивнул Карлайл, сводя брови к переносице, — но оснований предполагать, что в этом замешан Стефан...       Каллен пожал плечами и скрестил руки на груди, уходя в глубокую задумчивость. А Деметрий вновь повернулся к Кларк, у которой глаза были на мокром месте от услышанного.       — Но вы ведь не знаете, что это он, — всхлипнула она, принимая платок из рук Ренесми.       Сама же Каллен уставилась на Деметрия, чуть задрав голову, и недоверчиво помотала ей.       — Действительно, почему вы его подозреваете? — не выдержала Ренесми, попеременно бросая гневный взгляд на прибывших Вольтури.       — Кот, моя дорогая, — промурлыкал ищейка, подходя к полукровке до неприличия близко, и, взяв пальцами рыжий волнистый волосок с её плеча, отстранился от замершей девушки, вновь обращаясь к Чарли. — Разве ты говорила ему о том, что тебя больше не беспокоит наличие животных в доме?       Деметрий сдунул кошачий волос со своей ладони, и тот слишком медленно стал опускаться прямо перед лицом Кларк, которая никак не отреагировала на один из самых сильных аллергенов. Вместо какого-либо ответа, она закрыла лицо руками, а плечи её затряслись в беззвучном рыдании.       Нет, не может быть...       — Вы только посмотрите, до чего довели бедную девушку, мистер-мать вашу-холмс!— не выдержав, вмешалась Джейн, которая, минуя удивлённый взгляд брата, прошла к золовке, вслушиваясь в сердцебиения обоих.       Чарли не понимала, почему все, кого она подпускает близко к сердцу, выдают себя совершенно не за тех, кем являются. И чаще всего это открытие ужасно ранило где-то внутри, там, куда не сможет добраться ни первоклассный хирург, ни чудодейственная таблетка.       — Ай, — девушка зашипела, хватаясь за живот, который вдруг стал будто каменным.              Её встревоженные глаза метнулись к Алеку, который подорвался прежде, чем Джейн успела перехватить его. И когда он обеспокоенно дотронулся до её живота, Чарли перестала понимать всё, что происходило вокруг: Карлайл задавал какие-то вопросы, Монро в панике не знал, куда себя деть, и теперь слишком сильно вцепился в плечи Джейн, что шикнула на него, но не более — её взгляд был тоже устремлён к его сестре.       Но всё, что чувствовала и видела девушка, это его руки, которые чуть дрогнули, стоило им ощутить ощутимый пинок под собой; его сбившееся дыхание, когда она дотронулась до его волос — о боги, как она хотела прикоснуться к ним — и повела рукой ниже, проводя пальцами по холодному лбу; его заискрившиеся в свете заходящего солнца рубиновые глаза.       Я всё бы отдала, но...

***

      То, что Алек ощутил, когда соприкоснулся с маленьким существом внутри его любимой — теперь он был в этом уверен — женщины, можно было сравнить с рождением сверхновой: ярко, громко, всеобъемлюще.       Но почему она так смотрит на меня?       Чарли, не выдержав, сделала шаг назад и теперь обратилась свой взор к Карлайлу, оставляя Алека в непонятном чувстве опустошения.       — Это ложные схватки, Чарли, — Каллен, по обыкновению, мягко улыбнулся девушке, — такое бывает, когда срок приближается к...       — Нужно отвести Чарли и Ренесми наверх, — перебил его Монро, настороженно поглядывая на дверь.       Дважды повторять не пришлось — Эсми тут же подхватила Чарли с одной стороны, помогая той как можно быстрее оказаться наверху. Оставшиеся вампиры настороженно прислушались, вторя действию Кларка.       Ожидание не оказалось слишком утомительным, так как буквально через несколько секунд дверь отворилась настежь, впуская внутрь ураган под названием "Свобода Великой Шотландии".       Уильям же не успел сделать и шага — его нога так и зависла в воздухе, предавая образу больше комичности. Сам же гость не был подготовлен к такому пристальному вниманию и теперь слишком медленно, даже для вампира, проговорил:       — Вечер добрый, — однако его интонация поползла вверх, делая утверждение вопросом.       — Уильям? — Монро нахмурился сильнее, вслушиваясь в поток мыслей вампира, который смотрел на него как на умалишенного.       — А кто же ещё, — хмыкнул он, проведя большим и указательными пальцами по бороде.       — Твои мысли, они... — Монро помотал головой, разбрасывая кудри, и шумно выдохнул.       — Да-да, не спешите испортить сюрприз, господа вампиры, — взгляд визитëра наткнулся на Алека, который не особо был рад увидеть его сейчас, в тот самый момент, когда ему, возможно, удалось бы сделать ещё шаг к душе Чарли, котору он сам же и растоптал.       — Я тоже рад видеть вас, милорд, — Уоллес вычурно и слишком брезгливо обозначил последнее слово, но, не обращая более внимания на раздражённого англичанина, продолжил, протягивая руку Монро, — Можете меня поздравить, я наконец-то поймал нашего извращенца.       Тут Уильям взглянул прямо в глаза своего собрата и стал прокручивать всё то, что было ему известно. На светлом лице Кларка попеременно стали проступать приступы ненависти, отвращения и ярости, которые в конце концов, вылились в утробный рык.       — Ты был прав, — повернулся он к Деметрию, сжимая руки в кулаки, — Стефан оказался не тем, кем мы его считали.       — Где он?! — почти что в унисон прокричали Вольтури, чем только вызвали усмешку на лице шотландца.       Тот оперся спиной о косяк и присвистнул, несмотря на то, что двое разъярëнных мужчин были на грани совершения убийства.       — А вам, я смотрю, очень нужен этот экземпляр, — нараспев проговорил тот, принявшись разглядывать собственные ногти.       Да что он себе позволяет.       Алек хотел было прижать наглеца к стене, но Монро вскинул руку в жесте, который тот перенял у Аро, чем вызвал неприкосновенное подчинение прямо в подсознании вампира.       — Что ты хочешь взамен? — Монро внимательно всматривался в лицо Уильяма, пока тот не расплылся в широкой улыбке, сверкая глазами.       Кларк повернулся к Алеку, вопросительно вскинув одну бровь.       — Я сомневаюсь, что он...       — Всё, что угодно, — бросил Алек и направился к выходу, — я сделаю ради неё всё, что угодно.