Twins

Да. Дочь Дракулы. Все сначала пугаются.

      Аллали́я.       Это моя вина.       Чарли тайком листала очередной справочник по медицине, безуспешно пытаясь отыскать что-то новое. Она с шумом захлопнула книгу, когда услышала за спиной голос Карлайла.       — Чарли, перестань этим заниматься, — Каллен мог без труда забрать у девушки старый двухтомник, однако терпеливо ждал, пока Чарли сама не передаст его.       Она с глубокой печалью посмотрела на Карлайла и не хотя отодвинула книгу, а затем прикрыла глаза и помотала головой, массируя лоб.       — Там написано, что это возникает в процессе родов, Карлайл, — всё так же стоя в задумчивости прошептала она, — значит, что...       — Это ничего не значит, — оборвал её вампир и утешающе погладил её плечо, — Алекс изначально была такой, у неё по-просту нет голосовых связок.       Карлайл понял это сразу, как только взял малышку на руки и стал проверять показатели новорождённых. Он слышал и видел, что девочка дышит, но при этом не издаёт не звука. Даже если не было плача, то должно было бы быть агуканье или младенческое ворчание, но ни того, ни другого не было.       Однако когда Чарли рассказала ему о том, что слышала чёткий голос в голове, то промелькнула слабая надежда на то, что девочка сможет общаться иным способом. Хоть и поначалу никто, кроме Чарли, не слышал то, что хотела сказать еë дочь.       Никто, кроме Ренесми.       Каллен решила зайти с другой стороны и показать малышке то, что умеет сама. Ренесми показала ей своё детство, в котором мелькали уже знакомые Александре лица. В какой-то момент пухлое личико вытянулось в удивлении, а затем губы растянулись в довольной улыбке.       — Нет, это мой Джейкоб, — пожурила её Несси, касаясь пальчиком крошечного носа, который тут же сморщился от беззвучного смеха.       — Ты что-то слышала? — Чарли опустилась рядом, глядя на искрящиеся счастьем огромные глаза.       "Джейкоб красивый".       Кларк тихо рассмеялась, хитро поглядывая на Ренесми, которая теперь смотрела на неё с непониманием.       — Прости, Несс, но у тебя подрастает конкуренция, — Чарли взяла малышку на руки и прижала к себе, поочерёдно целуя розоватые щёчки.       "Конкуренция?"       Тёмные брови вздëрнулись домиком и вновь большие изумрудные глаза, обрамлённые густыми чёрными ресницами, уставились в недоумении. Чарли готова была смотреть на них вечность, объясняя дочурке значение новых слов, которые та впитывала гораздо быстрее, чем обычный человек. Более того, её рост был слишком быстрым, как и у Ренесми, поэтому, двое вампиров, поспешивших навестить новоиспеченную маму и свою племянницу, немного удивились.       — На вид ей месяца три, — Монро, поцеловав свою сестру, аккуратно выглянул из-за её плеча, чтобы не напугать малышку.       Александра насторожилась, когда увидела своего дядю, а затем повернулась к матери и в ожидании открыла рот, обнажая белоснежные резцы.       — Не бойся, это твои дядя и тётя, — Чарли кивнула у сторону Джейн, которая всё это время не решалась подойти ближе.       Но девочка сделала всё сама, решив вывернуться из тёплых рук матери, и посмотрела на ошарашенную Вольтури сощуренным подозревающим взглядом. Затем малышка высунула розоватый язычок и зажмурилась, от чего стала похожа на совершенно обычного ребёнка, которому свойственны были проказы и дурачества.       Блондинка оцепенела, сжимая пальцами края рукавов. Её алые глаза вдруг потеплели, и Чарли на секунду показалась, что они стали мутнее, чем обычно. Джейн пару раз моргнула и помотала головой, смахивая наваждение, а затем опустилась на колени, чтобы быть на одном уровне с кукольным личиком Александры.       — Я Джейн, — вампирша протянула малышке руку, и та обхватила еë мизинец своими крепкими пальчиками, продолжая изучающе смотреть на незнакомку.— Ты так похожа на своего отца.       Девочка тут же нахмурила брови и обернулась, глядя на мать, на что та еле заметно помотала головой.              Чарли очень боялась, что об особености её дочери узнаёт Аро, и заберёт малютку к себе, поэтому с той самой минуты, как она узнала о приезде брата, стала усиленно объяснять Александре, чтобы та ни в коем случае не использовала свой дар при общении с кем-то, помимо неё или Калленов. На счёт самого Монро Чарли же не беспокоилась — с его способностью целенаправленное общение его племянницы могло восприниматься как обычное чтение мыслей. Но в данной ситуации рисковать совсем не хотелось.       — Хочешь подержать её? — Чарли осторожно передала девочку в руки Джейн.       Вольтури стояла совершенно растерянная и ошарашенная: замерла, не решаясь сделать лишнего движения. Казалось, она и вовсе боялась причинить вред крохотному существу, чьи ручки потянулись к выбившимся белокурым прядям, а затем с силой дёрнули их на себя. Джейн нервно рассмеялась от такой прыти.       — А ты, я посмотрю, с характером, — промурлыкала она, позволяя малышке безуспешно попытаться ущипнуть себя за щëку, от чего пухлое личико стало покрываться красными пятнами от напряжения.       — Это у нас семейное, — Монро сидел рядом с сестрой, обнимая ту со спины и утыкаясь носом в её волосы.       Чарли же прикрыла глаза, купаясь в довольно холодных объятиях брата: она щекотала его шею своим дыханием, от чего вампир чуть сильнее сжимал пальцы на её руках. Им обоим безумно не хватало друг друга, и оба понимали цену их вынужденного расставания.       Вдруг Монро встрепенулся и, немного поелозив, достал из внутреннего кармана конверт, глядя на который у Чарли галопом забилось сердце: золотая печать знакомого герба будто клеймо отпечаталась в её глазах. Но стоило ей почуять обволакивающий мятный запах, как девушка с облегчением переняла письмо в свои руки.       — Маркус? — прошептала она, задирая голову вверх и получая лёгкий поцелуй в лоб вместо ответа.       Александра, оторвавшись от исследования, которое заключалось в проверке прочности пальцев и нервов своей тётушки, вновь посмотрела на мать, которая теперь встала, собираясь прочесть послание от того, кто поддерживал её с первой минуты появления в замке.       — Конечно ты можешь пойти ко мне на ручки, принцесса, — Монро опустился на пол к своей супруге, и девочка ловко переползла к вампиру, настойчиво потянувшись к его волосам. — Это потому, что мы с твоей мамой близнецы, ай!       Он притворно сморщил нос и зажмурился: будто бы то, как она дëрнула его за уши, действительно могло доставить неприятные ощущения. В ответ малышка широко улыбнулась, показывая ямочки на пухлых розовых щёчках, а её плечики сотряслись в беззвучном смехе.       — И я безумно люблю тебя, принцесса, — Монро чмокнул племянницу в лобик, и на мгновение его глаза расширились, а затем он обеспокоенно посмотрел на сестру, которая только-только открыла конверт. — Чарли, откуда она знает про оборотней? Ей всего несколько дней от роду.       Чарли мельком взглянула на дочь, как бы намекая ей быть осторожнее в своих мыслях, а затем неопределённо пожала плечами:       — Не вижу в этом ничего плохого, Джейк хороший парень.       Джейн закатила глаза и недовольно фыркнула, будто бы Кларк сказала самую большую глупость на свете, а затем сморщила нос, принюхиваясь.       — А я то думала, что это ваш кот линяет, — вампирша осеклась, когда услышала протяжное "мяу", доносившееся со второго этажа, будто бы животное полностью понимало, о чем шла речь. — Вам не кажется, что Мистер Пликли...       — Пиквик, — перебила её Чарли, нетерпеливо сминая пальцами плотную бумагу.       — Пиквик, в общем, не важно, — Джейн передернула плечами, глядя на лестницу, с которой на неё глазело пушистое грозное создание, совершенно не моргая. — Да вы посмотрите на него, он как будто понимает всё, о чем я говорю!       Кот в ответ дёрнул усами и опустился, приподняв одну лапу вверх, и принялся начищать своё хозяйство, всем своим видом выражая своё мнение по поводу слов вампирши.       — Котёнок, брось, это просто животное, — отмахнулся Монро, оставляя Джейн один на один в противостоянии с любимцем семьи, — а вот оборотни, Чарли, очень опасные существа.       Кларк выразительно посмотрел на сестру, которая нахмурившись, прикусила нижнюю губу и стала постукивать ноготками по мраморной столешнице. Она по привычке стала накручивать прядь, однако в этот раз несколь волос осталось в её ладони, и Чарли, устало вздохнув, уставилась на своего брата.       — Джейк ничего плохого не сделал, — она заметила, как сверкнули огоньки в глазах дочери, — к тому же он запечатлён с Ренесми. Не понимаю, к чему такой шум.       Малышка требовательно потянула ручки к маме, и Монро передал племянницу сестре. Девочка тут же стала по хозяйски хватать её за грудь, пытаясь разорвать футболку.       — Она хочет есть, — Монро робко улыбнулся и отвернулся, когда Чарли стала расстегивать молнии, — не знал, что ты кормишь грудью.       — Иногда, — она поудобнее перехватила дочку, которая с удовольствием причмокивала, хлопая длинным, как у куклы, ресницами. — По большему счету она предпочитает кровь.       Услышав это слово, малышка заëрзала и облизнула губы, вопросительно смотря на Чарли и дергая её локоны. Кларк, уже зная повадки дочери, достала приготовленную порцию и налила её в бутылочку, которую Александра с аппетитом стала пить.       — А что на счёт тебя? — осторожно спросила Джейн, наблюдая за тем, как копия её брата с особым удовольствием причмокивала, иногда делая вдохи невпопад, от чего несколько алых капель всё же попадали на одежду.       — У меня есть год, — Чарли вновь посмотрела на непрочитанное письмо.       If you wanna be my lover, you have got to give,       Taking is too easy, but that's the way it is.              Монро, ухмыльнувшись и подняв руки в сдающемся жесте, направился к выходу. Чарли мысленно поблагодарила его и собиралась уже забрать бутылочку, как вдруг маленький комочек на её руках обмяк и потяжелел: малышка уснула, зажав трубочку зубами.       — Подержишь?       Джейн встрепенулась от неожиданной просьбы и робко кивнула, неумело сложив руки в колыбель. Кларк, умилившись от такого вида девушки, с трепетом посмотрела на неё и, возможно, впервые поняла, почему Монро женился на ней.       — А ей не будет холодно? —прошептала Джейн и обеспокоено взглянула на Чарли, которая собралась уходить, чтобы прочесть письмо в одиночестве. — Ты что, уходишь?       — Не паникуй, она крепко спит, — Кларк широко улыбнулась, наблюдая за мимолётной паникой на лице Вольтури, — и нет, она не замёрзнет, Эсми часто забирает её, чтобы я отдохнула.       Джейн кратко кивнула, но осознание того, что она останется один на один с ребёнком, её немного пугало, поэтому она замерла и, кажется, вовсе перестала дышать.       Когда Чарли закрыла за собой дверь в комнату, она сделала судорожный вдох — слишком страшно было читать новости из Вольтерры, даже если их отправителем и был Маркус. Но все опасения девушки о возможном предупреждении об опасности рассыпались в прах, когда глаза бегло прошлись по словам искреннего поздравления и сердечного признания в любви к юной Александре, которая, как надеялся правитель, пребывает в добром здравии.       Чарли решила, что обязательно отправит обратно фотографию малышки, чтобы выразить свою признательность и благодарность. Тем более, что подарок, который приподнëс Александре Маркус, был слишком широким жестом, а именно: банковские счета, открытые на имя её дочери на пяти континентах мира.

***

      Вторая особенность девочки проявилась ближе к году, когда она уже выглядела как семилетний ребёнок.       Чарли прогуливалась с дочерью по берегу океана, бросая камешки в тёмные волны. Александра поначалу просто наблюдала за матерью, а затем с сосредоточенным выражением лица и прикусив губу — как часто это делала её мать — неотрывно стала смотреть на маленький камушек, который поднялся в воздух и завис на месте прямо перед довольным бледным лицом: её широко распахнутые глаза хитро сверкнули, глядя в глаза матери, которая замерла, раскрыв рот от удивления; самодовольная улыбка вновь проявила ямочки на пухлых щёчках малышки и она взяла Чарли за руку.       "Плохо, мама?"       — Нет, детка, что ты, — девушка присела на корточки и обхватила руками взволнованное лицо, которое обрамляли аккуратные тёмно-каштановые локоны. — Это чудесно, Алекс. Ты невероятна.       "Тогда почему ты расстроенна?"       Девочка сдвинула брови и выпятила нижнюю губу, которая слегка подрагивала, а в глазах застыли немые слезы — очень боялась обидеть маму. Чарли улыбнулась и убрала пряди шёлковых тёмных волос за уши, продолжая пристально смотреть в зеркало своих глаз.       — Я просто удивлена, — она поцеловала горячий лоб, и Алекс вновь улыбнулась улыбкой, которая досталась ей от матери: широкой, открытой и ясной.       Чарли не врала. От части она действительно была обескуражена ещё одной способностью дочери. Но именно это и безумно пугало её: через два месяца Вольтури должны будут лично прибыть, чтобы проследить за обращением. И Кларк боялась даже подумать, что случится, если это будет Аро собственной персоной.       И именно поэтому она ужасно переживала, когда отправляла Алекс в Глазго вместе с Карлайлом. Был канун Дня всех святых, и маленькой Кларк необходимо было всенепременно побывать на рынке, чтобы приобрести зелёные яблоки и большую оранжевую тыкву. К тому же, как упоминала сама девочка, вертясь перед зеркалом и поправляя полосатый серебристо-зелëный шарф, который ей связала Эсми, она очень хотела показать свой костюм хоть кому-нибудь постороннему, что, учитывая их затворнический образ жизни было весьма проблематично.       "Ну пожалуйста, мамочка! Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! "       Огромные зелёные глаза смотрели прямо в душу, и, в конце концов, Чарли сдалась. Она поправила сшитую миссис Каллен мантию и вручила Алекс палочку, так что сейчас она наверняка походила на юную студентку небезызвестного факультета. Девочка крепко обняла маму и хотела было расцеловать её, но Кларк отодвинулась и потëрла свой раскрасневшийся нос.       — Заразишься ещё, — прогнусавила Кларк и натянула на тёмную макушку тёплую шапку в тон шарфу, от чего Алекс скривилась в лице, намекая, что ей это ни к чему. — Не спорь, ты ещё маленькая, чтобы без шапки ходить.       Александра закатила глаза и, приняв вид наиболее отстранённый и самодовольный, гордо прошагала к выходу, не забыв громко хлопнув дверью.       Чарли устало вздохнула и просеменила к крыльцу, с которого почему-то продолжало доносить прохладный осенний ветер, и сразу поняла причину сквозняка: изумрудный помпон мешал двери закрыться полностью. Девушка громко чихнула и подняла скинутую шапку, сжав в руке тёплую шерсть, и в голове помимо её воли промелькнула одна болезненная мысль.       Вся в отца.       Чарли почти сразу же уснула, оставив малиновый чай недопитым и закутавшись в тёплый плед с головой, и не сразу поняла, что Алекс с Карлайлом и Эсми уже вернулись. Лишь понемногу, слыша, как переговариваются вампиры, она выглянула из своего укрытия, собираясь расспросить о результатах поездки, как тут же зашлась в громком кашле, привлекая всеобщее внимание.       Всё бы ничего, если бы не алые глаза, смотрящие на неё с таким же удивлением.       — Привет, Чарли, — хмыкнул Деметрий и по обыкновению взъерошил волосы, смахивая на пол несколько капель воды — на улице начался сильный дождь.       Алекс, всё это время сидевшая на руках у Эсми, увидев, что её мама проснулась, тут же подбежала к ней и указала ребром ладони сначала на лоб, а затем на подобродок, при этом не переставая вопросительно всматриваться в озадаченное веснушчатое лицо. Такие же лица были и у Карлайла с Эсми, в то время как Деметрий в задумчивости почесал затылок, ничего не понимая в таком общении.       "Папа?"       В её вопросе было столько надежды и столько боли, что Чарли понадобилось несколько минут, чтобы взять себя в руки и не выдать своё переживание дрожащим голосом.       — Нет, принцесса, это наш друг, — Чарли сопровождала свою речь соответствующими движениями.       Так они делали всегда, когда рядом оказывался кто-то извне, иначе их общение бы сразу выдало необычные способности девочки. Алекс поджала губы и сосредоточенно, почти что со злобой посмотрела на Вольтури, который замер, разглядывая девочку, и Чарли поняла:       Он заметил. Не мог не заметить.       Девочка сощурилась ещё сильнее, не отводя своего пристального взгляда от красноглазого вампира, который в принципе не жаловал детей, а под натиском злобных искр и вовсе не знал, как поступить.       — Деметрий, проходи, не стоит стоять на пороге, — Карлайл перенял на себя внимание и вежливо указал рукой внутрь гостинной.       Вольтури опустился на кресло напротив Чарли, и Алекс, мотнув головой и тем самым обдав ошарашенного ищейку аккуратными, но на удивление хлëсткими локонами, с разбегу прыгнула на второй этаж и, судя по звукам, заперлась в ванной комнате.       Кларк глазами нашла Эсме и та, без слов поняв, о чëм её просила Чарли, поспешила за девочкой, уводя за собой и Карлайла.       — Привет, — Чарли слабо улыбнулась и уселась по-турецки, стянув плед на ноги.— Я думала, что у нас есть ещё время.       — Не так много, на самом деле, — Вольтури положил руки на подлокотники и откинулся на спинку, — Аро должен удостовериться в том, что ребёнок тот, кем он является, в чëм я, кстати говоря, никогда не сомневался.       — Я знаю, Деметрий, знаю, — девушка шмыгнула носом, прислушиваясь к копошению наверху, — но спасибо. Это сделаешь ты?       Чарли выдохнула с облегчением, когда увидела уверенный кивок ищейки — это означало, что никого из Вольтури более ожидать не стоит.       — Кстати, что это за фокусы? — Деметрий кивнул в сторону брошенной на пол мантии и палочки, а затем перевëл взгляд на обомлевшую Чарли.       — Фокусы? — она громко сглотнула, отмечая, что шум наверху прекратился — слушают.       — Ну, знаешь, я получил знатно, — тут Деметрий постучал ладонью по голове, имитируя удар, — современные технологии это что-то.       Какого лешего там произошло?!       Чарли уже представляла, как будет отчитывать дочь за неосмотрительность, но в ответ неопределённо пожала плечами:       — Дети, что с них взять.       Деметрий хмыкнул и посмотрел куда-то за плечо девушки: его взгляд был не сколько пугающим, сколько пристально изучающим и оценивающим ситуацию. Чарли повернулась и увидела Алекс, которая сидела, свесив ноги через деревянные балясины, и виновато улыбалась матери.       "Рассечь воздух и взмахнуть! "       Чарли мысленно ударила себя по лбу ладонью, всем своим видом показывая дочери, как сильно та подставилась, и если бы не её любовь к миру чародейства и волшебства, то все они бы уже держали путь в старинный замок иного рода.

***

      Отношения между Алекс и Деметрием не сложились сразу же, как первая поняла, что этот вампир совсем не папа, и что он не собирается даже рассказывать ей о нём, как бы она того не просила.       А девочка была весьма изобретательна.       По-началу она приняла тактику обиженного ребёнка и пыталась всячески задеть представителя королевского клана, каким-то особенным местом чувствуя, что ей ничего за это не будет.       Например, она часто перекладывала спящего кота на чёрную и непременно идеально выглаженную одежду Вольтури: тот приходил в неописуемое бешенство, когда обнаруживал рыжую шерсть, которая почему-то была буквально повсюду, хотя тот был уверен — он никогда не пускал животное в отведенную ему комнату.       В другой раз, когда девочка вновь получила отказ, она с удовольствием наблюдала за тем, как Деметрий доставал из стиральной машинки испорченный плащ: серо-белые пятна, появившиеся от перепутанного с гелем для стирки отбеливателем, отправили добрую половину вещей на помойку.       И теперь, когда перед ней сидел мужчина в джинсах и тёмно-синем пуловере, который принадлежал Карлайлу, Алекс решила сжалиться и пойти на мирные переговоры.       Девочка беззвучно подошла к читающему Деметрию, который безусловно знал о природе всех загадочных выходок и старательно делал вид, что ему нет никакого дела до наглой полукровки.       Тёплая ладошка вдруг коснулась его холодной руки и он вздрогнул. Не от испуга, а от такого, какой горячей и нежной оказалась кожа девочки.       — Чего тебе? — Вольтури положил книгу на колени, не намереваясь надолго отстраняться от чтения.       Алекс, в чьих глазах промелькнули озорные огоньки, протянула к нему ручку и указала пальчиком на блестящую подвеску, украшенную россыпью драгоценных камней.       — Тебе не зачем это знать, — в который раз повторил вампир, поднимая книгу.       Но Алекс, понимая, что её шансы стремительно падают вниз, крепко схватила его за запястье, привлекая его внимание, и, когда Деметрий раздраженно цокнул,но всё же посмотрел на неё, то сложила ладошки в молящем жесте и чуть потрясла ими, не забывая сделать щенячье выражение лица и нагнать по-больше грусти в широко-распахнутые глаза.       — Твоя мама меня убьёт, — Вольтури отложил книгу в сторону и, увидев победоносное выражение, с неохотой начал рассказывать девочке о своём клане.