Мимолётное мгновение

             Сай так любит указывать. «Переиграй здесь». «Не забудь про обращение интервалов». «Уходи с пар сейчас». «Читай Дэвида Бирна». «Подними плечи». «Оставайся сегодня у меня».            Аня не из тех людей, которые желают действовать по чьему-то указанию, но Сай и её голос — твёрдый, но спокойный — действуют как наркотик, обездвиживающий тело и весь организм Ани. И все ее возражения превращаются в «Где я буду спать?».             Аня лежит на кровати — невероятно мягкой, она словно тонет в ней, — а Светлицкая лежит на матрасе, рядом. Не то чтобы Аня была против — вообще нет. Сай сама предложила, а Аня не помнит, когда в последний раз спала на большой, мягкой кровати. А ещё ей тепло. Аня сегодня окончательно поняла, что скрывать что-то от Светлицкой, в том числе холод и голод, просто бесполезно. Аня ничего не говорила и даже не дрожала, но Сай без слов накинула на неё поверх одеяла ещё и плед с облачками. Тревога сегодня больше ни разу не побеспокоила, не закричала и не засмеялась, оставила только свой гнилой привкус во рту.       — Гравэ? — спрашивает Сай.       — Темп выразительности.       — Дискант?       — Вид многоголосия, — отвечает Аня.

   Это удивительно.

      На самом деле, Аня любит читать как в спонтанное, абсолютно любое время, так и перед сном. От Сая она этого никогда не скрывала. Сай, любящая остро пошутить, могла бы подкинуть Ане перед сном сборник сказок о галактике, который Аня однажды увидела у неё на полке, но вместо этого Светлицкая дала ей каталог Мессье. И сейчас, замученная бессоницей и головной болью, решила поиграть с Сай в «угадайку». Большинство всех объектов из каталога блондинка, как оказалось, знает наизусть.       — М16       — Туманность Орёл.       — М24       — Звёздное облако Стрельца.       — ..А М74?       — Спиральная галактика Рыб, —улыбается Сай и тянется пальцем к плечу Ани через бортик кровати.       — Точно! — говорит Аня поражённо. Сай тепло улыбается. — Как так-то?       — Цветочек, мне эту книжку в восьмом классе подарили. Естественно, за это время я проштудировал её от А до Я, а точнее, от М1 до М110.       — M110?       — Галактика в Андромеде. Моя любимая.       — Офигеть! Сай приглушённо смеётся и говорит, улыбаясь:       — Объектов во Вселенной гораздо больше, чем сто десять, и их я, конечно же, не знаю.       — Так сколько тебе лет? – после некоторого молчания вдруг задаёт вопрос Аня, подпрыгивая с кровати и заглядывая вниз.       — Раз тебя так это волнует .. двадцать три было в августе.        — Х-ух.. ты меня напугала, когда сказала, что тебе тридцать три... — в ответ слышится недовольное рычание, и Аня сразу произносит тихое «ой, прости».       — Я не страшный педофил, успокойся!       — Эй, мы не говорили об этом!       Сай опять издевается. Аня плохо разбирается в космосе и музыке. Есть только две вещи, которые находятся за пределами её воображения: космос и Сай.       И Сай ли? Пока эта барышня затирает в своем воображении про Мессье и другую чушь, отдавая музыке примерно 60% «репетиторства» , Аня думает над Сай. То есть, Саем. Лиссой, Мелиссой. Когда она говорит с Юлей о своей наставнице, она говорит о ней, как о женщине. И в это же время старается употреблять только мужской род в обращении к самой Сай. Аня понимает: это выбор, это комфорт и предпочтение. Но Аня не понимает, почему. Она такая женственная, высокая, грациозная и элегантная, но шикает на любого, кто обратится к ней в женском роде. Аня никогда не говорила с Сай об этом, но ей очень хочется, хотя она понимает: это не её дело. Они просто занимаются.. музыкой.       Аня глубоко вздыхает и откладывает книгу на прикроватную тумбочку, но ночник не выключает — значит, спать ещё не собирается. Вздыхает снова.       — Что такое? — осторожно спрашивает Сай, следя за каждой реакцией Ани.       — Просто... — Аня перебирает между пальцев одеяло, мнётся и тихо продолжает: — Как там Марсик? Я покормила его перед уходом, он немного ест, но я ещё никогда не оставляла его одного надолго.       Аня замолкает, и недолгая тишина разбивается от весёлого смеха Светлицкой.       — Господи, а я-то думал!.. Какая ты чувствительная и добрая, Цветочек! Никогда бы не подумал раньше, что ты вот такая!       И вот оно. Аня недовольно сопит. «Раньше ты меня игнорила, поэтому ничего не замечала», — крутится у Ани в голове, но она не скажет этого вслух.       — Ну, чего ты? Обиделась, что ли? — Аня хмыкает. — О, боже, ну, хочешь я отвезу тебя к твоему Марсику? Только потом приедем обратно. Дома у тебя сумасшедшая обитательница.       «Но сейчас ты смотришь на меня и помогаешь не только с музыкой».       — Да.

_____

      Светлицкая готова признаться, что сегодня не о том думает. Усталость или, быть может, временная перезагрузка мозга, но пока Аня, сквозь зубы ругаясь, играет на гитаре, та неотрывно смотрит на студентку, склонив голову на сложенные руки, и молчит. Вот именно, молчит. Обычно её в такие моменты не заткнёшь. Аня перебирает струны, переставляет аккорды, говорит про какие-то правила, которые сопровождают практические действия. Аня вслух читает о какой-то звезде, а Сай... где-то не здесь.       Но сегодня её мозг «отключён». Она не может сказать, что сделал Гвидо д’Ареццоне, не может вспомнить, кто использовал разные системы неравномерной темперации, не может в подробностях рассказать про атмосферу на Венере. Мозг отказывается работать, а Аня тем временем продолжает усердно фыркать себе под нос, каждые пятнадцать секунд повторяя: «Я ничего не понимаю».       — У тебя милые бровки.       Тишина, ровная и гладкая, как стекло, укрывает всю комнату, и слышным становится только дыхание — прерывистое и несмелое, это дыхание Ани. Потому что Сай тихо замерла, кажется, совсем не дыша. Аня, наконец, осмеливается поднять голову.       — Что?       Но Сай не повторяет. Она так же спокойно и невозмутимо смотрит на Аню своим бесцветным взглядом и молчит.       — Спасибо, — шепчет Аня тихо и смущённо опускает глаза обратно на гитару. Теперь совершенно точно она не сможет думать об арпеджио, барэ и прочей херне. Но она делает вид, что думает об этом, а не о том, что Сай несколько секунд назад сделала ей комплимент, и это заставило её сердце задрожать. В восемь часов вечера Аня надевает куртку и собирается прощаться, прежде чем блондинка останавливает её.       — Сними. Нужно поговорить, — Аня сначала хлопает глазами, смотря вверх, но послушно снимает куртку и идёт следом за хозяйкой дома.       — Я нашёл четырех парней и отвожу их в Питер. Буду продвигать и учить их там, — сердце Ани замирает.       Она знала об этом с самого начала, но знаете это чувство, когда что-то внутри тебя говорит: «но это будет потом, а сейчас все хорошо». Так вот, никогда нельзя доверять этому голосу в голове. Аня продолжает молчать, бессловно похоронив общение с Сай.       — Я буду с ними в Питере две недели. Все это время я хочу, чтобы мы занимались по видеосвязи. Я буду внимательно следить за твоим прогрессом. Не думай, что что-то изменится. Вот так просто ты не отделаешься от меня.       — Сай! – Аня не выдерживает. Ну нельзя так, то есть, как вообще это возможно? — Я правда не понимаю, зачем тебе это нужно. Ты планируешь возвращаться в Воронеж только ради моего обучения? Это бессмысленно. Ты нашёл себе «будущих звёзд», так проведи год с ними спокойно.       — Ты даже представить себе не можешь, насколько превзойдешь этих ребят, Цветочек, — мягко улыбается блондинка и манит пальцем к своей комнате. — Деньги здесь. Возьмёшь, если будет нужно. Сколько хочешь.       — То есть как это «сколько захочешь»? — Аня округляет глаза. — Я не понимаю, зачем тебе это, я серьёзно, мне ничего от тебя не нужно, я же ничего не просила, кроме помощи по музыке.       — Да помолчи ты, — говорит Сай и морщится. Бессвязный поток слов её угнетает. — Ты всё поняла. Нужно будет — берёшь. Если тебе так важно, можешь написать мне, но мне всё равно. А этим, — она протягивает Ане скреплённые скрепкой купюры, — заплатишь за отопление и свет у себя.       — Боже, нет-нет, я не могу, ты что, идиот — тратить деньги на меня? — Аня захлёбывается в собственных словах. — Я не могу! Это неправильно!       — Помолчи, — повторяет Сай и закатывает глаза. — Берёшь и идёшь платишь. Это немного, а видеть и знать, что ты живёшь в такой холодине, я не могу, поняла? — Аня ёжится от холодных ноток в её голосе и шмыгает носом.       — Поняла, — Сай довольно хмыкает, когда Аня берёт из её рук деньги, на мгновение прикасаясь невозможно ледяными пальцами к её ладони. — Я отдам со стипендии.       Сай цыкает языком и снова закатывает глаза.       Но потом ее губы оказываются на светлой макушке Ани.

_____

      Юля дуется весь вечер. Подумаешь, ра-бо-та. А как же Аня? Вообще-то этот Сай мог бы взять Аню с собой! Или вообще остаться с Аней навсегда, расписаться, устроить шикарную свадьбу и...—       — Юль, я прогуляюсь с Женей. На неделе звала меня, – рыжая поворачивает голову и распахивает глаза.       — Я расскажу Саю, что ты ему изменяешь!       — Хорошо, только не забудь ему рассказать, что я точно помню, в какой галактике находится Бетельгейзе. Пока, – дверь хлопает, а Юля подходит, чтобы крутнуть замочек.       Всё ведь не так плохо? Сай сказала-л....что вернётся, скоро, да.. у не-ё-го там не самые лучшие ребята и всё такое, а ещё он-а будет звонить, да... Да пошла она к чёрту! Зачем всё это?       — Ань? Чего такая злобная? — голос высокой девушки возвращает на землю.       Высокорослая брюнетка с подтянутыми мышцами несёт какой-то рюкзак. Она будто возвращалась с какой-то тренировки. Поверх лба была натянута пастельно-коричневая повязка.       — Привет. Да всё нормально, всё думаю об учёбе на гитаре с Саем.       — Всё у тебя получится, не переживай. Хочешь, выведу из мыслей? Пойдем в кино? Сейчас такой фильм вышел классный! Я плачу́!       — Да правда не стоит.. —неуверенно говорит Аня, когда её уже тянут за руку, и это так чертовски неприятно, когда человек так сильно касается...       Сай никогда не давил телесно.       Сай уехал.       Аня.       Когда они уже стоят у панели выбора фильмов, Женя показывает на какой-то новый фильм фентези. Не Марвел, уже что-то разнообразное. Ну, пусть. В голове пролетает мысль о походе в кино несколько лет назад, когда она с Юлей ходили на «фантастических тварей». И на самом деле фильм-то неплохой. И Женя не ужасный приятель: не шумит, не хрустит, вдается в сюжет, подсказывает, когда Аня не понимает, что происходит. В принципе все интересно и вау.        И знаете что? Когда Женя смотрит в экран, её зелёные глаза горят.       И когда наступает вечер, Аня открывает страничку во ВКонтакте и видит пропущенные сообщения от Светлицкой, но у неё нет сил читать их, поэтому компьютер выключается, а Аня отправляет короткое «спокойной ночи» на номер Сая и ложится в своей нетеплой квартире спать, кутаясь в тот самый плед, что подарила ей Светлицкая. На самом деле она просто однажды укрыла им, и когда они садились заниматься, Сай не желала видеть голые, холодные плечи Ани, потому укрывала тем же пледом с облачками, который через несколько часов оказался в доме Ани. И ей в ту же секунду прилетает:        «Сладких снов, цветочек».