Цикличность

Утро. Точно такое же, как и сотни других утр до этого дня. Все такое же жаркое, как и остальные утра этого лета. Словно на заевшей пластинке, день за днем все крутился и крутился без остановки. И этот день, предположительно, тоже не станет исключением. Как правило, в каждый не исключительный день приходится просыпаться. И Марку все хотелось верить, что настанет когда-нибудь такой исключительный, такой знаменательный день, когда этой участи удастся избежать. Ну, а пока, придётся довольствоваться тем, что есть. Марк встал с кровати, нехотя покидая, казалось бы, единственное безопасное и уютное место в квартире. Не то, чтобы надев, скорее водрузив на широкие плечи свой халат, который за пару лет его пребывания в этом доме, парень успел облюбовать; он вышел из комнаты в ярко освещенный коридор. Внезапно, он остановился посреди кухни и огляделся. Все та же фурнитура, обстановка, приветливый, хоть и немного навязчивый солнечный свет. Ничего не изменилось, и в каком-то смысле это разочаровывало. Но Марк зашел на кухню не за этим. — Чего я хочу… -задал он довольно не громкий вопрос в пустоту, но голос его разнесся по квартире, ударяясь звонким лязгом о стены. Конечно, ему никто не ответил. Да, и кто бы мог правильно ответить на такой абстрактный и нечеткий вопрос? Как ни странно, но только Марк и мог. — Кофе не хочу. -неожиданно даже для самого себя заявил он. В каком-то смысле это было действительно громко. — Чай? -словно вторая его половинка вторила его мыслям. Пожалуй, эта идея показалась ему самой хорошей за сегодняшний, еще не успевший начаться, день. Первая его половина, что лишь предложила не пить кофе, тоже с радостью поддержала его идею. Только была одна проблема, которую Марк не любил решать. Банка с действительно хорошим чаем всегда хранилась на самом верху, на шкафу. Как ни странно, но его до жути чистоплотная матушка время от времени твердила ему, что чай лучше всего хранить на самом верху, хотя этот феномен до сих пор не был понятен парню. Факт оставался фактом. За чаем надо было лезть на самый верх. Неохотно приставив стул к духовой печи, над которой, собственно и был расположен шкаф, Марк подтянулся и встал на него, слегка пошатываясь. Удивительно, но банка с нужным содержимым была в куда более близкой доступности чем ранее. Марк потянулся за ней и с облегчением спустился вниз. Слава богу, что чай был в пакетиках, иначе идея с чаевничеством отпала бы на раз-два. Парень быстро щелкнул по кнопке чайника, и он зашипел. Отодвинув стул назад к столу, он осмотрел его на наличие сахара. На столе оказалась миниатюрная тара, похожая на емкость для меда. Марк заглянул в нее. Пусто. Это значило только то, что за сахаром тоже придется добираться. Парень с отвращением посмотрел на многострадальный шкаф над духовкой. Ему не хотелось снова лезть туда за сахаром, но без него пить чай было просто невозможно. Он постарался дотянуться так, без стула, но поняв, что в лучшем случае он разобьет банку, он все же подставил стул снова. Вскоре, банка была снова поставлена на место, а подобие медовой чаши наполнено белым песком. Да, для парня его возраста, он был довольно низким, однако, это был почти единственный момент, когда это было заметно. Второй же происходил, когда на это буквально «тыкали пальцем». Что тоже было ощущением не из самых приятных. Чайник автоматически щелкнул, и Марк снял его со станции, наливая кипяток в кружку. Пар сразу же повалил наружу, а жидкость внутри сразу же стала янтарно-лилового цвета. Выглядело это, конечно, очень завораживающе. Марк открыл ящик с приборами и выудил оттуда маленькую ложку для сахара. Как ни странно, но у него в доме никогда не было большого диапазона выбора столовых приборов. Чего нельзя было сказать о его родных. У этих людей же всегда было, как Марк всегда думал, около миллиона вариаций всех ложек, вилок, ножей для разного вида продуктов, и прочей утвари. Марку же этого было не нужно. От силы пару приборов, и то, чтобы остальные могли подольше полежать в посудомойке. Парень наконец смог отпить чай из кружки. Горячий напиток обжег его горло и с приятной теплотой разлился по телу. — Да, определенно хорошая идея. -вынес он свой окончательный вердикт, круто развернулся, и вышел из комнаты. — Не нарушая традиции. -громким шепотом процедил Марк, облокотившись на родные поручни. Погода на балконе ему сегодня, как ни странно, нравилась куда больше, чем вчера. Легкий прохладный ветер приятно зарылся в волосы, растрепал их снова и снова, и, словно по щелчку стих. И снова сначала. Да и солнце теперь палило не так, как обычно. Словно услышало, наконец, его мольбы о хорошей погоде, и утихло. Вообще, все в городе было довольно тихим, что, на его удивление, немного напрягало. Машины не рассекали по улицам, привычной пробки как ни бывало. Люди перестали по-бытовому обсуждать что-то. Даже старые радио станции на фонарных столбах не так шумели, как вчера. Что-то произошло. Словно кто-то накрыл это место звуконепроницаемой ширмой, накрыл ненадолго прозрачным колпаком и ушел. Марку казалось сейчас, если он издаст хоть шорох, это услышат, прибегут, снимут ширму и гул дорожного трафика, тротуаров, домов заполонит его до краев. По этому сейчас Марк старался не проронить ни слова, ни писка, дабы подольше послушать эту трепещущую, такую хрупкую тишину. На пару мгновений ему показалось, что он снова сейчас откроет глаза, оказавшись в теплой постели, снова встанет за многострадальным халатом, снова пойдет на кухню. Но он все сидел, будто в белой комнате с мягкими стенами, пытаясь снова и снова услышать хоть что-то. В надежде уцепиться за что-либо примечательное, он провел взглядом по верандам. Стоит ли говорить о том, что и там он не мог найти ничего нового. Удалось подметить только, что побелку на доме напротив стоило бы обновить. — Странно. -слетело с его губ с некой ухмылкой. Что-то в этом доме было не так, как обычно. Словно нечто заново заставляло его внимать к себе. Марк уж было подумал, что все лучи сегодняшнего солнца скопились у одного, так жаждущего, дома. Но тут он увидел некое движение на самом верхнем этаже, на балконе. Взгляд сражу же метнулся туда, как бы боясь не увидеть чего-то очень мимолетного. Девушка. Та, которую он видел вчера в парке. Она элегантно, словно перышко, буквально парила босиком по деревянным половицам. Кажется, совсем легкая домашняя сорочка развивалась у нее под ногами, не касаясь пола. Как ни странно, но это не было чем-то пошлым или попросту неуместным. Наряд, что был надет на девушке, лишь подчеркивал ее хрупкие плечи и талию. Выглядело это, как приметил Марк, весьма обворожительно. А она все кружилась и кружилась, словно в танце, с небольшой вазой в руках, все снова и снова останавливаясь, только для того чтобы дать пару капель питательной влаги растениям, что росли по всему фасаду. Марк только сейчас заметил: ее балкон был единственным, что излучал хоть какую-то энергию. Теперь парню казалось, что не к одному этому дому был прикован весь солнечный свет, а лишь к его балкону, на котором сейчас одна особа выкручивала пируэты. Вдруг она повернулась лицом к улице. Марк постарался заглянуть ей в глаза, насколько это позволяло его зрение. Но особа не заставила его долго ждать и сама устремила взгляд на его балкон. После она приветливо улыбнулась и смущенно помахала рукой. Марк в неком изумлении ответил на этот жест взаимностью. В комнате что-то зажужжало. Марк обернулся и увидел звонящий телефон на кровати. Он круто провернулся вокруг себя, снова посмотрел на девушку и, послав ей мимолетный поцелуй, вошел в дом. Девушке оставалось лишь равнодушно усмехнуться и тоже проследовать к себе. — Да. -Марк взял трубку. Он уже заранее знал, к чему может привести его этот разговор, от чего и не хотел, чтобы он продолжался. — Здравствуй. -на другом конце трубки послышался до боли знакомый голос. Довольно пожилая женщина прокашлялась и продолжила: — Ну, как ты там? Усвоился? -на это Марк лишь закатил глаза. — Я живу тут уже два года, если не больше. Извини, за прямоту, но к чему все же этот разговор. Ты меня, признаться, немного отвлекла. — Что? Ты думаешь, одна перепалка с твоей матерью, и я не могу набрать любимому крестнику? — Может и так. А может и нет. Во всяком случае, до этого разговора я был весьма и весьма в хорошем расположении духа. -Марк старался сохранять вежливость. — Да ладно тебе. Ну хорошо, расскажи-ка мне, как дела у моего мальчика? -по ее голосу можно было понять, что она тоже хотела бы подойти к кульминации этого диалога. — О, знаешь, все те же. Целыми днями наслаждаюсь каждой минутой своего отпуска. Хоть я никуда не поехал, мне вполне неплохо. -не самый честный ответ, но ложь во благо (себе) здесь была как нельзя кстати. — Ясно… Ну, а как со знакомыми? Смог найти контакт с коллегами? Знаю, тебе это давалось не легко, но… -Марк глубоко вдохнул. — Об этом даже не стоит беспокоиться. Люди хорошие, надежные, положиться можно. -они медленно подходили к финалу. — Чисто мужской коллектив? -вот оно. Точка невозврата. — Нет. Но это и не беспокоит. -звучало грубо, но лучше уж сразу расставить границы. — И не должно! И что же, даже ни одной хорошенькой нет? В таком-то престижном заведении должна быть хоть одна тебе под стать. -и понеслось. — К превеликому сожалению, нет. Была бы — я бы сказал. — Я тебя услышала. Но ты же понимаешь, что медлить с этим уже нет времени. Сколько раз я говорила тебе, что следует найти даму равную тебе, и тогда проблемы твои, если таковые и есть, снимутся как рукой. Возьми даже своего дядю. -Марк усмехнулся. В надежде на то, что этого не было слышно в трубке. Его дядю, которого по чистой случайности звали Сергеем, он знал достаточно, чтобы с легкостью сказать, что женщина в его жизни уж точно не пошла ему на пользу. В этом, как и во многом другом они были похожи. Тетя Марфа точно не могла благотворно влиять на его жизнь. В особенности на его финансы, что очень огорчало и самого дядю. По этому, к сожалению, не ей было говорить об этом. — Я тебя услышал. -удачно спародировал ее Марк. — Уж очень на это надеюсь. Помяни мое словно, милый, потом такой роскоши в этой сфере уже не найдешь. — Наискался уже. -тихо прошептал он в трубку. — Что-что? -тихо не удалось. — Ничего. Я все понял, приму на вооружение. Спасибо, я раж, что состоялся этот разговор. — Да, да. Я тоже. Надеюсь, ты смог правильно меня услышать. — Пока? -с надеждой произнес Марк. — Пока. -послышалось с другого конца, а дальше гудки. Марк выдохнул. — Ура. -торжественно произнес он и вновь устремил взгляд на балкон напротив. Дом стал, кажется, еще более угрюмым и серым, чем обычно. Девушки в нем словно и не было. Лишь цветы на веранде могли бы напомнить о ней, и то, как можно было подумать сейчас, только избранным.