Luca's 2AM Heartbreak Playlist

      — Я хочу её!       Шестилетняя Джису дуется и настойчиво указывает на игрушку, смотрит на отца умоляющими глазами, подпрыгивает на ногах, ее платье покачивается вместе с ней. Ее отец вздыхает, глядя на единственную игрушку в огромном магазине, которую она захотела всего через пять минут после того, как они вошли.       Маленькая мягкая игрушка в виде коричневого хомяка.       — Ты уверена? Хочешь еще раз взглянуть на другие игрушки? — спрашивает ее отец, поднимая ее на руки, чтобы показать ей другие «более симпатичные» игрушки.       — Послушай, Джису-я, эта выглядит лучше, — ее отец указывает на причудливую выставку гораздо более дорогих кукол, мягких игрушек и больших наборов игрушек, которые хотел бы любой ребенок.       Но шестилетняя Джису хмурится и качает головой, ее милые косички подпрыгивают, она уже приняла решение, когда увидела хомяка.       — Я хочу мистера Хомяка! — Джису умоляюще скулит, указывая за свое плечо, на меленькую полку с игрушкой.       — Хорошо, мы её купим, — уступает ее отец, — хочешь что-нибудь еще? Как насчет этого замка принцессы?       Но Джису смотрит на игрушку хомячка, которую помощник ее отца уже кладет в тележку.       — Ты можешь поиграть в ней с мистером Хомяком, — предлагает ее отец, и одного этого достаточно, чтобы Джису поддалась этой идее.       По пути домой, в машине, Джису крепко обнимает своего плюшевого хомячка, радостно хихикая и сжимая ладонями его пухлые щечки.       Она обнимает его, чтобы заснуть в течение следующих нескольких лет, даже когда ей начинают нравиться игрушки покрупнее. И все они немного нетипичны для детей её возраста. Выбор, который ни один из ее родителей не может понять, ведь есть игрушки лучше и практичнее.       Но Джису просто так устроена. Ей редко что-то нравится, а когда ей что-то действительно нравится, ей это действительно нравится, и ничто не может изменить ее мнение. Как только что-то привлечет ее внимание, пути назад уже не будет.       В детстве дети говорили, как им повезло, что их выбрала популярная Ким Джису. Просто быть выбранным ею.       Золотая рука. Она была печально известна за это, потому что, когда Джису выбирает кого-то для проекта, им везет, потому что их работа оказывается лучшей с самыми высокими оценками. Еще говорят, что она умеет находить скрытые жемчужины. Поначалу ее выбор всегда будет сомнительным, но как только она устроится, никто не сможет убедить ее в обратном.       Вот почему, когда она появилась в ее жизни, Джису просто знала, что она хотела ее.       — Аннён-хасеё, меня зовут Элис Пак. Я студентка по обмену из Австралии и в настоящее время изучаю право. Приятно познакомиться со всеми вами.       Симпатичная, умная, уверенная в себе, прямолинейная и красноречивая, Элис была воплощением образцовой ученицы, а также сильной кандидаткой на титул любимицы кампуса. Однозначно выигрышная комбинация.       И так получилось, что она состоит в книжном клубе, который Джису случайно выбрала для своей внеклассной деятельности, что является требованием их университета — она совершенно не видит в этом смысла. По крайней мере, не на её направлении. Моде не важно хорош ли ты в волейболе, музыке или литературе.       На самом деле у Джису в планах было выбрать скучный книжный клуб на следующие пару школьных лет. Библиотека, где книжный клуб проводит встречи, — идеальное место для сна, как и в первый день знакомства. Но этот план рассыпался прахом по вине Элис Парк.       Суть в том, что Джису всегда уверена во всем, и ее талант делать идеальный выбор — это две удачные комбинации для успеха. Это просто бонус, что она почти всегда получает то, чего хочет.       — Это неправильно, — тихо говорит Джису, пока новичок Ким Дженни держит ее за запястье, чтобы остановить.       — Онни, пожалуйста. Просто не обращай внимания, — мягко умоляет Дженни, пытаясь удержать ее от броска в гущу огня.       — Мы выбрали эту пару обуви первыми! Она должна была стать нашей! Мы усердно работали, чтобы дизайнер дал нам её, — рассуждает Джису, оглядываясь на Дженни, чтобы донести свою точку зрения.       — Все в порядке. Я буду выступать босиком, если придется, — говорит ей Дженни, в глазах которой уже видны признаки усталости и стресса. Джису понимает, почему Дженни позволяет этому случиться, но она все еще не может оставить всё так.       Новички не всегда получают хорошие вещи. Им еще многое предстоит доказать, и поэтому они получают огрызки внизу, сражаясь за остатки, в то время как старшие выбирают первыми.       Но эти туфли Джису хотела для Дженни. Она заключала сделки только для того, чтобы получить их, и дизайнеру настолько понравились ее страсть и настойчивость, что он сделал ей пару. Всё это ради того, чтобы узнать, что их главный стилист отдала туфли другой команде, популярной команде, потому что одной из девушек не понравилось её туфли и она захотела те, что предназначались для Дженни.       — Ты хочешь что-то сказать, Ким Джису? — спрашивает их главный стилист, увидев блеск ее глаз, — отвернись прямо сейчас, или я тебя заставлю! Неужели ты не уважаешь старших?       — Прости, онни, Джису-онни плохо себя чувствует, — быстро говорит Дженни с натянутой улыбкой, становясь перед Джису и несколько раз кланяясь в извинениях.       Это злит Джису еще больше. Дженни не должна была опускаться до этого, из-за того, что они бессильны, а мир говорит, что справедливости не существует для тех, кто внизу. Предвзятые главные стилисты, ненадежные сотрудники и менеджеры, которым все равно, дышат их артисты или нет, главное чтобы платили. Джису не хочет ничего сильнее, чем сильно ударить по несправедливой иерархии и токсичности этой индустрии. Тот, кто придумал глупую идею, что старшие всегда правы, а младшие должны уважать их, даже если они этого не заслуживают, должен гнить на помойке.       Она клянется, что когда станет главным стилистом, а она знает, что когда-нибудь им станет, то не закончит так, как эти бездарные и несправедливые шуты.       — Я оставлю это без внимания, но надеюсь, что это больше не повторится. То, что ты чеболь, не извиняет своего высокомерного отношения. Если хочешь, чтобы всегда было по-твоему, вернись к отцу и управляй своей компанией. Людям вроде вас повезло, что вам не нужно так много работать, чтобы достичь того, чего вы хотите.       Дженни снова кланяется, извиняясь за нее, прежде чем притянуть к себе Джису, чтобы та тоже поклонилась.       — Прими это. Даже если это неправда. Мы обе знаем, что это неправда, но нам просто нужно пройти через это, онни, — шепчет Дженни, когда Джису сжимает челюсти и сжимает кулаки.       К несчастью для них, Джису не просто принадлежит к семье чеболей или фамилии, богатство и власть которой передаются из поколения в поколение. Она также оказывается умным стратегом. Вопреки тому, что люди говорят, что она попала в YG только из-за своего отца, Джису на самом деле очень много работала, не светя своей фамилией. На самом деле, она презирает необходимость делать такие вещи, поэтому ей несколько раз приходилось скрывать свое семейное прошлое. Она попала в университет, который хотела, сдав экзамен, как все, а не оплатив круглую сумму. Все, чего она добилась, было достигнуто ее руками, бессонными ночами, ее тяжелой работой и ее навыками.       Поэтому она использует свое золотую руку. Поскольку очевидно, что побеждать честно больше не получится, на этот раз она собирается перехитрить их всех.       Успех достигается не только благодаря книгам. Надо быть не только начитанными, но и умным.       Если нет никого, кому они могут доверять, Джису будет искать людей, которые будут на их стороне, несмотря ни на что. Действительно грамотные и честные люди. Их люди.              — Ты дурак? Ты ничего не можешь сделать правильно? Я сказала Капучино с соевым молоком! Это не похоже на капучино! Похоже на Латте! — кричит айдол, бросая напиток прямо в ноги своему помощнику, пачкая его белые туфли. Он вздрагивает, напиток все еще горячий.       Джису качает головой на это, терпеливо ждёт в углу, прислонившись плечом к стене. Как только ассистент спешит обратно в кофейню, чтобы получить правильный заказ, она, наконец, дает знать о своем присутствии.       — Гон Хо оппа. Нёнган, — ухмыляется она, когда ассистент останавливается как вкопанный.       — Джису-я, — удивленно говорит Гон Хо.       Она идет с ним в кофейню, жалея его испачканные туфли. Он указал на нижнюю часть штанов и пожаловался на ожог ноги. Его кожа действительно покраснела.       — Все нормально. По крайней мере, она не бросила его мне в лицо, — говорит ей Гон Хо, тонкая улыбка все еще играет на его губах.       — Все равно это неправильно, оппа, — говорит ему Джису, пока они ждут свои заказы — Джису купила ему кофе со льдом, хотя он настаивал на оплате всех их заказов. В конце концов, она вытащила свою карту быстрее, чем он, после многих лет практики, соревнуясь с Дженни, когда дело доходило до оплаты счета.       — Айдолы испытывают стресс во время сезона камбэков. Это понятно. У нее есть и приятная сторона… иногда.       Джису снова вздыхает. Этот оппа слишком хорош для этого мира. Что делает его лучшим выбором. Он первый выбор Джису, и она никогда не промахивается, когда дело доходит до отделения хорошего от плохого.       — Оппа, а что, если я скажу тебе, что ты можешь работать на очень милого айдола, который такой же милый, как манду? И в десять раз красивее всех этих переделанных артистов? — предлагает Джису, и Гон Хо моргает, глядя на нее.       — Тогда я бы спросил где находится этот айдол и, что более важно, действительно ли этот манду-айдол существует? — спрашивает Гон Хо, не теряя ни секунды.       — Просто ответь на вопрос!       — Конечно, я бы работал на неё! Я бы в мгновение ока покинул эту компанию и поклялся в верности этой милой Манду! — Гон Хо выдыхает. Джису отмечает, насколько он постарел с тех пор, как они виделись в последний раз.       Стресс определенно может сотворить такое с нами.       — Ну, тогда я обещала заполучить тебя в YG…       — YG? YG Entertainment?! — Гон Хо взволнованно обрывает ее при упоминании известной компании.       В ответ Джису достает свое удостоверение сотрудника YG и смотрит, как его глаза увеличиваются в размерах.       — Ты действительно сделала это! Ты прошла! В смысле, я знал, что ты пройдёшь. Я просто думал, что ты уже за границей, — говорит он, искренне радуясь за нее.       — Я говорила тебе, что хочу YG, верно? Но в любом случае я хочу, чтобы ты был менеджером Ким Дженни, — наконец излагает она.       — Ким Дженни? О, новый артист YG! Она дебютировала только в этом году, верно? — Гон Хо говорит, прежде чем задуматься: — А, эти щеки, не так ли? Щеки Манду.       — Сосредоточься, оппа, я хочу, чтобы ты работал с нами. Будь в нашей команде. У тебя тоже щеки как у пельменя, — подчеркивает Джису, пока Гон Хо сидит в раздумье.       — Я очень хочу, но… мне будет трудно внезапно стать менеджером. Я работал только личным помощником. Они не дадут мне эту должность без соответствующей квалификации, — говорит ей Гон Хо, тяжело вздыхая.       Но, конечно же, Джису уже хорошо это знает. Знает, что он сказал бы что-то подобное. Этому конкретному оппе просто не хватает уверенности. Джису видела, как он работает. Видела, каким преданным он может быть. Он также получил десятое место в своем классе по специальности — кинопроизводство и менеджмент. Его таланты — пустая трата времени, когда он раб-помощник чрезмерно требовательного и неразумного артиста. Он может быть намного лучше, и Джису верит в него.       — Именно поэтому ты собираешься стать помощником менеджера. Я могу довести тебя до собеседования по моей рекомендации. Мне просто нужно, чтобы ты попробовал.       — Н-но это совсем не просто. A-И мы говорим о YG. Я даже не смог пройти в первый раз…       Джису протягивает к нему руки, заставляя его перестать бормотать.       — Ты успеешь. Либо YG, либо вечное пролитие кофе на одежду и крики на самые маленькие вещи. Ты хочешь, чтобы это было твоей жизнью навсегда? Боль и еще раз боль!       Она может сказать, что он задумался об этом. Что у неё почти получилось. Ему просто нужно небольшой толчок.       — Оппа, онни Ми Сон ушла от тебя, потому что думает, что ты не добьешься успеха в жизни. Ты хочешь, чтобы это было правдой, или ты хочешь доказать, что она неправа?       Вот, она сказала это. Она не хотела заходить так далеко, но ей просто пришлось. Это было совершенно необходимо, и кроме того, похоже, это помогало.       Недостатком является то, что у Гон Хо слезы на глазах, а у Джису нет сил на слезы.       — Джису-я, я так тронут, что ты не забыла обо мне. Ты действительно выполнила свое обещание, — рыдает Гон Хо, вытирая слезы, когда говорит это, и Джису смотрит на небеса в поисках помощи. Люди бросают взгляды в свою сторону. Она уверена, что ее судят как бессердечную девушку, которая расстается со своим бедным любящим парнем.       Поэтому она неловко гладит его по руке, чтобы утешить.       — Ага, перестань плакать, оппа. Дженни уже плачет по два раза в неделю. Мне больше не нужны слезы ни от кого из вас, — говорит она.       Гон Хо почти обнимает ее, прежде чем они рассходятся, благодаря ее за доверие и прекрасную возможность, которую он обещает не упускать.       Джису уже воспринимает это как достижение. Скоро у них будет Гон Хо, и ее миссия по созданию их сияющей золотой команды продолжается.       — Оппа, знакомься с Манду. Манду, познакомься с помощником менеджера-манду, — говорит Джису, представляя их три недели спустя.       — Помощник манду-менеджера? — повторяет Гон Хо, вежливо поклонившись Дженни. Выглядит нервным, но решительным в свой первый день.       — Что ты думаешь? — спрашивает она, глядя на Дженни, которая внимательно смотрит на Гон Хо.       Ган Хо заметно сглатывает, его руки слегка трясутся в присутствии Дженни.       — Я-я буду работать изо всех сил, Дженни-сси. Если вам что-то нужно, пожалуйста, не стесняйтесь сказать мне.       — Прозвище слишком длинное. И… — Дженни вздрагивает, слегка склонив голову набок в задумчивости, прежде чем взглянуть на его светло-коричневую рубашку, на ее лице легкая хмурость, — нам придется поработать над общим стилем, — бормочет Дженни Джису, которая вздыхает. Это не похоже на Дженни, если только она не начинает указывать на недостатки и следить за тем, чтобы все вокруг нее всегда были стильными, потому что, как она всегда говорит: — «Моя команда — это отражение меня. Все должны хорошо выглядеть, иначе я лучше ослепну».       Так что скоро они все будут носить Chanel. Джису внезапно думает о том, чтобы обратиться к известному модному бренду за спонсорством, что имеет смысл, поскольку Дженни уже является постоянным клиентом.       — Оппа, можешь принести мне клубничного сока, пожалуйста? — наконец спрашивает Дженни, кошачьи глаза смотрят на него снизу вверх, а губы немного надуваются, когда она протягивает ему свою карточку, — Не торопись. Купи закуски и напитки для себя и Джису-онни тоже.       Манду-менеджер несколько секунд выглядит ошеломленным, его челюсть отвисает, когда он медленно моргает, прежде чем взять карточку. Кажется, он не может поверить, что очень симпатичный айдол любезно просит его о чем-то и заставляет купить все, что он любит есть.       — О-ладно! Конечно! В-все, что вы хотите, босс!       — Зови меня просто Дженни.       — Да, босс…ах, босс Манду! Я имею в виду да, Дженни!       — Он в порядке? — Дженни обеспокоенно шепчет Джису, которая снова вздыхает, прежде чем толкнуть заикающуюся кашу перед ними к двери.       — Нам предстоит пройти очень долгий путь, —бормочет про себя Джису, когда ей удается заставить чрезмерно мотивированного Гон Хо двигаться.       Но в конце концов ожидание того стоит.       Есть причина, по которой Джису воздержалась от выбора последнего члена команды. После того, как она стала главным стилистом, она была очень осторожна, принимая нового участника. Настолько тщательной, что потребовались годы, прежде чем она смогла найти нужного человека. Были времена, когда она думала, что нашла того, кто, наконец, сможет завершить команду, но Дженни качала головой, а Джису никогда не сомневалась в решении Дженни, когда дело доходило до таких вещей.       — Вот это да! — Джису приветствует с улыбкой, когда она посещает съемочную площадку одного из артистов YG.       — Снова ищещь что-то веселое? — ласково спрашивает Ён Ми, еще один стилист и подруга Джису.       — Если бы я хотела развлечься, я бы не пришла сюда. Я просто прохожу мимо в поисках новых идей, — говорит ей Джису, лениво садясь рядом с ней и хватая одну из плиток шоколада.       — Ах, неужели печально известная Ким Джису не может найти вдохновение в наши дни? — Ён Ми дразнит, шевеля бровями.       — Я не знаю, о каком вдохновении ты говоришь, но у меня все отлично, спасибо. Концертный сезон почти наступил, вот и все, — Джису откидывается назад, жуя закуску, и ее взгляд блуждает по площадке.       Пока она не попалась ей на глаза.       — Ребята, вы наняли новичка? Кто та красотка? Она выглядит знакомой, — спрашивает она, глядя на стройную женщину в черной кепке, свободной темной рубашке и узких джинсах, спешащую с огромным количеством сумок, наполненных одеждой, если исходить из логотипов на сумках… Они выглядят очень тяжелыми.       — А, это Лалиса. Разве ты не знаешь ее? Она из Таиланда. Бедняжка не успевает отдохнуть, — говорит Ён Ми, заканчивая гладить платье, над которым работала.       — Таиланд? Иностранка? YG строги, когда дело доходит до приема иностранцев. Она должна быть действительно опытной. Она помощник? — спрашивает Джису, глядя на Лалису, направляющуюся к главному стилисту.       — Да, но здесь ее понизили в должности до бегунка. Она стилист, по крайней мере, должна быть, — вздыхает Ён Ми.       — Стилист? — удивленно повторяет Джису, наблюдая, как главный стилист, похоже, заставляет ее бежать по очередному утомительному поручению.       Серьезно? Об этом следует сообщить как о нарушении.       Лалиса выглядит уставшей от дороги, ее грудь тяжело вздымается, когда она вытирает пот, капающий с лица. Тем не менее, эта молодая женщина просто вежливо кланяется и снова выбегает наружу, даже не вздохнув с жалобой.       — Насколько она хороша? — с любопытством спрашивает Джису, снова откусывая от плитки шоколада.       — Яркий макияж Ю Бина.       — Что? Тот, который стал вирусным? То искусство? — Джису задыхается.       — Да, это была ее идея, и все же ее имя нигде не упомянули. Кто-то другой присвоил работу себе, — тихо говорит Ён Ми, качая головой из-за несправедливого обращения.       — Всё потому что она иностранка и не сопротивляется, они легко ее помыкают, — напевает Джису, размышляя о новом плане.       — Это отстой, потому что она милая и дружелюбная. Ее корейский не так уж плох. Просто грустно, что ей пришлось столкнуться с дискриминацией здесь. Я всегда говорю ей, что она имеет право что-то требовать или претендовать на более высокую должность в другом месте. Знаешь, она здесь уже пару лет. Определенно слишком квалифицированв для этой работы, если ты спросишь меня. Но она почему-то не шевелится! — Ён Ми разочарованно объясняет.       — Ха, интересно, — Джису бормочет.       Поэтому, когда наступает утро, она покупает действительно вкусные булочки с корицей и отлично сваренный кофе в кофейне одного из самых дорогих заведений района, вальсируя в отделе кадров.       — Вот она, самая красивая женщина на планете! Почитаемая богиня красоты и совершенства! — Она громко выдыхает, когда входит в кабинет.       — Айгу, вот она снова, моя самая большая головная боль, — вздыхает женщина средних лет, также известная как менеджер по персоналу YG, с раздражением отрываясь от своего компьютера.       — Доброе утро, милая онни, — ухмыляется Джису, совершенно не смущенная, медленно подталкивая булочку с корицей и кофе к менеджеру по персоналу.       — Что ты хочешь на этот раз? — возникает прямой вопрос.       — Да ладно, онни, я могу просто навестить тебя, потому что хочу? — она спрашивает.       В ответ она получает холодный взгляд, и Джису делает глубокий вдох, прежде чем наконец сдаться, улыбка мгновенно исчезает, и она с нетерпением садится перед столом, чтобы просить милостыню. Руки сложены вместе и просящие глаза на полной катушке.       — Лалиса Манобан. Я хочу ее на концерт Дженни. Пожалуйста?       Начинается расслабленный набор текста, прежде чем менеджер по персоналу снова смотрит на нее тем же холодным взглядом. Очки для чтения сидели на кончике ее носа, напоминая Джису о ее школьной учительнице.       — У нее контракт с командой Дэна Хи еще на пару месяцев.       Конечно, они знают, что она хорошая, и не отпустят ее так просто. Эти противные гиены.       — Онни! Мы не можем хотя бы решить это? Она мне очень нужна для концерта! Ким Дженни просит об этом! — говорит Джису. Последнее было ложью, потому что Дженни даже не знает об этом, но отчаянные времена.       — Я ничего не могу с этим поделать, — выдыхает менеджер по персоналу, снимая очки, чтобы посмотреть на нее, — Даже если я захочу, контракт нерушим, если только Дэн Хи не потребует прекращения ее службы. Однако я могу…       Джису оживляется, глядя с надеждой. — …предложите ей контракт для вашей команды, как только закончится ее текущий контракт…       Плечи Джису снова опускаются, ей не нравится ждать еще пару месяцев.       — Где-то в июне…       — Июнь?! Это в следующем году! Концертный тур к тому времени закончится, и у Дженни будет очень короткий перерыв! Онни, пожалуйста! Я достану тебе то импортное комнатное растение, которое ты так хотела!       — О, я не сомневаюсь, что ты можешь, но это ничего не меняет. Госпожа Манобан будет в вашей команде после того, как ее рабочий контракт будет выполнен. Наймите ее на пять, шесть или двадцать лет, мне все равно, но она не будет доступна для вашей команды до июня! Я не делаю этого ни для кого, для твоего сведения, так что наберись терпения и подожди. Кроме того, у нас есть другие стилисты! Просто выбирай!       Джису теряет свою энергию, рухнув на свое место.       — Почему ты так сильно хочешь ее? — спрашивает менеджер по персоналу, открывая коричный пирог с вилкой в руке, готовая к работе.       — Потому что у нее такой большой потенциал и непоколебимая настойчивость. У Лалисы есть цель, и я верю, что какой бы она ни была, я могу помочь ей ее достичь. Мы оба можем получить пользу друг от друга, — честно отвечает Джису.       — Ты уже говорила с ней?       — Неа.       — Тогда откуда ты знаешь обо всем этом? — снова спрашивает менеджер по персоналу, отпивая кофе.       — Онни, это потому, что никто не захочет, чтобы на него кричали и издевались. Лалиса Манобан хочет чего-то настолько сильно, что позволяет людям наступать на нее, просто чтобы получить дойти до своей цели.       И, возможно, это было просто сильное предчувствие, но Джису не ожидала, насколько их нити совпадут, потому что в следующий раз, когда она увидит, что Лалиса идет домой, молодая женщина сидит на автобусной остановке как раз в тот момент, когда машина Джису останавливается на красный свет.       — Она все еще бегает по городу? Вау, такими темпами она умрет от истощения, — бормочет себе под нос Джису, наблюдая усталое выражение ее лица, и как раз перед тем, как Джису отводит от нее взгляд, Лалиса смотрит на светодиодный постер рядом со своим местом.       Реклама соджу Дженни.       Чем дольше она наблюдает, тем быстрее начинают вращаться шестеренки мозга Джису, загораются огни, когда ей наконец все становится ясно.       Секретная цель Лалисы.       Интригующая тайская стилистка мягко улыбается, усталость исчезает с ее лица, она протягивает руку, чтобы старательно вытереть рукавом пятно рядом с лицом Дженни. Это первый раз, когда Джису видит ее взгляд таким влюбленным, как если бы она была перед настоящей Дженни, и улыбка на ее губах такая искренняя. Но загорается зеленый свет, и к остановке подъезжает автобус, закрывая обзор Джису.       Кто бы мог подумать?       Джису никогда не ошибается в своем выборе, и Лалиса — еще одно тому доказательство.       Она может ждать июня, как бы долго это ни казалось, потому что прямо сейчас она наверняка нашла в их команду нового и, возможно, последнего члена.       Кто-то, кто не только сделает такую прекрасную работу, но и по-настоящему позаботится о Дженни.       И поэтому, когда Дженни снова упоминает Лалису, озвучивая, как она хотела бы работать с ней, Джису мысленно хлопает себя по спине за хорошо выполненную работу.       Золотая рука все еще здесь, и пока Джису остается настойчивой в том, что ей нравится и не нравится, все, что она будет делать в будущем, — это неуклонно идти к успеху.       Как только она считает, что всё на своих местах, оно становится окончательным.       Так почему… почему все это не имеет значения перед ней. Почему Джису колеблется и легко поддается этим слезам?       Она известна тем, что никогда не колеблется и всегда думает о том, что лучше. Где безопасно. Избегает всех неправильных поворотов и промахов.                            Итак, почему?                            — Чеён-а, хватит, — обеспокоенно говорит Джису, пытаясь отобрать у нее бутылку пива, но безуспешно, поскольку младшая уносит ее подальше от нее.       — Онни, с тобой не весело. Я думала, ты любишь веселиться! — Розэ пьяно говорит, слова невнятны и растянуты. Теперь она говорит по-английски, с австралийским акцентом и всем остальным.       Они только что были в баре, Дженни неохотно пошла домой, манду-менеджер отвез ее обратно в ее квартиру, но не раньше, чем бросил на Джису извиняющийся взгляд, потому что у него завтра фотосессия, и он не может помочь. Он даже не должен был быть там, но Джису позвонила и рассказала ему, что произошло.       У Розэ только что был разрыв. Очень плохой.       Джису никогда не любила его. На его лице были написаны проблемы, и ей всегда было беспокойно, когда Розэ была с ним. Ей всегда хотелось покрепче прижать к себе молодую стилистку и оттащить от него. Далеко, далеко от него. Теперь случилось то, чего она боялась.       Поэтому она решает забрать Розэ домой, к себе домой. Потому что она не хочет, чтобы она была одна. Не в этом состоянии.       — Это не весело, когда тебе явно больно, — произносит Джису как раз в тот момент, когда Розэ глотает горькую жидкость из бутылки, которую она украла из холодильника Джису.       — Кто? Я в порядке! — Розэ снова настаивает. Это все, что она говорит, когда она не в порядке.       Это одна из вещей, которая изменилась между ними. Розэ была для нее открытой книгой. Всегда высказывала свои мысли. Всегда показывала свои эмоции. Теперь она научилась что-то скрывать от Джису. В основном чувства. И Джису знает, что сама виновата в этом.       После того признания все должно было измениться. Они никогда не могли вернуться к тому, что было. Это уже не то же самое. И никогда не будет.       Как она могла даже подумать, что они будут такими же как раньше? Что они смогут просто начать сначала и забыть.       — Ты не в порядке.       — Что ты хочешь, чтобы я сделала? — Розэ скулит на нее, бутылка пива раскачивается при каждом движении.       — Плачь. Кричи. Будь сердитой. Все это. Скажи правду, — говорит Джису, не теряя ни секунды, и, тем не менее, Розэ, к её разочарованию, думает, что это шутка, учитывая то, как она над ней смеется.       Смех стихает, и появляется что-то еще. Была ли это боль? Может быть. Нет, точно нет. Она видела это раньше.       — Онни… ты уверена, что хочешь, чтобы я была честной?       Джису внезапно почувствовала, что они на полной скорости летят к обрыву.       Она должна нажать на тормоза, но вместо этого она жмет на газ сильнее. Обеспокоенные глаза смотрят прямо в страдальческие, пока не становится слишком поздно. Джису набирает полную скорость.       — Он был токсичным. Он много курит. Я даже не знаю, почему люди находят это крутым, когда это разрушает не только их легкие, но и других людей. Хуже того, ты умираешь быстрее от пассивного курения. Я не знаю, что ты в нем нашла, кроме того факта, что у него красивое лицо, но любовь делает людей глупыми, и я тоже делала глупости, поэтому я понимаю. Так что да, будь честной, плачь и злись, выпусти все наружу, а потом забудь об этом никчемном куске дерьма! Потому что он не заслуживает тебя, — выплевывает Джису, не сдерживаясь, когда что-то тяжелое продолжает сдавливать ее грудь, когда Розэ испытывает боль.       Это слишком реально. Слишком знакомо.       Она все это время сдерживалась из страха причинить ей боль — она и так уже навредила ей. Судя по всему, это было неправильное решение. Потому что Чеён все еще ранена, а Джису ненавидит, что она ничего не может сделать.       Что она позволила этому случиться.       Элис сказала ей защитить Розэ. Джису потерпела неудачу. Она подвела их обеих. Она худшая.       — Кого я тогда заслуживаю? — спрашивает Розэ с дрожью на губах, глядя в потолок, пытаясь остановить слезы. Ее розовые локоны нежно падают на сиденье дивана, когда она откидывает голову на подушки. Розовый подходит Розэ.       Джису совершенно забывает о тормозах.       — Кого? Кого-то, кто не причинит тебе вреда! Кого-то, кто действительно любит тебя, кто не контролирует, не лжет и не курит…       — Так почему это не можешь быть ты?       Джису останавливается, ее мысли теряются, а тело замирает. Слишком ошеломлена, чтобы даже ответить на очень уязвимый вопрос.       Теперь она сбросила их со скалы.       — Почему не ты? — тихо повторяет Розэ, слезы текут по ее щеке, она больше не в силах сдерживаться, и Джису чувствует, что ее резко вернули на много лет назад, прямо на старую террасу YG на крыше, в тот день, когда выпал первый снег.       — Ченг…       — Я знаю. Я знаю, — плачет Розэ, поднимая руки, чтобы закрыть заплаканное лицо, когда из ее груди вырывается рыдание, — Мне жаль. Я врала. . .Я продолжаю лгать… — мягко признается младший стилист между прерывистыми рыданиями.       Джису в растерянности. Брошенная в лимбо, со своей орбиты. Это редко случается. Но каждый раз, когда она с ней…       — Я не забочусь о нем. Но пытаюсь забыть тебя… Я не знаю, почему я не могу этого сделать. Я продолжаю пытаться, но… Прости.       Какие слова она может использовать для чего-то подобного? Что еще может сказать Джису такого, что не причинит ей боли снова?       — Я принесу тебе воды.       Жалкая. Она ненавидит, что это все, что она в итоге говорит. Это все, что она может придумать, чтобы убедиться, что Розэ утонет в слезах.       Она собирается уйти, собираясь встать с пола, на котором они обе сидели, когда чувствует, как Розэ сжимает её рубашку сзади, слегка упираясь лбом в спину Джису.       Она вдруг замирает, сердце сжимается невиданной силой. Руки медленно держат ее сзади, обвивая за талию и крепко обнимая.       — Я буду стараться изо всех сил. Я обещаю. Но, пожалуйста… Можешь ли пока что не влюбиться в кого-то еще? Я знаю, что я эгоистична, но, пожалуйста, не испытывай ни к кому чувств. Я не думаю, что мое сердце сможет это выдержать. Не сейчас. Скоро смогу, но прямо сейчас… Пожалуйста, Су-я… просто немного дольше. Пожалуйста…       Ее мольба очень медленно разрывает Джису на части. Она думала, что ей больше никогда не придется это видеть, но вот оно. Если бы это был кто-то другой, Джису просто извинилась бы. Холодно повернулась бы в другую сторону и никогда не оглядывалась бы назад.       Но       Вместо этого она остается. Она заботится о Розэ, вытирая ей слезы и набирая воды. Решив не использовать слова, она помогает ей лечь в постель и следит за тем, чтобы ей было удобно. Держа ее за руку до тех пор, пока она полностью не заснет, Розэ глубоко погрузится в нее. Джису не спит, достает телефон и набирает сообщение, прежде чем нажать «Отправить».       Затем она тихо встает с кровати, хватая ключи и куртку, прежде чем снова выйти из дома.       Холодная ночь, осень медленно уходит и уступает место зимнему сезону.       Вскоре она окажется перед другой дверью. Когда он открывается, ее встречает красивое лицо, сладкое объятие и нежный поцелуй с губ, которые растягиваются в мягкую улыбку.       Однако она исчезает с ее словами.       — Мне жаль. Я не думаю, что это сработает. Давай перестанем видеться.       С каких пор… Она была такой беспомощной перед Пак Чеён?       Достаточно, чтобы пойти против каждого правила в ее системе.       Неужели это действительно было ради Элис и обещания, которое она дала? Поддерживать ту любовь, которую она питала к ней, защищая того, кто ей так дорог.       Или с этого все и началось?       В тот момент, когда она начала влюбляться в цветы.                                                                      — Что-то здесь не так, — тяжело вздыхает Джису, и по мере того, как часы тикают, давление становится все сильнее. Ее временный помощник стилиста выглядит таким же напряженным, как и работа над платьем.       Несмотря ни на что, всегда кажется, что независимо от того, насколько они подготовлены, эти внезапные удары и икота на дороге продолжают появляться, пытаясь испортить день.       Но в смену Джису. Она не может этого допустить. Дженни должна быть на сцене через час, а у них недопонимание со швеей. Так что дизайн платья не очень нравится Джису. Она молча ругается на эти резкие графики. Она еще не спала со вчерашнего дня из-за плотных выступлений и фотосессий.       Сколько встреч вы можете втиснуть в день? Для команды Дженни это похоже на ремейк «миссии невыполнима». Гон Хо тоже выглядит истощенным, а Дженни уже с утра в плохом настроении из-за того, что ее визажист не соответствует ее стандартам. Айдол выглядит так, будто может заморозить своим ледяным взглядом весь город.       Джису старается не взорваться и не сломаться. Она почти никогда этого не делает, но с такой скоростью каждый может лицезреть подобное шоу.       — Мы можем отложить все это в сторону или просто оставить все как есть… — Джису выдыхает, ее точка кипения почти зашкаливает, когда ее временный помощник что-то портит.       Иногда она думает, что будет лучше, если она сделает все сама.       Джису не хочет кричать на людей. Она поклялась не быть таким боссом. Но когда все смотрят и ждут, когда она потерпит неудачу, Джису не может позволить себе совершать ошибки. Все старшие в компании уже недооценивают ее и высмеивают за то, что она является самым амбициозным самым молодым главным стилистом.       Она пытается сосчитать до десяти, чтобы успокоиться.       Три       Два       Один       — Подними повыше и добавь вон ту брошь с поясом.       Джису открывает глаза, оборачивается и видит Чеён, стоящую у двери и выглядящую так, как будто ей самое место в YG. Войдя внутрь, брюнетка с интересом разглядывает платье.       Прошло четыре дня. Чеён сказала ей, что даст ответ через три дня. Из-за тишины Джису думала, что в конце концов она выбрала Нью-Йорк. Она планировала сделать последнюю попытку убедить ее в обратном, но этот чертов беспорядочный график мешал.       — Осторожнее, — предупреждает Джису, ее настроение постепенно улучшается в ее присутствии, — Мне может показаться, что ты пришла сюда работать, —продолжает она дразняще.       Чеён улыбается ей, стоя рядом, пальцы тянутся к платью, и Джису реагирует.       — Если ты прикоснешься к этому, я не позволю тебе выйти за дверь. Как только ты оставишь там свои отпечатки пальцев, ты официально станешь частью команды.       — Онни, почему это звучит как угроза? — Чеён весело хихикает, прежде чем искусно коснуться мягкой ткани руками, медленно приступая к работе, уже зная, что делать, делая именно то, чего Джису желала, но не могла понять, — Но я думаю, что это не так уж плохо. Работать с тобой, — мягко говорит она Джису, и впервые за день на губах Джису появляется улыбка.       Потому что Чеён решила остаться.       И, наконец, сердце Джису успокаивается.              Или, возможно, она давно пала, даже не подозревая об этом.