Стоны отчаяния

Сейчас Кинг спит, а я сижу в гостиной и смотрю на экран телефона. Там светится номер Мэйсона. Я давно выучила эти цифры и вот сейчас, в двадцатый раз, пробежавшись глазами по длинному номеру, я вздохнула и отключила телефон. У меня не было ни моральных сил ни желания говорить с кем-то. Мне хотелось понять, что я действительно чувствую. Хочется вытащить свой истинный облик наружу. Хочу увидеть свое лицо, пусть оно, за время совершенных мною ошибок, и стало похоже на нечто непонятное. Даже если я увижу то, что меня напугает. Гнилой облик, от которого исходит запах трупа, из которого повсюду лезут личинки и черви. Глазницы пустые, как и ротовая полость, из них вытекает черная и вязкая, словно смола, жидкость — вся моя гниль. Хочу вскрыть все свои раны, чтобы заглянуть внутрь и найти источник их появления и жуткой боли. Я помню, как Кинг однажды сказал мне для начала разобраться в себе, а после уже признаваться ему в чувствах. Говорил, чтобы я поняла кем являюсь, приняла себя полностью. В тот день я действительно думала, что все решила и готова к новой жизни, но как же я ошибалась. Даже Джеймс посмеялся надо мной. Посмеялся с того, как я быстро поняла себя и приняла. Вчерашний разговор с Кингом очень тронул меня. Мужчина был обижен и зол на себя, я впервые видела его таким. Красные глаза, от слез, которые так и не вышли наружу. Переживающий взгляд. Откровение. Я чувствовала чистоту в его словах, чувствовала правду. Мне было его искренне жаль. Жалость усилилась вдвойне, когда я вспомнила, что уже на полпути к осуществлению своего плана. Плана, в котором я планировала медленно лишать его воздуха. Лишать жизни. Воздух в его случае — работа, друзья, власть и сила. В конце пути я собиралась убить его. Убить Джеймса Кинга. Как иронично… Он сам же и обучает меня стрельбе и искусству драки. Делиться секретами о своем бизнесе. С каждым днем я узнаю все больше о нем, и следовательно выискиваю его слабые места. Я успела рассказать Мэйсону Адамсону многое. Врагу своего же мужа. Я спала с врагом мужа, встречалась с ним. Позади раздались неторопливые тихие шаги, обернувшись, я увидела перед собой парня из охраны, который спускался со второго этажа. Когда наши взгляды пересеклись, молодой парень остановился и кивнул мне: — Добрый день. — Здравствуй, — я поднялась на ноги, — Кинг еще спит? — Да. Не стоит переживать, в пять часов ему нужно будет уехать, поэтому он скоро проснется. — Хорошо, — я благодарно улыбнулась, — можешь идти. Парнишка еще раз кивнул мне и пошел. Я заметила, что никто из охраны никогда не улыбался мне, не начинал сам диалог. На мои вопросы и просьбы реагировали сдержанно. В целом, они и не должны допускать подобные вольности, однако мне было немного обидно. Я чувствовала себя не уютно из-за этих ребят, хотя когда рядом мои прекрасные малыши и Кинг мне нет дела до остальных. Сейчас я направляюсь на второй этаж. До пяти часов остался час и я решила разбудить Джеймса. Пока я поднималась, меня нашел Гектор и пристроился сзади. Его холодный мокрый нос коснулся моего запястья, от чего я вздрогнула. Гектор же на это никак не отреагировал. Пара минут и я уже в комнате. Сначала я приоткрыла балкон, чтобы впустить свежий воздух, а затем подошла к кровати. Кинг лежал на животе, одеяло не скрывало его тела, оно было небрежно откинуто на пол. Мои пальцы медленно пробежались по позвонку, после чего стали обводить контур татуировок. Мужчина что-то невнятно проговорил и отвернул голову в другую сторону. Я улыбнулась. Оказывается будить его не так уж и просто. — Джеймс Кинг! — строгим и громким голосом проговорила я, садясь рядом с ним, — Вы опаздываете! — на это мужчина приоткрыл один глаз и недовольно взглянул на меня. — Аврора, — он вздохнул и потянулся, — я тебя сейчас накажу. — его голос был тихим, а глаза закрывались, желая поспать еще немного. — Тебе пора вставать, — я провела ладонью по голой спине, — но если быть честной, я бы с радостью разделась и провела время с тобой наедине, вместо того, чтобы тебя отпускать неизвестно куда. — Тебе и не придется, — мужчина улыбнулся, открывая глаза, — мы едем вместе. — Куда? — я удивилась и села на другой край кровати, чтобы не мешать ему. Кинг поменял позу, усаживаясь на кровати. Его ладони протерли лицо, а после я наконец-то увидела его лицо полностью. Он был очень помятым и выглядел достаточно страшно. — Ты похож на листы бумаги, которые лежат в мусорном ведре, в твоем кабинете. — Манеры и ты, — он зевнул, — несовместимые вещи. Знала это? — Ты не даешь мне забыть этого. — я улыбнулась. Мое тело расслабилось и я откинулась назад. Мягкий матрас тут же принял меня в свои распростертые объятия, а простынь приятно облепила тело по силуэту. — Так куда мы поедем? — я повернулась к мужчине. — К друзьям. Утром позвонили и пригласили. — А куда конкретно? — я прогнулась в спине, вспоминая как становилась в мостик, — Из-за твоих запретов я уже и в мостик стать не могу. — Я давно тебе все разрешил. Была бы ты умной, с первых дней ни в чем не нуждалась. — Кинг еще раз зевнул, после чего встал, — Примешь со мной душ. — Это ты так завуалировано предлагаешь мне секс? — мужчина обернулся через плечо и ухмыльнулся.

* * *

На дороге были пробки, от чего мы задержались, но если говорить откровенно — задержались мы не только из-за пробок… Не будем это афишировать. На встречу Кинг оделся расслаблено и я, смотря на него, решила повторить. Мы, словно два попугая. На мужчине надета голубая толстовка с привлекательными цветами и оптимистическими надписями на спине и голубые спортивные штаны с разноцветным мультяшным цветочком на заднице. Признаюсь, это я постаралась. Кинг был сонным, даже после секса, и не особо понимал, что одевает на себя, поэтому я вызвалась ему помочь. Недавно к нам приехала доставка с вещами, которые я заказала. Там как раз и был этот мужской костюмчик. Мужчина, конечно же не заметил рисунка, однако я уже представляю его бурные эмоции, когда ему об этом скажут друзья. На мне же была кислотно-розовая толстовка и лаймовые спортивные штаны. Время пролетело быстро и вот мы стоим перед дверью прекрасного коттеджа. Внутри горит свет и слышны радостные возгласы, на улице пахнет шашлыком. Дверь открылась и на пороге показался Альфонсо. Мой самый любимый из друзей Кинга. Мы крепко обнялись, а после осмотрели друг друга. — Мой fiore! Ты как всегда выглядишь великолепно, — проговорил хозяин дома, впуская нас, — сногсшибательно! Привлекательно! — И тебе привет. — я широко улыбнулась. — Альфонсо, решил с порога усыпать мою даму комплиментами? — Что ты, — мужчина подмигнул мне, — уводить столь maravilosa mujer (прекрасную леди) не в моей компетенции. — Слышала бы эти сладкие речи твоя невеста, — проговорил Кинг, прижимая меня к себе, — давно бы избила. Мы засмеялись и прошли в гостиную. В доме было шумно. Все о чем-то говорили, что-то обсуждали. Выпивали, обнимались, играли в игры. Однако стоило нам зайти и все внимание тут же переключилось на нас. Первая кто подбежал ко мне с обнимашками была моя прелестная Мили. Ее шелковые черные волосы были собраны в конский хвост, а прекрасную фигуру на этот раз она решила скрыть за мешковатые спортивным костюмом. — Привет, радость моя, — прошептала я ей на ухо, — мое солнце. — Я так скучала! — она крепче прижала меня к себе и покачала. Когда мы отлипли друг от дружки, ко мне подошли остальные. Мы приветствовали друг друга и поздравляли с событиями о которых слышали, но не имели возможности поздравить в живую. Мне действительно было приятно находиться здесь. Я чувствовала себя как дома. Дружелюбная Мили, готовая в любую секунду вмешаться и помочь. Обаятельный Альфонсо, из которого так и прет харизма. Любящие подлить масла в огонь Джексон и Стефан. Орест, так нежно и мило оберегающий свою невесту. Свою Милу. И остальные ребята, с которыми я пока что мало знакома. Думая о них на лице непроизвольно появилась глупая улыбка. — Девочка моя, я понимаю, что ты рада, но со стороны кажется, что ты сошла с ума, — шептал Кинг мне на ухо, — ты смотришь в стену и улыбаешься. — Джеймс, опять ты за старое! Когда ты уже отлипнешь от Авроры. Она, бедолога, уже и отсела от тебя, а ты все равно ее трогаешь. — Спасибо, Орест. Ты прав. — Хохо! — громко закричали Альфонсо и Стефан, — Да Кинг у нас решил кардинально сменить стиль. Все тут же перебрались за спину моего мужчины и стали рассматривать его одежду. Я же молча улыбалась, стараясь не издавать лишних звуков. — Как этот стиль называется? Пай девочка? — спросил Джексон. — Нееет, — ответил Стефан, — у меня так племянница в детский сад ходит. Цветочки, бантики, милые надписи на одежде. — Инди кид! — выкрикнул Альфонсо, смотря в телефон. Кинг выпрямился и поспешил к зеркалу. Когда ему все же удалось рассмотреть всего себя, он тут же метнул яростный взгляд в мою сторону. Я сделала вид, что ничего не понимаю и продолжила пить коктейль. — А мне нравится! — ответила Мили, — Вы все такие мрачные, а Джеймс вот молодец. Решил что-то изменить в себе. — с каждым словом мужчина только сильнее начинал злится, — Ему очень идет этот цвет. Сочетается с глазами. Пока я слушала Милу, как и все остальные, мое плечо сжала холодная рука. Я сразу поняла, что это он… Пальцы постукивали по моему плечу, от чего мне стало не по себе. Я чувствовала себя ребенком, который сделал глупость и его сейчас будут наказывать. — Да. Мы с Авророй решили попробовать что-то новое за пределами постели. Хотите сказать мне не идет? Стефан с Джексоном улыбнулись смотря на меня со смешанными эмоциями. Стефан же поднял бокал вверх, привлекая всеобщее внимание. — Выпьем за это. За эксперементы в сексе, — я заметила как Мила и Орест переглянулись, явно замышляя что-то, — и одежде! — Согласен, — промолвил Джексон, залпом выпивая содержимое своего бокала. Мы просидели в приятной, дружеской обстановке еще часик, обсуждая что успело произойти за то время, как мы не встречались. Я познакомилась с новыми лицами в нашей компании. Парней звали Рэй и Клодин, они были близкими друзьями нашего чувственного испанца. Позже к нам приехала его невеста со своей собакой. Это была доберман коричневого окраса, ее звали Джуди. На изящной шейке красовался розовый ошейник с ее именем и номер телефона хозяйки, на обратной стороне подвески. Увидев это, я вспомнила о звонке Мэйсона утром. Мне стоит встретиться с ним, возможно, это касается нашего общего делала, а может он просто решил пригласить меня на ужин. В любом случае стоит поговорить с ним. Мне это нужно… На улице было прохладно. Ветер неприятно путал волосы, из-за чего постоянно приходилось их выравнивать и расчесывать. Мы с девочками сидели в беседке, в то время как наши мужчины и остальные готовили мясо и бегали по двору, играя в игры, известные только им. Невеста Альфонсо оказалась очень и очень классной. Она действительно была такой, как он рассказывал о ней: притягательная, стройная, умная, сексуальная. Девушка была красивой внутри и снаружи. И это не могло не впечатлить. Рядом с ней ты чувствуешь себя иначе, словно попадаешь в другой мир. Мир гармонии, сказок и спокойствия. — Я и не думала никогда, что Кинг решится жениться. Я видела многих его девушек на одну ночь и в моих мыслях никогда не было того, о чем они думали… — О чем они думали? — перебили я и Мила. — Я видела их взгляд, — длинные пальчики поглаживали мордашку своего питомца, — они думали, что Кинг настоящий с ними, что он открылся им… Думали, что у них есть шанс покорить его, давно замерзшее сердце, — она положила в рот клубнику. — Но как всем известно Джеймс Кинг отличается особым умом. Холоден, расчетлив, умен и жесток. О нем ходят разные слухи, но ни одни не сумели испортить его репутацию. Можно подумать, что он продал душу Дьяволу, но, кажется, Джеймс и есть он. Сущий Дьявол, — на грани шепота проговорила Асти, — прости меня, милая, но я ведь права? — она взглянула на меня. Я не знала, что ей сказать. С одной стороны она права, ведь я и сама не раз награждала Кинга таким званием, но с другой нет. Этот мужчина имеет душу и сердце его бьется. Он умеет любить и желает быть любимым. На его руках много крови, которая уже давно просочилась сквозь кожу и плоть, въевшись в кости, окрашивая их в бордовый цвет. Однако это не мешает ему быть нежным, не мешает дарить ласку. Его глаза видели многое, от чего потеряли свой первоначальный блеск, точно старое покрытие краски — больше не играет бликами на солнце и не вызывает вау эффекта. Однако я люблю эти глаза. Только они способны напугать меня до чертиков, только им удается показать всю свою любовь ко мне. Только этот взгляд я ищу в толпе, в надежде, что он спасет меня и спрячет от всего мира. Глаза — уязвимое место, ведь в них можно увидеть душу человека. И как раз это место полностью подвластно только мне, как и его душа. Его «давно замерзшее сердце», как выразилась Асти, вовсе не является таким. Оно бьется, просто настолько тихо, что его стук можно услышать лишь положив голову на обнаженную грудь, которая украшена шрамами, скрытыми под татуировками. С самого детства Кинг был несчастлив. Ужасный отец, убийство матери, темная сторона мира, в которую он был втянут будучи маленьким и ни в чем невинным ребенком. Он совершает много ошибок, но кто я такая, чтобы винить его? Кто я такая, чтобы не простить его и мстить? Разве я великий Создатель? Нет… Я простой человек. Человек, возомнивший себя выше других. Та, кто начал играть жизнями людей и плести интриги. Кто я такая, чтобы говорить, что плохо, а что хорошо? Кто они такие, чтобы решать чего заслуживает Кинг и кто они такие, чтобы думать, что знают его? Никто. — Асти, возможно, я сейчас покажусь грубой, но не стоит говорить подобного. Ты не знаешь его так, как знаю я. Не видела его настоящим. Не слышала о его жизни до всего этого кошмара. Разве ты считаешь себя настолько умной, чтобы лезть в подобные дела? Или ты прожила жизнь Джеймса Кинга? Нет, — я грустно улыбнулась, — поэтому не стоит обсуждать подобное. Мне неприятно слышать это о моем мужчине, о человеке, который принял меня настоящей и полюбил. Асти внимательно слушала меня. На ее лицо не проскользнуло неприязни ко мне или обиды, в женских глазах читалось уважение, словно я одержала победу в бою с сильнейшим соперником. Мила сидела с другой стороны и молча наблюдала за тем, как мы с Асти смотрим друг на друга. Девушка Ореста просто кушала ягоды, привезенные для нас Рэем и Клодом. — Ты права, Аврора. Не думай об обидах, я не из таких людей. Просто я на мгновение подумала, что ты несчастна рядом с ним. Твои глаза не сверкают, а тело выглядит скованным. Ты очень задумчива. Я выдавила из себя улыбку, рассматривая лицо со еседницы. — Так и есть. У меня появилась проблема, которую предстоит решить… — я обернулась, ища глазами знакомый силуэт, но не найдя его, отвернулась, — и я не знаю будет ли это правильный выбор. — В любом случае, чтобы ты не выбрала, — ее рука коснулась меня, поглаживая пальцами кожу, — знай, что черное очень легко спутать с белым. Я непонимающе подняла глаза к ее лицу, на что она прищурила глаза и хитро улыбнулась. Позади послышались торопливые шаги, а после перед нами появились парни. Это был Стефан, Джексон и Клодин. — Не желаете потанцевать с нами? — начал Джексон, осматривая наши лица и, точно сканер, ловил каждое изменение в них. — Боюсь, наши партнеры будут против, — проговорила я, — вам же не нужны проблемы? — на моей и лице Милы прятались улыбки, вспоминая предыдущие разы. — Они не против. Всего один танец, — промолвил Клодин, — Аврора? — Хорошо, — я улыбнулась, — пошли, мой мальчик. Я разобью твое сердце. Клодин рассмеялся, ловя мою ладонь. Он аккуратно придерживал меня за талию, словно боялся меня. В его глазах не читалось угрозы, он был мил и добр. Я же смотрела на него с вызовом, ожидая проступка с его стороны. — Ты так на меня смотришь, словно ждешь подвох. — Клодин, — я рассмеялась, кружась в танце, — ты слишком мил. Конечно я ожидаю подвоха, ведь таким мальчикам нечего делать рядом с Кингом и остальными. — У каждого есть скелеты в шкафу, — я оказалась прижата к его груди, а его губы были около моего уха, — но не каждый решается сразу знакомить их с новыми друзьями. Я улыбнулась, ловя иронию в его голосе. Он говорил про меня, однако я решила оставить это предложение без ответа. — Ты слишком безэмоционален для танго. Зачем выбрал этот танец? — я резко развернулась, обходя его, нарочно задевая бедро пальцами. — Знал, что тебе он нравится. — Решил таким способом произвести впечатление на меня? — парень поймал меня, касаясь открытой части живота. — Мне не нужны танцы, чтобы что-то доказать. На его лице впервые за долгое время появилась ухмылка, которая походила на улыбки Кинга, когда он задумывал что-то интересное. От этого выражения лица я сбилась с ритма и, споткнувшись начала падать, задевая спиной другую пару. К счастью, Стефан поймал меня, за что я была благодарна ему. — Спасибо, — я улыбнулась, — что поймал. — Не стоит. Он помог мне подняться и вернулся к Асти, которая внимательно изучала танец Милы, танцующей с Джексоном. Они казались веселыми и во время танца звонко смеялись, что нельзя было не заметить. — Девочка моя, — услышала я крик сзади, — поправь свою кофту! Я посмотрела вниз и увидела, что часть толстовки задралась вверх, оголяя несколько сантиметров нижнего белья. К счастью, это заметили немногие. Да и стесняться было нечего, мы видели друг друга в разных состояниях и одежде, в том числе купальниках. — Прости, что не поймал, — проговорил Клодин, — не сумел сориентироваться. — Ослеп от моей красоты? — я хохотнула. — Скорее удивился твоей сногсшибательности. Мало того, что задела Асти и Стефана, так еще и сама упала. Удивлен как Джеймс еще не ездит на коляске. — Он просто удивительный мужчина, — прошептала я ему на ухо, — с ним не сравнится никто. — Даже Адамсон? — так же тихо прошептал Клодин. Я резко оттолкнула парня от себя и сделала пару шагов назад. От упоминания Мэйсона мне стало в разы хуже. Дыхание сбилось, а голова закружилась, словно меня ударили в солнечное сплетение. Парень внимательно следил за мной. — Адамсон это отдельная тема и ошибка. Не думаю что стоит ворошить прошлое. — Считаешь Джеймс не знает об этом всем? — продолжал парень, — Он далеко не глуп. Ты просто не знаешь с какими людьми он имел дело и что их ждало, после того как Кинг узнавал об их заточенных ножах, планирующих лететь в его спину. — Ты не понимаешь о чем говоришь. — Понимаю и знаю. Твоя реакция доказывает, что я прав, — его рука потянулась к моей. — Продолжим танец? Я не хотела, но, чтобы не привлекать ненужного внимания, я сделала шаг вперед, касаясь подушечками пальцев ладони Клодина. Музыка ушла на второй план, как и другие звуки, отвлекающие от собственных мыслей и разговоров Клодина. Кажется, наш танец стал в разы чувственные. Мои глаза смотрели с болью и ненавистью на молодого парня, а он со строгостью и насмешкой. Его руки едва касались меня, все так же с излишней осторожностью, но это не мешало ему направлять мою тело и кружить в танце, притягивая к себе, а затем отталкивая. Между нами был пожар. Пламя огня окутало наши тела, но оно не желало соединяться. Мы выглядели, как противники на поле боя. Я показывала свое мастерство владения танцем, выпуская все чувства наружу. Метая ими в Клодина, точно копьями. Его же оружие — язык: — Он откажется от тебя, а его убьет. Ты вновь окажешься одна. Никому не нужная. — Хочешь сказать, что все знают о моей связи с Мэйсоном? — Еще нет, только я, — он улыбнулся, — но скоро узнает Кинг. Это сделаешь ты или я. — Что ты хочешь за молчание? — я прижалась к его груди — часть танца. — Обговорим это через час около пруда. — Что за пруд? — Прямо за домом. Пара километров и ты выходишь на прекрасную поляну с прудиком. Об этом месте знаю только я и Альфонсо, поэтому не переживай. Нам не помешают. После этих слов, мужчина отпустил меня, отталкивая от себя. Я сделала пару шагов назад, не отводя от него пристального взгляда. Мне не нравилось это, однако, в голове уже созрел план, как исправить эту ошибку. — Как ты? — моего плеча коснулась Мила. — Все отлично, — я повернулась к ней, — ты как? — Тоже. Джексон отличный партнер в танце, чего не скажешь о твоем. — Да… Он своеобразный, — я вновь посмотрела на парня, — в некоторых местах даже был похож на Кинга.

* * *

Время пролетело незаметно и я уже шла к пруду, однако не по той дороге, о которой говорил мне Клодин. Я вспомнила, как пьяный Альфонсо рассказывал о своих домах и о каком-то сказочном месте. Рассказывал, что есть две дороги, которые ведут к нему. Я выбрала ту, по которой давно не ходили. Там было много воды, палок и упавших деревьев. Я шла не в своей обуви, а босиком. Дойдя до конца, я присела на поваленное дерево и сняла носки, вытирая грязь с ног. Далее обулась и перепрыгнула на траву, не оставляя за собой следов. По крайней мере, мне так казалось… Я не слышала стука своего сердца, я не чувствовала внутри ничего. Никакого сожаления за то, что я планировала сделать. Ноги привели меня к этому сказочному месту. Деревья расступились и передо мной оказалась, небольших размеров, чистая поляна. Без деревьев и лишних предметов. Трава, пруд и ничего кроме. — Ты все же пришла. — проговорил парень, поворачиваясь ко мне. — Как видишь, да. Давай перейдем сразу к делу. Чего ты хочешь? — парень приблизился ко мне, я же стояла на месте, стараясь не делать лишних шагов. — Я хочу, чтобы ты рассказала Кингу правду. Вы не должны быть вместе. Ты делаешь его слабее, чем он есть на самом деле. К тому же, тебе нравится другой. Все в плюсе. — Допустим, но в чем твоя выгода? — я обняла себя руками, согревая. — Моя выгода в том, что я не люблю быть на стороне проигравшего. У Джеймса огромные планы на будущий месяц, а ты все портишь, как и Мэйсон. В любом случае Кинг узнает обо всем, вопрос только в том, от кого. От своей жены или от друга. Как думаешь от кого ему будет узнать больнее? — От тебя… — прошептала я, медленно опуская руки вниз. — Ну вот, — его рука коснулась моего подбородка, заставляя смотреть на него, — так что ты решила? Я положила левую руку ему на плечо, а вторую подняла к груди, приставляя дуло пистолета к телу. Парень округлил глаза, но не успел ничего сделать. Пара отточенных движений и я выстрелила. Звука не последовало, ведь я прекрасно помнила уроки Кинга и его советы… Молодое тело упало к моим ногам. Его губы скривились в гадкой улыбке, а глаза так и остались открытыми. Как ни странно, но мне не было страшно от самой себя. Я радовалась, что выиграла, что Кинг не узнает о том, что скоро будет окончено. Кровь красиво растеклась по телу, намочив одежду, тем самым заставляя ее прилипнуть к коже. Я опустилась на колени, желая коснуться молодого лица. На мгновения мне показалось, что он просто лежал на земле, считая звезды однако положение его туловища не дало обмануть мне саму себя. Он мертв. По моей вине. — Ты слишком глуп, Клодин, если думал, что я не изменилась рядом с Кингом, — мои губы изогнулись в истерической улыбке. — Он не должен был этого узнать, как и другие. Ты сам виноват. Не нужно было совать свой нос в чужие дела. Я поднялась на ноги и запрокинула голову вверх. Мне хотелось закричать, хотелось смеяться, хотелось танцевать. Я убила человека. Пути назад больше нет. Я окончательно встала на путь Тьмы, желая соединиться с ней в одно целое. — Вот так мама, — прошептала я, — а ты говорила, что я слабая и во мне нет стержня. Я вновь улыбнулась, опуская голову вниз. Моя рука прошлась по собранным волосам, вытирая выступивший пот. Я убийца. Самой не верится в то, что я говорю. Как я только докатилась до этого? Мои ноги подогнулись и я рухнула рядом с Клодином. — Жила была милая маленькая девочка по имени Аврора, — начала свою сказку я, — ее не любили родители, ей не везло в любви и дружбе. Так она считала. До одного момента. Ее похитил злой и страшный Джеймс Кинг. Девочка прожила с ним два года и очень изменилась за это время. Ей казалось, что она наконец нашла любимого человека…но одна папка изменила все. Однажды ночью она проснулась и пошла в кабинет Джеймса Кинга, нашла там интересные листики и решила их изучить. На это Аврора потратила очень много времени, однако результатом оказалась довольна. Она узнала страшную тайну о своей семье и любимом человеке. В тот же момент она озлобилась на него и начала ненавидеть мужчину. Аврора решила мстить. Сначала сблизилась с врагом Джеймса, а после перешла к более важным делам. По щеке скатилась слеза, но я ее спешно вытерла. Луна была перед моими глазами и, казалось, внимательно слушала меня. — Аврора училась стрельбе у своего любимого, узнавала его тайны, о которых позднее докладывала Мэйсону — врагу Джеймса по бизнесу и жизни. Так она медленно, но уверена шла к своей цели, если бы не одно «но». Кинг искренне просил у нее прощения и признал свои ошибки, он раскаивался в случившемся и тогда в ослепленной местью Авроре проснулась маленькая девочка, которая все это время была заточена в темницу. Именно она и подтолкнула Аврору на такой рискованный шаг. Та девочка была ослеплена сумасшедшей любовью к этому мужчине, а Аврора местью. Я опустила голову вниз, смотря на горизонт. Мое тело содрогнулось, а рука непроизвольно потянулась к пистолету. Около входа в это, до недавнего времени, чудесное место стоял тот, кого я не ожидала увидеть. Там стояло тело, которое я обнимала ночами. На меня смотрели глаза, в которых я всегда боялась увидеть осуждение или разочарование. Он не двигался. Он просто стоял и наблюдал. Как давно? И слышал ли он мой рассказ? Я медленно поднялась на ноги, оставляя пистолет на траве. Голова повернулась в сторону мертвого Клодина и я осознала, что он соврал мне. Об этом месте знал не только он и Альфонсо, а еще и Кинг. А если он весь разговор стоял там?! Если он все слышал и видел…но тогда почему не спас друга? Я вновь посмотрела в сторону, где ранее стоял Кинг. Его уже там не было, он стоял в паре шагов от меня. Его лицо не выражало никаких эмоций, лишь глаза были устремлены к пистолету. Он молчал. — Джеймс… — мой голос дрогнул, а на глазах появились слезы. — Я отошел покурить, а приходя сюда вижу тебя, сидящую на траве, и труп Клодина, — он поднял брови вверх, в непонимании, — я ведь все правильно вижу? Или мне подсыпали наркоты. — Я убила его. Теперь уже он посмотрел на меня. Руки мужчины были в карманах, а тело было вовсе не напряженным. Он выглядит до ужаса спокойным, я не понимала его. Разве ему не больно потерять друга? Не больно потерять соратника? — Что произошло. — его голос стал в разы грубее, а взгляд обрел серый оттенок. — Я… — я сделала шаг назад, желая поднять пистолет, — сначала нужно… — Тебе он не нужен. Положи на место, — проговорил Кинг, — я не собираюсь делать с тобой что-либо, вне зависимости от того, из-за чего это произошло. — Я не собиралась тебя убивать… — я испуганно взглянула на него. Мужчина улыбнулся, прикрывая глаза, затем мотнул головой, как бы отгоняя от себя мысли. — Выслушай меня. Пожалуйста Выслушай меня до конца, — по моим щекам начали катиться слезы, — это очень важно. Не перебивай меня и…и не уходи. Я не переживу, если ты вновь откажешься от меня. — Вновь? — на его лице читалось искреннее удивление. — Слушай. Я села на траву, приглашая его присесть рядом. Кинг выполнил мою немую просьбу и присел рядом. Его рука накрыла мою ладонь, в подбадривающем жесте. Я пару раз всхлипнула, ведь я зря убила Клодина. Он все равно сейчас узнать обо всем. — Давай забудем, что здесь произошло? Умоляю! — Аврора, я все равно узнаю. От тебя или из других источников, но узнаю. Я даю тебе шанс, не огорчи меня. — Ты не простишь мне этого. Убьешь… — я улыбнулась. — Твои слова не отличаются от тех, что ты говорила на прогулке. Это касается одной темы? — я кивнула, — Расскажи мне. — Я не могу, — прошептала я, смотря на него, — я боюсь потерять тебя. Очень боюсь. Кинг вздохнул и отвернулся. Уверена, ему было не менее тяжело, чем мне. То, чего он боялся произошло — я становлюсь такой как он. — Я не смогу тебя оставить. Даже если ты убьешь меня, помни, даже на том свете я был бы за тебя и с тобой. — Хорошо… — я села поудобнее и убрала свою руку от руки Кинга. — Когда мы были у наших новых родителей, — я нервно улыбнулась, — я пошла в дом, а ты остался с ними. На экране твоего телефона появилось уведомление. Я разблокировала телефон, вспомнив твой пароль, который ты не скрывал от меня. Очень зря. После прочтения, я поняла, что оно касается меня. Далее еще пара незначительных деталей и вот я решилась на один рискованный шаг. В тот день, когда Мила осталась на ночь у нас, тебя не было дома, и я решилась пойти в твой кабинет. Я нашла в столе папки, в них документы. Всю ночь я просидела там, изучая бумаги, — я посмотрела на Кинга, он молча слушал, с опаской смотря на меня, — эти бумаги буквально убивали меня. А точнее то, что я видела на них. Там были мои фото, там было досье обо мне и моей семье. Там было много всего и это долго перечислять, но в ту ночь я узнала, что все было игрой. Я была пешкой в твоих руках, которой ты умело управлял. Мне стало очень больно и обидно. Я сложила все на место и поспешила на кухню. Всю оставшуюся ночь я выпивала, после Мила уехала и приехал ты. Я хотела разорвать тебя на месте, но терпела, ведь у меня был план. Я собиралась… Я всхлипнула и отвернулась от Кинга. Мне было невыносимо смотреть в его глаза, невыносимо видеть его лицо. Я изменяла ему, собиралась убить. Мне было противно от самой себя, от чего я громко плакала. Холодные руки забрались ко мне под толстовку и придвинули к себе, я замолчала, боясь пошевелиться. — Ты боишься меня? — спросил Кинг, нагибаясь к моей шее. — Я боюсь, что ты отвернешься от меня, узнав всю правду. — Я ведь пока сдерживаю свое обещание, поэтому продолжай. Мужчина усадил меня к себе между ног, прижимая к груди. Я чувствовала его ровное дыхание и неосознанно подстраивалась под его ритм. — Я решила испортить тебе жизнь. Лишить всего, чем ты так дорожишь. Растоптать тебя так же, как ты это сделал со мной. Я хотела отобрать у тебя друзей, бизнес, власть и репутацию, — мужские руки чуть сильнее надавили на меня, но я продолжила, не обращая внимания на его эмоции, — я сделала это. Я рассказывала Мэйсону о твоих уязвимых местах, касающихся работы, про твою жизнь я не говорила. Я спала с ним. Я планировала убить тебя. Мои глаза закрылись, и я прекратила говорить. Меня словно покидали силы, тело стало ватным и неподъемным, сознание стало медленно утекать. ОТ ЛИЦА АВТОРА Ночное небо, украшенное яркими звездами, нависает над поляной, точно купол. Деревья выстроились в круг, касаясь ветками друг друга, не подпуская никого к этому сказочному месту. Там, на траве, сидит мужчина, на руках которого лежит его радость и проклятье одновременно. Неподалеку от них раскинулся молодой парень, чьего лица так и не успела коснуться старость, чье сердце так и не успело испытать прекрасного чувства — любовь. Кровь на его теле окрасила белое худи в алый цвет, растекаясь по вещи небрежно, точно маленький ребенок решил разлить на кофту старшего брата красную краску. Смерть подкралась ко Клодину так неожиданно, что он даже не успел ничего осознать. Жаль. Ему стоило уяснить, что встревать в чужие дела плохо и очень небезопасно, как оказалось. Особенно, когда пытаешься помешать двум влюбленным, сошедшим с ума друг от друга. Со стороны можно было подумать, что природа понимала все происходящее здесь. Вокруг не были ни звука. Ветра не было, от чего верхушки деревьев не шевелилась. Вода в пруду медленно покачивалась, боясь нарушить тишину и привлечь к себе внимание опечаленного мужчину. Мой любимый Джеймс Кинг. Сколько же ему пришлось настрадаться, но ни одно, пережитое им страдание, не сравнится с тем, которое он сейчас испытывает. Его светлый лучик надежды с каждым днем тускнел, пока и вовсе не погас. Он не замечал этого и не стоит его в этом винить. Разве мы с вами, мои дорогие читатели, многое замечаем вокруг себя, когда влюблены? Разве смогли бы вы начать подозревать своего партнера в измене или желании вашей смерти? Не думаю, что ответ окажется положительным. Все это время Кинг внимательно слушал каждое слово, вылетевшее из уст Авроры. Вдумывался в ее рассказ, пытаясь понять, и ему это удалось. Он увидел в этом крошечном теле себя и глядя в ее завораживающие глаза вспоминал все те моменты, когда сам поступал так же. Не задавал вопросов, не пытался решить что-то словами или понять человека, а просто брал в руки оружие и издевался над телом жертвы. Он помнил, как это расслабляло его и как ему нравилось это делать. Джеймс любил пытки, любил кровь и крики, мольбы о пощаде, но не на одну из них он не отвечал, кроме ее… Кроме просьб Авроры. Казалось, такая маленькая и хрупкая девочка, которая должна была стать инструментом в руках Кинга, для достижения желаемого, однако кто знал, что ее душа окажется ключом к освобождению Кинга. Девушка смогла влюбить в себя монстра, так называли его окружающие, и смогла сама полюбить его, не взирая на то, что он говорил и делал. Она приняла его таким, какой он есть. Именно этот мужчина не скрывал своих плохих сторон и не отрицал себя настоящего. Аврору это всегда удивляло, ведь именно это она считала мужеством и настоящей силой. — Маленькая моя, — на лоб девушки упала слеза, — что же ты натворила. Солнце мое ясное…мой ангел. Сидя на коленях и держа в руках Аврору, которая потеряла сознание, Кинг плакал. Впервые за долгое время на его лице показались слезы. Ему было сейчас все равно на то, как он выглядел. Он хотел только одного — исправить то, что натворил, хотел рассказать Авроре об истинных чувствах и молить о прощении. Мужские слезы беззвучно падали на девичье лицо. Его боль не было слышно, но было видно. Каждая мышца была напряжена, на лице играли желваки, а из глаз текли слезы, которые Кинг не мог контролировать. Он был зол на себя. Зол на то, что ничего не замечал и позволил своей малышке попасть в свой мир. Зол на Мэйсона, ведь он знал как не прост был этот человек, но позволил ему одурманить Аврору. Кингу хотелось разорвать его на части, издеваться над ним, заставив чувствовать боль, которую чувствует сейчас сам. И он это сделает, мужчина пообещал себе десятками лет раннее, что тот кто посмеет тронуть его вещи, останется не только без рук, но и без головы. Каждая слеза, упавшая на лицо Авроры, была, точно яд. В ней содержались: боль, тоска, обида и злоба. Кингу было больно понимать, что он не сумел, что он проиграл. Другой мужчина касался нежной кожи, другой целовал ее пухлые губы, другой был в ее мыслях. Но несмотря на все это Джеймс не мог отказаться от Авроры. Ему была нестерпима мысль о том, что больше не сможет увидеть ее игривых глаз, не сможет услышать нежного голоса, не сможет касаться ее тела… Пока на поляне, спрятанной от людских глаз за деревьями и накрытой черным куполом, лежало бездыханное тело и сидели двое влюбленных, за пределами этого сказочного места, отдыхали остальные. Альфонсо уже в четвертый раз за вечер рассказывал всем как познакомился с Асти. Орест и Мили сидели в углу и что-то тихо обсуждали. Стефан, Джексон и Рэй выпивали, слушая рассказ своего друга. О Джеймсе и Авроре вспомнили всего раз и решили списать их отсутствие на страсть, про Клодина и вовсе забыли. Тем временем наша главная героиня пришла в себя и, думаю, ей стоит самой вам рассказать, что же будет дальше. ОТ ЛИЦА АВРОРЫ: Я открыла глаза и тут же закрыла, вытирая лицо и глаза. Оно почему-то было мокрым, хотя дождя не было. Голова неприятно пульсировала, а когда я открыла глаза, мне и вовсе захотелось вновь потерять сознание. Запах крови смешался с любимым запахом тела, навевая неприятные воспоминания из прошлого. Напоминая мне о моих страхах и о том, как Кинг ломал меня. В груди все сжалось от обиды, однако стоило мне сфокусировать свой взгляд на мужском лице, как все тут же исчезло. — Ты…плачешь? — Почему ты не спросила меня, — несмотря на слезы, мужчина говорил четко, — зачем убила Клодина, который не был замешан в этом. — Он узнал обо мне и Мэйсоне, — я взяла Кинга за руку, чтобы встать, — говорил, что расскажет тебе… Во время танца он пригласил меня сюда, чтобы решить этот вопрос. — И ты решила убить Клодина, чтобы он не рассказал мне о вас? — на его лице уже не было слез, оно вновь обрело сосредоточенный вид и только красные глаза с блестящими, от недавних слез, щеками могли рассказать о чувственности этого человека. — Да. Молчание. Оно так сильно угнетает, но также дает возможность обдумать все сказанное и сделанное. Я убила человека и не чувствую себя плохой. Я чувствую безразличие по отношению к нему. Почему? Кто я? Как можно совершать подобное и никак не реагировать на это. Разве такое возможно? — Ты любишь Мэйсона. Я прав? — на его лице заиграли желваки. — Я так думала. Я поднялась, от чего в глазах потемнело и я пошатнулась, но на ногах устояла. Мне было невыносимо видеть Кинга. Я не могу поверить, что теперь он знает обо всем. — Он действительно хороший и прекрасно относился ко мне, но сегодня Асти сказала мне одну фразу: «черное очень легко спутать с белым». — И ты так быстро передумала? — Нет. Это лишь заставило меня задуматься. Почему он всегда оказывался рядом в нужный момент? Почему всегда помогал мне и был ласков. Слишком идеален для реальности. Я пыталась гнать от себя эти мысли и не предавала им значения до недавнего времени. Думала не стоит искать подводные камни там, где их может не быть. Мне нравилось проводить с ним время. Я услышала смешок за своей спиной, но решила продолжить говорить, все также стоя спиной к Кингу. — Твои вчерашние слова задели меня за живое. Мне показалось, что ты действительно жалел о содеянном и я видела твои глаза. Видела в них то, чего мне так не хватало… — Правды, — проговорил Кинг одновременно со мной. Я обернулась и уткнулась в его грудь. Он стоял, точно скала. Такой большой и сильный. Такой холодный и недосягаемый. Мужская рука коснулась моей щеки, а после большой палец прошелся по нижней губе. — Знаешь, что самое смешное в этой ситуации? — я искренне удивилась от услышанного, — Я не могу злится на тебя, не могу и не хочу оставлять тебя, Аврора, потому что не вижу своего существования без тебя. — Я хотела тебе рассказать об этом, когда разберусь в себе. Кинг приблизился ко мне, касаясь второй рукой моей талии. — Ты убила человека, — его губы почти касались моих. Я сделала шаг, ныряя с головой в объятия Кинга. Губы коснулись его. Поцелуй был жадным, рваным, словно мы оба не виделись целую вечность и наконец-то нашли друг друга. Будто вернулись в прошлое, в те прекрасные дни на отдыхе. Эмоции, словно в тот день, когда Кинг впервые признался мне в любви. Адреналин вскружил головы нам обоим, лежащий неподалеку Клодин больше не интересовал нас. Чувства брали верх. — Я знаю, — прошептала я, на мгновение отстраняясь от Кинга, — знаю.

* * *

С того момента, как Кинг обо всем узнал прошло три месяца. Мы переехали жить в новый дом, он был прекрасен. Большой, имеющий два этажа, с тремя башнями, на верхушки которых можно было выйти и насладиться пейзажем. Когда я впервые его увидела, пошутила, что это настоящий замок, на что Кинг ответил, что королевам положено жить в замках, как и королям. Территория была большой, примерно такой же, как в прошлом. Его, кстати, Кинг не продал. Он решил сделать его домом для отдыха с нашими друзьями. На территории нового дома находился бассейн с лежаками, две беседки, еще один небольшой дом, который мы пока не придумали для чего, гараж и детская площадка, но детей мы не планировали ближайшие три года. Я решила основать свою небольшую сеть магазинов, с созданием которой мне очень помог Джеймс. Но решили мы, что дети сейчас будут мешать не только по этой причине. Кроме работы Кинга и моего небольшого бизнеса, мы прорабатываем наши отношения поэтому детей посчитали лишними, ведь что мы будем за родители, когда еще сами не разобрались в себе? А также у нас не будет сил и времени на них. Рядом были еще пара десятков домов, в которых жили люди. Мы успели познакомиться только с двумя семья, они оказались очень милыми, приветливыми и помогли нам сориентироваться в небольшом городке. Что касается Зигги, Гектора и Бенни, они все также живут с нами и радуют. Недавно Бенни притащил домой котенка, как оказалось этот малыш был питомцем наших соседей. Мы конечно же вернули его и извинились. Однако на этом Бенни не остановился, спустя пару дней он снова притащил в дом котенка, только уже другого, на что соседи сказали, что ему не хватает внимания и подарили нам нового питомца. По началу Кинг был недоволен, но вот уже третий день он бегает вокруг нового члена семьи, спит с ним, играет и кормит. Кажется, он уделяет большую часть внимания коту, а не мне. Убийство Клодина повлекло за собой череду неприятных событий. Кинг взял вину на себя, сказав, что они сильно поругались и он не сдержался. Альфонсо был очень огорчен, остальные тоже, но не настолько сильно. Испанец закрылся в себе и лучшим другом на месяц стал алкоголь. Он часто звал Кинга к себе, чтобы поговорить и даже пытался убить его. Три раза Джеймс приходил домой в ранах и синяках, один раз с переломом кисти. К счастью, уже все налаживается. Будем надеяться, что Альфонсо действительно отпустил Клодина и больше не злится на Кинга. Мэйсон Адамсон. Я и он доставили много хлопот Кингу, связанных с работой и правоохранительными органами, конечно всех их удалось решить, но осадок остался. Мэйсона я больше не видела и не слышала о нем, словно его стерли с лица земли. Меня это очень волновало, однако когда я спрашивала у Кинга, что с ним, он переводил тему, не желая обсуждать это. Несмотря на то, что Джеймс простил мне все, мы записались к психологу и решили проработать все наши травмы. Конечно о убийствах мы умалчивали в кабинете психолога, но об остальном говорили открыто. Наши отношения с каждым днем становились крепче, что не могло не радовать. Мы перестали скрывать что-либо друг от друга. Теперь мы делимся этим друг с другом и приходим к компромиссу, ведь помним к чем привел обман и молчание — к ошибкам, которые мы решаем по сегодняшний день. — Ангел мой, — моей поясницы коснулась холодная рука, — сегодня день, когда я, если верить твоим словам, испортил твою жизнь. День, когда лишил возможности спокойно жить Я лежала на лежаке, греясь на солнце, и посасывая гранатовый сок из трубочки. Зигги лежала рядом, раскинувшись на газоне, остальные где-то бегали. — Дурак, — я засмеялась, поворачиваясь к нему, — я люблю тебя. — И я тебя, — любимые губы коснулись моего виска, оставляя нежный поцелуй, — пойдем со мной, мне стоит показать тебе одну вещь. — Подарок? — мои губы расплылись в улыбке. — Именно, — проговорил он, хватая меня за руку, и хитро сверкнул глазами.