давай попробуем вместе?

— ты какой-то полноватый, тебе не кажется? — и с этих слов всё начинается. вроде и несерьёзно это было, почти что в шутку, но ваня тогда и в зал не гонял долгое время, и питался одним лишь фастфудом, поэтому слова эти воспринял как что-то само собой разумеющееся. полноватый. даже когда ему кажется, что сбросил, что лишний жир ушёл, всё равно те слова в памяти всплывают. этого недостаточно. недостаточно ходить в зал каждый день и считать калории. недостаточно совать два пальца в рот после каждого лишнего бургера, когда саня в мак с собой тащит, а ваня отказать не может. недостаточно носить огромные толстовки, под которыми непонятно, что ты из себя представляешь на самом деле, — из-за них ваня себе только крупнее кажется. полноватый. клеймом незаживающим под ключицей. татуировкой, которую не сведёшь уже, даже если очень хочется. — вань, от тебя скоро вообще ничего не останется, — внезапные слова от однокурсника удивляют. как от него может ничего не остаться, если он до сих пор вес до пятидесяти скинуть не может? разве пешков не видит, что он полноватый? а пешков совсем другое видит, когда ваня на физру переодевается, — рёбра выступающие мелькают под тонкой кожей, живот совсем впалый и тазовые косточки выпирают над поясом. ваня уже не полноватый, ваня слишком даже худой. но когда говоришь ему об этом, отмахивается только, невесело усмехаясь. потому что не видит он этого, когда в зеркало смотрит. смотрит и слышит те самые слова от девочки, которая нравилась в выпускном классе, но для которой он оказался полноватым. вот только хочется серёже верить, когда он перед зеркалом ваню ставит и футболку огромную задирает, скользя пальцами по молочной коже. — посмотри на себя, вань, — а ваня зажмуриться хочет, чтоб себя не видеть. ване хочется исчезнуть, потому что не нравится ему то, что предстаёт в отражении. но одну простую истину он понимает — уже не полноватый. теперь — неестественно тощий. некрасивый. новое клеймо жгучими слезами по щекам. а серёжа к себе прижимает и говорит, что ваня вообще-то очень красивый и сейчас, и когда поступил только на первый курс, тоже выглядел отлично. говорит, что больно ему было смотреть, как исчезает по кусочкам, гонясь за каким-то образом, который сам себе придумал, идеальным посчитав. серёже ваня любым нравится — даже таким тоненьким и бледным с покрасневшими от слёз глазами. и серёжа ване помочь хочет, а тот, кажется, сейчас только понимает, что помощь ему и правда нужна. и от серёжи хочется её принять — особенно когда говорит не банальное «красивый» или «стройный» после того, как ваня всё же набирает обратно пару килограммов и кости уже не так выделяются под бледной кожей. нормальный. и этого достаточно.