Пространство между нами

      Нейтана с самого начала не отпускало плохое предчувствие по поводу плана, который озвучил Салли. Это безумие. Идиотизм. И на сто процентов обречено на провал.       И в то же время это был лучший из возможных способов пробраться на самолёт. Поэтому Нейт, как маленький исполнительный помощник, которым он, кажется, теперь стал, не сказал ни слова против. Пока они шли к машине, он позволил себе лишь опасливо коситься на Салли и тихо бубнить себе под нос. Он запрыгнул в багажник и, пока среди всеобщей суматохи их кто-нибудь не увидел, втиснулся рядом с Салли. Как только крышка багажника захлопнулась, Нейт понял, какую совершил ошибку.       Тьма отрезала их от остального мира, оставив наедине с обжигающей тропической жарой и слишком близко прижатыми друг к другу телами. Сердце Нейта неистово зашлось в груди. Пальцы на руках и на ногах стало покалывать противными маленькими иголочками, болезненно распространяющимися по конечностям всё выше и выше. Грудь сдавило невидимыми тисками, дыхание стало поверхностным. Лоб покрыла холодная испарина, несмотря на то, что стояла, казалось бы, миллионоградусная жара. И не находись они уже в полной темноте, он мог бы поклясться, что видит перед глазами чёрные пятна.       — Твою мать, — выплюнул Нейт, пытаясь отползти от Салли, что, впрочем, обернулось неудачей, потому что в тот же момент он ударился о стенку багажника. Кажется, в коленях что-то хрустнуло и заболело. Нестерпимо захотелось вытянуть согнутые под каким-то немыслимым углом ноги. Тиски вокруг груди сдавило раз в десять сильней.       — Что такое? — прошептал Салли.       Нейт поздно спохватился, что, должно быть, говорил слишком громко. Казалось, даже его дыхание было таким же громким, как и голос. Но конкретно в тот момент его мало заботили такие мелочи. По крайней мере, если их поймают, он выберется из этой маленькой дьявольской чёрной норы.       — Просто... тут тесновато, — ответил Нейт, безуспешно пытаясь выровнять дыхание.       — У тебя клаустрофобия? — недоверчиво спросил Салли.       — Нет, — ну, по крайней мере, он так думал. У Нейта никогда не было проблем с тёмными замкнутыми пространствами. Впрочем, он никогда раньше и не попадал в тёмные замкнутые пространства.       — Тогда успокойся, — Салли чуть сдвинулся, возможно для того, чтобы дать Нейту больше свободного места.       Но проблема была в том, что в багажнике вообще не осталось свободного места. Они всё ещё прижимались друг к другу, но теперь в некоторых местах между ними были крошечные промежутки. Нейт благодарил вселенную хотя бы за это.       — Не получается, — рвано вздохнул Нейт, до боли сжимая кулаки и пытаясь представить, что он находится где угодно, но только не в красном железном гробу. — Отвлеки меня.       — Отвлечь? — спросил Салли таким знакомым язвительным тоном, что Нейт бы обязательно закатил глаза, не находись он в данный момент в несколько плачевном состоянии. — И чем, по-твоему, я должен тебя отвлекать?       — Да чем угодно, — ответил Нейт, игнорируя намёк на отчаяние в собственном голосе. — Пожалуйста.       — Хорошо, — последовавшая за этим долгая пауза показалась Нейту вечностью. — Знаешь, мне жаль твоего брата.       — Нет, — он не хотел снова слышать об этом. Он до сих пор испытывал противоречивые чувства относительно смерти брата и того, каким образом узнал о ней. И в нынешнем состоянии ему точно не хотелось слушать что-то более усугубляющее. — Выбери что-нибудь другое.       Салли замялся.       — Ну... это сложнее, чем я думал. Понятия не имею, о чём поговорить.       Салли усмехнулся, и его дыхание опалило затылок Нейта, посылая по телу мелкую дрожь. Кожу покалывало, и — вау — это оказалось довольно шокирующим отвлечением. Даже если длилось всего мгновение.       И, конечно, у Салли не нашлось слов. В любое другое время он не затыкался, но сейчас, когда Нейту так нужно, чтобы он говорил, ему было нечего сказать. Правда, Нейт и сам не мог придумать ни одного вопроса, который он мог бы в свою очередь задать.       Салли снова немного сдвинулся, как будто складываясь в чуть более удобную позу. И так вышло, что теперь они лежали, практически обнимаясь в позе ложки. Не точно в ней, но очень похоже. Салли почти прижался к спине Нейта. Бедра к бёдрам, колени под коленями и грудь к спине. Единственной разницей с обычной ложечной позой было то, что Салли не прижимался к заднице Нейта, и тот не мог сказать, был ли он благодарен за видимость целомудрия или разочарован тем, что ему не достался новый повод для отвлечения. Тем не менее тёплая рука расположилась на его бедре, и быстро бьющееся до этого сердце неожиданно замерло. Нейт судорожно вздохнул и передёрнул плечами.       — Ты в порядке, малыш? — голос Салли звучал так близко к его уху, что Нейт вопреки воле покрылся мурашками.       — Это определённо меня отвлекает, — скупо произнёс он.       — Что, это? — спросил Салли, скользнув ладонью вверх почти до самой ширинки.       Нейт выдохнул, не заметив даже, что ранее задержал дыхание. Сердце снова забилось в бешеном ритме, только теперь по совершенно другой причине.       — Д-да, — выдохнул Нейт, закрывая глаза. Не то чтобы от этого что-то поменялось — он всё равно ничего не видел в кромешной темноте.       — Что же, тогда я не против продолжить отвлекать тебя, если не против ты, — голос Салли стал глубже и ниже, чем Нейт привык.       По телу снова побежали маленькие иглы, но на этот раз они были приятными и направлялись по строго определённому маршруту. Рука с бедра переместилась под край футболки, кончики пальцев едва касались кожи, но неизменно оставляли на ней обжигающий след. Нейт ничего не мог с собой поделать. Ему понравилось так гореть.       — Н-не против, — голос дрогнул, хотя он не мог сказать, от чего именно. Из-за продолжающейся панической атаки, которая за считанные секунды приняла странный оборот, или из-за того, на что он только что подписался. И хотя он в точности не знал, на что именно подписался, но был уверен, что это как-то связано с сексом.       Нейт понимал, что динамика их отношений изменится. Но он также понял, что на удивление охотно пойдёт на это, несмотря на то, что раньше не думал о Салли в таком ключе. Полная уверенность в том, что если Нейт будет продолжать паниковать, их найдут и убьют, подсказывала, что он сделал правильный выбор.       Тёплые пальцы щекотно скользили по боку. Салли невесомо провёл ими по рёбрам, а Нейт растворялся в ощущениях. Прикосновения Салли оказались на удивление нежными. Лёгкое движение по соску заставило Нейта застонать. Он сразу залился краской из-за столь смущающего звука, но Салли не думал останавливаться — он сделал так ещё. В этот раз Нейту удалось промолчать, но отвыкшее от подобных прикосновений тело слегка тряхнуло. Он не мог припомнить, когда кто-либо из любовников уделял внимание его соскам. Ещё один выдох сзади заставил волосы на затылке зашевелиться.       Салли сжимал, играл, выводил круги и поглаживал его сосок до тех пор, пока член Нейта не запульсировал, отчаянно желая того же внимания. Нейт очень старался не стонать и не ёрзать, подаваясь движениям. К тому времени, как Салли провёл ладонью по его груди к другому соску, член Нейта был наполовину твёрд, а крошечное пространство багажника и вовсе перестало его беспокоить. На самом деле, он даже хотел сдвинуться назад, чтобы полностью вжаться в Салли. Подавив в себе этот порыв, Нейт сосредоточился на ладони, которая с груди двинулась вниз к прессу, вычерчивая кончиками пальцев все доступные линии. Нейт не смог подавить очередной судорожный вздох.       Ладонь, которая только что кружила под пупком, — так близко к его твердеющему члену, — к большому сожалению Нейта, не опустилась ниже, а переместилась на бедро. Салли дразнил его, массируя каждый дюйм, до которого мог дотянуться, и двигаясь по ноге то вверх, то вниз. Нейт пожалел, что на нём были надеты грубые штаны, потому что этих прикосновений — как бы они не были хороши — оказалось недостаточно. Лучше бы он был в пижамных штанах или баскетбольных шортах, которые можно вообще задрать. Или ещё лучше, если бы они с Салли находились сейчас в более просторном помещении, где Нейт сорвал бы с себя чёртовы штаны и запустил ими в другой конец комнаты. Но они были в этом сраном тёмном маленьком багажнике на пути к верной смерти с...       Салли положил ладонь на член Нейта, заставив разом исчезнуть из головы все мысли. Нейту не удалось сдержать стон от долгожданного прикосновения, но ему всё равно было мало. Он дёрнулся, натянув и без того слишком плотно сидящие штаны.       — Уже такой твёрдый, детка, а? И всё для меня, — прошептал Салли ему на ухо.       Жар его дыхания на столь чувствительной части тела вперемешку с неожиданным эротизмом сказанного заставили Нейта снова застонать. На этот раз он целенаправленно толкнулся бёдрами вперёд, побуждая Салли к более тесному контакту.       — Блядь, — прошипел Нейт. Он пока ещё помнил, что должен быть осторожным, но вести себя тихо уже не мог. Рёв двигателя подсказывал, что в какой-то момент они успели взлететь, и в таком шуме их вряд ли кто-то услышит. И всё же следовало вести себя более осторожно.       — Тебе нравится? — Салли теребил язычок на молнии, казалось, раздумывая, стоит ли ему её расстёгивать. Нейт от души надеялся, что тот решит — стоит. И чем скорее, тем лучше.       Нейт кивнул, поздно спохватившись, что в кромешной темноте подобное движение Салли просто не увидит.       — Да.       Как только вжикнула молния, ослабив давление на его пульсирующем члене, Нейт рвано вздохнул. Салли сжал его сквозь тонкую ткань трусов, и Нейт практически увидел звёзды. Слишком много времени прошло с тех пор, как в последний раз что-то возбуждало его настолько сильно. На самом деле прошло слишком много времени и с последнего секса, что, в первую очередь, и объясняло, почему сейчас он был так сильно на взводе. Стоило бы смутиться. Вместо этого Нейт снова толкнулся в руку в погоне за отчаянно желанным трением. Слава богу, Салли внял молчаливой просьбе, лениво сжимая и поглаживая его член. Нейт в очередной раз застонал, в следующий момент накрыв ладонью рот, в слабой попытке вести себя тише.       — Ну же, детка, — снова это слово. "Детка". Нейт глухо застонал, в шоке от того, какой эффект на него производит простое слово. Член дёрнулся и в ответ получил ещё одно сладкое сжатие. — Никто снаружи тебя не услышит. Не старайся молчать. Я хочу слышать тебя.       И будь он проклят, если эти слова не заставили колени ослабнуть, и не подтолкнули его ещё ближе к оргазму. Конечно, он понимал, что Салли лжёт. Всегда оставался, хотя и маловероятный, шанс, что кто-нибудь их услышит. И всё же, казалось, он мог немного отпустить себя. Нейт перестал так сильно зажимать рот.       Но если Салли действительно хотел узнать, каким шумным мог быть Нейт, то только не сейчас, когда они практически на волоске от гибели. Нейт ухватился за эту мысль. Не сейчас? В другой раз? А будет ли вообще другой раз? Но эти беспокойные вопросы удалось пока задвинуть в дальний угол. Прямо сейчас трусы наконец были спущены, а его член — невозможно твёрд. Капля предсемени растеклась по головке в ту же секунду, как плоть коснулась плоти, и Салли начал быстрые ровные движения кулаком. Нейт сомневался, что продержится долго.       Салли ещё немного сдвинулся, в этот раз полностью преодолев оставшееся расстояние между ними. Учитывая мощный стояк, который теперь прижимался к его заднице, Нейт мог бы сказать, что они одинаково наслаждаются происходящим. Салли вжался в него ещё сильнее, и Нейт на автомате подался ему навстречу. Мягкий удивлённый выдох у щеки заставил Нейта усмехнуться. Он понятия не имел, насколько шумным мог быть Салли, но точно собирался это выяснить.       Они на удивление быстро нашли общий ритм. Ритм, в котором, правда, большую часть работы делал Салли. Он дрочил Нейту с ювелирной точностью — ускорялся, замедлялся, неожиданно менял движения, — делал всё, чтобы Нейт постоянно был на грани, пока сам скользил каменным членом по его заднице. Нейт старался толкаться ему навстречу, но это оказалось почти невозможно. Слишком тесное пространство свело на нет любые попытки хоть как-то двигаться. Честно говоря, Нейт понятия не имел, как это удаётся Салли, но кто он такой, чтобы интересоваться подобными мелочами, пока Салли сводит его с ума.       Салли налёг на него и уткнулся подбородком в затылок. Рваное дыхание и тихие стоны заставляли Нейта дрожать, а член твердеть ещё больше, что, как он думал, было невозможно. С каждым движением кулака по члену Нейта и скольжением члена Салли по его заднице внизу живота всё сильнее скручивалось знакомое напряжение. А затем мягкие губы прижались к разгорячённой шее, оставив на коже невесомый поцелуй. Нейт застонал и порывисто зашарил рукой сзади в попытке за что-нибудь ухватиться. К счастью, ему удалось ни обо что не удариться.       Он запустил руку в волосы Салли и потянул за тёмные пряди. Стон Салли стал для Нейта лучшей музыкой. Член истекал смазкой, Нейт уже давно балансировал на грани оргазма. Ему было жарко и так хотелось кончить, что это почти причиняло боль. Но, боже, это было так хорошо, что он и помыслить не мог, чтобы что-то поменять, и только продолжал стонать и рвано дышать, пока Салли профессиональными движениями надрачивал его член всё быстрее и быстрее, заставляя бессмысленно и бесполезно толкаться в его руку. Нейт был так близко...       А потом нежные поцелуи сменились укусом, достаточно сильным, чтобы Нейта как следует тряхануло, но недостаточным, чтобы оставить след. И это было как грёбаный взрыв. Нейт кончил с таким громким стоном, что, стой кто-нибудь около их маленькой укромной норы, их бы непременно услышали. Смущающий звук вырвался у него так же неконтролируемо, как и оргазм. В глаза ударила белая пелена, а мощные струи спермы брызнули на мягкую стенку багажника, без сомнений безнадёжно испортив внутренний интерьер. Салли продолжал лениво поглаживать его член и всухую толкаться в его задницу своим каменным стояком. Чистое наслаждение наполнило всё тело, заставив блаженно поджаться даже пальцы на ногах. Напряжение, которое Нейт даже не заметил, отпустило его плечи, и каждый дюйм тела будто бы оказался в нирване.       Салли не останавливался, медленно водя ладонью по чувствительному члену, и вскоре Нейту стало неприятно. Он попытался уйти от прикосновений и выровнять дыхание для того, чтобы попросить Салли остановиться. Вместо того, чтобы оттолкнуть его руку, Нейт сильнее сжал ладонь в его волосах и дёрнул чуть грубее, чем рассчитывал. К счастью, его молчаливое сообщение было принято. Салли отпустил его, и, хоть секундой раньше его прикосновения стали причинять Нейту дискомфорт, он всё же заскучал по ним в тот же момент, как они исчезли.       Салли отодвинулся от Нейта как можно дальше и перекатился на бок. Несмотря на рёв двигателя, звук расстёгиваемой молнии был ясно слышен в их крошечном пространстве. Они всё ещё лежали достаточно близко друг к другу, так что Нейт всем телом ощущал, как Салли грубо и рвано дрочит себе. Учащённое дыхание, сбившийся ритм и, наконец, глубокий стон. Это произошло неожиданно быстро по сравнению с тем, как долго Салли мучил Нейта. И хотя Нейт всё ещё не отдышался, в его голове всё же мелькнула мысль, что он не против второго раунда.       Их тяжёлое дыхание отражалось от тесных стен и в конце концов зазвучало в унисон. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Нейт улыбнулся, впервые за долгое время почувствовав себя настолько расслабленным.       — Теперь всё хорошо, малыш? — тяжело дыша спросил Салли. Уже вернулись к "малышу"? Впрочем, возможно это и к лучшему. Хотя, вопреки здравому смыслу, улыбка в тот же миг сползла с лица Нейта.       — Думаю, да, — ответил он, сдвинувшись так, что их тела снова оказались прижаты друг к другу. — Хотя мне бы не помешала салфетка.       Нужно стереть смазку и сперму, прежде чем натянуть штаны. Член и рука Салли без сомнения нуждались в ещё большей чистке. Интерьер багажника, вероятно, спасти было невозможно. Ну и славно. Эти ублюдки заслужили.       — У меня был платок в заднем кармане, — сказал Салли, беспорядочно ёрзая в тесноте. Нейт постарался отодвинуться как можно дальше, чтобы дать ему больше пространства. — Вот дерьмо. Тут только мой бумажник... Чёрт, теперь не могу дотянуться до кармана. Малыш, напомни мне его забрать.       Нейт снова улыбнулся. Он уже прикидывал, как бы тиснуть бумажник в качестве расплаты за их первую встречу в баре. Возможно, удастся это сделать под предлогом игры в "потискай задницу". Теперь, когда он знал, что Салли не против немного повеселиться, у него было много времени и идей для размышлений о том, как именно это провернуть.       Да, несомненно, эта ситуация осложнит их отношения. Но разве оно того не стоило? Время подскажет, а Нейт мог ждать сколько угодно, чтобы это выяснить.