Как написать роман в жанре «Исторические эпохи»?

Ловушками мышления мы можем называть отношение людей в разные исторические эпохи к основным общественным понятиям: смерти, здоровью, сексу, браку, детям, женщине, вере. Жизнь любого человека неразрывно связана с вопросом, что ждёт меня после смерти? Мою душу? Моё тело? Если в веровании о загробном мире присутствует возможность действовать в своём же теле, то тело должны были сохранить: забальзамировать, завернуть в простыню и похоронить, закопать под курган, положить в склеп. Если в веровании после смерти тело было не нужным, то его сжигали или выставляли для раздербанивания птицами и зверьками. Дальше следует вопрос: что нужно душе для загробного мира? Если она там живет, как обычно или путешествует, то в могилу нужно положить утварь: чашу, драгоценности, нож, одежду, коня, парочку слуг, жён, можно еще и пищу добавить. Если душа попадает в другой мир, где не нужно кушать или чем-то владеть: Ад, Рай, острова Блаженных, то возникает нравственный вопрос — чем можно заслужить такое приятное времяпровождение в садах с прекрасными гуриями? Соответственно, жизнь нужно прожить по правилам, принятым в обществе. Смерть для человека всегда имела значение: загробный мир, встречи или не-встречи с богами и идолами на небесах, наказание за грехи, освобождение от бренности мира — всё это относится к религии, которую сегодня многие не чувствуют или вовсе о ней забывают. Однако и древний, и средневековый, и нового времени человек — постоянно думали понятиями веры. Поэтому не забывайте для правдоподобности вворачивать слова — «Хвала богам!» в разговор героев. А вот с чертом или дьяволом в альтернативной вселенной кроется еще одна «засада». Эти понятия христианские (как и всякие пухлощекие ангелочки). У древних греков и римлян были «деймоны» или «даймоны» — крылатые существа. Их изображали по-разному в разные времена, но потом вот эта вера в домашних божков влилась в понятие ангелов и крылатых чертей. В альтернативном мире, где нет христианства, могут быть «хтонические» — подземные/наземные/подводные/воздушные враждебные силы, но слово «чёрт» или «дьявол» не стоит использовать в словарном запасе героя. Брак и секс — всегда были вещами практичными. Тебе нужно передать свое добро кому-нибудь родному, лучше сыну, а значит — в брак нужно вступить со здоровой женщиной, с приданым и статусом. Жена должна народить много детей, поскольку дети умирали слишком часто, и можно было не успеть передать имущество по завещанию. Поскольку знания о том, что в зарождении жизни участвуют два компонента — сперматозоид и яйцеклетка, не существовало, то важно понимать: источником жизни считалось мужское семя. И это семя помещалось в «сосуд» (женщину), там прорастало и рождалось в виде младенца. Такая философия оправдывала власть отца по отношению к детям. Помните: «я тебя породил»? А значит, тобой распоряжаюсь как своей собственностью. Например, возраст принадлежности воле отца в средневековой Флоренции — двадцать пять лет. До достижения этого возраста мальчик/юноша/молодой мужчина слушался своего отца во многих аспектах жизни — куда пойти учиться и на ком жениться. Двенадцатилетний мальчик едва ли мог сказать отцу «Не хочу». И его речь по отношению к отцу содержала почтение, уважение, страх, без какой-либо фамильярности. Девушку почти нигде и никогда не спрашивали: хочет ли она за того-то парня замуж или нет. Женщину, как правило, (хотя, разумеется, были исключения) вообще ни о чем не спрашивали. Феминистическое поведение в историческом романе — нонсенс. Однажды мне пришлось участвовать в активной дискуссии — дама пыталась активно убедить, что древние египтянки обладали ТАКИМИ БОЛЬШИМИ правами, подвергая сомнению мои слова, но не приводя никаких доказательств. Она ссылалась на пространную книгу одного ученого-египтолога, переведенную на русский язык, где была некая фраза, что женщины в Древнем Египте занимали высокое положение. Для любого историка — Древний Египет — понятие расплывчатое на тысячелетия, поэтому время остается неизвестным. Какие женщины? Рабынь отвергаем сразу, остаются женщины, обладающие имуществом. Каким имуществом? Только тем, что они могли получить от отца в приданное или мужа (во временное управление, потому что, как говорилось выше — имущество передавалось от отца к сыну). Пришлось провести мини-расследование и дойти до статьи, опубликованной в 60-е годы. Египетская гражданка могла обладать имуществом после развода и только по причине того, что ей нужно было на что-то жить. Если она была бездетной, то обладала тем имуществом, которое ей выделил отец, если с детьми, то муж был обязан выделить денежные средства на содержание детей. В Российском государстве (не смогу точно описать период, но в начале 17 века точно и до этого) вдове выделялся «прожиток» от имущества мужа, а остальное уходило в наследственную долю. В Древней Греции времен Филиппа Македонского — при разводе бывшую жену можно было вернуть домой, но еще и ее отцу приплатить 15% от доли имущества. Во Флоренции 13 века после смерти мужа вдову возвращали отцу с приданным, при этом дети (девочки, если не было наследника) оставались в семье (роду) мужа. То есть имущественными правами женщины (гражданки!) обладали, но ограниченно. Самостоятельностью, говорят, обладали скандинавские женщины, но там тоже нужно разбираться — любое имущество, если нет возможности защитить, может быть отнято грубой силой. И все. Избирательное право — величайшее достижение женщин в 19 веке. Продолжим про женщин. Династические браки — это браки по расчету, ни о какой любви и речи быть не может, по крайней мере на этапе принятия решения кто на ком женится. Позже, со временем, может, король и полюбит королеву. Однако, даже если ему невеста приглянулась, но особой прибыли не принесет, то брак вряд ли состоится. Фараоны женились на сестрах не по любви, а потому что так было надо. Оттоманские султаны вообще в какой-то момент забросили заключать браки. Сулейман Великолепный, женившись, очень удивил и смутил этим свое окружение. То, что верно для графа, не менее верно для горожанина. Не женится состоятельный горожанин на прачке, зачем? Кроме подмоченного статуса, ещё и никакой прибыли. Разумеется, подобное положение не исключает любовь, любовь существовала во все времена и между всеми, но к браку она не имела отношения. Династический брак — это не только вопрос про статус, но и про деньги. За невестой давали приданое. И, если тебе не понравилась жена, то ты отсылаешь её обратно к отцу или старшему родственнику, но приданое, будь добр, тоже вернуть обратно. Женщина, хоть и вещь, но дорогая. Так, Филипп Македонский, отсылая свою жену Олимпиаду обратно в Эпир, вместе со своим старшим отпрыском Александром, чтобы жениться вновь, должен был вернуть ее приданое. Но, видимо, поразмыслив и подсчитав, опять призывает к себе, тем самым подтверждая статус своего наследника Александра. Пример из Средневековья: женщина из Флоренции живёт в семье мужа. Когда муж умирает, то ее возвращают в дом отца, но не хотят отдавать приданое, мотивируя тем, что «она слишком много денег мужа раздала бедным». Но отец суд выигрывает. Жену в монастырь тоже за просто так не сдашь! Ее содержание требует денег, которые придётся выплачивать регулярно монастырю. Ребенок — маленький взрослый. Например, римляне даже на именах не «заморачивались» — первый, второй, третий… пятый, Юлия младшая-Юлия старшая и тому подобное. Но бастарда можно было получить только от сторонней связи, а если ты вернулся через десять лет похода, а детей у тебя дома — как тараканов, то это все твои! А жена твоя — святая: на портрет твой глядела, вот и нарожала. Рогоносцем слыть как-то не слишком приятно, поэтому значительно позднее, правда, научились высчитывать дни, сколько времени мужа не было дома. Можно было обратиться в суд и себя ославить, обидеть семью неверной жены, поэтому в большинстве случаев — женщины либо избавлялись от детей, либо бастарды воспитывались как собственные сыновья. Браки лиц с рабским статусом могли заключаться только среди равных по этому самому статусу. Женщина, выйдя замуж за раба, становилась рабыней, или мужчина, женившись (очень важно!) на чужой рабыне, тоже обретал рабский статус. Такую статью можно увидеть в древнем законодательстве. Соответственно, чтобы жениться (официально заключить брак), раба сначала нужно освободить. Хочу затронуть ещё одну тему, как были взаимосвязаны секс, брак и любовные отношения. И здесь всё также зависит от эпохи, страны и религии. В одно и тоже время, даже в одной и той же стране, отношение могло разниться. Смотря, о ком пишем. К примеру Иудея, 2-й век до н.э. У греков, оккупировавших тогда эту страну, однополые отношения — норма. У иудеев — нонсенс и запрет, и это конфликт, драма, в то время как у греков — ноль конфликта и драмы. У римлян однополые отношения тоже норма, но не со свободным гражданином Рима, а с рабом. Считается, что римские солдаты — свободные граждане — в военном лагере меж собой ничем таким не занимались. Но приходили домой и с рабом вполне занимались. Это всё к тому, что проблема отношений геев — как это понимают современные общества — у древних греков едва ли существовала. А вот у мусульман (авраамическая религия, как иудаизм и христианство) — более, чем существовала и существует. Выстраивая сюжет романа, не забудем, что не всех за однополые отношения общество порицало, соответственно, разворачивать драму здесь негде. Проблема однополых отношений — вопрос для отдельной исследовательской статьи, но если в вашем альтернативном мире не прописаны четкие и внятные причины их порицания, то это тоже не драма. И проблема не в том, что кто-то там «царствия небесного не обрящет», а в contra natura (против природы). С интимными вопросами тесно связано отношение к голому телу. Заметьте такую особенность: ваш герой, средневековый юноша, колдунья-знахарка просит его оказать помощь в лечении и раздеть другого юношу. Будет ли при этом ваш герой смущаться? Если да, то вы попали в ловушку мышления. Публичное оголение какой-либо части тела — вопрос сложный и зависит от эпохи и страны. Но публичное. Раньше не сильно стеснялись. В биографии святого Франциска есть такой эпизод, когда он снимает с себя всю одежду перед судьей и всем честном народе, как бы показывая, что освободился от уз семьи и общества, и удаляется в таком виде в бродяжничество. Испытывает ли он смущение и стыд? Смущаются ли прохожие при виде голого юноши? Исследованию тела посвящено несколько умных книжек (не только Ле Гофф), и в каждой можно найти разные примеры. По всей видимости, нагота имела четкий религиозный подтекст и другие причины смущаться. Многое зависело от того, как голое тело использовалось: это нагота Адама и Евы? Супругов в постели? Франциска Ассизского перед отцом? Тут важны источники, отмечающие такое отношение, а они разные и применимы к разному историческому времени. Например, для 13 и 14 веков — идёт тенденция к украшательству одеждами, и не только знать, духовенство, но и горожане начинают следить за модой: шьют одежду из цветных тканей, обувь с квадратными окошечками и корабельными носиками, украшают голову цветами, драгоценностями. Например, Фьяметта на Пасху приходит в церковь в золототканых одеждах и красивом венке. Тридцатью годами ранее, выйти на улицу с непокрытой платком головой — для женщины было верхом позора. В то же время идёт тенденция унижения тела среди нищенствующих: одежда становится грубой, с заплатами, длина туники не прикрывает голые колени, а бывает и ещё короче, и это в среде, шествующих за Христом и участвующих в церковных празднествах, нормально. Ночью спали в длинных рубашках и женщины, и мужчины, поэтому для добропорядочного горожанина — завалиться спать голым (и без ночного колпака или каля) было очень необычным. Писать про декольте у дамы и ее обнаженные плечи раньше 17 века — не стоит. Если оно и было, то скромно прикрывалось полупрозрачной косынкой.