Труба: Авиаторы

Вернувшись домой, Уён увидел, что мать проводит над ещё живым братом какие-то ритуалы, собрав соседок. Гневно разметав погребальные шары, летавшие над притихшим мальчиком, он указал на него Ёсану, а сам попихал в мешок одежду брата, собирая её всю, без разбора, перемежая со своей, какая попадалась под руку. Весь гардероб уместился без труда. Сверху легли потрепанные детские сандалии. Мать и соседки смотрели на весь этот разгром большими глазами, онемев от происходящего. — Заворачивай его в покрывало и ходу отседова, — шепнул Уён Ёсану. — Сейчас очнутся, вой поднимут. Еще и драться кинутся. Ёсан быть битым не желал. Подхватив легкое тельце на руки, он быстро вышел. Уён поклонился собравшимся и шмыгнул следом. Половину дороги они почти пробежали. Убедившись, что погони нет, притормозили, Уён взял Кёнмина, отдавая мешок с вещами Ёсану. — Он такой горячий, — заметил Ёсан. Он уже знал о причине внезапного отлета и сочувствовал Уёну в его горе. — Капитан верит, что черномасочник сможет его вылечить. Посмотрим, — перехватил удобнее свою ношу юноша. — Если Кёнмин умрет, я выкину его за борт, даже если он будет совершенно не виноват. Просто из отвращения ко всему их гнилому племени. — Ты слишком категоричен. — Я жутко зол, — поджал губы Уён. — Это несправедливо. — Жизнь несправедлива, — философски заметил Ёсан. За длинную дорогу они ещё раз обменялись ношами, и на борт мальчика заносил Ёсан, а Уён побежал к капитану, вспомнив, что они не договорились, где будет жить его брат. — Капитан Хонджун, мы вернулись! — влетел он в капитанскую каюту, как всегда, без стука. — Ой, простите. У окна капитанской каюты стоял лекарь и смотрел на угасающий закат. Капитан стоял над картой, в очередной раз что-то меняя в маршруте. — Когда ты научишься стучаться? — проворчал он не поворачиваясь. — Извините, капитан, я исправлюсь, — поклонился Уён и бочком приблизился к столу, бросая опасливые взгляды на лекаря. — Куда положить Кёнмина? Я не знаю, опасна ли его болезнь для остальных. — Об этом надо было подумать раньше, — совершенно несолидно почесал затылок Хонджун. — Я могу помочь? — обернулся лекарь. — Кроме вас и некому, — пригладил вихры Хонджун. — Выйдете на палубу или принести его сюда? — Я выйду, — двинулся к дверям лекарь, плотнее укутываясь в плащ. Ёсан сидел на бухте просмолённого каната у борта и тихонько разговаривал с пришедшим в себя Кёнмином, продолжая держать его на коленях. Рядом на палубе сидели Юнхо и Минги. Кто-то уже принес воды и напоил мальчика, заодно намочив и одежду. Обычно температуру сбивали, завернувшись в мокрую простыню. Чуть в стороне стоял Чонхо и что-то помечал в своем блокноте, не переставая решать текущие вопросы даже сейчас. — Что же вы делаете? — простонал Хонджун. — А если он заразный? — Поздняк метаться, — хохотнул Юнхо. — Два раза не умирать, одного не миновать, — философски изрек Минги. — Если бы было заразно, Уён заболел бы первым. Это было логично. Хотя Хонджун из практики знал, что разные люди могут заболеть одним и тем же и с большим промежутком. На корабле такое случалось. К счастью, ничего смертельного, только то, что ветер носит. — Разойдитесь, олухи. Ёсан, положи Кёнмина на палубу и отойди, — велел Хонджун. Лекарь достал из кармана мелкие камни, куда мельче, чем пользовался тот, что приходил к Уёну домой, потёр в руках, раскинул над мальчиком. Многие камушки со стуком тут же упали вниз, но некоторые зависли на несколько секунд, показывая, что резервы организма ещё не исчерпаны. — Я приготовлю укрепляющие снадобья, которые помогут ему продержаться до конца путешествия. Но нам стоит поторопиться. Времени у него немного, — собрав мелкие камешки на большой, высказал свое мнение лекарь. — Капитан, я повешу ему гамак рядом со своим в трюме, — решил Уён. — А как же спать под баллонами? — дернул бровью Хонджун, поддразнивая Уёна. Тот сразу насупился, бросил быстрый взгляд в сторону лекаря и не стал комментировать этот момент. — Мы сможем присматривать за Кёнмин-и по очереди, — спас друга Ёсан. — В трюме всегда свежий воздух и прохладно. И летающие камни близко, ему будет легче. Хонджун обернулся на лекаря, тот кивнул. — Хорошо, устраивайтесь в трюме. Всем отдыхать. Вылетаем на заре. Первым дежурит Ёсан, потом как обычно. Уён, ужин будет? — Через полчаса, капитан. — Точно, вода! — встрепенулся Юнхо. — Мы воду поставили кипятить и забыли. — Тогда точно полчаса, — повеселел Уён. — С вас гамак, с меня жрачка. Ёсан, пошли, пригодится твое умение кромсать. — Э, я хорошо режу овощи! — возмутился парень. — Главное, быстро, — хохотнул Уён и потащил его за собой на камбуз. Ёсан был не лучшим коком, но остальные примерно такие же, плюс ещё и крупные, занимающие много места в маленьком помещении, а Уён не любил толкаться. Минги подхватил Кёнмина легко, будто тот вообще ничего не весил, позволил устроить голову на широком плече. Юнхо забрал мешок с вещами, поклонился капитану и лекарю, и поспешил следом. Чонхо ушёл чуть раньше. — Вы так и не сказали, это заразно или нет? — спросил Хонджун у лекаря, когда они остались одни. — Не думаю, — ответил тот, немного помолчав. — У вас интересная команда. — Чем же? — Они… Вы все, совместимы по полям. Так бывает у родственников. — На самом деле мы чужие друг другу. Но сработались хорошо, не отрицаю, — кивнул Хонджун. — Я хочу вернуться в каюту. — Конечно. — Они подошли к надстройке, от которой расходились лестницы вниз и вверх. Немного помявшись, Хонджун все же указал в сторону кормы. — Там гальюн… отхожее место. В него можно попасть с палубы и изнутри. Советую стучать, прежде чем войти. — Спасибо, — качнул головой лекарь. Неловкое молчание повисло в воздухе. — Если что-то понадобится, обращайтесь, — наконец выдал Хонджун, поклонился и юркнул в свою каюту, очень надеясь, что он как-то справится с той парализующей неловкостью, которая охватывала его рядом с лекарем. Отлет состоялся, как и запланировали, с первыми лучами солнца. Ёсан, вставший ещё раньше, на пару с Чонхо пролазил и простучал все баллоны с газом, проверил клапаны и рули. Механики порта уже приложили к ним руку и всё работало отлично. Свежий ветер обещал наполнить паруса, якоря подняты. Гудок известил причальную и корабельную команду, что сейчас произойдёт толчок, катапульта щелкнула и подтолкнула «Аврору» под днище вперёд и вверх, отправляя в полёт. Моторы, работавшие на холостом ходу, набрали мощность. Путешествие началось. «Аврора» была довольно современным и продвинутым кораблем, не лишённым технических секретов. Кроме основного баллона с летучим газом имелось несколько баллонетов, увеличивающих манёвренность. Мощные моторы двигали вперёд. Система парусов на носу и по бокам кормы помогала экономить топливо и создавала уникальный дизайн. Розовых парусов не было ни у кого. Нейтральную летучесть такому тяжелому судну обеспечивал хороший запас летучих камней, располагавшийся в самой нижней части корабля, под трюмом, разделённым на жилую и нежилую части. На палубе находилась надстройка с каютами капитана и помощника. Сейчас Чонхо уступил свою каюту лекарю. Не селить же того в трюме. На палубу также вынесли камбуз и кают-компанию. Раньше камбуз был под палубой, но это оказалось неудобно, и парни всё переделали на свой вкус. Так как летучие острова располагались в тёплом климатическом поясе, об отоплении и зимней одежде не беспокоились. Непродуваемые бушлаты спасали от холода даже на высоте, где было ветреней и холоднее. Вновь оказавшись в небе, команда ожила. Пока Хонджун стоял на вахте, другие отсыпались или развлекались, стараясь не мелькать перед Чонхо, который моментом придумывал бездельникам работу. Минги проиграл Юнхо и драил палубу за него. Юнхо пошел поболтать на камбуз с Уёном и был пристроен к готовке. Ёсан сказал, что побудет с Кёнмином, напоил того лекарством и завалился спать в соседнем гамаке. Лекарь выдал утром Хонджуну несколько склянок и закрылся в каюте, не выйдя ни к завтраку, ни к обеду. Парни тихо потешались над Уёном, говоря, что лекаря тошнит от его еды. Поводом стали весьма характерные звуки, просачивающиеся из-за приоткрытого иллюминатора. На это Уён обещал его дотравить окончательно, чтобы не мучился, но не сейчас, а когда долетят. Хонджун сменился, отдав управление Чонхо, постоял у двери каюты лекаря, аккуратно постучал, но не получил ответа и не посмел зайти без разрешения. К вечеру они долетели до острова, куда следовало доставить заказ. Хонджун сажал корабль в док сам, даже Чонхо не мог сделать это настолько виртуозно из-за сложности управления. Он отдавал распоряжения команде, одновременно дирижируя шагом винтов, клапанами баллонетов, педалями рулей направления и штурвалом рулей высоты. Причальная команда поймала сброшенные якоря, притянула корабль к земле, кинула трап, по которому тут же побежали грузчики, торопясь закончить работу до темноты. Чонхо показал список того, что было необходимо закупить на этом большом острове, и Хонджун принял решение задержаться на двенадцать часов. — Капитан, а лекари питаются воздухом? Или сразу газом, который носит их над землей? — поинтересовался Уён на следующее утро. — Я не видел, чтобы черномасочник выходил по нужде или на камбуз. Он только воду забрал, которую вы ставили у дверей. Не помер бы раньше времени. — Думай, что болтаешь, — оборвал его Чонхо. — Он сошёл на землю, едва мы причалили и вид у него был самый обыкновенный. — Сошёл на землю? — удивился Хонджун. — Ты мне не говорил. — Не до этого было. Сейчас говорю. Обещал вернуться завтра к полудню. — А если бы мы решили улететь немедленно? — зло прищурился Хонджун, сверля взглядом невозмутимого Чонхо. — Лекарь на корабле — к беде, — пробубнил квартирмейстер, глядя в палубу. — Он. Летит. С нами! — делая ударение на каждом слове, прорычал Хонджун. —– Пока я не увижу его на «Авроре», мы не двинемся дальше. — А если он сбежал? Такая мысль в голову не приходила. Хонджун на мгновенье задумался, что он знает об этом человеке? Да почти ничего. Довольно легко согласившись на полет, он мог преследовать свои цели, не обязательно благородные и совпадающие с целями команды. Но взгляды, которыми они обменивались украдкой… Неужели они тоже обман? Нет. — Нет! — горячо возразил Хонджун, споткнулся об улыбочку Чонхо и повторил тише, — Нет. Я ему верю. Ждем до полудня. Надо еще и свои дела порешать. Бочек с водой мало и нос проседает, надо восстановить баланс. А ты не забудь проверить, как вычистили бочку гальюна. — Да, капитан, — поклонился Чонхо и быстро сбежал, пока злой Хонджун не велел вычистить эту бочку лично. На летающих кораблях люди не испражнялись прямо в воздух. Отходы собирались в бочку с клапаном в дне, и ее опорожняли по мере необходимости спустившись к морю. Подводные чудовища не протестовали против такой подкормки, а вот люди на островах и кораблях, пролетавших ниже, были бы весьма недовольны. Ночь прошла тихо. Кёнмин много спал, но температура почти спала, и Уёну удалось накормить его похлебкой. Он был очень слаб, но жив, и это внушало надежду. Утром по очереди смотались в город докупить недостающее. Хонджун видел, что среди тюков притаились несколько ящиков соджу, но возражать не стал. До горячки парни никогда не напивались, а немного расслабиться он и сам любил, чего скрывать. У него под койкой позвякивал запас выпивки покрепче, а у Чонхо вообще имелся элитный алкоголь, которым он делился только по праздникам. Чем ближе подходило время возвращения лекаря, тем больше нервничал Хонджун. Пока от него не было ни слуху ни духу. В городе они не сталкивались. Вот солнце перевалило за полдень, а его так и не было. Хонджун болтался по капитанскому мостику, вроде как проверяя работу механизмов, а на самом деле высматривая чёрный плащ в суете порта. — Не придет он, — не глядя Хонджуну в глаза, тихо сказал Чонхо, останавливаясь рядом. — Ждем ещё час и улетаем, — хмуро распорядился Хонджун. Если бы он мог, то остановил бы время. Но минуты неуклонно текли песчинками в песочных часах. Лекарь не пришёл. — Взлетаем! — свирепо раздувая ноздри, рявкнул Хонджун, скрывая слезы за яростью. — Причальная команда готова! — крикнули с земли. — Баллоны полны! — отозвался Минги. — Экипаж на борту! — отрапортовал Чонхо. — Запускаю двигатели! — начал процесс взлета Хонджун.