Труба: Авиаторы

Ночью они попали в облачный фронт и некоторое время шли по карте, приборам и интуиции вперёдсмотрящего. Сонхва всё время казалось, что ближайшее облако скрывает остров и они непременно врежутся, но время шло, а ничего плохого не происходило. Только раз они влетели в стаю птиц и те мстительно загадили все, что смогли. Вот когда Сонхва понял, зачем все надели широкополые шляпы, едва обнаружили, что окружены облаками. Цветисто выругавшись, Хонджун вспомнил, что не один на мостике и прикрыл рот рукой. — Прости. Отмывать же теперь всё. — Надо под дождь попасть, пока не засохло, — брезгливо стряхивая с рукава штормовки птичий подарок, пошутил Сонхва. — Сейчас попробуем, — на полном серьезе заявил Хонджун и завертел головой, высматривая нужные облака. Плотную облачность авиаторы не любили. Не видно ничего, легко столкнуться с другим кораблем, китом или островом. Обычно спускались ниже или поднимались выше. Смотря что за облака. Сейчас Хонджун искал тучу и ему это удалось. Спустившись почти к воде, он увидел косые струи дождя, соединяющие небо и море, и отдал команду править к ним. — Капитан, вы серьезно хотите отмыть «Аврору» дождем? — подскочил удивленный Уён. — Готовьте швабры, палубу тереть, — велел Хонджун. — Кто на баллоны полезет? — Мы разыграем. — Двое, чтобы быстрее. И страховку цепляйте, скользко будет. — Со страховкой неудобно, — заныл Уён. — Рыбам на корм пойти удобнее, и правда. Страховка обязательна! Я сказал. Уён вздохнул и кивнул, соглашаясь. Отмывали корабль всей командой. Дождь им попался хороший, сильный и теплый. Скоро все скинули мокрую одежду, соорудив набедренные повязки из кусков ткани. Только Феликс постеснялся и остался в штанах да Чонхо переоделся в шорты. Плюс шляпы, чтобы вода не заливала глаза. Сонхва сперва не хотел раздеваться, но жара и общая атмосфера действовали расслабляюще. Хонджун, не уходя с мостика, помог ему правильно завернуться в неширокое полотнище, чтобы и держалось и не мешало, параллельно потрогав везде, где можно и даже там, где нельзя, за что получил по рукам, но не обиделся, а наоборот, развеселился ещё больше. — На нас все смотрят, — шипел на него Сонхва. — Они не смотрят, они работают. А кто смотрит, пусть завидует, — хихикнул Хонджун и ущипнул Сонхва за сосок. — Да ты!.. Да я!!! — мгновенно покраснел Сонхва, отбиваясь от шаловливых ручонок. — Всё, иди, не отвлекай меня, — как ни в чём небывало скомандовал Хонджун и отвернулся к рулю. Ветер сдувал тучу в сторону и надо было подправить курс. — Да, капитан, — возмущенно фыркнул Сонхва, схватил свою швабру и с грохотом спустился на палубу. — Живой? — перегнулся через ограду мостика Хонджун, окатывая Сонхва водой со шляпы. — Дурак, — погрозил ему шваброй Сонхва. На это Хонджун только рассмеялся и ушёл к штурвалу. К пункту назначения подлетали, сверкая чистотой. На причале Феликса встречали два лекаря и целых четыре законника. Боялись, что на них нападут? Или планировали хватать всех, кто под руку попался? Чонхо надел свой самый представительный костюм. На перепоясывающей крепкий торс портупее красовались две кобуры, и вряд ли у кого-то возникло сомнение, что он умеет стрелять. Матросы вынесли ящики, Юнхо отработанным движением их вскрыл, Чонхо быстро и чётко передал всё по списку. В правильном порядке бутылки он расставил ещё на корабле, лишний раз проверив, что они нигде не ошиблись. Лекарям и законникам не оставалось ничего, как принять груз и удалиться восвояси. — А ты теперь куда? — спросил Уён Феликса. — Пока тут поработаю, потом куда пошлют, — дернул тот плечом. — Капитан, я хотел бы отблагодарить вас. Вы спасли меня от тюрьмы, а, может, и от смерти. Я не могу уйти просто так. Вы говорили о дневниках Отшельника. Я могу принести вам копии карт. Они есть в местной библиотеке. — Это было бы достойной оплатой, — согласился Хонджун. Даже с того места, где пришвартовалась «Аврора» было видно то самое скопление островов, называемых Большой Вереницей. С такого расстояния они сливались в буро-зеленую стену от моря до неба, сдобренную шапками облаков. Отсюда она смотрелась совершенно монолитной, но Сонхва надеялся, что проход все же найдется. Облетать такую громаду не хотелось бы. Феликс с Уёном ушли за картами, а остальные спустились на берег, пользуясь возможностью. Только Сонхва остался с Кёнмином, не желая лишний раз попадаться лекарям на глаза. Он знал несколько способов опознать своих, почему бы и другим их не знать. Хонджун вернулся через час в таком взбудораженном состоянии, будто получил не карты десятилетней давности, а код к волшебному порталу сразу до места назначения. — Смотри, это же настоящее сокровище! — потряс он сумкой с бумагами. Сонхва заметил раньше, что всякие тайны и приключения манили Хонджуна не меньше денег. А может, и больше. Он был почти уверен, будь заказанное Уёном лекарство просто дорогое, Хонджун одолжил бы денег и заставил отрабатывать, но никуда не полетел. Но тут другое дело. Трава, которую они пытались найти, была настолько уникальна и труднодоступна, что редкие смельчаки решались пуститься на ее добычу, зная только примерное место, где нужно искать. Способ её получения тоже был весьма экзотичен, и мало кто верил в его реальность. — Будь другом, позови Чонхо. Он стал реже заходить, после того как мы поселились вместе, — хихикнул Хонджун, вспоминая в какое неудобное положение они пару раз поставили Чонхо, застававшего их целующимися. — Даже не знаю, почему, — дёрнул бровью Сонхва, стараясь не улыбаться. Взволнованный Хонджун постоянно трогал голову, выдергивая огненные пряди из хвоста, отчего становился похожим на одну из ярких птиц, часто попадающуюся в этих местах. — Я схожу, только сперва причешу тебя. Ты как огнянка, все перья дыбом. Капитан глянул на себя в маленькое зеркало на стене, схватил гребень и сел на край кровати, одновременно сдергивая веревочку с волос, позволяя им рассыпаться по плечам и закрыть лопатки. Сонхва устроился сзади и принялся аккуратно разбирать спутавшиеся пряди, постепенно входя едва ли не в медитативное состояние. Он любил волосы Хонджуна, густые и упрямые, как хозяин, одновременно шелковистые и требующие постоянного внимания. Сонхва нравилось уделять им столько времени, сколько позволял Хонджун. Ко всему прочему, процесс расчёсывания успокаивал обоих, помогал привести в порядок мысли и чувства. Вот и сейчас Хонджун немного успокоился и к моменту прихода Чонхо уже не был настолько взбудоражен своим приобретением. Пока корабельная верхушка обсуждала дальнейший маршрут, Сонхва ушел по своим делам. Как-то так получилось, что у него оказалось много забот на корабле, и скучать не приходилось. Карты помогли выстроить новый маршрут, серьезно озадачили, и даже напугали. Судя по скупым записям на углах, острова постоянно двигались в некоторых пределах и лианы серьезно осложняли продвижение. Было ещё что-то, что не смогли разгадать даже общим мозговым штурмом и решили оставить на потом. Вдоль бортов «Авроры» появились длинные багры с топориками на концах: толкать и рубить. Взяли несколько запасных летающих досок и небольшую платформу, способную выдержать троих человек или груз подходящего веса. Чонхо ещё раз спустился на рынок и набрал кое-каких мелочей. Понимая, что все предусмотреть нельзя, хоть и очень хочется, Хонджун отдал команду взлетать. Большая Вереница островов встретила их только на следующий день. При ближайшем рассмотрении это оказалась вовсе не стена, а облако из больших и маленьких островов, парящих от самой воды до поднебесья. Когда-то со дна моря оторвался и взлетел большой пласт летающего камня, но не остался монолитным, а рассыпался на множество мелких обломков. Хонджун видел проект, где планировалось сделать проход для воздушных судов, отбуксировав на переработку часть островов. Уже даже начинали работы, только далеко они не продвинулись. Внутри островов образовался свой микроклимат, жаркий и влажный. Механизмы легко выходили из строя, что тоже серьезно напрягало капитана, особенно, если учесть, что механика у них не было. Пока вопрос не решили, караванам кораблей приходилось делать солидный крюк, чтобы попасть за этот естественный барьер к плодородным и богатым островам на той стороне. Хонджун не искал легких путей. На малом ходу «Аврора» миновала группу мелких островов, все глубже погружаясь в переплетения воздушных джунглей. Вся команда высыпала на палубу, разглядывать новое место. Переплетение лиан оказалось и правда нереальным. В первую живую сеть они едва не угодили буквально в первые минуты полета. Лианы связывали и держали острова, делая их единым конгломератом, в котором осталось не так уж много проходов, подходящих по размеру летающим кораблям. Благо «Аврора» была не очень крупным судном. — На вахту встаем по двое, один на мостике, другой в «гнезде», — распорядился Хонджун. — Всем быть начеку, спать по очереди. Пролетим — выспимся. Полёт превратился в сплошную череду разнообразных маневров. Лететь оказалось не просто сложно, а практически невозможно. Если первые несколько часов им удавалось маневрировать довольно свободно, то сумерки, которые тут наступили раньше, чем предполагалось, усложнили полет настолько, что пришлось остановиться, причалив к условно пригодному для этого островку. Чонхо чуть не силой отправил всех спать, оставив дежурить Минги и Юнхо. Сонхва лежал и прислушивался к непривычным звукам. За время путешествия он уже привык к ветру звенящему в снастях, шипению клапанов и поскрипыванию трущихся друг о друга различных частей. Даже гул периодически запускаемых моторов его больше не тревожил. Сейчас они висели на одном месте в полный штиль с молчащими двигателями, и на первый план вышел другой шум, живой. Джунгли кишели птицами и зверьём, путешествующим по лианам, как по дорогам. Кто-то рычал, ухал, хохотал на разные голоса. Что-то трещало и хлопало. Птицы взлетали с резкими криками. Внезапно всё притихло и ливанул дождь, забарабанил по кораблю, по многочисленным листьям зеленого моря, и настоящему морю, плещущемуся внизу. На мгновенье проснувшись, Хонджун прислушался, пододвинулся к Сонхва поближе, пристроил голову на плечо, и вновь уснул. Сонхва зарылся носом в огненную шевелюру, успокоился, задремав чутким сном. Утро началось с того, что Хонджун положил ладонь Сонхва на… — У тебя стальные нервы, — восхитился Сонхва. — У меня здоровый молодой организм, — подвигал бедрами Хонджун. — Сожми кулак, детка. Нам надо поторапливаться. Я нутром чую, что сейчас кто-нибудь прибежит скрестись под дверь. — Поцелуй меня. — Разве я должен? — вскинул бровь Хонджун, вредничая. — Тогда я пошел, — сделал вид, что хочет встать Сонхва. — Р-р-р, — выдохнул Хон и притянул его к себе, больно хватая за волосы. Первый поцелуй-укус позволил Сонхва отвлечься от мира внешнего и сосредоточиться на внутреннем. Желание обладать стало обоюдным. — Опять трахаются? — раздался голос Чонхо под тем иллюминатором капитанской каюты, который выходил на палубу. — Ага, — тут же ответил Уён. — Тогда уходи и не подслушивай, — строго приказал Чонхо. Уён показательно-громко вздохнул и затопал в сторону кухни. В каюте притихли. За завтраком Хонджун был необычно тихий. Он молча слушал доклад Юнхо о ночных визитерах — зверях и птицах, — ворчание Ёсана по поводу заедающего клапана на одном из баллонов, перечень необходимых работ от Чонхо, рассказ о самочувствии Кёнмина. Внимательно глядя на каждого говорящего, он сдерживал какой-то внутренний порыв, но никто не понимал какой, и от этого всем было неловко. В стену гулко постучали, и Ёсан встрепенулся. Минги отпустил его поесть и торопил, дожидаясь своей очереди. Дежурство парами разваливалось из-за малого количества матросов. Так и не объяснив причины своего настроения, Хонджун убедился, что все желающие высказались, поблагодарил за еду и ушел на мостик. Через несколько минут его громкий голос оповестил, что пора двигаться дальше. В этот день с палубы не удалось уйти никому. Даже Кёнмина устроили на палубе, где он то засыпал, то во все глаза рассматривал необычные виды, открывающиеся за бортом. Привыкшие к простору и свежему ветру воздухоплаватели задыхались во влажном стоячем воздухе, без возможности видеть небо. Их окружал гигантский зеленый лабиринт, направление в котором можно определить только по приборам. — Правый борт, багры! — командовал Хонджун, и все хватали длинные жерди, чтобы оттолкнуть свисавшие с островов лианы, дабы не зацепиться достаточно сильно. Обрывки тонких лиан то и дело летели на палубу, сползая по бокам баллонов и путаясь в снастях. Несколько раз приходилось вставать на доски, чтобы отцепить корни гигантских деревьев, пробивших острова насквозь, и свисающих длинными бородами снизу. Все это сопровождалось непрерывными криками потревоженных птиц и зверей, которых здесь обитало великое множество. Некоторые атаковали корабль, защищая свою территорию, кидались на людей и крупные предметы, определяя их как своих врагов. От стаи бурых приматов с серебряными гребнями на спине, пришлось отбиваться оружием. Только потеряв вожака, они оставили корабль в покое. До этого они так метко кидались короткими палками, что Сонхва пришлось обрабатывать матросам несколько неприятных ран. Пристанище на ночь выбирали особенно тщательно. Возвращения бурых пропустить не хотелось. Матросы попадали спать на палубе, натянув крепкую защитную сетку от насекомых, которые здесь сравнивались размером с мелкими птицами, и донимали куда меньше, чем действительно птицы. Стайка летунов атаковала снасти, бегая туда-сюда по канатам, и выщипывая что-то, понятное только им. Сонхва так набегался за день, что все мышцы дергались, не в силах остановиться. Он ополоснулся водой из бочки на палубе, и теперь ему казалось, что по спине кто-то ползает. Навязчивое чувство не давало расслабиться, и Хонджун всё ещё бродил по каюте при слабом свете маленькой газовой лампы, бесцельно перекладывая вещи с места на место. — Джун-и, ты можешь подойти ко мне? — позвал его Сонхва, не в силах больше выносить его метания. — Да, хён. — Ложись. — Мне ещё надо… — Ложись! И объясни, что происходит. Хонджун сел на край кровати, готовый вскочить в любой момент, Сонхва сел за его спиной, крепко обхватил за талию, прижал к себе. Несколько томительных секунд Хонджун сидел закаменев, потом сдался, расслабился. — Мне стыдно. — Почему? — Вся команда в курсе, чем мы занимаемся за закрытыми дверьми. — Ты бываешь шумным. Это очень удобно. Никто не врывается посередине процесса, — согласился Сонхва с легкой улыбкой. — Прекрати смеяться надо мной! — ткнул его локтем в ребра Хонджун. — Ай! Больно! Я не вижу проблемы в том, что все знают. Мне кажется, что они даже рады за тебя. Ты же тоже знаешь про Юнхо с Минги. — Они пришли на корабль уже вместе. — И что? Или ты стесняешься меня? Теперь пришла очередь Хонджуна быстро разворачиваться, чтобы поймать отодвинувшегося Сонхва. — Нет, ты лучшее, что случалось со мной. Просто… — Что? — Я не привык, чтобы обо мне знали что-то такое. — Какое? — Личное. — На таком маленьком корабле это неизбежно. Хочешь, я буду зажимать тебе рот? — для демонстрации ладонь Сонхва легла на губы Хонджуна, но тут же отдернулась. — Фу, не надо меня облизывать! — А мне кажется тебе понравилось, — хищно улыбнулся Хонджун и схватил его за запястье. Влажный язык прошелся между сомкнутыми пальцами, и Сонхва выдохнул, забывая об усталости. Для любви к капитану его организм неизменно находил скрытые резервы. Ну а сам Хонджун благополучно забыл, что должен быть тихим.