Абсурд так привлекателен!

Начинать утро стабильно в семь, спускаться в Зал, наблюдать однотонную картину каждый день и уметь не думать об этом — это я. Сбиться со счета дней и принимать как должное. Быть Старостой, быть лучшей. Терпеть заносчивых слизеринцев во главе с деканом, который души не чает в своих подопечных. Судьба не щадит нервов. Научиться свыкаться, научиться наслаждаться и убеждать в своем наслаждении других. Вот только… всего одно недоразумение начинает выходить из-под контроля. Дела любовные — не для меня. В который раз убеждаюсь, но что могу поделать? Его жалко, а жалость может породить в нем слишком немужские качества. Он не виноват, что не получается. Мы просто разные, кардинально, без права на совместимость. И это не единственная причина. Причина — это когда он берет за руку, чувствовать не ее тепло, а взгляд, который пробивает в душе дыру, ложится грузом на плечи. А после думать, почему так только, когда я с ним — это тоже я. И в последнее время уделять этим мыслям больше времени, чем положено. Пугаться такой мощной связи, но, оглядываясь, никого не находить. А ночами видеть эту персону Х и ужасаться собственной фантазии. Понимать, что давно не веришь в такую мистику и сказки, но невольно доказывать себе, что это — правда. И быть с каждым днем все уверенней в этом, искать глаза и теряться в догадках. А потом вновь улавливать этот пылающий иным огнем взгляд, но видеть лишь пустое равнодушие присутствующих. Выходить на улицу после новой неудавшейся попытки, чтобы проветриться. Зная, что, возможно, вновь проследит. Надеяться уловить силуэт и тут понять, что это стало паранойей, но нужной. Впитывать холодный ветер ноября и понять, что тот огонь схож с ним. Ну что ж, круг поиска значительно сужается. Усмешка безнадежности касается лица, и вдруг понимаю, что попала впросак. Я, та, что всех всегда выручает, сейчас нуждается в помощи, но никто не поможет. И вновь, так внезапно, почувствовать холодное жжение между сломанных мерзлым инеем лопаток. Так близко и нужно. Желать повернуться, но бояться разрушить момент. Я стала до абсурда странной. В висках стучит кровь, органы сворачиваются в комок. В предвкушении своего открытия. Повернуться и не поверить, но принять факт. И как свойственно аналитическому уму сопоставить все факты — картинка сошлась. Кто умеет смотреть с таким горячим холодом, усмехаться с таким равнодушием и скрывать бессилие за маской умелой безэмоциональности. Только он. Посмотреть на протянутую напротив руку и вложить свою в знак согласия. Принять его с его змеиными замашками и факт того, что серьезно вляпалась — это я.