Черничный привкус

      — Гарри? — Квирелл выглядел шокированным. Поттер ввалилась в зал, где стояло зеркало и профессор с ошарашенным взглядом. Она и сама едва понимала, как здесь оказалась.       — Профессор… Что вы… Что я? А где мы? — воспоминания были подёрнуты лёгкой дымкой, и сама девочка выглядела слегка пришибленной.       — На тебя что, наложили Империус? — мужчина подступил к подошедшей девочке, что потерянно на него смотрела. — Это заклинание, которое лишает тебя права выбора, оттесняет тебя вглубь сознания, твоим телом могут управлять, — она пожала плечами, совершенно не разбираясь во всём этом бедламе.       — Зеркало… Подведи её к зеркалу, — раздался тихий шипящий голос.       Время поджимало и на разговоры его не было совсем. Не ожидавшая внезапного голоса, Гарри вздрогнула.       — Милая, не могла бы ты помочь. Я ищу один камень, он спрятан в зеркале. К сожалению, человек, которому очень нужна вещь, её не получит, а тот, кому она не нужна, сможет её найти, — профессор подвёл её к большому зеркалу, где было написано «Еиналеж». — Прошу тебя, Гарри, я очень спешу, от этого зависит моя жизнь.       — Я попробую, — с лёгкой запинкой ответила на просьбу девочка, взглянув в отражение. — Профессор, а кто только что говорил?       — Это… — мужчина слегка растерялся, скользя взглядом по помещению. Кроме зеркала в тёмной и холодной комнате, освещаемой факелами, ничего не было, что навевало настораживающее чувство опасности, словно всё это фарс и ловушка.       — «Гарри, прошу, не нужно тебе сейчас этого знать», — Марволо возник в её сознании неожиданно. После стольких дней молчания она не захотела бы ему помочь, но ей казалось, что друг был взволнован чем-то. Поттер покусала нижнюю губу, после чего вздохнула.       — Ладно, но обещай потом всё рассказать, — вслух высказала Поттер, на что Марволо отозвался согласием, а профессор недоумённо на неё взглянул.       Ученица сосредоточилась на зеркале. Отражение словно жило своей жизнью. Зеркальная Гарри подмигнула реальной копии и, вытащив из кармана мантии большой красный камень, показала реальной и положила обратно. Девочка почувствовала, как в кармане действительно потяжелело. Она достала из мантии камень, удивлённо смотря на него.       — Ничего так… — протянула она, впечатлённая фокусом, и отдала камень профессору, что заворожённо следил за всеми её махинациями.       — Спасибо, — ладони мужчины подрагивали от волнения. Приняв красный большой камень, он едва не воскликнул от радости. Наконец-то философский камень у него и их Лорд вскоре обретёт собственное тело!       Гарри же камень совершенно не заинтересовал, в отличие от зеркала. Подойдя поближе к магическому артефакту, девочка повнимательней взглянула в отражение, пытаясь понять, в чём же здесь секрет. На зеркальной поверхности проступили очертания фигур. Она обернулась, чтобы убедиться, что в помещении никого, кроме них двоих, нет. Поттер вгляделась в отражение повнимательней.       — Зеркало Еиналеж показывает то, чего желаешь больше всего на свете, — профессор подошёл к своей ученице поближе. — Вот я, например, вижу себя на раскопках в Албании, где нашел тайный город. Конечно, со мной такого не случалось, — он посмеялся, спрятав камень в карман. — А что видит Девочка, Которая Выжила?       Он смотрит на неё в отражении зеркала, лукаво щурясь.       — Я вижу себя в красивом платье, рядом стоит мой брат, тётя и дядя, а ещё профессор Снейп, — она помолчала, размышляя, говорить ли, что она видит в зеркале ещё одного человека, имя которого профессору ничего не скажет.       — «Неужели ты так сильно хочешь видеть и меня рядом с собой?» — ну конечно, как же иначе, ведь Марволо видит все её глазами, и он увидел себя со всей этой компанией. Девочка смутилась.       — Хм. И замок. Красивый, такой уютный, — щёки Поттер заалели от смущения, она решила не отвечать на вопрос старшего друга.       Волдеморт знал этот замок. Родовое гнездо Слизерина, что передалось по наследству ему. Видимо, от того, что Гарри была крестражем — это он выяснил в течение долгого и продуктивного года — некие образы его прошлого отпечатались в её памяти.       Квирелл только улыбнулся на её озвученное желание. Гарри желала семью.       — А вот твоё желание, может быть, точно сбудется, — профессор погладил её по голове.       Ученица нравилась ему. Тихая на уроках, любопытная, открытая. Невинная, сказал бы он, а это довольно плохо. Магический мир даже более жестокий, чем магловский. В мире магии всегда нужно быть осторожным, ведь даже в одном слове может быть тройное дно.       — Гарри, к сожалению, мне пора идти. Я был рад обучать такую ученицу, как ты. И спасибо тебе за помощь, — мужчина присел, заглядывая в её глаза. Улыбка на его лице была печальной.       — Мы что, больше не увидимся? — ему нравились её зелёные глаза. Поначалу они пугали — кому понравится, когда на тебя смотрит сама смерть, ведь цвет их напоминал небезызвестное заклинание Авады. Но после он отметил в них что-то особенное.       — Больше не увидимся, — подтвердил он её предположение.       — Я… — Поттер отвела взгляд, но вскоре вернула его обратно на профессора. — Спасибо, что обучали и помогали, счастливой дороги и пусть ваши желания сбудутся.       Девочка улыбнулась ему, и вскоре забылась сном, который на неё наложили заклинанием. Профессор аккуратно левитировал первокурсницу с третьего этажа и вызвал домовика, чтобы тот вернул её в спальню.       Его миссия была окончена. Осталось передать эстафету Барти, с которым он связался, и со спокойной душой отойти в иной мир.       На самом деле, Квирелл был благодарен Тёмному лорду. Дух Волдеморта вселился в него в момент, когда мужчина готов был умереть. Будучи на раскопках, он схватил неизвестное проклятие и погибал, а Тёмный лорд отсрочил его смерть. Дав возможность закончить все дела, которые бы могли принести проблемы его семье.       Сейчас же, встретившись с Барти, лежа в пентаграмме и ощущая, как жизнь вытекает из него, Квирелл улыбался. Он чувствовал облегчение и лёгкость, а ещё тёплые объятия смерти и яркие зелёные глаза Авада Кедавры.

***

      — Если честно, то я не удивлён, — Драко обвёл взглядом Большой зал, что гудел после объявления директора об уходе профессора по Защите от Тёмных искусств.       — Ты имеешь что-то против его метода преподавания? Или ты о запахе, или же о проклятии должности? — Нотт, их одногодка, лениво потянулся за пирогом, что подавали сегодня к завтраку.       — Всё разом, — ответила вместо Малфоя Панси.       Гарри лениво ковыряла ложкой кашу, едва ли слушая разговор приятелей. До завтрака девочка думала, что всё случившееся с ней было сном, но после объявления директора, она поняла, что действительно лишилась первого человека, что протянул ей руку помощи.       — Но человеком он действительно был замечательным и чутким, — тихо сказала девочка, но её слов никто не услышал.       Учебный год оказался богатым на события, особенно на чудеса. Мир, казавшийся сказкой и обернувшейся адом, а после вновь реабилитировавшийся, подкинул ей родственников.       Гарри была счастлива, правда. Несмотря на предательство Рона и остальных, она смогла найти своё место. Да и Марволо, новообретённый друг, стал каким-то родным. Конечно, другим он не мог ощущаться, ведь за этот год Поттер привыкла к его постоянному присутствию в себе, а точнее в своей голове. В Марволо ей нравилось абсолютно всё, а особенно то, что он обращался к ней, как к равной. Он обучал её терпеливо, иногда нудно. Снисходительно относился к срывам, словно был стариком, что многое повидал. Если бы она только знала…       Вскоре всех их забрали на поезд, что направлялся обратно в Лондон, где их всех будут ожидать опекуны. Гарри ощущала некое волнение, ведь, по сути, она больше не вернётся на Тисовую улицу и обретёт новый дом, пускай и временный, до её совершеннолетия.       Гарри отлично освоила трансфигурацию, и мантия стала лёгким платьем, сидевшим на ней по фигуре. Благодаря тренировкам и хорошей родословной, девочка имела хороший запас магических сил и потому трансформированное платье продержится до конца дня. К сожалению, одежда, которую Нарцисса подарила ей, стала безбожно мала за эти полгода, прошедшие от рождественских каникул.       Драко проводил её от замка до карет, от кареты до поезда и купе, где они разместились группой однокурсников. Заметив молчаливость сестры, Малфой решил быть рядом до самого конца, поддерживая её морально и развлекая разговорами.       Всю дорогу девочка время от времени старалась дозваться до Марволо, но безуспешно, хотя он сейчас ей был очень нужен. Гарри понимала, что ему нужно побыть одному, что у него есть много других важных дел, чем нянчиться с ней, но стало до жути обидно.       — Готова? — когда поезд остановился, брат накрыл её ладонь своей, заглядывая в глаза. По сути, сейчас они заявляют общественности, что Поттер переходит под юрисдикцию семьи Малфой, что точно не обрадует некоторых личностей, мечтающих заполучить звезду под свою опеку, и по-тихому женить на ней своего отпрыска.       Подождав, пока основная масса школьников выйдет, и толкучка прекратится, Драко потянул Гарри за собой на выход. Девочка не сопротивлялась, и потому он без труда подвел её к ожидающей их чете Малфоев.       — Матушка, отец, — мальчик кивнул каждому из них, что повторила и Гарри, назвав лишь по-другому.       — Сначала посетим Алую аллею, а после направимся домой, — после приветствий озвучила Нарцисса их планы.       Про Алую аллею Гарри рассказывала Астория. Но лишь оказавшись на ней, Поттер поняла восторженность приятельницы. Косая аллея действительно соответствовала названию, но и Алая же не отставала. Даже брусчатка сверкала, как рубины. Улицы были просторными, магазины огромными. И конечно же, на этой улице тоже был вход в банк Гринготтс — он пестрел алым мрамором с белыми прожилками.       Чета Малфоев повела Гарри сразу в магазин, нет, в бутик — поправила сама себя девочка. Их встретили радушно, не обращая внимания на высокомерный взгляд лорда. Видимо, они часто встречают аристократов, не обращая внимание на поведение покупателей, будто такое у них в привычке.       — Девушки, мы пришли приодеть нового члена семьи, — Нарцисса взглянула на слегка полноватую женщину, что приветливо улыбалась, цепким взглядом выделив Гарри. — Лимита нет, — добавила она и глаза женщины засияли.       — Какая очаровательная леди. Как же к вам обращаться? — всё её внимание сосредоточилось на Поттер. Взмахом руки продавец уже позвала ассистентов, которые выстроились в ряд.       — Здравствуйте, моё имя Гарри Поттер, — девочка сделала аккуратный книксен, улыбнувшись женщине. Услышав имя покупательницы, та едва не впала в экстаз от сложившейся ситуации.       Грубо говоря, облизывали, то есть обслуживали, её долго и основательно. Какая-то девушка, видимо покупательница, что зашла посреди всего этого хаоса за покупками, поняла, что весь бутик обслуживает проклятую семью Малфой, о богатстве которых не судачил только ленивый, а потому ушла, лишь цыкнув от досады.       К вечеру того же дня девочка сверкала смущением и счастьем от полученного внимания — мужчины наблюдали за её дефиле, одаривая комплиментами с лёгкого взгляда леди Малфой. После совместного ужина Поттер была ознакомлена короткой экскурсией с частью поместья и вскоре стояла в своей комнате перед зеркалом, осматривая себя. После душа, а точнее после ванной, полной розовой, пахучей пены, девочка надела мягкую длинную ночную рубашку, которой сейчас любовалась в отражении.

***

      Уже пару дней Волдеморт отходил от прошедшего ритуала, что вернул его к жизни людской. Барти каждый день находился рядом, следя за тем, как домовики ухаживали за Лордом и скрашивали его одиночество. Обдумывая произошедшее, мужчина пришёл к выводу, что количество крестажей пагубно влияет на душу. И если бы не добровольная жертва — ритуал прошёл бы по боковой, и вместо нормального тела он мог стать полу-зверем. Придя в себя, Тёмный лорд занялся делами — начал поднимать связи и аккуратно дёргать за ниточки, чтобы узнать, где его рыцари. Как оказалось, немногим повезло не оказаться в Азкабане, и вытаскивать пойманных оттуда нужно было в кратчайшие сроки. Люди сходят с ума, а их ещё нужно будет лечить после этого.       Связавшись с поверенным рода, гоблином, мужчина назначил встречу, чтобы уладить формальности и провести проверку крови. С самого утра у него внутри появилось некое волнение, сменившиеся радостью ближе к обеду. Марволо понял, что все эти чувства принадлежат Поттер. После возрождения он стал ощущать её ярче и яснее. Однако, если вспомнить — с Нагайной такого не было, и мужчина решил, что позже обязательно ещё раз перечитает книги о крестражах.       Глаза уже подпекало от долгого чтения, а виски сдавливало от боли из-за большого количества информации. Устало выдохнув, мужчина откинулся на спинку мягкого кресла и прикрыл веки, выдыхая.       В сознании возник образ Гарри. Она смотрела на себя в зеркало и любовалась собой. Зелёные глаза сияли счастьем. Новая причёска, новая одежда и тонкая золотая цепочка с небольшим медальоном на шее. Не сдержавшись, мужчина прыснул от смеха, и в тот же момент девочка замерла, уставившись в глаза собственного отражения.       — Марволо? — настороженно спросила она, словно в голове мог появиться кто-то ещё.       — «Я вижу ты счастлива», — наблюдая за ней, мужчина понял, что начал понемногу расслабляться. День действительно был полон дел и требовал от него большого напряжения и сосредоточенности.       — «Да, знаешь, сегодня так много всего произошло!» — уже мысленно продолжила девочка, отходя от зеркала и подходя к письменному столу у окна. На поверхности лежало несколько толстых и больших, покрытых кожей, дневников, новые пергаменты и простой альбом с небольшим набором красок.       — «Ты умеешь рисовать?» — удивился мужчина. За весь этот год он ни разу не замечал за ней интереса к живописи.       — «Нет, не знаю, — девочка посмеялась, явно нервничая. — Тётя сказала, что все дети пробуют себя в разных направлениях творчества и предложила мне попробовать себя в описании природы и рисовании. Вдруг я стану писателем или известным художником?» — она казалась смущённой, но всё такой же восторженной.       — «Попробуй, у тебя всё получится. Подаришь мне рисунок? — он улыбнулся, ощутив её растерянность, робость и интерес. — Ну расскажи же, как ты провела свой день?»       Марволо приоткрыл веки лишь спустя час, когда сонная Гарри наконец-то уснула, а Волдеморт покинул её сознание. Перед ним сидел Барти и смотрел на Лорда, как верующий фанатик, узревший бога. Таким шокированным друга он ещё не видел. А Крауча можно было понять. Волдеморта ведь и до предполагаемой смерти редко можно было увидеть расслабленным, а тут он ещё и улыбался.       Подчинённому Тёмного лорда можно было только посочувствовать. Ему предстояло увидеть босса с совершенно другой стороны.       Заканчивался первый день летних каникул. Казалось, будущее не предвещало беды…