Контур обкусанных губ

— Кто пришел? — заметив парня на кухне, Ши Цинсюань повернулся к нему, продолжая мыть посуду после их ужина. — Неважно, он уже ушел, — Хэ Сюань прижался к нему со спины, потираясь носом об бледную шею, — ты хорошо себя чувствуешь? — Да, все хорошо, — парень домыл посуду, вытирая руки полотенцем и обернулся к нему, обнимая в ответ, — Му Цин с Се Лянем и Хуа Чэном пошли в комнату, ему уже лучше, так что я рад. — Отлично, он же вернется в общежитие? — Как ты узнал? — Ши Цинсюань отстранился, смотря на парня, — он сказал что не… — Что не хочет нас обременять, и ему стоит вернуться в общежитие, — перебил его Хэ Сюань, — хоть я и знаю его не так долго, но успел выучить Му Цина наизусть. — Ты такой внимательный у меня, Хэ Сюань! — Ши Цинсюань повис на шее парня, сжимая того в крепких объятьях, в ответ получая их же.       В это время в соседней комнате, Се Лянь проверял градусник, перед тем как сунуть его в рот Му Цину, который пытался убедить парня в том, что он чувствует себя хорошо, но тот даже не хотел ничего слышать. — Ну вот, нормальная у меня температура, — Му Цин присел на кровати, не желая больше валяться на кровати, он уже належался. — Нормальная? 37.8 это не нормальная температура, — Се Лянь вздохнул, откидывая пряди волос назад, — может перемерить? — Тогда стоит засунуть его в задницу, — получив осуждающий взгляд парня, тот улыбнулся, — ну что ты, Се Лянь, так действительно можно померить температуру. — Сам так часто используешь градусник? — Му Цин оскалился, глядя на Хуа Чена, который снова вырядился во все красное. — Тебе так интересно, что я сую в свою задницу? — парень прищурил глаза, — мы с Се Лянем можем тебе рассказать. — Сань Лан! — Се Лянь покрылся румянцев, даже уши покраснели, — не обращай на него внимания, Му Цин, тебе стоит остаться у Ши Цинсюаня и Хэ Сюаня, еще на некоторое время. — Нет, я же сказал, — парень сразу втрепенулся, — я итак у них сутки пролежал, Ши Цинсюань вообще бледный весь, им стоит отдохнуть, — Му Цин встал с кровати, слегка пошатываясь, — а я поеду в общежитие. — Но... — Пускай, ты не сможешь его отговорить, — Хуа Чен посмотрел вслед парню, который пошел на кухню, — пусть делает что хочет, ему все равно стало лучше. — Ты наверное прав, — Се Лянь вздохнул, молча соглашаясь с ним.

***

В полную продуктов тележку, парень закинул еще пару упаковок шоколадного печенья, продолжая идти вдоль полок со сладостями. — Может этого хватит, а? — Пэй Мин продолжал тащиться за Фэн Синем, катя тележку вслед за ним. — Что ты ноешь? — рассматривая упаковки двух разных вафель, пытаясь выбрать одну, он показал их Пэй Мину, — какие лучше? — Вторая. — Значит беру первую, — поставив обратно на полку упаковку, другую он кинул в тележку, — думаю хватит. — Нахер ты меня спросил, если все равно не прислушался к моему мнению? — Пэй Мин начал конючить о несправедливости. — У тебя совершенно нет вкуса, поэтому я выбрал противоположное, — Фэн Синь улыбнулся, смотря на друга, — все, пошли на кассу, я должен успеть еще накрыть стол. — А Му Цин потом скинет все на пол, и ты будешь в этом супермаркете выбирать швабру и тряпки, а не эти вафли, — пробурчал тихо Пэй Мин, выкладывая продукты на кассу. — Ты что-то говорил? — Фэн Синь подошел к другу, — из-за пиликанья кассы ничего не слышно. — Да забей, — парень отмахнулся.       Оплатив гору продуктов, и разложив все по пакетам, парни направились в машину как можно быстрее, не желая долго находиться на морозе. Благо светофоры на их пути все горели зеленым светом, и они в короткое время подъехали к общежитию, поднимаясь на нужный этаж.       Фэн Синь отослал Пэй Мина, убедив того в том, что он сам тут справится. Часть покупок состояли из продуктов для выпечки, а часть уже готовые сладости: печенья, вафли, хлопья и тому подобное.       Парень пребывал в раздумиях над тем, что же такое приготовить быстро, но вкусно. На ум пришла лишь махуа. Делалась она просто, надо было лишь замесить тесто, и из двух-трех полосок сплести косички, а затем обжарить их на арахисовом масле, после посыпая сахарной пудрой. Для разнообразия можно было добавить сухофрукты в тесто, дабы сделать его более сладким, но Фэн Синь не хотел менять изначальный рецепт.       Выбор пал на махуа не только из-за ее быстрого приготовления, но и из-за значения. Махуа готовили с целью воссоединения, когда семья собиралась за одним столом, что обычно бывало редким явлением: старшие с утра до вечера были на работе, а младшие учились, дома выполняя домашние задания.       Замесив тесто из яиц, сахара и муки, Фэн Синь принялся раскатывать его, перед этим обляпав всю кухню мукой, даже его волосы были в белом порошке. Арахисовое масло они не купили, но бутылку с ним он нашел на одной из полок. Она была чей-то, но Фэн Синь без зазрения совести взял ее, полностью выливая содержимое в емкость для жарки.       Масло было горячим, поэтому без ошпаренных пальцев и небольших ожогов на них, готовка не обошлась. Но это того стоило, махуа получились отличными, румяными и вкусно пахнущими.       Оставшиеся время Фэн Синь провел за уборкой, протирая шкафы и столы от муки. Посуды так же было не мало, поэтому лишь спустя полчаса парень освободился. Выложив аккуратно махуа на тарелку, перед этим посыпав ее сахарной пудрой, Фэн Синь пошел в комнату.       В ней уже находился Му Цин, который успел переодеться в свою одежду, и уже валялся на кровати, слегка покашливая в кулак. Заметив вошедшего Фэн Синя, парень сразу же нахмурился, отворачиваясь к стене лицом, дабы не видеть его.       Поняв настрой друга, Фэн Синь опустил взгляд, осознавая свою вину. Поставив тарелку с махуа на стол, он взял градусник и подошел к Му Цину, протягивая его ему. — Померь температуру. — Исчезни, — голос Му Цина не требовал возражений, а поза повторяла его настрой. — Му Цин, померь температуру, — Фэн Синь не обратил на его слова внимания, продолжая протягивать ему градусник. — Ты меня не понял? — повернувшись к нему лицом, на которой был злой оскал, парень желал закончить разговор, — я не хочу с тобой разговаривать! — Померь температуру, — он продолжал настаивать на своем.       Поняв что Фэн Синь от него не отстанет, Му Цин выхватил градусник, меряя температуру. Спустя пару минут он запищал, подавая сигнал о том, что его можно вынимать. На дисплее показывало 37.6. — Лежи в кровати, и не вставай, — сказал Фэн Синь, и покинул комнату перед тем, как Му Цин успел что-то ответить.       По дороге к выходу, парень захватил пакетик с порошком от простуды, дабы заварить его на кухне. Благо кто-то оставил чайник с горячей водой, и Фэн Синь использовал его в своих целях. — Вот, выпей это, — вернувшись в комнату, Фэн Синь протянул Му Цину кружку с горячим лекарством, — только осторожно, оно горячее…       Парень не успел договорить, как кружка с горячим содержимым была выбита из его рук, и оно расплескалось на пол, а часть обожгла, его и так поврежденные руки, заставляя Фэн Синя нахмурится от боли. — Зачем ты со мной разговариваешь?! — Му Цин вспылил, — я не хочу ни слышать тебя, ни видеть! Мне твоя забота нахуй не нужна... — Хорошо, — Фэн Синь отряхнул руки от кипятка, шипя из-за неприятных ощущений. — Что... — резким согласием, он удивил парня, заставляя его вспасть в ступор. — Говорю хорошо, — вздохнув, он продолжил, — ты можешь не разговаривать со мной, я буду молчать, и редко появляться перед тобой, но пожалуйста, — Фэн Синь поднял на него взгляд, — прими мою заботу, позволь позаботиться о тебе, прошу.