В горе и в радости

Время до вечера пролетело настолько быстро, что Кейт не успела осознать, во что она, собственно говоря, решила ввязаться. Но если днём они мирно гуляли за ручку, соскучившись после долгой разлуки, и втайне надеялись, что отпуск поможет им перенастроиться на более конструктивные рельсы, потому что разводиться никто из них всерьёз не хотел, то вечер не задался с самого начала. Они попали в вечерний час пик, и дорога в аэропорт напоминала состояние их нынешних отношений: они стояли на месте, отовсюду слышались возмущенные визги клаксонов и ругань, как будто это могло помочь пробке быстрее рассосаться. В те редкие мгновения, когда им удавалось преодолеть очередной десяток метров, Кейт непроизвольно задерживала дыхание в надежде, что «вот сейчас, наконец» многокилометровый затор магическим образом исчезнет. — Касл, уже не имеет смысла пытаться, — наконец воскликнула она, когда они в очередной раз встали в бесконечном потоке машин. — Мы всё равно не успеем на рейс. Даже если сейчас полетим. — Нечего было копаться так долго. Я же позвонил, что мы выезжаем, — огрызнулся Рик, нервно взглянув на часы. — Ты сама прекрасно знаешь, что иногда пара минут решают всё. Если бы мы не ждали тебя под окнами полчаса, то успели бы проскользнуть. — Никакие полчаса вы меня не ждали! — взвилась Кейт, виновато вспоминая, как она не решалась спуститься вниз с готовым чемоданом, и на полном серьёзе хотела запереться изнутри и сделать вид, что никакого отпуска вовсе не планировалось, и ей не нужно никуда идти. — Максимум пятнадцать минут. И мог бы подняться и помочь мне с чемоданом! — рявкнула она на него. — Угу. А потом огрести в очередной раз ни за что. Ты ведь вся такая самостоятельная и независимая, — начал заводиться Рик. — Раз уж на то пошло, предлагаю разойтись прямо здесь, — Кейт взялась за ручку двери. — С самого начала это была глупая идея. Я не хотела никуда ехать. Я не верю, что нам что-то поможет. — Это я неисправимый оптимист, теперь буду расплачиваться за свой оптимизм месяца три, — буркнул Рик и вытащил свой телефон, чтобы отменить билеты на обратный рейс и забронированную на неделю виллу. — Рейс задерживается, — с удивлением воскликнул он. — Не иначе, как нас ждут, — с нервным смешком добавил он. — Последний шанс? — с надеждой взглянул он на Кейт. — Самый последний из последних, — выдохнула она и убрала руку от двери. Её сердце колотилось как бешеное. Как только Касл оказывался рядом, начинались бесконечные эмоциональные американские горки. Она одинаково страдала как от вакуума последней недели, так и от их постоянных взаимных обвинений. Кейт махнула на всё рукой и с безразличным видом уставилась в окно, а мир вокруг тем временем начал приходить в движение. Спустя каких-то полчаса их желтый кэб уже весело летел по автомагистрали. Кейт не покидало дурное предчувствие. Хотя, может быть, она так надышалась выхлопными газами в пробке, что ей было дурно вовсе не из-за предчувствия. В аэропорт они опоздали, регистрация уже была завершена. Самолёт на посадку, однако, так и не подали. Сотрудник авиакомпании предложил им обменять билеты на утренний рейс, поскольку вылет задерживался, и сколько они будут вынуждены ждать замены самолёта, пока неизвестно. Предложение заставило супружескую пару содрогнуться от ужаса. Это означало, что после сегодняшнего кошмарного вечера им предстояло вернуться домой и завтра с утра ни свет ни заря снова ехать в аэропорт. Оба понимали, что второго шанса у них не будет. Вид Кейт красноречиво говорил о том, что если она сейчас сядет в такси и уедет домой, ничто не сможет заставить её вернуться назад в аэропорт. Даже самое громкое убийство и долг службы или чувство ответственности вместе взятые. Касл взял на себя смелость отказаться от предложения, после чего они с Кейт заняли место среди других бедолаг, которым не повезло лететь этим же рейсом. — Пойдём хотя бы в бизнес-зал, у меня спина болит только от одного вида этих кресел! — с очевидным раздражением воскликнул Рик, в очередной раз сбросив какой-то звонок на телефоне. — У тебя такие претензии, как будто это я виновата, что вылет задерживается! — вспылила Кейт. — Я тут ни при чём, я предлагала вернуться домой ещё по пути сюда. — Пошли хоть кофе выпьем, — Рик довольно грубо схватил её за руку, заставляя встать. — Касл, какой кофе, ночь на дворе! — Кейт возмущённо потёрла своё горящее запястье. — Ты преувеличиваешь, до ночи ещё далеко. Можем выпить по коктейлю, если не хочешь кофе. Я не могу сидеть здесь без дела, мне нужно отвлечься. — Вот и ехал бы на свою вечеринку, вместо того, чтобы насильно держать меня здесь, — пробормотала она, нехотя вставая с места. В бизнес-зале работал кондиционер и людей было значительно меньше. Касл пошёл за коктейлями, Кейт увильнула в дамскую комнату, желая выиграть время и немного успокоиться. Рик был на взводе, это было видно невооруженным глазом, да и сама она в сотый раз за вечер подумывала спастись бегством. Только куда бежать? И чего она этим добьётся? Кейт громко застонала от страха и бессилия, глядя на себя в зеркало. Надо сказать, что выглядела она на удивление хорошо. Несмотря на внутреннее сопротивление, часть её трепетала в предвкушении. Как же ей хотелось оставить все эти недомолвки, взаимные претензии и ссоры позади, в том тёмном выматывающем периоде, из которого ей годами не удавалось выбраться, и наконец просто жить. И неважно, что у них не будет ребёнка, что ей осточертела её некогда любимая работа, да и отношения с Каслом были уже не такими волнующими как раньше. Всё равно. Ей хотелось тишины и умиротворения, заниматься чем-то менее выматывающим, проводить вечера с Каслом за бокалом хорошего вина и душевными разговорами. Наслаждаться жизнью, даже если она пошла не по тому плану, как ей хотелось бы. Просто принять то, что есть и ценить это. Потому что если разобраться, её жизнь сложилась очень даже неплохо, если опустить, что она сама загнала себя в ловушку, из которой теперь не видела выхода. — Пола, я не могу приехать, придумай что-нибудь. У меня возникли неотложные дела! — Касл почти кричал в трубку, когда Кейт вернулась назад. Его лицо выражало смесь отчаяние и ярости. — Да, я понимаю, чем мне это грозит и тем не менее, ничего не поделаешь, меня можете не ждать! — рявкнул он в ответ на визги на другом конце и резко сбросил звонок. Холодок пробежал у Кейт по позвоночнику. — Ты можешь ехать, куда хочешь, — она не решилась сесть на своё место. — Не стоит пропускать тусовки из-за меня. Я того не стою. — Сядь уже наконец и не мельтеши у меня перед глазами, и так всё наперекосяк, — со злостью рявкнул он в ответ и раздражённо махнул рукой, показывая на её бокал. Внутри Кейт тоже поднялась волна гнева. Первым её порывом было высказать ему всё, что она думает. Вряд ли бы это прозвучало хоть сколько-нибудь тактично, не говоря уже про вежливость. Как он вообще смеет с ней так разговаривать? Она что, его безмолвная содержанка, которую можно заставить выполнять любое его пожелание? Кейт уже открыла рот, чтобы начать очередную и — скорее всего — их последнюю ожесточённую перепалку, но шестое чувство натолкнуло её на мысль, что Касл в данный момент страдает, и вся его раздражительность и грубое поведение, так несвойственные ему в обычной жизни, есть не что иное как результат того, что он чувствует себя загнанным в такую же ловушку как и она, и не видит никакого выхода. — Это что-то важное? — тихо прошептала она, так же тихо опустившись в своё кресло. Касл молча кивнул и чокнулся с ней своим стаканом виски. Кейт тяжело вздохнула и, сделав глоток, протянула к нему руку и обнадеживающе погладила его. Ей самой сейчас хотелось оказаться на его месте, чтобы кто-то подошёл, крепко обнял её и сказал, что всё будет хорошо. Они сидели и молча пили свои напитки, ощущая тепло друг друга, пока Касл не нарушил тишину. — Сегодня я должен был раздавать автографы на одной тусовке нью-йоркского бомонда, и то, что я не пришёл, мне ещё не раз припомнят. Я и так всем кругом должен, что делают мне одолжение, упоминая моё имя и вновь приглашая на вечеринки, но больше всего Поле за её старания продвинуть заметку обо мне в каждом таблоиде. Она изо всех сил старается отряхнуть моё имя от пыли, которой оно покрылось за годы отсутствия. Моё место под солнцем уже давно заняли более молодые и амбициозные конкуренты, и ей приходится очень нелегко. Не говоря уже о том, что я не всегда честно выполняю свою роль. Как сегодня, например, — Рик шумно выдохнул. — Ничего. Не последняя вечеринка в Нью-Йорке. Вернёмся, и с новыми силами в бой, — он попытался вымученно улыбнуться. — Мне очень жаль, что так получилось. Ты мог бы сказать, что занят сегодня вечером, мы бы полетели завтра, — снова тихо сказала Кейт. — Сегодня утром ты казалась настолько ненормальной, что я решил не терять время зря и ковать железо, пока горячо. К завтрашнему утру ты бы уже остыла и передумала, — хмыкнул Касл и на этот раз вполне искренне улыбнулся. — Я не хочу потерять тебя, Кейт, но тут словно сама судьба ставит нам палки в колёса, — горько простонал он. — Может оставим эту затею и поедем домой? Ну, то есть, ты поедешь на свою вечеринку, а я … — Только при условии, что ты останешься сегодня у меня… у нас дома, а не поедешь к отцу, — осмелился предложить Касл. Повисло неловкое молчание. Оба обдумывали такой поворот событий, и … Что они об этом думали, так и не суждено было узнать, потому что в этот момент телефоны известили их о предстоящем рейсе. Правда, самолет ожидался не ранее, чем через час, но всё же, это положило конец неизвестности. — Вот видишь, это судьба, — тяжко вздохнул Рик. — Пошли? Вместе со всеми ждать веселее, — хмыкнул он. — Ты хочешь сказать, больше шансов, что мы не сбежим в последнюю минуту, а, поддавшись стадному инстинкту, послушно пойдём по трапу вместе с остальными? — И это тоже, — задумчиво ответил он. — Рик … я рада, что ты есть у меня, — Кейт прижалась к нему покрепче и нежно поцеловала. — М-м-м, ради такого я готов пропустить все вечеринки этого сезона, — Рик с наслаждением держал её в своих объятиях. — Боюсь, тогда мы в конечном итоге умрём с голоду, — расхохоталась Кейт. — Я тут решила уволиться и стать домохозяйкой, если ещё и ты перестанешь приносить доход в дом, мы скоро будем жить на пособие для безработных, — она устроилась в его объятиях, и они неспешна двинулись к своему посадочному выходу. В самолёте её запал значительно поуменьшился, и бОльшую часть их путешествия Кейт снова терзалась сомнениями, правильно ли они поступили, что решились на это безумство.